Я стал Первым Принцем/망나니 1왕자가 되었다

Иногда попадались рыцари, которые поднялись до самого высокого уровня и которых не заботило качество меча. Они принадлежали к тому классу людей, которые верили, что только победа, одержанная благодаря чистому мастерству, а не опоре на хорошую сталь, стоила того. Они сознательно настаивали только на использовании обычных мечей, так как думали, что это докажет их уровень. На мой взгляд, они были чистыми идиотами. Они сказали бы, что те, кто сосредоточился на качестве клинка, были слишком ленивы, чтобы оттачивать навыки своего тела, чрезмерно полагаясь на природу меча. "Если моя энергия заменяет чудесную ковку меча, тогда какая польза от великого меча?" Среди Мастеров прошлого были те, кто с гордостью демонстрировал такие глупые убеждения. Они гордились своим умением пробивать твердую броню и раскалывать скалы тупыми тренировочными мечами. Они очень гордились своей способностью противостоять сотням клинков, владея дешевыми длинными мечами, выкованными из слабого железа. Сила Клинка Ауры ослепила их. Они даже отвергали других Мастеров, которые владели превосходными мечами, как шарлатанов, которые зависели от качества своих мечей. И все они погибли – от рук Мастеров, которых они критиковали как фальшивых. Вполне естественно, что, если бы их навыки были равны, преимущество было бы у воина с более качественным оружием. Даже если бы они израсходовали ману на том же уровне, Клинок Ауры на бедном куске железа не был бы таким же, как тот, который пылает на мече мастера. Там, где у дешевого длинного меча была только энергия рыцаря, на которую можно было положиться, у большого меча была и энергия, и укус его стали, рассчитанные в его пользу. Разница была отнюдь не маленькой. В игре, где малейшее острие разделяло жизнь и смерть, меч хорошего качества обеспечивал это острие. Кроме того, если бы меч был не просто высококачественным мечом, а отличным мечом, сделанным гномами, разница стала бы еще больше. Мечи в сундуке были таким искусным оружием. Нет, это было нечто большее – это были мечи, выкованные не обычными гномами, а шедевры, специально выкованные мейстерами. Это были дьяволы среди мечей, которых нелегко было разрубить Клинками Ауры. Максимилиан не мог отвести взгляда от сундука, увидев его содержимое. Для парня, который обычно был сдержан, желание ярко светилось в его глазах. “Чтобы принести это сюда!” - воскликнул Максимилиан, приходя в себя. Я кивнул. “Если германцы узнают, что у нас есть средства снабдить Леонберг гномьим оружием, они не так легко отвернутся от нас. Человеческие отношения функционируют в соответствии с тем, что требуется для того, чтобы заставить более бедную сторону согнуться и склониться. Отношения между одной страной и другой ничем не отличаются". ” Брат, для меня это звучит так, как будто ты планируешь продать эти вещи Тевтонскому королевству”, - сказал Максимилиан, его глаза расширились, а лицо застыло, как будто он услышал самую абсурдную вещь. “Это верно. В этом есть какая-то проблема?” “Я думал, ты готовил это в качестве подарка перед женитьбой, брат”. Я задумался над словами Максимилиана. "Звучит прилично!” - воскликнул я. Я еще не думал о браке, и подарок, возможно, будет уместен. “Но это будет только образец. Меня не ограбят те, кто пришел сюда, и я не буду дарить им вещи бесплатно. С чего бы мне делать такую глупость?” Несмотря на то, что нас снабдили хорошим количеством гномьего оружия, наша торговля была заблокирована Империей, и мы до сих пор не нашли подходящего клиента для продажи. Однако теперь ко мне на порог пришел клиент. Если бы я упустил эту возможность, я был бы величайшим дураком в мире. Максимилиан на некоторое время потерял дар речи из-за моего уверенного отношения. Только через некоторое время он заговорил с глуповатым видом. “Я не знаю, как это будет выглядеть, если принц нашей страны пойдет на сделку напрямую, как бизнесмен”. Я холодно рассмеялась, услышав его слова. “Герцог их страны приезжает в эту далекую страну, чтобы покупать и продавать людей. Неужели для меня так важно продать несколько мечей и доспехов?” Целью их делегации был брак; именно они решили приехать и продать руку своей принцессы в политических целях. Если такова была их цель с самого начала, то не было причин, по которым я не мог назвать это тем, чем оно было. “Брат! Как ты можешь говорить такие вещи?” Максимилиан испугался. Он придирался ко мне, говоря, что невозможно так плохо говорить о браке между королевскими семьями. Конечно, его слова едва ли дошли до моих ушей. "Ладно. У меня нет намерения