Страсть и страх

Чем дольше ты ждёшь, тем больше вероятность, что ты ждёшь не там. Эльчин Сафарли “Мне тебя обещали”

Безмолвная тишина. Вокруг не чувствуется ни одного запаха, не слышно даже малейшего шороха. Ты не можешь открыть глаза и видишь лишь темноту под веками. А разве это так важно? Мягкое касание воды к твоей коже приятно обволакивает всё твоё тело. Такое чувство, будто ты паришь и ты свободна. Настолько тепло и так хочется вздремнуть ещё хоть немного. Ты отрекаешься от своих мыслей, от чувств, забываешь, кто ты и где ты. Просто засыпай. Все тревоги со временем уйдут. Свернувшись калачиком и обняв себя за ноги, ты уплываешь в глубокий и очень долгий сон.

***

Это был обычный пасмурный день. Аян и его банда шли со скудной награбленной добычей в свой лагерь. Аян был обычным выходцем из Богом забытой деревни, на сегодняшний день заброшенной из-за обвалов на прилежащих шахтах, которые служили селянам главным источником доходов. Его отец жил работой на шахте, зарабатывал за тяжелую смену гроши, которые хватало разве что на один ужин для двоих. Но при всём при этом он очень любил своего сына, и при каждом удобном случае повторял, что на хороших людей смотрят Архонты, и только благодаря хорошим людям Архонты остаются с ними. Он учил сына доброте на своём примере: каким бы он ни был уставшим, он в своё свободное время помогал пожилым с их огородами, таскал тяжелые мешки овдовевшим женщинам, помогал с ремонтом деревни. Аян очень гордился своим отцом. Его гордость и любовь к отцу невозможно было описать словами. Мальчик к 6 годам самостоятельно убирался и готовил, а также научился делать капканы и иногда приносил домой пойманных в них лисиц. Всегда после этого бежал хвастаться отцу, чтобы тот похвалил его и погладил по голове, сильно взъерошив его волосы. Незадолго до того, как Аяну исполнилось бы 8 лет, отца завалило при обвале в шахте. Такое случалось, работа в шахте никогда не была безопасной. Мальчик потерял смысл жизни, и долгое время бродил по окрестностям, будто пустой сосуд, разыскивая своего любимого папу. Как-то раз, когда он пропал на два дня, вся деревня собралась на его поиски. Даже дети, гораздо младше него, вызывались и слезно говорили, что старший братик очень добрый и всегда помогал им, и они хотят отплатить ему тем же. Аяна тогда нашли на последнем издыхании, лежащего под большим деревом с голубыми, как бирюза, ветвями. Деревня стала для него новой семьей. От своих заработков мужчины откладывали для Аяна по несколько моры в день. Хоть и даже этого было мало, он всегда искренне и с улыбкой говорил “Спасибо”. Они жили счастливо. Но и это не могло длиться вечно. Обвалы участились и большинство используемых проходов в шахтах были завалены. Когда вся деревня решала финансовый вопрос, большинство селян решили переехать в деревню Цинцэ. Остальные решили переселиться к знакомым или своим дальним родственникам. Путь предстоял и для тех, и для других неблизкий, и все задались вопросом: как быть с Аяном? Все стояли в молчании, не зная, что и сказать. Они хотели ему помочь, но никто не мог взять его с собой. К сожалению, Аян всё это слышал и понял, к чему было то неловкое молчание. Вся деревня была ему дорога и он не хотел никого обременять, поэтому он просто собрал свои вещи и ушёл, куда глаза глядят. Мальчик пережил немало трудностей прежде, чем стал взрослым мужчиной: голод, морозные ночи под открытым небом, встреча с разбойниками, которые хотели продать его, но, после того, как он ловко выскользнул из их лап, они поняли, что мальчишка может быть полезен. Кто будет подозревать худощавого мальчугана в краже, который еле-еле на ногах стоит? Разбойники оставили его и взялись за его воспитание. Аяну не нужно было ничего, кроме еды, которую они ему