акция 1+1! (я и книга в подарок)

С утра Сана написала, что опаздывает, хотя, как бы Дахён не рылась в своей памяти, вспомнить не может, что когда-то договаривались с ней приходить в магазин в определенное время. И то, что так она написала только Дахён, немного пугает и веселит. Но сегодня, помимо «опоздания» Саны, в книжном магазине есть и другое событие. Пожилая женщина, что раньше заходила за карандашами для её чертежей, затащила в магазин помимо снега на ботинках два больших пакета с, как думает Дахён, макулатурой. Люди часто приходят в их магазин, надеясь продать что-то из имеющегося, но давно ненужного. Книги — это информация, напечатанная на бумаге, и, если эту информацию уже впитали в голову, то книги начинают просто занимать пространство, что и видно по второму этажу книжного магазина «Минатозаки». Готовясь к этому дню всю свою жизнь, Цзыюй встала за кассу и держала стойкий отказ на готове, но пожилая дама её опередила. — Эти книги мне достались от покойного мужа, земля ему пухом,  — посмеиваясь своим ломким голосом, старушка подняла один пакет на стойку, который своей величиной перекрывал шокированное лицо Цзыюй. — И вот, мне они не нужны. — Но и нам тоже, — встряла Дахён, готовая ко всему на свете, в отличии от младшей. Её запас жизненных ситуаций был велик и готов ко всему, но не к тому, что дама достанет из своего огромного кошелька (реально огромного, Дахён в жизни не видела таких больших кошельков), пару купюр. — Да что вы! Мы не такие, спасибо, не надо, — протянула Дахён, отгораживаясь от руки с деньгами, что подозрительно настырно совала старушка, прежде чем Дахён не отгородила неожиданно возникшая посреди конфликта Наён. — Мы такие, — проговорила она, уже считая данные купюры одна за другой. — Спасибо, — прохрипела старушка и широко улыбнулась Цзыюй, которая, спустя несколько секунд после ухода этой дамы, попросилась больше никогда не вставать за кассу. Затаскивать на второй этаж, где и будет происходить решение судьбы этих книг, вызвалась Дахён и, по её же велению, её напарницей стала Наён, которая с каждой преодолённой ступенькой издавала звук умирающего животного. Вообще, проще было дать эти два пакета Момо, которая одной правой могла затащить их на второй этаж, и даже пародию Наён на кита слушать всему магазину не пришлось бы. Но у Дахён есть пару слов, которые необходимо сказать именно Наён. — Мне нужна помощь, — шагнув одну ступеньку с ручкой пакета в руке, выдавила из лёгких Дахён. — О, Дахён, я знаю, — ответила Наён и издала звук, схожий с хрюканьем. — Я ведь сейчас отпущу, — с каменным лицом сказала Дахён, пока Наён не закатила глаза и не пробурчала тихое «слушаю». — Так вот, ты же наверняка заметила эту искру между мной и Саной. — Что? — ещё раз хрюкнула Наён и остановилась на лестнице, вглядываясь в лицо подруги. — Наверняка? — Не ври, ты заметила, в общем, — Дахён потянула ручку пакета вверх и они продолжили свой путь со скоростью одна ступенька в минуту. — Мне нужно, чтобы ты нашла её социальные сети. — Насколько же ты отчаялась, что обратилась ко мне? — на лице Наён повисло выражение, которое Дахён ненавидит больше всего, и название ему — самодовольное. — Ты же знаешь, я не понимаю эти отсылки, — буркнула Дахён, но Наён не перестала. — Прекрати или я тебя скину с этими старческими книгами. — Хорошо-хорошо, — хихикнула Наён, сделав ещё один шаг, который был последним в их пути на второй этаж. — И что мне за это будет? — Если ты это сделаешь, то я тебе наколдую Элвиса Пресли в кровати, — после сказанного Дахён рассмеялась, но не понимала, почему подруга не смеётся тоже. — Он мёртв, блять, Дахён, какого… — в итоге сказала Наён. — Это фигура речи, Наён… — она сглотнула. — Это труп, Дахён, я надеюсь, ты не собираешься лететь в Америку, чтобы… — Наён, нет, — перебила Дахён подругу, нацеливаясь взглядом на лестницу вниз. — Тогда зачем ты это сказала? — Это шутка. — Это, блять, нарушение закона, — Наён прошлась своим громким шагом по полу второго этажа за Дахён. — Наён, ради бога, забудь этот разговор.