вступать в брак с семьей, которая смотрит на Леонберга свысока.” Если быть точным, у меня не было намерения выходить замуж. Я был возмущен имперской тиранией и решил стать королем, но никогда не забывал о своей истинной цели: достичь высочайшего уровня и, наконец, достичь трансцендентности. Это было то, чего я жаждал больше всего. Это была не та цель, которой я мог бы достичь, постоянно сидя на троне; у меня не было бы другого выбора, кроме как покинуть королевство, чтобы превзойти его. С моей стороны было бы безответственно жениться. “Как может наследный принц не иметь намерения жениться?” - спросил Максимилиан. “Ты тот, кто станет королем”. “Ты говоришь так, как будто я единственный в королевской семье”. “Что ты хочешь этим сказать?” “Именно то, что я сказал. Я не единственный Леонбергер. Я имею в виду, что здесь присутствуют и другие прекрасные принцы.” “Брат!” - крикнул Максимилиан, запоздало осознав смысл моих слов. “Я не глухой. Не кричи”. “Какого черта ты это делаешь? Не пора ли тебе принять свое положение наследного принца?” Максимилиан продолжал ворчать на меня, его рот скривился в гримасе. “Ты так беспокоишься о том, чтобы тебя продали?” - спросил я через некоторое время, чтобы прекратить его ворчание. “Это не так! Брат, твой брак-это не твое личное дело! Ты все еще не знаешь, насколько важен этот союз для королевства! - донеслись взволнованные крики Максимилиана. “Да, я знаю. Я пытаюсь извлечь из этого максимальную выгоду". “Брат”. "И один из способов сделать это-позволить тебе жениться на принцессе Тевтона”. После того, как я это сказал, я счел эту идею вполне правдоподобной, поэтому начал серьезно обдумывать ее. Максимилиан изначально был помолвлен с кем-то с юных лет. Однако бракосочетание было отложено из-за того, что наследный принц королевства оставался незамужним. Затем в Леонберге произошла крупная чистка, и среди казненных дворян были члены семьи женщины, помолвленной с Максимилианом. В результате брак был расторгнут, и Максимилиан остался незамужним, хотя ему было больше двадцати, что было редкостью для королевской семьи. Это был позор. “О чем, черт возьми, ты думаешь! Я не собираюсь быть бесстыдным человеком, который вмешивается в брак своего брата!” “Мы еще не обсуждали условия брака, но что в этом аморального?” “Брат!” Максимилиан вскочил. “Если им все равно нужен брак, чтобы сформировать союз, любой из крови Леонбергера должен это сделать. И, кроме того, она будет счастливее с тобой, чем с таким ублюдком, как я. “Брат!” “Почему ты так много кричишь сегодня! Хорошо, так что - иди сюда”. Я схватила Максимилиана за руку – у него был такой вид, словно с ним сейчас случится припадок, – и насильно потащила его к сундуку. Затем я вытащил набор железных доспехов, которые хранились там. Это была полностью бронированная броня со шлемом. “Примерь это. Это твое.” "что это?" “Это специальная броня, изготовленная дворфами мейстерами. Даже Клинок Ауры не сможет легко расколоть его. Поэтому в будущем, если вашей жизни будет угрожать опасность, обязательно надевайте его, когда выходите на улицу". Максимилиан выглядел испуганным моим внезапным подарком. "Брат...” Затем его глаза чуть не наполнились слезами. Он, казалось, забыл о нашем недавнем разговоре, его лицо снова стало таким же мягким, как обычно. “Я не могу этого вынести. Я бы предпочел, чтобы ты надел его, брат. Или отдай его его величеству. “У его величества также есть набор, который был выкован отдельно”. Сказав это, я достал из сундука еще один доспех. “Я хочу, чтобы он жил. Я всегда нервничаю из-за него.” Даже если навыки короля окажутся незначительными, по крайней мере, он сможет остаться стоять на поле боя, не умирая легко от прикосновения клинков. Максимилиан отказался от подарка почти до конца, но он не смог преодолеть мое упрямство и принял доспехи. “Я буду лелеять это, как свою жизнь”. “Че. Это просто куски железа, какими бы драгоценными они ни были. Нет ничего глупее, чем ценить материальные дары так же высоко, как свое выживание”. Максимилиан еще раз посмотрел на меня, тронутый моими словами. “Даже мечи, качество которых я ценю, не более чем куски металла по сравнению с твоей жизнью”. “Ты говоришь серьезно. Я буду помнить твои слова, брат". Я радостно рассмеялась, увидев, как Максимилиан сжимает свои доспехи, словно это было сокровище с небес. “Иди сейчас же. Я устал после долгого путешествия.” Максимилиан поспешил прочь, поняв, что я побывал далеко на севере. Казалось, он забыл о нашем недавнем разговоре. ” Придирчивый принц-благородный человек”, - сказала я