давали, поэтому он решил остаться. Так прошло бессчетное количество ночей, из бедного мальчика путем побоев выбили всю доброту и сделали его бездушной куклой, умеющей только воровать. Когда Аян подрос, он стал им не нужен: в их банде и без того очень много ртов. И его выбросили. Пятнадцатилетний мальчик выживал в лесу, придумывал новые капканы для ловли лис и кабанов, продавал их шкуры и мясо в деревнях, в которые забредали разбойники, его прошлая семья. Ведь как ни крути - он прожил с ними почти шесть лет. В одной из деревень он и повстречал свою нынешнюю банду - четырёх раздолбаев. Они были похитителями сокровищ. Они были не очень хорошими людьми, но с радостью приняли Аяна в свою банду. Сокровища никогда не были легкодоступными, поэтому парни иногда промышляли грабежом. Аян обучил их искусству и многочисленным уловкам, придумывал изощренные способы добычи денег с путников. Но Аян никогда не забывал о доброте. В тайне от своих товарищей и друзей, он не обирал путников до нитки, оставлял хоть какие-то сбережения, будто просто не заметил маленький мешочек с деньгами. Пока никто не видел, Аян помогал сиротам и пожилым людям в деревнях, которые проезжала их банда. Жил он не бедно и, в принципе, счастливо. Спустя некоторое время его сделали главарем банды. Он очень радовался, что приобрёл новую семью. А потом… – ..ян! Аян! Ая-я-ян! - очень громко кричал Норд. - Э-э-эй, о чём задумался? – О том, что как познакомился с вами, мне ни минуты покоя не было. Норд и его брат Тео расхохотались. Они были близнецами и были как две капли воды похожи друг на друга. Невысокого роста под 170 сантиметров, глупые и смешные черты лица. По взгляду одного из них всегда можно было понять только одно: у него на уме что-то невероятно глупое. Причём что у одного, что у второго. Растопыренные уши только усугубляли ситуацию. – Пацан, всё в норме? - спросил Арлен. – Да, всё в порядке. Немного расстроен, что в сундуке опять один редис оказался. Норд и Тео обновили свой хохот. – Это всё из-за этих из гильдии искателей приключений. К ним хлынул поток искателей приключений, и сокровища все сразу попропадали. Бесит. - проворчал Арлен. Арлен был статным мужчиной со взрослыми чертами лица. Грубый голос, очень густые брови, ухоженная щетина. Он следил за своей внешностью и, хоть и казался грубым, был очень наивным. Аяна он начал называть “пацаном” ещё с самой первой встречи. Аян был не против, хоть и остальным товарищам было странно слышать в адрес главы “пацан”, даже несмотря на то, что Арлен на четыре года старше Аяна. У разбойников одно правило - уважение главы. Поэтому для них это была дикость. Позади послышался уставший зевок. – Главный бездельник банды подал голос! - тявкнул один из близнецов. – Пф, - Дан фыркнул. - Помолчал бы, кем бы ты ни был. Самый младший в банде, не то, чтобы худощавый и не то, чтобы упитанный. С виду он был совершенно обычным парнем, не низким, но и не высоким, с каштановым цветом волос, слегка кривыми передними зубами. Он ничем не отличался и никак не выделялся из банды. У него была только одна особенность - он не различал близнецов. Как-то они поменялись одеждами и Дан думал, что Норд - это Тео и наоборот. И проходил так, называя их не своими именами почти две недели. Может, и дольше бы проходил, если бы Арлен не угомонил их. Дану было далеко до перфекциониста, он любил пустить всё на самотёк, и товарищи зачастую принимали его безразличие за безделье. Но при этом он был очень (даже слишком) злопамятным и до сих пор не простил близнецов за их шалость больше трёх лет назад. Во всем остальном Дан был обычным, без особых амбиций, человеком. Веселые разговоры не утихали на протяжении почти всего пути, и когда до базы осталось меньше двадцати минут пешком, Арлен подтолкнул Аяна