Дело Волкова: Банда Четырёх

      Я видел сон. Или не сон. Видение, скорее. Прекрасная девушка в белом балахоне спустилась с небес. Я встал. Я в коме? Или сон такой?       Красивое лицо, блондинка, голубые глаза... У неё крылья.       - Ты ангел?       - Можешь называть меня и так, - улыбнулся девушка. - Тебя ждёт успех в борьбе с Орденом и Братством Каина.       - Стоп, что за Орден, какое Братство?       - Игорь, ну ты же следователь, - улыбнулась... Я даже не знаю её имени. - Какой нормальный сектант назовёт секту слишком предсказуемым словом "Убийца"? Даже если оно на другом языке.       - Ла-а-а-адно, но почему этих культа два?       - Несколько месяцев назад ты арестовал послушника Братства Каина. Они - сатанисты, их цель - призвать Сатану, что логично. Они вот уже полгода как работают в Медвежгороде.       - Как, как я мог их проглядеть?! - сокрушался я. И были причины.       - Ты ни в чём не виноват, - ангел, улыбнувшись, подсела ко мне поближе. Она казалось мне знакомой. - Тебе поможет старый воин, твой лучший друг, которого ты пятый год считал погибшим.       - Кто ты?.. Откуда ты так много обо мне знаешь?       - Я не могу раскрыть своего имени, - грустно промолвила ангел. Именно промолвила. Было в ней что-то божественное. В тот момент я паниковал, я думал, что умер. - Ты можешь звать меня Азазель, если тебе так будет удобно.       - Старый воин... Лучший друг... Так значит, Серый не погиб в Африке? - Серёга Соколов был моим лучшим другом. Пять лет назад он отправился добровольцем воевать в Африку. Хрен знает, что там была за война, Африка всегда была нестабильным регионом. Серый всегда был с обострённым чувством справедливости. Весёлый парень, сейчас бы ему было сорок лет ровно. А через неделю его день рождения.       - Да, это Соколов, ты правильно подумал. И он приезжает на днях.       - Азазель, меня волнует один вопрос... Я умер?       - Нет, просто сильно ударили по голове чем-то тяжёлым. Ты забудешь весь наш разговор, скорее всего. Ты точно запомнишь эпизод про Сергея. А теперь прощай. Тебе пора спасать людей.       - Нет, не уходи, у меня так много вопросов! - я побежал за улетающим ангелом. Она уходила всё быстрее и быстрее, всё дальше и дальше. В висках стучало, звон в ушах.       - Игорь Арсеньевич, наконец-то вы очнулись! - услышал я голос Насти.       - А! - я сел на землю. Да, я лежал только что. Голова дико болела. Но я помнил всё, что со мной произошло, пока я был без сознания. - А что со мной было?       - Вас ударил арматурой какой-то босяк, благо, что не насмерть. Он уже задержан и его перевозят в участок. Я проверила место работы убитого, и...       - Ты Ильина одного оставила? Моя работа под угрозой, - я встал с земли. Мне пришло сообщение на телефон. Я посмотрел.       "Игорь, это Серый. Я возвращаюсь домой, встретимся на вокзале завтра в десять часов утра."       - Он жив...       - Кто жив? - спросила Настя.       - Мой друг... Он жив... Я его пять лет считал погибшим на войне. А он живее всех живых. Как его не убили в той мясорубке... Думаю, он может нам помочь.       - И чем же?       - Раз его не перемололо в дикой африканской мясорубке, то он точно не пропадёт в родном Медвежгороде. Он точно вычислит убийцу, это как два пальца об асфальт, обещаю.       - Ну ладно, надеюсь на ваш опыт. Так вот, убитый же учитель истории? Он преподавал в школе номер 34. Думаю, стоит опросить его класс, директора и завучей.       - Умная мысль для новичка без трёх месяцев, - усмехнулся я. - Значит, туда и поедем.       