с улыбкой, наблюдая за дверью, за которой исчез Максимилиан. Вопреки моим словам, я не испытывал сожаления. Я просто испытал облегчение от того, что члены королевской семьи не так легко исчезнут. “Хм. Я устал.” После того как все незваные гости, мешавшие моему отдыху, были изгнаны, я сразу лег спать. “Ваше высочество, могу я присесть? Аделия появилась пугающе быстро после того, как Максимилиан ушел, и она застелила мне постель. ” Спасибо", - сказал я, приветствуя ее, и Аделия смущенно рассмеялась. “Я сяду с этой стороны. Пожалуйста, спите спокойно". Я посмотрел на Аделию, сидящую на моей кровати, и закрыл глаза. В моих ушах я начал слышать, как она тихонько напевает. “Что это за песня?” - спросила я, медленно открывая глаза, и Аделия заговорила, почти извиняясь. “Эту песню я часто пел, когда мой младший брат плохо спал. Я не думаю, что ваше высочество может заснуть в эти дни...” Мне было о чем подумать: личность императора, эта история с Тевтоном. "нет." Я протянул руку, погладил Аделию по волосам и снова закрыл глаза. “Продолжай петь”. Аделия снова начала напевать для меня. Сколько мне было лет, чтобы наслаждаться колыбельной? Я чувствовал себя нелепо. Однако это была правда, что песня Аделии заставила меня чувствовать себя непринужденно. Вскоре я заснул под ее напев. * * * ‘Ваше высочество. - Ваше высочество, проснитесь. Услышав неясный голос, я очнулся ото сна. “Ваше высочество”. Арвен смотрела на меня. “Уже время для ужина?” - спросила я. В честь делегации Тевтона был запланирован небольшой ужин. Я тоже должен был быть там. “Ужин был отложен. Уже утро, ваше высочество. Но ужин был отложен. “Почему не было ужина?” “Это было отложено, потому что принцесса Тевтонская сказала, что она не в хорошей форме из-за своего путешествия”. На меня это не произвело впечатления. Она застряла в своей карете при самой первой встрече, даже не показав носа, как бы дорого это ни стоило. “Это не имеет значения”, - сказал я. Я мог только рассмеяться, когда подумал о том, как сильно германцы высмеивали наше королевство. “Я пытался сразу же сказать вашему высочеству, но вы так хорошо спали, что я не хотел вас будить”. Все было так, как сказала Арвен: я уже давно так глубоко не спал. Колыбельная Аделии, казалось, сработала. “В будущем мне придется часто просить об этом”. - О чем говорит ваше высочество? “О... нет, ничего", - грубо ответила я и встала с кровати. ”Так что же делают участники переговоров?" “Они вообще ничего не сделали. Похоже, принцесса находится в очень плохом состоянии. Насколько я слышал, она обычно нездорова и никогда не выходила за пределы своего дворца. Поскольку она больше месяца путешествовала по океану, ее тело, должно быть, чувствует себя измотанным”. “Если ее тело так слабо, почему бы не остаться в ее собственной стране? Зачем приезжать на чужие берега, чтобы сделать что-то, что причиняет ей дискомфорт?” “Разве традиция не гласит, что другая сторона также должна присутствовать в браке?” “И все же эти парни вели себя так грубо с самой первой встречи”. Я начинал злиться, и Арвен уставилась на меня. Я заметил, что ей есть что сказать. Только тогда я понимаю, что у Арвен могла быть причина будить меня утром, поэтому я спросил: “Ну? Если тебе есть что сказать, говори”. “Я осмелюсь кое о чем попросить ваше высочество”. «что?» Когда я спросил ее, что это было, она заговорила с лицом, которого я никогда раньше у нее не видел. “Можем ли мы устроить дуэль, не будучи грубыми по отношению к дипломатам?” Только тогда я заметил стремление, которое появилось в глазах Арвен. Казалось, она возмущена тем, что ее оттесняет энергия чужеземных рыцарей. В другой раз я бы согласился на просьбу Арвен, но не в этот раз. “Это невозможно”. Арвен, казалось, была смущена тем, почему я отказал ей, я, который устраивал дуэли даже во время нашей имперской поездки. "почему? Ваше высочество боится, что я нанесу ущерб чести нашего королевства?” “Нет", - я покачал головой. ”Это потому, что твоя очередь не придет". Арвен уставилась на меня, дрожа, после того, как услышала мои слова. Я не знал наверняка, но если бы у меня был такой же огонь в глазах, как у нее, он горел бы ярче, а не тусклее, чем у нее. Вчерашние события возмутили меня до крайности. Как раз в тот момент, когда мы изгнали Империю, неразумные люди осмелились появиться в центре королевства и продемонстрировать свою собственную форму тирании. Это было огорчительно. “Его называют лучшим рыцарем запада”. Сильнейший рыцарь Тевтона, номер один на западе – я держал пари, что это имя мало что значило бы, если бы он