Элитный Колледж Стихий

Следующие несколько часов прошли для Герц как в тумане. Она не знала где её друзья, как сейчас чувствует себя Катя. Вокруг был лишь водоворот людей, тяжёлый дворцовый воздух и непонятные шепотки и разговоры. Она не понимала одного: зачем? Зачем ректор произнёс эти слова про короля, зачем перенёс её во дворец, зачем вокруг неё носятся придворные? И где сам ректор? Мендес ушел сразу же, как они переместились. Сказал ждать тут, никуда не уходить и быть спокойной. Сложно быть спокойной, когда на твоего родственника, еще и так высоко стоящего было совершено… Покушение? Только от этого слова по спине идёт холодок. Покушение, спланированное настолько хорошо, что ни один страж короля не заметил подвоха. И до сих пор сейчас не могут найти преступника… Со временем около Евгении остался лишь одинокий страж, совсем новенький. Она его не знала, но чувствовала, что это вампир. Слава богу, она их не боялась. Они не разговаривали, сидели в звенящей тишине. Которую разрушил практически рёв огня. Огненного портала, который открылся в нескольких шагах от Герц. Прожёг пространства… Мера, которая применяется лишь Королевской Стражей при расследовании особо важных преступлений. Но, Герц вовсе не ожидала того, кто шагнет из портала. От шока она даже забыла поклониться, вжимаясь в стул, на котором она сидела, и хлопая глазами. Перед ней воочию стоял глава правительства, заместитель главы Королевской Стражи. Лорд Ланц, высокий и статный мужчина под два метра ростом, с широкими плечами в которые, наверное, можно было уместить рост всей Герц, и с абсолютно холодными глазами. Да, старшенький пошел в маму, видимо, а младший сюда. Внешностью. — Добрый день, Леди Герц, — он первый поздоровался с шокированным комом. Стоило ожидать его прибытия, но не прямо же… тут, — Прошу прощения за нарушение вашего покоя. Игрис, встань. Вампир грохнулся на одно колено. А водница даже и не заметила… — Добрый, Лорд Герц. Это выдавили из нее остатки совести. Мужчина быстро удалился куда-то. Насколько серьезно все, что сейчас происходит? Нет, идиотский вопрос. Кто сейчас встанет на королевство? Стоит ли ей опасаться за свою жизнь? Как скоро они закончат расследование? И где этот чертов ректор, зачем он ее сюда вообще притащил? Ответа на эти вопросы не было. Зато было сообщение, пришедшее на телефон: Елизавета Берг Не знаю, куда ты пропала, но докладываю. В Колледже экстренное построение, тест прервался. Куда-то забрали Уэйса и Ваутсона. Дашков ищет ректора, он тоже пропал. Мы не знаем, что происходит, тут какая-то паника Черт… Еще и в Колледже неспокойно сейчас будет. Как же хочется, чтобы этого всего не было. Да даже если бы и было, хочется просто в Колледж. Она поежилась. Холодно во дворце. На неё тут же опустилось тепло, слишком неестественное для природы. Девушка обернулась, встречаясь с взглядом ректора, приближающегося медленным шагом. По лицу невозможно было прочитать абсолютно ничего. Но, если он подходит, скорее всего они сейчас вернутся в Колледж. — Магистр, — обратился к нему вампир, почтенно склоняя голову. Мендес небрежно кивнул ему, все еще не сводя взгляда с Герц. И лишь когда подошел ближе, практически неслышно прошептал: — Я закончил. Евгения встала со стула, подходя к ректору и ожидая открытия портала. Но он не спешил его открывать. Вопросительный взгляд, за которым последовал ответ: — Ты остаешься тут на неделю. Нужно отдать дань умершему королю. Ого, это что за заявление? — Нет. Я не была его приближенной. Переместите, пожалуйста, меня в Колледж. То ли он не хотел спорить, то ли… да нет, точно не хотел спорить. Но Герц оказалась в пустом коридоре Элитного Колледжа Стихий. Одна, ведь все остальные ребята были на построении.