Ну, мы и приехали. Обычная школа-новостройка, рассчитанная на три тысячи учащихся. Белые наштукатуренные стены, главный вход с клумбами по бокам, три запасных выхода: позади школы, возле столовой и возле школьного склада. Тот самый склад, в котором лежат веники, грабли, совки и прочие атрибуты субботников, без которых не обойтись. Мы с Настей зашли через главный вход.             - Стоп, куда? - охранник на входе нас остановил. В связи с относительно недавними событиями охрана в школах и ВУЗах теперь профессиональная. По большинству это различные охранные компании или одиночки. Среди одиночек много отставных военных. Заполучить ветерана ССО для школы - большой престиж.       - Игорь Волков, полиция, - я предъявил удостоверение охране. - Хорошо работаете, это правильно.       - Проходите, Игорь Арсеньевич.       - Нам бы к директору.       - Так у вас детей вроде нет, чтобы записывать, - да, я живая легенда этого города, моя личная жизнь известна всем и каждому.       - А я по другому делу.       - Тогда ладно. Семёныч! - охранник позвал своего коллегу. - Проводи товарища Волкова до директора, ему надо.       - Ну самого Волкова я только рад. Пройдёмте.       Нас этот Семёныч и проводил. Я постучался в кабинет директора.       - Войдите!       Я вошёл.       - Здравия желаю, гражданин... Как вас?       - О, здравствуйте, господин Волков, присаживайтесь, Игорь Арсеньевич! - директор заметил и Настю. - И вы тоже, девушка.       Мы сели.       - Итак, у вас работал историк с фамилией Дубов?       - Да. Доброй души человек, всегда находил общий язык с учениками! Даже первая красавица школы - Юлия Кошкина, очень высокомерная и заносчивая - более-менее тепло к нему относилась. Для сравнение - на всех других учителей она плевать с высокой колокольни хотела.       - У вас очень хорошо устроена школа. Вам хватило денег на ветерана ССО.       - Спасибо за комплимент. А как вы узнали про нашего охранника?       - Гора мышц, суровое лицо, сразу видно, что служил в армии. Глаза пустые, значит, повидал то, что нам лучше не видеть. У вас элитная школа, раз вы можете себе позволить такие траты.       - Одна из лучших школ города! - директор по всей видимости хотел на меня проявить впечатление. - Я бы вам посоветовал своего дитёнка сюда отправить учиться! Профессиональные учителя, школа-новостройка, добрый коллектив - рай, а не школа!       - Вы меня убедили, но у меня детей нет и вероятно никогда не будет, - усмехнулся я. - На такой работе не до этого - всегда есть риск упасть и больше не встать. Я бы не хотел травмировать свою семью.       - Так вы просто полицейский.       - Ой я вас умоляю! - я откинулся на спинку кресла, закатил глаза и приложил руку к сердцу, настолько директор меня впечатлил своей тупостью. - Та если б вы знали, шо творится в этом городе вы бы от бутылки с водкой не отходили, всё готовились меня поминать! Всякие культисты, мраккультисты, сектанты - и это в нашем городе! Режут людей либо во славу своего бога, либо потому что им весело! И мне это, простите за выражение, говно разбирать!       - Простите... Ещё вопросы касательно Дубова?       - Уже у меня другие вопросы. Эта ваша Кошкина, как я понимаю, из золотой молодёжи, раз позволяет себе так общаться с учителями?       - Она живёт в семье без отца. У неё был приёмный отец, он был у неё был одним из самых влиятельных людей России, но потом свалил куда-то, после чего взяла фамилию матери. Так что была Юлия Королёвой, стала Кошкиной.       - А что это за отец, что один из самых влиятельных людей России?       - Вы слышали про российскую мегакорпорацию "Октан-Индустрия"? Вот её отец - босс и основатель. Скорее всего, он даже не в курсе, что приёмная дочь выросла и уже оканчивает девятый класс, причём с отличием.       - "Октан-Индустрия"... Звучит знакомо. Более того, скорее всего, я даже знаком с его владельцем! - я вскочил. - Мне срочно надо переговорить с этой Кошкиной. Где я могу её найти?       - Ну, у её класса, девятого "Г", сейчас история, - директор посмотрел на часы. Я инстинктивно тоже. Три часа дня. - Но она, скорее всего, в туалете со своей девичьей бандой. Десять раз уже попадалась, хорошо, что не курит.       - И как по вашему мне её отыскать?       - Ну, как и положено, туалеты расположены рядом, мужской и женский. У них очень плохая звукоизоляция, просто скажите погромче.       - Спасибо, это всё, что я хотел знать. До свидания.       - До свидания.       Мы с Настей вышли. Я попросил Настю подождать у машины, а сам отправился в туалет.       Действительно, я зашёл в мужской туалет, но через стену слышно, как кто-то шушукается.       - Кошкина, это полиция. Покиньте помещение, пожалуйста.       - Чё те от меня надо, мент? - ну тут я оторопел. Во времена моей молодости так с полицией не говорили.       - А если я знаю адрес твоего приёмного отца?       Звук открытой двери. Она вышла. Ну и я тоже.       - Ну и где он? - спросила Кошкина. Высокая блондинка. Но внешность не так важна, если внутри человек - гнида.       - Сначала я задам несколько вопросов. Твоего историка укокошили, ты в курсах?       - Конечно, я там была. Сфоткала его труп и в беседу класса скинула, - и хоть бы капля совести прозвучала в её голосе!       - Ты убила?       - Нет, я застала, как он себе шею резал. Его никто не укокашивал.       - Думаешь, такой человек может просто так покончить с собой? Его заставили. Как ты думаешь, кто это мог быть? Что ты вообще можешь рассказать об историке?       - Вся школа его любила, потому что он бабник, - фыркнула Юлия. - Уроки не проводил, вместо этого в больнице сидел со знакомой медсестрой. Даже адрес проживания и работы знаю, он не умеет прятать секреты. Больной извращенец! А теперь колись - где мой приёмный отец?       - Он преспокойно поживает на Петра Первого 42 в новостройке со своей японской девушкой.       - Вот как? Арсений Ильич Королёв нашёл нам с матерью другую?       - Насколько я знаю, он уже не Королёв, - горько улыбнулся я. - Он теперь Октан.       - Спасибо вам. Вы не похожи на тех ментов, что на дороге тормозят меня с парнем.       - У него права на вождение вообще есть? Ты в девятом классе.       - А нет, тот же самый. Ну, прощайте.       Я покинул школу. Мне позвонили.       - Волков, ты чё творишь? Мне только что позвонила приёмная дочь, говорит, что от тебя всё узнала, - гневный голос Академика. Дело пахло жареным.       - Это было необходимо для следствия.       - Ты вообще знаешь, какая у неё мать? Я почему развёлся и бежал - она все деньги из меня высасывала, она тварь, она паразитировала на мне! А ты привёл их ко мне снова! Разбирайся сам, пока я не улажу дела. Ты жёстко подорвал моё доверие, Игорёк.       Он повесил трубку. Да-а, если бы я знал раньше...       Я не спал почти всё время с прошлого дела с культом. Я пользовался стимуляторами и транквилизаторами, которыми закупился заботливый Лазарев. Но сейчас я осознал, насколько я устал. Два месяца недосыпа дали о себе знать. У меня всё поплыло перед глазами. Всего четыре часа...       Я заказал такси. С меня содрали кучу денег, но я не замечал ничего. Я споткнулся об уличного кота, наступил на ногу пенсионерке, меня обматерили, но я ничего не замечал. Я еле открыл дверь, разулся, повесил на вешалку своё кожаное коричневое пальто и шляпу. И только в постели я вспомнил, что я мог доехать на своей машине. Завтра приезжает Серёга, будильник зарядил. Это была моя последняя мысль, прежде чем я провалился в сон.