Mi vida

      Разлом в горах Энканто образовался около пяти лет назад, поэтому заезжие ярмарки раньше город не посещали. Развлечение для многих было диковинным. С самого утра горожане стекались к рыночной площади, чтобы своими глазами узреть товары, привезенные из внешнего мира.       – Идем, милая, – подзывает Мелисса дочь, застывшую у одного из прилавков.       – Взгляни, – Марси протягивает ей музыкальную шкатулку: стоило ее завести, и фигурки маленьких кроликов, прежде таящихся под керамической крышкой, пустились в пляс.       – Я куплю её, – воссияв, девушка возвращается к витрине, чтобы расплатиться с торговцем. Краем глаза она замечает, что мать направляется следом.       К ним приближается тучная дама лет семидесяти. Картер тут же узнает в ней матриарха семьи Морано.       – Я знала, что встречу вас здесь, – тепло улыбается она, обращаясь к Мелиссе.       «Ещё бы. Вы планировали это сватовство неделями» – думает Марси и передаёт деньги сухопарому мужчине, восседавшему за прилавком.       Агата, приветливая женщина с седыми косами, приходилась Эмилю бабушкой. Марси быстро прониклась к ней симпатией – старушка всегда говорила по существу и, несмотря на возраст, хватки не теряла, продолжая единолично заправлять всеми делами семьи.       – Добрый день, дорогая, – кивает ей старушка и оборачивается, высматривая кого-то среди прохожих.       – Добрый, донья* Агата, – Марси тоже оглядывается, замечая неподалеку причину своей головной боли: темноволосый юноша направляется к ней, а Картер вдруг хочет затеряться в толпе зевак, бредущих мимо.       С Эмилем они знакомы давно, вот только долгих бесед им вести пока не доводилось. Чего греха таить – девушка глубоко убеждена в том, что общих тем им найти не удастся.       – Здравствуй, – широко улыбаясь, приветствует её парень.       «Отличные зубки, – думает Марси, – На эту улыбку, должно быть, девушки и ведутся»       Эмиль приблизился к ней и разница в их росте стала явной – юноша был на голову выше. Вьющиеся смоляные волосы парня и его ореховые глаза, обрамленные темными ресницами, привлекли внимание Картер. Осознав это, девушка невольно нахмурилась. «Не хватало только засмотреться» – посещает её неприятная мысль.       Морано протягивает ей руку, надеясь, что Марселин подаст свою в ответ. Она знала что за этим последует: Эмиль, склонившись, коснётся губами тыльной стороны её ладони – жест опошленный и, как казалось Картер, переоцененный. Её подобным не проймешь.       – Здравствуй, – вторит ему девушка.       Превозмогая стыд, она игнорирует формальность и решает скрепить встречу обычным рукопожатием.       «Какой позор» – эту мысль Марси находит даже приятной, от титула "достойной партии" нужно было избавиться как можно скорее.       – Рад тебя видеть, – подавить усмешку Эмиль был не в силах, – Не думал, что встречу тебя здесь.       – Да что ты, – тянет Марси, недобро оскалившись, – Я-то как рада.       Лицезревшая это Ванесса, вопреки ожиданиям девушки, снисходительно улыбается. Это неудивительно: Марси полюбилась ей как раз за свой необузданный и отнюдь не мирской нрав. Женщина была уверена, что именно такой невестки недостает ее ветреному внуку.       – Марси, – шепчет Мелисса, легко пощипывая девушку за бок, – Где твои манеры?       Опасаясь, что дочь захочет возмутиться вслух, она продолжает уже громче:       – Какой приятный сюрприз, милая, верно? – она подталкивает девушку к Эмилю, а сама отступает назад, хватая нерасторопную Агату под руку. – Составь юноше компанию, а мы с абуэлой, пожалуй, пройдемся.       – Разумеется, – отзывается Картер и тянет губы в притворной, нарочито вежливой улыбке. Девушка фыркает, когда женщины скрываются за поворотом. Её спутник, заметив это, приобретает предельно оскорбленный вид.        – Я тебе не нравлюсь, – озвучив верное умозаключение, он складывает руки на груди. – В чем причина?       – Её нет, – отвечает Марселин, пожимая плечами.       Быстрым шагом она направляется прочь, надеясь, что юноша за ней не последует.       – Так значит, я неверно тебя понял? – интересуется Эмиль, нагоняя её.       – Нет, ты понял верно, – театрально вздыхает девушка, – Сватовство – орудие пыток, я в этом участвовать не собираюсь.       – Тебя выбрала не сваха, – усмехается парень.       – А кто же?       – Я, конечно, – сообщает он, стараясь идти нога в ногу со своей прыткой спутницей.       «Так даже хуже» – отмечает про себя девушка.       Музыкальную шкатулку она кладёт в тряпичную сумку, подаренную ей Мирабель. Вещица была вышита цветами лаванды – снова Мадригаль постаралась. Марси вздыхает: даже мысли о заботливой подруге не способны были поднять ей настроение.       – Я понимаю, – кивает он, – И не стану отнимать твоё время.       Девушка решает, что ослышалась. Она останавливается и, развернувшись на мысках, преграждает юноше путь.       – Не хочу показаться навязчивым, – продолжает Эмиль, улыбаясь, – Я провожу тебя, а абуэле скажу, что мы распрощались пару часов спустя.       – Вот как, – сощурившись, девушка окидывает Морано настороженным взглядом. – Это все?       – Нет, – он качает головой, запуская руку в свои тёмные локоны на затылке, – Завтра, во время фестиваля, я обязательно тебя отыщу.       – Ага, как же, – она улыбается, но теперь вполне искренне. Марси решает, что пятнадцать минут, проведенных в его компании, она сможет вытерпеть без особых усилий.       Провожая ее, парень будет болтать без умолку, а Картер, к своему удивлению, найдет, чем поделиться в ответ.       Оказавшись в стенах своей комнаты, девушка ещё раз припомнила их беседу. С досадой она признаёт, что холодным нарциссом, на первый взгляд, парень не был. Более того, некоторые сплетни, вращающиеся вокруг Морано, оправдать было сложно: юноша показался ей вполне приятным.       Другое дело – Камило. Парень стал невыносимым и вел себя предельно странно: бродил за ней по пятам, подшучивал вдвое чаще. Терпеть выходки друга становилось все сложнее, а идея отгонять его палкой начала казаться Марси приемлемой.