встретился со мной лицом к лицу. “Я собираюсь прямо сказать ему, насколько бесполезна хорошая репутация. Я верю, что его талант заставил его стать высокомерным. После того, как я покажу ему, насколько незначительны его таланты, он станет немного более сговорчивым, - сказал я, и в глазах Арвен засиял печальный огонек. ”Не станет ли все сложнее, если ваше высочество позовет его?" Я бы не воспользовался этой возможностью, чтобы выругаться вслух, но я планировал выразить свое несогласие словами, что было необычно для меня. Я улыбнулся Арвен и покачал головой. “Ты не думаешь, что Дункан тоже надеется на это?” Арвен была не единственной, кто ждал шанса проявить себя. Дункан Сеймур Тюдор наблюдал, как его энергия распадалась в моем присутствии, и он, несомненно, тоже точил зубы. “Держу пари, что та же история довольно скоро придет из их лагеря”. Мое предсказание не было ошибочным. Ужин был приготовлен для всех, кроме принцессы. Дункан Сеймур Тюдор, который вел себя так высокомерно, встал и начал говорить вежливым тоном. Переводчик вышел вперед и перевел тевтонский на леонбергский. “Прежде всего, герцог Сеймур от имени Тевтона отдает дань уважения и поздравляет Леонберга с его удивительной победой. Кроме того, чтобы создать гармонию между двумя королевствами, которые мало общались, он говорит, что понимание друг друга является первоочередной задачей”. - Коротко, - скомандовал я, и переводчик вздрогнул, когда начал резюмировать слова герцога. “Точно так же, как Королевство Леонберг в прошлом называлось Королевством рыцарей, так же назывался и Тевтон. Герцог говорит, что самый быстрый и лучший способ достичь взаимопонимания между рыцарями-это состязание на мечах.” ” Я не думаю, что он говорил так долго", - размышлял я, и переводчик избегал моего взгляда, покрывшись холодным потом. Я посмотрел на Дункана Тюдора, зная, что высокомерный рыцарь был более резок, когда говорил. По всей вероятности, то, как он это сказал, больше походило на то, как будто он соизволил предложить мне большое угощение. “Ну, это не имеет значения”. Ничего не изменилось, ни так, ни этак. Даже если переводчик добавил одно или два вежливых слова, характер сообщения остался неизменным. В конце концов, это был поединок чести между Западом и Севером. Максимилиан посмотрел на меня с озабоченным лицом. Он даже бросал взгляды в мою сторону, призывая меня не создавать бесполезных проблем, соответствующим образом отклонить предложение. Глядя в отчаянные глаза Максимилиана, я заговорила. “Скажи ему, что это действительно хорошая идея”. Максимилиан крепко зажмурился. На этот раз переводчик Тевтона, обливаясь потом, подробно объяснил мои слова Дункану Сеймуру Тюдору. Дункан выслушал переводчика, который добавлял всевозможные приятные слова, которых я никогда не говорил, посмотрел на меня и начал смеяться. Я рассмеялся одновременно с ним. Затем переводчик спросил меня, в какое время должна была состояться дуэль. Дункан сказал, что будет следовать моим желаниям. “Я хочу услышать, что еще он сказал. Я знаю, что ты избавился от некоторых слов.” Посол Тевтона заметно затрепетал, когда я сказал это, еще немного вспотел и рассказал мне о толковании. И вот как прошел ужин: мы сидели, рыча друг на друга, обнажив зубы. “Ха. Это переговоры о союзе или мы находимся в процессе объявления войны?” Максимилиан вздохнул, а затем посетовал, сидя рядом со мной. ” Что нужно Леонбергу, так это товарищи по оружию",-мудро ответил я. “Мы не хотим высокомерного соседа, который кладет наше королевство к их ногам”. “Как насчет того, чтобы показать гномье оружие? Согласно твоим словам, брат, их отношение изменится после того, как они увидят оружие.” ”Это только после того, как я опередил их на ступеньку ниже". Показ им вооружения гномов не изменит их мыслей о королевстве, которое они принижали. В лучшем случае они будут относиться к нам только как к слабой стране, которой посчастливилось овладеть ремеслом гномов. “И не волнуйся слишком сильно. Разве не есть поговорка, что мужчины обычно становятся хорошими друзьями после ссоры?” Конечно, расхожая поговорка не всегда была верна, и нынешняя ситуация доказала это. На следующий день и на следующий мы просто рычали друг на друга, и атмосфера за обеденным столом не улучшилась. Казалось, что этого никогда не произойдет – но это произошло. В тот момент, когда принцесса Тевтонская, которая не обедала с нами из-за плохого самочувствия, наконец-то пришла на ужин, воздух, который стал резким в обеденном зале, растаял. Так легко, не оставляя и следа враждебности… Как по волшебству.