Часть 79
11 декабря 2021 г., 20:56
Время, когда орки бродили по северу, было недолгим.
Прошло самое большее два месяца, и они почти не причинили вреда, когда кавалерия графа Балахарда выехала, а затем отбросила их подальше от поселений, позволив многим городам избежать их бегства. Тем не менее общий ущерб, нанесенный северу в ходе войны, был значительным.
Девять городов превратились в некрополи, и девять армий, которые когда-то охраняли их, были сметены приливом орков.
Бесчисленное количество людей, которые не смогли эвакуироваться, были убиты. Экономический и человеческий ущерб, нанесенный северу, был неисчислим.
Однако худшей раной был ущерб, нанесенный духам северян.
Так что же это было за место на севере?
Бесчисленные реки крови текли по этой земле, прежде чем стены Зимнего замка стали высоким бастионом против голода монстров.
Не было ни единого места, где бы земля и снег не были когда-то окрашены в багровый цвет потраченной кровью невинных. Многие тогда собрались вместе, чтобы защитить эту землю от монстров, защитить тех, кто тоже был слишком беспомощен, чтобы защитить себя.
Только тогда были возведены высокие стены крепости, и только тогда север действительно мог стать царством, пригодным для жизни людей.
Прошлое севера было прошлым преданности и самопожертвования. Для северян такое славное прошлое было гордой историей их предков и духовным знаменем, которое придавало им мужество в этих суровых краях.
Эта гордая история и дух были затем разгромлены знатью, лордами.
Эти потомки героев бежали еще до того, как началась война, в то время как их предки защищали народ зубами и ногтями.
И вот, северяне, которые встали, чтобы сразиться с орками, были опустошены этим предательством.
Пока они спорили, будут ли они стоять и сражаться или нет, появился посланец из Балахарда и призвал их покинуть территорию.
Однако не все, кто шел маршем, были беженцами, которые решили эвакуироваться.
Граф Балахард собирал войска под свое знамя, и выжившие в Зимнем замке снова готовились к войне.
Две тысячи солдат ждали, чтобы увидеть знамя балахардов, ждали с безнадежной надеждой.
Когда они, наконец, встали под Тройным Щитом, они знали: как долго балахарды вели свою одинокую войну и как северные лорды отвернулись от их просьб о помощи. Они слышали, как все те же самые лорды бежали, как трусы, что в равной мере принесло негодование и облегчение в сердца этих солдат.
Тем не менее, им повезло, что остался хотя бы один дворянин, и этот оставшийся отдал дань уважения отпрыскам благородной семьи, которые вели бесчисленные войны, о которых никто не знал, и это в течение многих холодных столетий. И этот последний дворянин оказал свое неувядаемое уважение рыцарям и солдатам, которые погибли, сражаясь до самого конца.
Эти солдаты слышали такие истории и собрались под знаменем Тройного Щита семьи Балахардов, чтобы сражаться вместе.
Действительно, они были обычными людьми, а не настоящими солдатами. Они никогда не получали должной подготовки, не говоря уже о том, что они никогда не учились сражаться со свирепыми монстрами.
Никогда не державшие в руках мечи и никогда не сражавшиеся с монстрами, они даже не могли сказать, что они были людьми, которые когда-либо рисковали своей жизнью.
Тем не менее, когда дело дошло до лука и топора, история приняла совершенно другой оборот.
Эти северяне родились с топорами в руках и стрелами в колчане.
Нужно было знать, как правильно стрелять в бесплодной земле, где животных было мало, и нужно было валить деревья топором, если кто-то хотел иметь хоть какой-то шанс выжить в суровые зимы.
Они также были отличными охотниками и следопытами, но все же они не видели в таких навыках ничего особенного. Просто так получилось, что эти люди выросли с навыками рейнджера, и так получилось, что рейнджеры Зимнего замка начали обучать этих людей.
