Бессоница

Время бежит быстро, практически незаметно, превращаясь в песок, который невозможно удержать в руках. То и дело он постоянно проскальзывает сквозь пальцы и норовит просыпаться на землю. Со смерти Сиэля прошла неделя. За эту неделю много что изменилось. Многое потеряло значение, многое его обрело. Мартин, Сэм и Ёсун похоронили мальчика, вместе стоя у его могилы, оплакивая кто как мог. Март не плакал. В глубине души он осознавал, что выбора у парня не было. Не было куда отступать, где спрятаться. Либо улица с голодом и бедностью, либо снова бордель с жесткими правилами. Ни то, ни другое ему не приглядывалось и Сиэль решил пойти собственным путем. После всего Мартин понял. Понял и принял чужое решение, как своё. Мысленно он всё-таки продолжал надеяться, что это всего лишь сон, но в реальности осознавал действительность происходящего. С первого шага Мартина в сторону Сэмьюэля прошла неделя. Он всё ещё сломан, всё ещё собирает себя по кусочкам, снова выстраивая причудливые фигуры, но теперь уже не один. Ему помогает Сэм, всячески подбадривая. Они много разговаривают, обсуждают то, что произошло в злополучный день и многое другое, помогающее больше раскрыться и улучшить напрочь исчезнувшее настроение. Теперь Март мог открыто говорить о Лео, не выдавливая из себя слова. За короткие семь дней, события, оставшиеся в памяти, немного потускнели на фоне новых, более ярких, более счастливых. Между Сэмьюэлем и Мартином определенно есть что-то большее, чем просто общение или общий досуг. Что-то большее, от чего парень старался себя отгородить, но его уже слишком сильно затянуло, чтобы пытаться убежать от своих же чувств. Конечно, в каждой истории есть своё незаконченное дело. Своя проблема, давнишний конфликт прямиком из детства. Для Мартина это стало последней точкой, которая сможет полностью разграничить то что было и то что есть у него сейчас. В один из солнечных выходных дней он вернулся с утренней прогулки, на которую исчезает регулярно на пару часов, ускользая из теплых объятий одеяла, и, не снимая верхней одежды, прошёл вглубь дома. К слову, они снова перебрались в частный сектор по просьбе самого Марта. Пусть Сэму до работы добираться оттуда далековато, но он понимал, на сколько это важный шаг для парня, чтобы отпустить всё то, что ему так много времени мешало. — Сэм дома? — заглядывая в кухню, где готовила Эми, спросил он, принюхиваясь к вкусному запаху, витающему в воздухе. — Во-первых, доброе утро, молодой человек, — начала она, упираясь руками в бока и грозно смотря из-под длинных ресниц на появившегося перед ней Мартина, но практически сразу черты её лица сгладились и она вновь непринужденно улыбнулась, — На втором этаже, в кабинете. Бывшую комнату Марта переоборудовали в кабинет, потому что в больнице стало слишком много бумажной работы, которую Сэмьюэль тащит домой и ночами разбирает отчетности, строча на своем ноутбуке слово за словом. Почти всё свободное время, которое он не тратит на парня, мужчина проводит за столом с кучей текста вокруг. Иногда ему даже смешно становится от того, что являясь врачом, вместо практики получает больше теории и теперь похож на настоящего бухгалтера. — Я тут подумал… — начинает с порога Мартин, вламываясь без стука в комнату, но тут же затихает, глядя на Сэма. Каждый раз видя мужчину, он смущается, а потом пеняет на самого себя и на то, что ему не удается подобную реакцию скрыть, умиляя мужчину, — О-о чём это я? — О том, что ты что-то подумал, — подсказывает ему Сэмьюэль, поднимаясь с удобного кресла, на котором сидел, закинув ногу на ногу, и подходя ближе, практически вплотную. Он смотрит сверху вниз на парня и ожидает продолжения. — Я подумал, что нам нужно кое-куда съездить… Сэм буквально читает по глазам, что это что-то неоспоримо важное и больше вопросов не задает, просит подождать его внизу у машины. Уже достаточно давно Мартин думал о том, чтобы полностью покончить с прошлым, оставляя всё и всех там, начиная новую жизнь. Он сильно хотел посетить нужное место, своими глазами увидеть человека, что когда-то поступил с ним, как с вещью. Они подъезжают к старому району, двигаясь по навигатору и подсказкам парня. Двор, в котором играют дети, кидаясь друг в друга снежками, окружен высотными неухоженными зданиями. С тех пор практически ничего не изменилось, лишь устарело, потрепалось со временем и износилось. Когда-то яркий кирпич и красивая облицовка дома стала тускнеть и разваливаться на глазах, многие квартиры наверняка пустуют и только детская площадка оставалась такой же, во всей красе показывая прохожим подобие космического корабля с лесенками и мостиками. Март смело выходит из машины, захлопывая за собой дверцу и прося мужчину подождать внутри. Он подходит к компании детей, что резвятся в снегу и подзывает девочку лет десяти к себе. Ребенок сначала пугается, но потом резво несется навстречу незнакомцу. Они о чем-то недолго разговаривают, стоя по щиколотки в сугробе. Лицо Мартина серьёзное, задумчивое. Когда девочка подскакивает и тычет пальцем в направлении улицы, парень поднимает голову и хмурится ещё больше, завидев вдалеке одиноко бредущего старика. Всё это Сэм отлично видел со своего места, ожидая Марта. Мужчина всё ещё пребывал в полном неведении и очень любопытствовал по поводу того, зачем они сюда приехали и что собираются делать.  