под пояс, уводя его чуть поодаль от банды и сказал: – Пацан, я бы хотел с тобой поговорить. Точнее, спросить кое-что… – Эм… Да я не против, а с чего… Аян не успел договорить, как послышался странный треск под ногами. Земля начала подрагивать, и ребята ясно ощутили ногами волновое движение под землёй. Что за чертовщина? Землетрясение? Как близко мы к эпицентру? В голове Аяна помимо этих вопросов крутились мысли о том, как бы земля не разверзлась прямо под ногами товарищей и кто-нибудь не упал. – Всем! Собраться в кучу! - паническим голосом прокричал как можно громче Аян. – Да! - почти в унисон прокричали товарищи и начали подбегать к своему главарю. Они встали друг к другу спинами, образовывая круг, и стали глядеть в оба. Все пытались рассмотреть, где откроется первая трещина, чтобы начать бежать в обратную сторону. Всем парням было страшно, но у всех была лишь одна мысль - они вместе, а вместе они смогут превозмочь абсолютно всё. Пока Аян смотрел в сторону, откуда они пришли, он заметил какое-то движение в кустах. Неужели первая трещина пойдёт там? Чуть приглядевшись, он увидел что-то белое в кустах. Возможно, лиса? Но времени обдумывать это не было, и он продолжил смотреть себе то под ноги, то куда-то вдаль. От этой тряски у всех начала побаливать голова и немного тошнить, у всех, кроме Арлена. Землетрясение с каждой секундой становилось всё мощнее, группа была на взводе, дожидаясь команды главаря. Какова была вероятность, что первая трещина раскроется прямо у них под ногами? Хоть вся банда и понимала, что Аян очень невезучий, но чтобы не повезло настолько, ни у кого не было в головах. Однако, невезение сыграло против них. Под ногами Аяна начала разверзаться земля. Он не мог понять по каким сторонам пойдет трещина, поэтому мгновение помедлил. – Оно под нами! Разбе… Аян чуть отпрыгнул. Земля рухнула из-под ног с оглушающим грохотом. Аян изо всех сил, пока висел в воздухе и чувствовал, как падал, пытался зацепиться хоть за что-то во время падения, и нащупал какой-то корень. Он вцепился в него со всей силой, которая у него была. У парня немного отлегло. Он молился Архонтам и мысленно извинялся перед товарищами, ведь они все ненавидели Архонтов за весомые причины, но только не Аян. Он молился и ему было страшно открывать глаза. Ногами он пытался вцепиться в землю, но всё тщетно. Руки скользили по корню и он понял - вот она, смерть. Под ногами нет ничего, только пустота. Та же пустота, с которой он жил после смерти отца. За что ему всё это, Архонты милостивые? За что? И Аяна вдруг осенило. Товарищи. Что с товарищами? Их надо спасти. Вдруг они тоже висят, как и он, и ждут помощи? Он открыл глаза, его взгляд устремился вверх. До уступа около одного метра. Всё нормально. Нужно лишь подтянуться и зацепиться ногами за корень, который удерживал его от неминуемой смерти. Он вцепился ногтями в корень и почувствовал, как растение в ответ до крови вцепилось в него. Ничего, не больно. Главное - безопасность товарищей. Он почувствовал, что свободен. Что у него есть выбор. И сейчас не было ничего важнее спасения товарищей - его семьи, которую он с таким трудом и так неожиданно приобрёл. В мыслях о своих друзьях он не заметил, как грохнулся всем телом на землю. На зелёную траву. Руки очень сильно тряслись, ныли и были противными на ощупь из-за крови. Тогда Аян приложил колоссальные усилия, чтобы не вырубиться из-за шока. Он встал и начал осматриваться. Землетрясение утихло. Лишь кратковременная пауза или оно вовсе прекратилось? Долго думать нельзя. Расщелина оказалась в длину около пятисот метров. Не обойти. До противоположной стороны расщелины 30-50 метров. Он подполз к огромной дыре и начал осматриваться в попытках найти силуэт хоть одного из товарищей, держащегося за