Беги от пучин морских

Всё скатилась в бездну. Холодную, тёмную, безэмоциональную пустоту, из которой слышны сводящие с ума крики чиминовой души. Он сгорел. Сгорел от собственных чувств и реальности, которая так легко уничтожила всё, что у него было. Остатки парня догорали где-то, медленно тлея, но основной пожар уже потух, уже выжег всё, что мог. Юнги действительно ушёл. Он привёз Чимина в больницу и пропал. Больше парень не видел его. Всё, что Пак помнил - испуганные тёмные глаза, в которых страх и сожаление смешивались в единое однородное месиво, вызывая отвращение. Очнулся брюнет у себя в палате и первые сутки даже не вставал с постели, постоянно плача и жалея себя. Ему было больно, просто невыносимо больно. Хотелось кричать, рвать на себе волосы и биться головой об стену, чтобы это дурацкая боль в сердце быстрее закончилась. Но она не заканчивалась. Казалось, что где-то есть колодец без дна, её неиссякаемый источник. Всё стало совсем плохо. Всё скатилось на самое дно и из-под него ещё постучали. Чимин смотрел в окно и слушал тихое завывание ветра, больше не видя ни красоты, ни сказки, которая окружала его неделей ранее. И ещё ему действительно сменили врача.

***

Чужие изумрудные глаза смотрели со спокойной улыбкой. Русые волосы падали на худые щеки, а пальцы отстукивали какой-то ритм. Врач был не молод, но ещё и не стар. - Так что, Чимин, вы утверждаете, что ваши друзья сейчас в этой комнате? - Да. Они здесь. - коротко отвечает Пак и бросает взгляд на обеспокоенного Джина, сидящего рядом на перилке кресла. - И что они говорят вам? - задаёт новый вопрос доктор Ли. - Чими, скажи ему, что он кретин и пусть немедленно вернёт доктора Мина. У меня есть разговор к этому негодяю. - зло шипит друг, закатываю рукава. Брюнет бы посмеялся, но не может. Слишком больно. - Он сказал, что вы кретин. Просит привести другого врача. - Какого другого? - интересуется доктор Ли. - Есть конкретные пожелания. - Нет, пожеланий нет. - шелестит еле слышно Чимин. - Просто другого. В груди снова что-то трещит и снова что-то ломается, рвётся. Невыносимо...

***

Да, у Пака явно ухудшение. Друзья теперь постоянно находятся рядом и даже не собираются никуда уходить. В голове парня становится с каждым днем всё шумнее, голоса громче. Чонгук стал слишком активным и теперь старается любыми способами отвлечь своего хена от мыслей о нехорошем, как он выразился, человеке. Гуки постоянно рассказывает что-то, пытается играть в какие-то глупые игры, но Чимин почти не реагирует. Он просто смотрит на него и плачет, понимая, что перед лишь иллюзия, а не настоящий Чон Чонгук с кроличьей улыбкой и милым румянцем смущения на щеках. - Хен, я такое узнал сегодня! - как-то восклицает младший, счастливо улыбаясь. - Откуда? - тихо спрашивает Пак. - Откуда что? - не понимает Гук. - Откуда узнал? - А, да мне брат рассказал сегодня утром. - улыбается ещё ярче парень и у Чимина слезы начинают капать на белое одеяло. - Хен, ты чего? - Ты не мог узнать ничего от брата сегодня. - Почему не мог? - не понимает Чон, хмуря брови. - Потому что ты погиб два года назад... - хрипло шепчет Пак, закрывая лицо руками. - Прости меня... - За что ты извиняешься? - дует губы парень, гладя хена по спине. - Я убил тебя.

***

- Они говорят с вами? - спрашивает доктор Ли, напряжённо хмурясь. - Да, говорят. - бесцветно отвечает Чимин, глядя на стоящего позади врача Хосока. Он сводит брови к переносице и заглядывает в карту друга, лежащую на столе. - Диагноз параноидная шизофрения? Чимина, что это? - Это я, хен. - тихо шепчет Пак, чувствуя слезы в уголках своих глаз. - И ты тоже. Ты иллюзия. Лишь образ, который придумал мой мозг. Прости. - Тебе не за что извиняться. - тепло улыбается Хоби и в его глазах тоже застывают слезы, которые через секунду кристальными каплями срываются на цветастую рубашку. - Нет. Я виноват. Во всём виноват только я. - качает головой Пак, и образ друга начинает темнеть, как и всё остальное, пропадая в пустоте обморока.