Конечно, они не могли стать полноценными рейнджерами после всего лишь короткой тренировки, прежде чем доберутся до боевых порядков. Более того, для них было бы невозможно достичь уровня Зимних рейнджеров Балахарда, которые, как говорили, обладали самыми выдающимися навыками рейнджеров на всем континенте.
Однако эти люди уже выполнили необходимые условия, и все, что им оставалось, - это приобрести неукротимый боевой дух рейнджеров Балахада с помощью практики.
И предстояла настоящая битва, битва против легионов орков, которых возглавлял великий монстр по имени Король орков, монстр, не сравнимый ни с одним из тех, что существовали на протяжении многих поколений. Многие из этих новых солдат погибли во время той битвы, но еще больше выжили. Те, кто выжил, отказались возвращаться к своим очагам и домам.
Все они выразили свое намерение продолжать службу, и поэтому новый граф Балахард принял их, сформировав новый корпус рейнджеров.
***
Обычно это было бы невозможно, поскольку к добровольцам относились с подозрением, а к призывникам-тем более. Некоторые могли быть шпионами для своих бывших лордов. И все же, как насчет огромного запаса оружия?
У большинства лордов, которые восстанут, их сыновья уже были мертвы или сидели в тюрьме, и их младшие дети, вероятно, не смогли бы в полной мере выполнять обязанности лорда.
В конечном итоге ответственность за вооружение и наказание знати была возложена на должность Второго принца.
Максимилиан решил потребовать большие суммы денег в качестве компенсации за греховную трусость дворян, бежавших от защиты Рейнских гор. Остальные дворяне, включая графа Брандебурга, согласились с решением принца. Эти дворяне теперь должны были финансировать реконструкцию и перевооружение после того, как орки разорили королевство, и они знали, что будут платить за свои грехи до конца своих дней. Деньги, которые они заплатили, предназначались только для того, чтобы они могли жить дальше как опозоренные беглецы.
Даже те, кто не принимал участия в войне, были обременены ее издержками. Двадцать три из тридцати шести семей центрального региона заплатили огромные суммы денег, и примерно половина всей этой суммы досталась семье Балахард. Хотя война уже закончилась, атмосфера на севере оставалась такой же, как и во время войны. Крупные города превратились в пустые поля, и семьи погибших лордов сражались за престолонаследие.
Многие, в ком была благородная кровь, умерли, безмолвные и забытые. Затем прибыли гонцы от нового графа Балахарда, точнее, от Первого принца.
Он созвал всех дворян, которые были в очереди наследования, в Зимний замок, и он сам выберет преемника каждого дома.
Это было нелепо! Обычно королевская семья выступала бы против такого посягательства на право дворянства выносить решения по своим личным и семейным делам. Однако никакого протеста не последовало.
В течение сотен лет семья Балахардов просто занималась охраной границы между горами Края Клинка и королевством. Теперь они впервые за много веков проявили свою политическую власть, поддержав требования принца Адриана.
Более того, легенда о Первом принце и о том, как он сражался с орками, не позволяли легко отвергнуть его требования. Когда северные дворяне несчастно погибли, спасаясь бегством, старший сын королевской семьи сражался с фронта и привел север к победе.
Северные дворяне были слишком прагматичны, чтобы все еще верить безудержным слухам об Адриане Леонбергере: развратнике, идиоте и королевском позоре.
В конце концов, тысячи северян были свидетелями той ужасной битвы между Военачальником и Первым принцем. Даже если бы это было не так, шрамы от битвы были хорошо выгравированы на теле принца Адриана.
Итак, вот они: семья Балахард, древние стражи севера, и Первый Принц, которого стали называть Спасителем Севера.
Если бы принц бежал с поля битвы, дворяне посмеялись бы над его сообщением. Но теперь, когда он был Спасителем Севера, как они могли осмелиться игнорировать это?