уступ. Ненароком он устремил взгляд в самую глубь и понял, что там нет ничего. Он смотрел на глубину примерно одного километра , после которой свет уступал тьме, и дальше была лишь темнота. Черная, как души разбойников, что растили его. Почему-то у Аяна промелькнула его прошлая семья и отец. Потом Аян понял, что не видел никого похожего на одного из его товарищей. Что это за чувство? Он ещё раз вгляделся в глубь. Насколько же долго падать до конца образовавшейся дыры? Неужели это бездна? Разве бездна может вот так запросто открыться? Невозможно. Аян никогда о таком не слышал. Но ведь откуда-то появлялись разломы, верно? Хотя парень не стал это слишком осмысливать. Его чувства будто поглощали всю темноту, что была в этой адской дыре. Он шёпотом начал звать своих товарищей. Хоть кто-то. Ну кто-нибудь. Хоть один силуэт. На щеках слёзы. Сердце разрывается от бессилия. Если бы у него был глаз Бога. Если бы был… Он умолял, чтобы хоть кто-нибудь подал свой голос. Он со всей жадностью пытался отыскать их. Товарищей и отца. Он сходил с ума, разум с каждой секундой затуманивался всё больше. Если бы он чуть раньше прокричал, что землетрясение началось под ними… Возможно, товарищи бы успели среагировать и отпрыгнуть хоть куда-то. Это всё из-за него. Это всё он виноват. Если бы он больше помогал отцу, тот бы брал выходные и они бы проводили намного больше времени вместе. Если бы умел добывать камни, как отец... Он бы не умер, если бы столько не работал ради меня. Это конец. Аян встал на самый край. Он потерял всякую надежду. Он уже устал от этой жизни. Снова раздался шорох в кустах. Неужели та лисица? Почему она ещё не убежала? А он совсем и забыл про неё, и даже не посмотрел в ту сторону. Он посмотрел далеко в дневной небосвод, медленно закрыл глаза, принял свою смерть и расслабил ноги, готовясь всем телом почувствовать резкий поток идущего навстречу ветра… Но он остался на земле. Почему он не падает? Странное чувство на животе. Будто его что-то поддерживает. Аян открыл глаза. Это были корни. Корни?! Что за чертовщина? Они мягко обволокли его предплечья и обвили его живот, подняли в воздух и поставили подальше от края обрыва. Они начали потихоньку соскользать с его тела и сползать обратно в расщелину. Аян пребывал в, мягко сказать, сильном шоке. Что это такое творится? Вдруг он услышал крик из расщелины. -Аян! Норд! Хоть кто-нибудь! Что за херня творится? Что это за вьющиеся вокруг меня тентакли? Отпусти меня! Из расщелины показался Тео, весь окутанный странным растением. Они встретились взглядами. – Э-э-э, - со свойственным разбойничьим акцентом издал удивленный Тео. - Глава, ты чего ревешь? Лозы с особой заботой поставили парня рядом с главой банды. Тео недоумевал что происходит, смотрел как обычно своим очень глупым взглядом, будто он до этого спокойно спал и проснулся на этих лозах. Растения тем временем нежно, одного за одним, вытащили из расщелины Дана, Арлена и Норда. Они все были без сознания. После завершения успешно завершенной работы лозы медленно опустились обратно в расщелину. Аян не мог поверить своим глазам. Тео же тряс изо всех сил своего главаря, постоянно крича его имя. После нескольких неуспешных попыток вернуть командира в чувства и пары пощечин, Тео ринулся к товарищам проверять дыхание. Аян смотрел на него и ждал его реакции. Они ведь дышат? Тео метался между ними и пребывал в удивительном спокойствии. – Они все живы, глава. Аян упал на колени, не веря в своё счастье. И ещё больше вдался в слёзы. Тео смотрел на него то ли с упоением, то ли с ненавистью, то ли с тем же самым непониманием ситуации. Уж такой у него был взгляд. Потом у Тео потекли слёзы. Теперь всё было понятно. Аян, будто придя в сознание, ринулся обнять своего друга и очень громко взревел.