***

- Тебе стало хуже? - спрашивает Намджун, залезая на кровать с ногами и удобно устраиваясь возле парня. - Таблеток стали приносить в два раза больше. Да и медсестра чаще заглядывает в палату. Что-то случилось? - Случилось. - кивает Чимин, всматриваясь в лицо друга. - Джун, как мне перестать ненавидеть себя? - Почему ты себя ненавидишь? - спокойно задаёт новый вопрос Намджун. - Потому что я убийца. Я убил всех вас. И теперь вы существуете только в моей голове, в моем подсознании, которое подкидывает мне ваши реалистичные образы, подбирает фразы, которые вы бы сказали. - отчаянно шепчет Пак, срываясь иногда на громкие всхлипы. - Как ты убил нас? - Джун удивляется, поднимает брови и смотрит неверяще. - Повёз кататься на лодке в шторм. - выдыхает брюнет и закрывает лицо ладонями. - Ты перевернул лодку? - Нет. - Ты скинул каждого из нас за борт и смотрел, как мы тонем? - Нет, хен, конечно нет. - Тогда как же ты убил нас?

***

Юнги направляется в кабинет к хорошему знакомому и настоящему профессионалу своего дела - Ли Минхо. Тот сидит за столом и всматривается в чье-то дело, усиленно хмуря брови, словно не может чего-то понять. Так и есть. - О, ты как раз вовремя. - улыбается Ли и зовет Мина к себе. - Пытаюсь разобраться с пациентом, которого ты мне передал и... Сердце блондина делает кувырок и ухает куда-то вниз. - Что-то случилось? - Да. Случилось. Ещё один кувырок и внутренний громкий треск, будто что-то раскололось на части. - Твой Пак Чимин... Ох, как бы Юнги хотел, чтобы Пак Чимин был действительно его. За эту неделю, что его не было рядом, молодой врач едва не сошел с ума. Он постоянно думал о хрупком парне с карамельными глазами, постоянно вспоминал все их разговоры и поцелуй на диване в миновой гостиной, вспоминал слезы на своих щеках, когда он вёз Чимина обратно в больницу. Мин не спал и не ел. Его и без того острые скулы стали выпирать ещё сильнее и выглядеть как-то нездорово. Блондин разругался с Джиа окончательно. И с мамой заодно, которая расценила размолвку её сына с "такой прекрасной, обворажительной, милой, умной девушкой" как собственное оскорбление. Вся жизнь Мин Юнги вдруг дала такую большую трещину, которую нельзя было ничем залепить, заделать и в которую проваливалось все прошлое, все старое и ненужное, утекало дорогое и важное. Блондин перестал смотреть телевизор, читать книги и играть в футбол после работы. Его единственной компанией по вечерам стал стакан крепкого виски со льдом. Да, ему ужасно не хватало Чимина. Он безумно переживал за него и скучал. Сам не заметил, когда так сильно привязался к нему и когда этот мальчишка стал так важен и нужен. Пак в его квартире смотрелся так правильно и гармонично, что с этой мыслью Мин не мог расстаться вот уже целую неделю. -... совсем плох. - слова Минхо вырывают Юнги из размышлений и будто разом весь воздух из лёгких выбивают. - Плох? Что с ним? - Галлюцинации усилились. Теперь каждая наша встреча заканчивается слезами и разговором с очередным другом. Он даже про меня забывает. Просто говорит, говорит, говорит. Иногда смеётся, но очень редко. Его "друг" часто просит позвать другого врача. Я ему не нравлюсь. Таблетки совсем не помогают. Не знаю, что делать и почему произошло такое резкое ухудшение. Юнги знает. Он все знает и понимает. И про другого врача тоже понимает. Чимин нуждается в нем, а он нуждается в Паке, но... Все это так сложно... Так неправильно. - Можно я поговорю с ним? - просит Мин. - Если считаешь это необходимым, то конечно. - кивает Минхо и снова опускает голову, тут же уходя с головой в историю болезни. Ли доверяет блондину. Он знает, что тот хороший врач и точно не сделает хуже. Ох, как же он ошибается.