Парень подбегает к машине и машет рукой, призывая выходить, уверенный в том, что Сэмьюэль его прекрасно видит и просьбу выполняет. Они идут в том же направлении, что и показал ребенок, снова вернувшийся в компанию друзей своего возраста. Чем ближе Мартин подходит к старику, что тащит в руках два достаточно увесистых пакета, сгибаясь под их тяжестью, тем неувереннее становится его походка, а с лица стирается былая решимость. — Давайте я помогу, — говорит он, вплотную подходя к старику и забирая у него один из пакетов. Стряхнув с коричневых волос, ради которых парень на днях ходил в салон и стригся, перекрашиваясь в родной цвет, снежинки, он улыбнулся человеку перед собой и спросил куда донести. — Спасибо вам, молодые люди, — Сэмьюэль принял второй пакет, всё ещё недоумевая почему они должны заниматься подобным, ведь приехали сюда по какому-то важному, как мужчине казалось, делу. Они обходят стороной площадку, поворачивая к маленькому скверу под окнами домов. Рядом находятся подъездные двери и лавочки, на одну из которых по просьбе старика, пара ставит тяжелые пакеты. Старик садится на край, грустно вздыхая и похлопывает рядом, приглашая своих спутников к нему присоединиться. — Я уж и не знаю, как вас за помощь отблагодарить, — говорит он, поворачиваясь к Мартину и устанавливая с ним визуальный контакт, рассматривая его порозовевшее на морозе лицо. Сэм задумчиво смотрел по сторонам, гадая, что их могло сюда привести, но спрашивать при старике у Марта не хотел и терпеливо ждал, когда их диалог закончится. — Вы живёте совсем один? — осматривая пожилого мужчину спрашивает парень. — Можно и так сказать, — с некой осторожностью, свойственной старикам, отвечает на заданный вопрос, потирая замерзшие руки, — У меня есть сын, но мы не общаемся. Мартин в миг напрягается всем телом, услышав слова про сына и собирается задать еще вопросы, но понимает, что может показаться слишком подозрительным. Его шанс узнать всё здесь и сейчас. — Наверняка есть какая-то причина, по которой вы не общаетесь, — осторожно начал он, ведя к тому, что так долго мечтал услышать, — Если бы всё можно было вернуть, вы бы исправили это? Мужчина напротив покачал головой и задумался на некоторое время, вновь гуляя глазами по лицу Мартина, останавливаясь на его детской улыбке и пристально смотрящих глазах. — С тех пор много воды утекло, — выждав паузу говорит старик, — Сейчас я понимаю, что ребенок — единственное, что осталось от моей покойной жены — чудо, которое я не ценил, гоняясь за собственными интересами и выгодой. Я не осознавал, что в старости останусь совсем один. Вы говорили про то, хотел бы я всё исправить… Зачем сейчас вспоминать о том, чего не будет, молодой человек? — он вновь пристально посмотрел в чужие глаза, словно ища в них ответ на собственный вопрос. Они замерли на несколько секунд и Мартину даже показалось, что его узнали. Что человек напротив всё понял и теперь ждёт ответной реакции. Парень забеспокоился, ещё раз переспросил не нужно ли помочь донести до квартиры сумки, но получив отказ, потянул сидящего рядом Сэма вдоль усыпанных снегом дорожек дальше по скверу. — Он ведь твой отец? — начал мужчина, как только они отошли на достаточно большое расстояние, прогулочным шагом петляя между скамейками и пустыми клумбами. Парень хватает Сэмьюэля за руку и переплетает с ним пальцы, немного успокаиваясь и понимая, что весь разговор находился в предельном напряжении. Он ожидал любого ответа, ожидал, что старик не захочет ни о чем говорить. Увидев своего отца, Мартин узнал его сразу. Мужчина практически не изменился за эти года, только постарел, осунулся, сгорбился, но лицо оставалось таким же суровым, как и раньше. — Да, — тихо отвечает парень, вдыхая полной грудью холодный воздух, ощущая прилив сил и спокойствие, понимая, что поступил правильно, решив приехать сюда в последний раз. — Для меня было важно посмотреть ему в глаза и узнать, понял ли он то, что сделал когда-то, — Мартин вздохнул, пиная мыском ботинка лежащий на их пути снег, — Иногда я сам себя не понимаю. С одной стороны, мне хотелось, чтобы он вспомнил меня, сказал, что совершил ошибку. С другой, я не желал ничего слышать, не хотел его оправдывать. Много лет я таил в себе обиду на непутевого отца, который бросил меня на произвол судьбы. Он тоже прожил не легкую жизнь, неся за своей спиной свои же ошибки. Я его прощаю, но не как сын, а как человек. Они шли медленно, встречая иногда семейные пары по пути, укачивающие в колясках детей. Та скамейка осталась далеко позади, пока они отдалялись от дома Мартина, его прошлое понемногу стиралось, отпуская давние мечты, обиды, злость. Парень успокаивался и искал для себя новое будущее, обещая, что оно будет намного счастливее прежнего. Что было — уже не вернешь, но за то теперь он может с уверенностью поставить последнюю жирную точку, держась за руки с тем человеком, с которым безмерно счастлив и в котором уж точно уверен. Они прошли через многое и многое им ещё предстоит, но здесь и сейчас есть только Мартин и Сэмьюэль. Только влюбленная пара. Пока они не скрылись из виду, Сэм заметил, что старик всё ещё смотрел им в след, видел, как трясущейся рукой он утирал скопившуюся в уголках глаз влагу, но не решался сказать об этом Марту. Отец его узнал, но понял, что уже не вернет.