***

Спустя какое-то время, когда два друга успокоились, начали приходить в себя и остальные. Сначала проснулся Дан, почти сразу после него Арлен. У них обоих была почти одинаковая реакция - как они ещё живы? Норд же, после пробуждения увидев своего глупого братца, выдал: “Паршиво выглядишь, малыш”. Ах, эта его заурядная шуточка про малыша. Засранец, который старше всего на две минуты. Уши бы ему оторвать. Банда ликовала и одновременно не понимала как осталась жива. Аяну же наоборот казалось, что он умер и сейчас видит сон. Очень счастливый, от которого не хотелось просыпаться. Однако, радость от того, что все остались живы, была недолгой. Землю снова затрясло. Не так сильно и только в области уже образовавшейся расщелины. Ребята встали на ноги, уже готовые бежать подальше от этой чертовщины, но задержали свой взгляд на очень интересной картине: лозы создавали поддон, будто мост, соединяющий два края расщелины. Там были сотни, нет, даже тысячи корней, они вились вокруг друг друга, будто закручиваясь в миллионы узелков. Они беспрерывно двигались и, в конце концов, в середине начали образовывать обширную круговую область. И внутри этой области начал расцветать цветок. Аян видел подобные цветы. Они всегда расцветали в месте скопления элементальной энергии. Это был цветок озарения артерий земли, распускающийся от первородной смолы. Только те цветы, в отличие от этого, были очень маленькими. Этот был огромным, будто бы там был человек. Не успела у Аяна проскочить эта мысль, как цветок начал распускаться и за своими лепестками показал девушку. Очень красивую, с белоснежными волосами длиной до самых пяток. Её черты лица воистину завораживали и были настолько прекрасными, что кроме как “божественным” её лицо нельзя больше было никак назвать. С каждой секундой цветок распускался всё больше и стали видны её плечи, грудь, затем и ноги. Белая, как снег, кожа. Миниатюрное строение тела, при всем этом очень сексуальное. Стройные подтянутые ноги, по которым струилось полупрозрачное многослойное платье. Оно было соткано будто из облаков, даже издалека было видно, насколько оно лёгкое. И хоть оно и, порхая как крылья бабочки по ветру, закрывало большую часть ее тела, были видны все идеальные пропорции девушки. Возможно, у Аяна просто закончился пубертатный период, поэтому в его глазах эта девушка представала как богиня красоты. Неописуемой красоты. Он её сравнивал с только выпавшим блестящим, мягким снегом. Рассмотрев её чуть лучше, Аян обомлел. Она была как продолжение цветка. Ее кожа на спине и платье были соединены с цветоложе. У неё было такое лицо, будто она спит. Остальные парни обомлели и ничего, кроме как глазеть, больше не могли. Первым очухался Тео. Аян всегда подозревал что он по мальчикам. – Эй, абалдуи, харе глазеть! - прокричал Тео охрипшим голосом. – Девственникам слова не давали, - с непонятной досадой сказал Дан. – Я не девственник! – Да, я готов подтвердить! Он её давно потерял с его любимой Лили! - запинаясь на имени девушки, произнёс Норд. - Арлен подтвердит тоже. Арлен лишь закатил глаза. – Что еще за Лили? - удивился Аян. – Брат, помолчи! – Он так свою левую руку начал ещё в детстве называть. Норд начал неумолимо смеяться, а Тео очень сильно покраснел. Видимо, это было очень личное для Тео. Аян смотрел на них и в итоге тоже не сдержался и начал очень громко хохотать вместе с Нордом. Арлен и Дан издали издевательские смешки. У Тео было чувство, будто все его товарищи ополчились против него. За веселой беседой