***

— Идём, — после окончания построения Бауэр практически моментально подошел к Клиффорд, смело беря её за руку и уводя куда-то в коридор. Подруги вопросительно проследили за ними, но вмешиваться не решились. Тем более, их внимание сразу же переключилось на Максима, быстро подошедшего из другого конца зала и бегло целующего Виан в щеку. — Меня не будет в Колледже неделю. Не скучай, мне нужно во дворец, я обязательно расскажу тебе об этом позже… Не сейчас. Алёна уже открывала рот, явно чтобы возмутиться и высказать Ланцу всё, что она о нем думает, но не успела. Он наклонился, чмокнул её в губы и практически сразу же отбежал к уже открытому порталу. Из аудитории открывалось около пяти порталов, в которые выходили студенты. Их отпускали на недельные каникулы. Дань умершему королю, когда на неделю закрывается практически все. Даже учебные заведения в форме интернат. Конечно, полностью выпихнуть студентов они не могли, но разрешалось уехать. Чем и воспользовались большинство студентов. Но, Максим же не на каникулы… без вещей, во Дворец, и его брат тут. Хмурым пятном смотрит прямо на Алёну и приближается. Хоть бы снова не начал приставать. Виан находилась в очень странном состоянии. Смерть короля, непонятная пропажа Герц, которая так и не ответила на сообщение Елизаветы, Максим просто пропадает… Это все безумно странно. — Тебя проводить в твою комнату? — Ланц-старший. Виан отрицательно покачала головой. Интересно, кто из девочек уедет домой? Клиффорд точно уедет. В её дружной семье не теряли ни минуты, которую можно провести с семьей. Но, Бауэр, с которым они сейчас ушли… Нет, тут точно все неоднозначно. Герц, скорее всего, ожидать не стоило. Были подозрения, что она и сейчас не вернется. Берг останется тут, это она сразу же заявила. Про остальных девочек судить было сложно, не зная семейной ситуации. Нужно было, кстати уточнить… Тем временем Егор практически притащил Катю к себе в комнату, закрывая дверь на замок и быстро подходя к столу. Быстрым движением все скинув, он достал какую-то тетрадь и начал быстро писать. — Егор… — Тихо! — он вскинул руку, продолжая писать. Клиффорд осторожно села на кровать, наблюдая за его быстрыми и умелыми движениями. Почерк аккуратный, с наклоном влево, что достаточно необычно. Очень округлый. — Держи, — Бауэр сложил этот листок в несколько раз и дал Клиффорд, — прочитаешь только если меня схватят. А меня схватят. В мою страну закрытый вход, мы не сможем увидеться. И я не хочу ломать твою судьбу. Он замолчал, а как только Клиффорд нашла слова, чтобы ему ответить, попытаться переубедить, произнес: — Уходи. — Нет, — произнесла она тихим голосом, поднимаясь с кровати. — Клиффорд, бога ради, уйди, — повторил он более грубым голосом, не смотря на девушку. Катя же покачала головой, подходя к нему и осторожно поглаживая по щеке. Он пытался отвернуться, подойти к двери, но не успел. Клиффорд встала на носочки и поцеловала его, крепко обнимая обеими руками за шею. В ту же секунду Бауэра словно прорвало, он невероятно сильно сжал талию девушки, прижал к себе так, словно она была последним счастьем в его жизни. Это было не совсем так. Она была последним островком, спасающим его от безумия. Приедут представители его страны, тут везде его след. Его найдут, его заберут. И других вариантов просто не было. И быть не могло. — Егор, — Катя слегка отстранилась, буквально на несколько сантиметров, — Они тебя не заберут. Я что-нибудь придумаю, мы справимся. Поверь, пожалуйста. Не поверил. Поэтому просто поцеловал еще раз, медленно скользя руками вниз, по её спине. Клиффорд вздрогнула. Егор тут же вернул руки на талию, извиняюще поглаживая ее спину. Он просто не контролировал себя в такие нервные моменты и понимал, что сейчас был виноват перед девушкой за свой порыв. Ее тонкие пальцы спустились с шеи по плечам на грудь, мягко укладываясь на ней и удобнее опираясь. Клиффорд точно было неудобно стоять так долго на носочках. Она медленно подняла руку выше, к его шее, осторожно погладила прямо по кадыку, спустилась чуть ниже… Бауэр забыл как дышать, когда она расстегнула одну пуговицу на его рубашке. Вторую… Егор отстранился. Посмотрел в её глаза, послушал её сбитое дыхание… Буквально несколько секунд, после беря ее за руки мягко притягивая на кровать, предварительно садясь на предмет мебели самостоятельно. Они оказались лежа на кровати, параллельно друг