***

— А вы тут кофе продаёте? Дахён вообще случайно это услышала и, как же всё-таки хорошо, что она проходила мимо, когда Момо стояла на кассе. Есть много ошибок природы, например, то, что единорогов не существует, но то, что Момо дарована такая сила, чередуемая с её легкой возбудимостью и любовью к книгам — очень опасная смесь. Поэтому Дахён решает, что пока есть возможность оставить покупателя в живых, надо ей пользоваться. Сана подошла к полудню и уже сидела на своём излюбленном месте рядом с книгами недели и, услышав этот разговор, оторвалась от чтения аннотации какой-то книги в мягком переплёте. — Я по-вашему..? — уже было начала грубить Момо, но Дахён вовремя положила руку той на плечо. Старшая глубоко вздохнула и сквозь скрипящие от натиска зубы пробурчала: — Нет. Покупатель только пожал плечами, взял свой набор ручек с какой-то книжкой, и отчалил, не закрыв плотно входную дверь, из-за чего звук хруста снега под его ногами дошёл до девушек. — Думаю, ты можешь пойти оценить книги вместе с Наён, — Дахён начала в какой-то степени агрессивно мять плечо Момо под красным свитером, что та сразу испарилась из зала. И вот Дахён стоит за кассой, пока из неприкрытой двери доносится тихий вой зимнего ветра, и тайком смотрит на Сану. Дахён слышала много мыслей по поводу влюблённости и по её мнению одна отвратительней другой. Одни люди могут любить других, но при этом говорить, что любят вторых за такие-то качества. Другие говорят, что любят своих возлюбленных ни за что — просто любят и всё. И не понятно, как думать в итоге, ведь человек-то нравится, а объяснить это сложно, хоть плач. В итоге Дахён приходит к биологии, хоть ещё со средней школы перестала понимать её совсем. Дахён может понять привязанность к человеку, ради размножения, но после смотрит в отражение окна, где стоит она за кассой в зелёной кофте и огромных очках, а потом на Сану, которая уже минут десять перечитывает одну и ту же страницу, и понимает, что нет, всё-таки это другое. Из мыслей её вырывает громкий кашель, который принадлежит Сане, что уже закрыла книгу. Дахён дёргается и поднимает брови. — Зачем смотришь на меня? — спрашивает она и моргает. — А почему вы сегодня опоздали? — в ответ спрашивает её Дахён и скрещивает на груди руки, чувствуя как тепло настегает её щёки. В голове эхом проносится: «Это не твоё дело, Дахён.» — Я отправляла маме по почте отчёт, у неё же нет компьютера, — Дахён лишь кивает и зачем-то смотрит куда-то на книжную полку напротив Саны. — То есть, вы уже всё сделали? Скоро уезжаете? — Нет, мне ещё многое нужно сделать, — Сана сжала губы в полоску и, увидев, как брови Дахён немного дёрнулись, добавила: — Вы действительно хорошо справляетесь, несмотря на странную политику ведения магазина. Я могу видеть, как ты действительно дорожишь этим местом. Колокольчик на двери на этот раз очень неудачно звенит и в магазин вваливается толпа, состоящая из большой семьи. Три маленькие девочки чуть разных возрастов разбегаются в разные стороны, а двое взрослых, которые, скорее всего, до этого имели длинную рабочую неделю, медленно шли, взявшись за руки. Они слегка наклонились, приветствуя Дахён, и расцепили руки, чтобы хоть как-то догнать своих детей. Хоть эти девочки и были, возможно, вдвое младше Дахён, но вели себя так тихо, что Дахён это даже пугало. Где-то в глубинах магазина, между полок сейчас стоит Цзыюй и занимается своим привычным делом — раскладывает книги по своим местам, поэтому Дахён не спешит идти и в случае чего консультировать возможных покупателей. — Я очень не хочу показаться навязчивой, — Сана встала с диванчика, который из-за своей старости неприятно скрипнул, и подошла ближе к кассе со стороны окна, — Да, в принципе, я ей не покажусь, просто знаю, что вам может не понравиться эта идея, — она зачем-то много говорит, но Дахён очень даже может её понять. — Я бы хотела с вами подружиться, вы кажетесь такими хорошими. — Да, — буквально сразу же выпаливает Дахён и даже немного стесняется, но Сана улыбается. Тоже интересный момент, думает Дахён. Всё-таки стесняться своих чувств это одна из глупейших вещей на свете и большинство людей это понимает, но это же большинство смущается при малейшем проявлении заинтересованности. Дахён глубоко вздыхает, глядя на то, как Сана опять садиться на диван и читает книгу, и с тяжестью на душе соглашается, что она и есть большинство.