***

      Праздник, посвященный процветанию Энканто, приходился на даты летнего солнцестояния. Жители города весь день отводили танцам и застольям, чевствуя свою райскую обитель.       Молодежь, собравшись в компании, хлынула на улицы города аккурат перед наступлением сумерек. Марси и её подруги были в числе тех, кто добрался к главной площади ещё дотемна.       – Ты не выносишь шумных мероприятий, Дол, – обращается Картер к девушке, идущей позади. – Поверить не могу, что ты отправилась с нами.       – Об этом не беспокойся, – отвечает Мадригаль.       Марси понимает, что подруга очутилась здесь по вине Мариано – её супруга, окрестившего ежегодный фестиваль своим любимым праздником. Мужчина брел за ними следом, разглядывая облагороженные к торжеству окрестности, а рядом вышагивала Мирабель, сопровождаемая двумя старшими сёстрами.       Энканто и для Картер заиграл новыми красками: город утопал в теплом свете праздничных фонарей, вереницы цветных флажков тянулись вдоль извилистых улочек, а слух горожан теперь ласкали знакомые колумбийские мотивы.       В разношерстной толпе Марси замечает знакомую кудрявую макушку. Камило, встретившись с ней взглядом, решает двинуться девушке на встречу. Он осматривает её с ног до головы, подмечая, что сегодня подруга выглядит иначе:       Её рыжие волосы, прежде прямые, теперь были завиты, а пряди у лица вплетались в замысловатые косы, скрепленные на затылке девушки.       Мирабель потрудилась на славу– наряд на Картер сидел, как влитой. Лёгкое белое платье открывало плечи и подчеркивало тонкую талию. Его многослойная юбка искрилась кантом серебряных нитей и нежных гиацинтовых цветов, рассыпающихся по подолу.       Юноша замирает в паре метров от Марселин, подбирая нужные слова, но рта раскрыть не успевает.       – Какая красивая, – опережая парня, в изумлении тянет Шарлотта. Она, вынырнув из-за спины Камило, решает подобраться поближе и с ног до головы осмотреть девушку.       Мадригаль кивает, плотно сомкнув губы, а Марси почему-то кажется, что друг вовсе не был согласен. Это, впрочем, ничуть бы ее не расстроило. Подлец был щедр на комплименты только тогда, когда хотел усыпить её бдительность или, что тоже не редкость, вымолить прощение.       – Спасибо, – отвечает Картер, заприметив спутницу юноши, – Ты выглядишь замечательно.       – Что ты, – Лотти, махнув рукой, приветливо ей улыбается.       На площади стало людно. Горожане толпились у столов, установленных спиртными напитками, а музыканты, давно занявшие свои места, готовились вновь окрасить улицы Энканто трелями гитар.       Неуёмное желание подруг танцевать не играло Марси на руку. Даже бокал пряного агуардиенте*, которым Альма одарила девушку, не позволял раскрепоститься. Картер не понимала: то ли "огненная вода" была недостаточно крепкой, то ли требовалось ее вдвое больше.       Спустя время она оставит попытки бежать. Всякий раз, когда ей удавалось выбраться из толпы танцующих, кто-то нагонял Марселин и, под ее недовольные возгласы, утягивал ту обратно.       – Я вижу тебя насквозь, дорогая, – елейно тянет Изабелла, вращаясь вокруг девушки. – Тебе не сбежать.       Плавный жест рукой и на голову Марси отпускается венок из лаванды. Мадригаль расплывается в улыбке, хватает Картер за руку и увлекает её в быстрый танец, занимая место кавалера.       Камило, порядком вымотанный, удобно устроился на деревянной скамье и улыбался, наблюдая за всем со стороны. От чего-то на душе разливалось тепло, когда девушка, звонко смеясь, посылала ему короткие недоуменные взгляды, как бы спрашивая: «Ты это видел?»       Долго радоваться ему не пришлось. Замеченный в толпе Эмиль, широко расправив плечи, двинулся по направлению к девушке.       – Ты пришла без пары? – звучит знакомый голос за спиной Марселин.       – Верно. Ты, видимо, тоже.       – Наряд тебе к лицу, – губы юноши дрогнули в полуубке, стоило Картер обернуться.       Гордая поступь, безукоризненная осанка, и вздёрнутый подбородок – всем своим видом Эмиль излучал абсолютную уверенность.       Камило очень жалел, что не мог разобрать их разговора. Пребывать в неведении было невыносимо.       –Только не это, – шипит Мадригаль, нахмурившись.       Сидевшая рядом Долорес, услышав его, решает проследить за взглядом брата.       – Не прожги в ней дыру, – шепчет девушка, склонившись к его уху. – Он приглашает ее на танец, если хочешь знать.       – Что? – Камило вскакивает, всплеснув руками. – Он?       Дол смеётся, поднимаясь следом. Она подходит к юноше и, придержав его за плечи, поправляет воротник его кофейной, саржевой рубашки.       – Ты знаешь, что это за танец? – улыбается девушка.       Парень кивает. В его голове тем временем возникает глупый план, воплотить который он решает сиюминутно.