другу. Не разрывая поцелуй, Бауэр мягким движением проскользил к комоду, беря оттуда что-то. Стало понятно что, когда он завязал Клиффорд хвостик. Осторожно, быстро и очень аккуратный хвостик. Хотелось бы спросить откуда опыт, да девушка не стала. Мягко улыбнувшись, Егор ответил на другой вопрос: — Чтобы волосы не спутались. Господи, пусть он вообще ничего не говорит, чтобы Клиффорд не осознавала, что сейчас будет… её щеки залились красным, а Егор тут же зацеловал их, нависая сверху. Спустился вниз, к шее, оставляя мягкие и аккуратные поцелуи. — Ты можешь меня остановить, — прошептал Егор, чувствуя, как неуверенно рука девушки зарывается к нему в волосы. Клиффорд промолчала, а он не принял это за согласие. Его голова вновь оказалась на одном уровне с её. Внимательно заглядывая в глаза к девушке, он уточнил: — Ты этого хочешь? А что ей сказать, если от его поцелуев и прикосновений давно кружится голова, а сейчас она едва ли может дышать от сковавшего необычного чувства. Вместо ответа она потянулась, желая поцеловать, но Бауэр отстранился, скользя одной рукой вверх по внутренней стороне её бедра. И как он, гаденыш, хотел получить от неё ответ сейчас?! — Ответь, — его шёпот… нет, Клиффорд точно не могла описать те чувства, что испытывала сейчас. Она тяжело хватала воздух, на выдохе выдавая: — Да… Бауэр больше не медлил. Поцеловал, медленно расстегивая форменную рубашку, проводя пальцами по оголенной нежной коже и создавая кучу мурашек на теле девушки. Она слегка приподнялась, когда Егор снимал рубашку окончательно, и услышала слегка улыбчивый шёпот прямо в ухо: — Закончи снимать рубашку с меня. Он поцеловал снова, довольно чувствуя расстегивающиеся пуговицы и то, как верхняя часть его тела освобождается от одежды. Клиффорд снова уложили вниз, но теперь губы Бауэра были не на шее, а на ключицах, так и грозят спуститься ниже, но Екатерина следит за этим. Она уже не знает куда деть себя от желания, но Егор тянет, просто безумно тянет. Хотя Клиффорд точно знала — ему сейчас ещё хуже. Чувствовала, когда он снова целовал её губы, прислоняясь своим телом к телу Кати. В низ живота каждый раз упиралась многозначительная выпуклость мужского тела, и в последний из таких разов Клиффорд не смогла сдержать стона, прижимаясь ближе к парню. — Клиффорд, издеваешься… — выдохнул он так, что по её телу пошли мурашки. — Ни капли, — ещё один долгий головокружительный поцелуй и девушка освобождается от юбки, тут же пытаясь сжать ноги, между которыми находился Егор. Он слегка посмеялся, не желая задеть этим девушку, и лёгким движением растолкнул их в стороны. — Ну чего ты меня боишься, я разве страшный? — улыбнулся Бауэр перед поцелуем. Потонувшее «нет» было более чем удовлетворительным ответом. Клиффорд коснулась мужской оголенной груди, проводя вниз, к прессу. Егор замер, наслаждаясь мимолетной смелостью девушки, пока та не проскользила к ремню штанов. Лёгкое движение, словно она делала это всю жизнь, и ремень оказывается в стороне. Мягко подаётся вперёд, касаясь губами его плеча, уходит вверх, касается шеи… и мужской стон наполняет комнату. На губах Екатерины остаётся довольная улыбка, но она тут же стирается, когда застёжка её бюстгальтера издаёт характерный едва слышный, но ощутимый щелчок. Щеки заливает краской в который раз за вечер, а мужская рука с привычными шершавыми пальцами огибает грудь по кругу, стараясь не смущать своими прикосновениями обладательницу. — Веришь мне? — он слегка улыбнулся. Девушка кивнула. Рука Егора нашла руку девушки, крепко и уверенно сжимая, — Значит, все будет хорошо. Все потонуло в поцелуях, окончательных раздеваниях и желании, которое затмило Клиффорд все остальные действия Егора. И его поцелуи по телу, и поглаживания, и мимолетные неприятные ощущения, которые потонули в шёпоте парня. В поцелуях было все. И любовь, и нежность, и страсть, и страх Бауэра, что это все в последний раз и он просто ломает жизнь девчонке своими принцскими замашками… Катя чувствовала его опасения. Знала, что Егор будет загоняться. Но старалась дать ему то, что нужно было сейчас обоим. Расслабление и отвлечение. Не важно, что будет дальше. Катя была уверена, что все будет хорошо, и никто не заберёт Егора никуда. А если и заберёт, она найдёт способ попасть. Позже, засыпая в его рубашке и в обнимку с ним, Клиффорд едва слышно прошептала: — Я тебя люблю, мой принц Егор Бауэр.