Молодые мужчины и женщины, пережившие войну, уже не были теми кроткими овцами, какими были в прошлом. Ни в одном доме не было недостатка в обучении боевым искусствам, и каждый житель деревни держал мечи и щиты своих предков с такой силой воли, на какую был способен.
Людям стало ясно, что они не могут доверять защите так называемых благородных лордов. По всему северу знать быстро теряла свою политическую власть. Первый принц уже полностью централизовал армию, и простой народ устал от трусливых аристократов, которые властвовали над ними. Только небольшая провокация могла вызвать восстание простолюдинов и стереть с лица земли членов и даже память о благородных семьях.
Вот так и вышло, что лордам, оставшимся в стороне, пришлось сидеть в своих уединенных уголках, есть свою горчицу и принимать преемников, назначенных Первым принцем. Люди, которые взяли на себя управление своими семьями, должны были принести клятву верности принцу Адриану Леонбергеру. Военные репарации, выплаченные балахардам центральной знатью, были затем выплачены этим новым северным дворянам, если они поклянутся в своей лояльности.
Деньги, в свою очередь, позволили им без вопросов укрепить свою власть.
Для дворян, которые были пропущены в линиях наследования, необходимость давать клятву новым лордам была невозможна. Они негодовали на новых лордов и были обижены в свою очередь.
И действительно, эти недовольные души послали гонцов с донесениями в столицу.
Они отчаянно хотели вернуть себе то, что считали своими законными титулами, и даже были готовы принять это мечами, если другие дворяне одолжат им войска.
Некоторые из самых хитрых сильно преувеличивали ситуацию на севере перед королевской семьей, надеясь воспользоваться разногласиями между королем и его старшим сыном. Их усилия оказались бесполезными.
Им пришлось бороться с политической властью Первого принца, за которым теперь стояла вся мощь двадцати благородных домов, включая Балахардов. Только те, кому доверяла королевская семья, даже получали ответы, и это были краткие увольнения с краткими оправданиями.
Реакция короля была точно такой же, как и во время войны, потому что он во второй раз покинул север!
Все, что он сделал, это приказал Адриану вернуться в столицу, чтобы занять свое место наследника династии Леонбергеров, и все же Первый принц даже проигнорировал этот указ! Он написал отцу, что вернется, только если придет время.
Новый граф Балахард и его рыцари были верны Первому принцу и были взволнованы его реформами.
Можно было с уверенностью утверждать, что север теперь находился вне власти короля и столицы.
Затем несколько знатных интриганов связались с послами империи, поскольку знали, что империя не будет благосклонно относиться к широкомасштабным призывам на военную службу, которые были введены на севере.
Однако, как бы долго ни ждали эти дворяне, послы империи ничего не ответили.
На самом деле все дело было в том, что посол империи, маркиз Монпелье, теперь очень спешил погасить уголь, который упал ему в сапог.
“У вас есть отчеты из родной страны, как я вас проинструктировал?”
“Как вы и сказали, я составил свой отчет без единой ошибки”.
”И каков же ответ?"
“Я наблюдал за ситуацией и дал несколько сдержанных обещаний финансовой поддержки, чтобы укрепить нашу оборону, я также... положил конец нескольким источникам слухов”.
Маркиз Монпелье удовлетворенно вздохнул с облегчением, услышав слова своего агента.
Недавние беспорядки в северной части королевства Леонберг стали большой проблемой, которая даже поставила под угрозу его собственное положение.
Послу империи в королевстве было дано две миссии.
Во-первых, тем беспринципным крепостным, которым однажды взбрело в голову сражаться против империи, нельзя было позволить обрести тот же уровень могущества, который позволил им сделать это в первую очередь.
Во-вторых, этим некультурным крепостным не позволили стать слишком слабыми и, поступая таким образом, перестать действовать в качестве барьера между большими армиями монстров на севере и самой империей.
Достаточно сказать, что ни одна миссия не была легкой. И иметь обе миссии одновременно? Ха!
Теперь королевство было на грани краха, и Монпелье знал, что отчасти в этом была виновата его неверная оценка ситуации.