***

Если с Момо всё понятно, Дахён её давно знает, часто с ней говорит на любые темы, имеет даже несколько схожих хобби и может назвать своей лучшей подругой, то с Цзыюй вообще ничего не понятно. Она словно скрывается от кого-то и выглядит, как та самая тихая одноклассница из фильмов, которая в конце станет Харли Квинн или ещё кем. А иногда Дахён кажется, что она с другой планеты, ведь удивляется всему подряд и не понимает, почему остальные этому не так поражены. — Смотри! — Цзыюй влетает в кухню, чуть не заваливаясь на повороте и протягивает руку. — Смотри, говорю! — Цзы, это розовые хлопья, — Дахён, в час своего перерыва, сидит на стуле и смотрит в окно, за которым уже виднеется розоватый закат. Она смотрит неучастным взглядом на подругу и понимает, что не может заставить своё лицо притворно улыбнуться ради неё. — Ну как тебя удивить-то, — Цзыюй плюхается на стул рядом, которому, вероятно, больше лет, чем ей, и дует губы. — Не надо меня удивлять, — прямо говорит Дахён и отпивает глоток остывшего чая. — Ты лучше упаковку открой, если ты удивляешься их виду, то вкус тебя просто взорвёт. — Взорвёт? — она медленно ставит коробку на стол и, нахмурив брови, смотрит на Дахён. — Удивит, — исправилась Дахён. — Ешь. И та разрывает упаковку и, возможно, впервые в жизни ест розовые хлопья. За этим удивительно наблюдать, думает Дахён. Ей до сих пор интересно, где же старшая Минатозаки нашла такой экземпляр. Стук ботинок об деревянный пол отдаётся слабой вибрацией по столу и Дахён с Цзыюй смотрят на дверной проём, где остановилась младшая Минатозаки. — Чай? — Дахён сразу же поднимает фарфоровый чайник, внутри которого уже достаточно холодная вода, и Сана кивает. — Смотри, — с какой-то надеждой говорит Цзыюй и протягивает коробку с хлопьями к Сане, пока во рту хрустит одна их порция. — Розовые хлопья? — с каким-то неподдельным удивлением спрашивает Сана и сразу смотрит на Цзыюй, которая радостно закивала головой. Дахён смотрит то на одну, то другую, и не может понять, нашла ли Цзыюй себе равную в скромном познании этого мира или Сана хорошая актриса? Дахён слегка потрясла своей головой, заставляя себя перестать думать о таком, и мысленно помечает, что знает Сану всего четыре дня.