они позабыли о девушке и не вспомнили про нее до момента, как в шаге от группы все ребята не услышали грозным девичьим высоким голосом: “Вы грешны”. Аян и Арлен моментально отпрыгнули от источника звука и приняли боевую стойку. От миниатюрной девушки веяло невероятно убийственной аурой. Ее лицо вблизи было еще прекраснее, все изгибы ее черт были в меру угловатыми и округлыми. Пышные губы, курносый нос. По безжизненному лицу, которое не издавало ни одной эмоции, было понятно лишь то, что ей всё равно. Сейчас она походила на куклу. На куклу с незаконченной деталью - в ее глазах не было зрачков. Полностью белые глаза, по которым невозможно предугадать, на кого она смотрит. Но Аян всё же понял, что она нацелилась на того, кто не успел отреагировать так же быстро, как и они с Арленом. Чтобы защитить товарища, он ринулся на помощь к Норду - он был самым потрепанным из всех. Но не угадал. Или нет. Не было разницы к кому он кинется. Девушка со скоростью молнии, точнее, превратившись в молнию, даже если бы он кинулся защищать кого-то другого, успела среагировать и броситься к любому другому из товарищей Аяна. Сейчас она стояла прямо напротив сидящего Тео. Всё произошло за считанные секунды. Девушка поднесла ладонь ко лбу Тео и, даже не коснувшись его, сказала лишь: “Ты грешен”. В тот же миг парень начал во всю глотку, что есть мочи, орать. Он поднес руки к глазам и зажал их, вопя от боли. Аян и Арлен оцепенели и одновременно почувствовали невероятную ярость, пожирающую их изнутри, и без промедления кинулись прямо на девушку. В пяти сантиметрах между маленьким ножом Аяна и затылком девушки, парни были отброшены силой анемо. У неё есть глаз Бога? Причём не только анемо, но и электро. И если так подумать про лозы, значит, она владела и дендро? Что это значит? Неужели где-то рядом ошивались её помощники? В то же мгновение Аяна начали связывать те же самые лозы, которые спасли его товарищей, что подтвердило опасение парня. Она действует не одна. У парня проскочило воспоминание о шорохе в кустах, но он не успел опомниться и хорошенько об этом поразмыслить, как был уже крепко-накрепко связан вьющимися растениями вместе с Арленом, а девушка размеренными шагами постепенно двигалась к Дану. Дан пытался встать и бежать, но силы покинули его еще с того момента, как земля разверзлась под ними. Да и даже если бы он смог встать и побежать, он не смог бы скрыться. Девушка, как и с Тео, поднесла ладонь ко лбу Дана, сказала те же самые слова, и парня вырубило. – Нет! Не смей! Зачем тебе это всё? Что тебе нуж… – Заткнись. - девушка перебила Аяна и устремила свой взор на него. Его тело пробила дрожь. Ее аура и взгляд были настолько убийственными, что от этого он чуть не сблевал. Она начала подходить к нему спокойным шагом, не отводя глаз с его лица. Страшно. Она подвела свою ладонь к его лбу и в то же мгновение он услышал лязг металла. Рефлекторно он закрыл глаза и не понял, что случилось. Открыв их, он увидел всё то же безжизненное лицо, уставившееся на него, и девушку с короткими пшеничными волосами в белом платье с угловым разрезом, в длинных сапогах, с глазами цвета меда. У нее был злой пронзительный взгляд. Девушка стояла в позе, будто хотела отрубить мечом голову беловолосой, но что-то ее остановило и заставило замереть. Прищурившись, Аян увидел, что это щит. Гео, мать его, щит. Где же прячутся ее подельники? – Кто ты такая? Что тебе надо от этих людей? – Не мешай. В то же мгновение девушку с пшеничными волосами отбросило силой анемо.