Он не воспринял вторжение орков на севере всерьез и разослал агентов, чтобы помешать семье Леонбергеров отреагировать на ситуацию. Монпелье полагал, что нерафинированные люди королевства воспользуются этим "чудовищным кризисом" как идеальным предлогом для наращивания своих вооруженных сил и расширения арсеналов.
На северную знать было оказано особое давление, чтобы она не посылала никакой помощи семье Балахардов. Монпелье полагал, что он может с помощью взяток и угроз нанести ущерб семье Балахардов с помощью орды орков, ибо разве они не открыто показали свою неприязнь к империи и ее просвещенным путям? Да!
Это была большая ошибка.
Я пытался загнать в угол второстепенного конкурента, и при этом чуть не спалил рыночную площадь.
Беспорядки на севере были гораздо серьезнее, чем предполагал маркиз, и крепость семьи Балахард рухнула, наводнив всю эту часть королевства этими проклятыми зелеными зверями.
Центральному правительству удалось победить орков, но если истинный ход событий станет известен в империи, семья Монпелье может подвергнуться суровым санкциям.
Ах, поэтому я был вынужден разослать своих агентов, чтобы пресечь слухи и распространить контрслухи, чтобы скрыть правду о том, какую роль я сыграл в нанесении ущерба королевству. Таким образом, моя позиция будет сохранена!
” Черт! " - выругался маркиз Монпелье, взволнованный состоянием реальности. Прошло всего несколько лет с тех пор, как король Леонбергер был обнаружен вербующим рыцарей за пределами своего королевства без ведома империи. Его предал один из его приближенных, и у имперских агентов появилась возможность проникнуть в операцию и шантажировать короля, что еще больше ослабило централизованную королевскую власть. Хотя, с тех пор как произошли события того времени, дипломатия между королевством и империей стала решительно прохладной, если не совсем холодной.
Хотя королевство Леонберг было небольшой страной, у него была самая долгая и тяжелая история борьбы против империи.
И моя задача-сделать так, чтобы мы больше не воевали с этими некультурными крестьянами.
Тем не менее, фиаско с орками и его участие в этом деле не улучшили мирных перспектив. Такое неверное суждение с его стороны сильно угрожало его политической жизни.
” Что ж, этот Первый принц может быть благословением, если захочет”, - сказал себе маркиз Монпелье и рассмеялся.
“Итак, есть человек, который покупает рыцарей нашей славной империи, все для того, чтобы помочь Босину маркиза, а затем этот человек, ну, он защищает мою страну только для того, чтобы маркиз мог остаться! Я думал, что это будет бесполезно, так как он был некомпетентен, но нет! Он был на удивление полезен.”
Принц, которого выгнали, потому что он думал, что не сможет построить королевство, которое должно было бы служить щитом против империи, оказался неожиданно находчивым.
Любой, обладающий навыками Адриана Леонбергера, заслуживал того, чтобы его превратили в имперскую марионетку!
“Хотя мне было неудобно раскрывать это на банкете на днях, я смог простить это, так как он был человеком, который не мог отличить хорошее вино от кружки грязи”.
В конце концов, он был человеком, который торговал имперскими рыцарями, так что его низменная личность, несомненно, не могла измениться.
”Я должен немного попробовать свои силы, посмотреть, что я могу придумать".
Монтепелье теперь был полон решимости снова вывести этого человека, который сошел с линии преемственности, на центральную сцену.
***
В этот самый момент Адриан Леонбергер, Первый принц, за которого маркиз решил ухаживать как за королем марионеток, был вполне счастлив.
Он был вне себя от радости, изучая случайно обнаруженное сокровище.
“Ха, я думал, что он был полностью разрушен”, - сказал он, глядя на добровольцев, посетителей форта, которые теперь стояли перед ним.
”Но нет, он не испорчен".
Это было бы, если бы он вернул то, что было потеряно.