***

Вид у Тэхена неважный. Чимину кажется, что друг сейчас - отражение его самого. Наверное, так и есть. Ким сидит на полу рядом с кроватью, положив голову на согнутые колени и тихо воет. Плечи его мелко дрожат, а на холодном полу уже скопилась лужица из слез. - Прости, Чимина. Прости меня. - шепчет Тэхен, не переставая. - За что простить? - удивляется Пак, ведь этот парень с абсолютно чистым и добрым сердцем, никогда не сделал бы чего-то, за что надо бы было так извиняться. Ким идеален во всем. Во внешности, в дружбе и просто в человеческих качествах. Его не за что винить. - Прости, что я ненастоящий... - вхлипывает Тэхен, поднимая светлые глаза и заглядывая в чиминовы. - Я так хотел бы помочь тебе, хотел бы обнять, но не могу. Не могу, потому что я галлюцинация, всего лишь образ. Ненавижу себя. Чимин смотрит на красивое лицо друга и видит в нем столько боли и отчаяния, сколько видит в собственном отражении в зеркале. Ким всё чувствует и понимает. Какие странные иллюзии. Будто живые. - Тэхена, я так люблю всех вас. И так не хочу, чтобы ты уходил. Полежи со мной, пожалуйста. - тихо просит Пак, протягивая руку к другу. - Конечно, конечно. - тут же быстро кивает Ким и запрыгивает на кровать, обнимая друга крепко-крепко. Жаль только, что Чимин не чувствует этих объятий. - Я никуда не уйду, Чими. Я всегда буду рядом с тобой. Как и все остальные. Пак отводит глаза от Тэхена и видит всех своих друзей, собравшихся возле кровати. Они просто стояли, молчали и улыбались. А Чимин плакал навзрыд, потому что это невыносимо, потому что он потерял их.

***

Юнги ходит по своему кабинету, как тигр, загнанный в клетку. Он понимает, что должен помочь Чимину, должен что-то придумать и вытащить его из резко ухудшевшегося состояние, которое сам же и создал, но в голову ничего не приходит. Совсем ничего. После 30 минут бесполезного марафона по кабинету, Мин опускается в кресло и включает какой-то рандомный канал на телевизоре, чтобы хоть немного расслабиться и отдохнуть. Включает и застывает. На экране яркая квадратная улыбка, карие смеющиеся глаза и каштановые волосы. Парень красиво двигается на сцене, снимая и надевая на себя маски, откидывает из в сторону, вертится и поёт. Он элегантный, гибкий и... живой. Мин несколько раз моргает и понять ничего не может. Пазлы никак не складываются в голове врача. Этот парень совсем как на рисунке Чимина. Он точно так же улыбается, смотрит с таким же выражением в глазах - искрами озорства и любопытства. Но ведь Пак сказал, что это рисунок его друга, который погиб два года назад... Как такое возможно? - Перед вами выступал прекрасный Ким Тэхен! Гений сцены и наш новый певец года. - озвучивает ведущий. Юнги хмурится, смотрит на парня с экрана и через мгновение срывается с места. Сердце его колотится, пытаясь вырваться из груди. Неужели... Не мог же Чимин... Врач залетает в кабинет к Минхо и останавливается возле стола, нависая сверху и тяжело дыша. - У тебя есть рисунки Пак Чимина, которые забрали из его комнаты, когда он пытался покончить с собой? - Да, конечно. Всё в папке. - кивает Ли, немного удивлённый таким внезапный появлением Мина. - Что-то случилось? Минхо встаёт и подходит к стеллажу, ища имя Пака. Юнги в это время не дышит. Когда Ли наконец находит то, что искал и несёт другу, то понимает, что тот о чем-то догадался, но пока что ничего не скажет, сколько не проси. Это дело особенно важно для Мина. Минхо это прекрасно видит. - Верну через полчаса. Спасибо. - кивает блондин, выхватывая историю болезни и выходя из кабинета быстрым шагом. Юнги падает в кресло и открывает первые страницы, сразу же находя красивый рисунок, глядящий на него прямо как тот парень со сцены. Да, это действительно он. Видеть это страшно, но осознавать, что на самом деле происходит, ещё страшнее. Врач перелистывает страницы, читая историю болезни и натыкаясь на перечисления имён призраков Чимина, что являются ему в ведениях. "Ким Намджун, Ким Сокджин, Чон Хосок, Чон Чонгук и Ким Тэхен." Ким Тэхен... Тот самый Ким Тэхен, который сейчас пляшет на сцене и забирает награды за лучшие выступления, тот самый Ким Тэхен, который улыбается ярко в камеру и выглядит вполне живым. Этого просто не может быть. Мин быстро вбивает в ноутбуке остальные имена из списка и видит в одном из парней на фото очередной портрет Чимина. Ким Сокджин. Такой же невероятно красивый, но весь в кровавых пятнах. Они все живы. Все друзья Пака живы. Что на самом деле случилось два года назад? Что произошло? Почему Чимин думает, что все они погибли в морской катастрофе? То, что друзья Пака на самом деле живы, доказывается ещё и тем, что Юнги ничего не нашёл про крушение прогулочного корабля у острова Чеджу. И, если до этого ещё были сомнения, что дело могли замять и не пустить в новости, то теперь все стало ясно. Никто не погиб два года назад. Но кто-то внушил это Пак Чимину. И тот сошёл с ума.