***

Наступает следующий день и Момо, что до сих пор не извинилась за эксклюзивную версию «Войны и мира», решила создать собственное мероприятие, адресованное времени. Вообще любому. На одном из столов виднеется книга о путешествии во времени, дальше биография какого-то «знаменитого» часовщика, почему-то несколько книг Чака Паланика и книга о взрослении голубей. Как эти книги вообще оказались в руках Момо, а, что интереснее, как эти книги появились в их книжном магазине — неизвестно никому, но абсолютно никто не удивится, если Момо читает такого рода книги на досуге. Рядом с Момо стояли двухметровые часы с кукушкой, что до этого были на втором этаже, а на циферблате, так как из-за отсутствия батареек они не шли, с помощью цветного скотча приклеен альбомный лист с надписью «Время». Благодаря этой надписи и было выявлено название сие мероприятия. — Имеет ли это смысл? — Момо беззвучно усмехнулась, удобнее садясь на стул, вокруг которого и выстраивались столы с книгами. — Разумеется, нет. Остановлюсь ли я? — Момо положила руки на стол, расставляя локти по разные стороны, и из-под ресниц взглянула на всех собравшихся в зале. — А свистнул ли хоть один рак на горе? — Чего ты хочешь? — спросила Наён, которой просто необходимо скрыть тот факт, что она проснулась десять минут назад на втором этаже, и проглатывает зевок. — Свободу, — она щурит глаза и немного ложится на стол. — Что происходит? — Сана, что стояла с момента открытия магазина сзади всех собравшихся, впервые подала голос, чем очень напугала Наён. — Они хотят, чтобы простой народ молчал и терпел! — словно стих проговорила Момо, куда-то в стол. — Но я не собираюсь это терпеть! Я пойду против системы. — А знаешь, кто ещё шёл против системы? — немного посмеиваясь, сказала Наён. — Наён, никто не понимает твои отсылки, — сказала Дахён и, не имея другого выбора, начала обходить сооружение Момо, собственно, что и являлось знаком её протеста. Умный ход со стороны Момо, ведь по внутренним правилам магазина каждая из них может сделать подобное мероприятие и единственное условие, чтобы это мероприятие было подстроено под книги или их авторов. Место украшено, тема выбрана, а Момо гениальна своей находчивостью. И поэтому спустя несколько минут Дахён пробирается через весь магазин, вставая рядом со входом, и смотрит на подругу. — Я так и не поняла, почему ты решила загородить половину магазина, но дело твоё, — Дахён даже немного запыхалась, пока шла обратно ко входу, рядом с которым и расположилась Момо. — Мне нужен твой совет. — Подруга подругу не бросит, спрашивай, — Момо махнула рукой, подзывая Дахён подойти ближе. — Наён почему-то не заметила, но ты же чуткая, — начала Дахён, — Между мной и Саной что-то есть и мне нужен любой совет. Абсолютно любой. А лучше вместо совета взбодри меня. — То, что ты зовёшь меня чуткой, конечно, приятно, но я не думаю, что между тобой Минатозаки что-то есть. Глаза Дахён слегка расфокусировались от такого заявления. Даже, когда в школе одноклассницы говорят своим подругам, что кто-то им нравится, то те, даже по сути не зная этого человека, говорят, что что-то в этой сипматии есть. Но Дахён не собирается сдаваться. — Даже если я ей не нравлюсь, — чуть тише проговорила Дахён, оглядываясь по сторонам, — Я хочу сделать всё, чтобы это подтвердить. А если это окажется правдой, то, боюсь, придётся пойти на крайние меры. — Это какие? — Соблазнение, — сказав, Дахён глубоко вдохнула и расставила руки по бокам, показывая всю свою решимость. — О нет, — выдохнула Момо и поймала на себе непонимающий взгляд подруги. — Я, конечно, необъективна, но, может, ты выбрала не подходящую эру своей жизни для соблазнения? — Вся моя жизнь это красивая сексуальная эра, — в ответ сказала Дахён и приподняла подбородок. Момо, услышав это, медленно поднимает правую руку вверх, где виднеется книжка под названием «Мезозойская эра». — Я тебе эту книгу знаешь куда засуну. И, вопреки всем барьерам в виде столов с кучей книг, Дахён перелазит через них все и буквально ползёт, чтобы выполнить своё обещание, пока Момо очень умело прячется. Виден опыт.