just a taste

— Ты же знаешь, что это мой грузовик. Мой грузовик, мои правила. — Кейт, мы буквально весь день говорили о том, как я нарушаю все правила закона. На следующий вечер они обе сидели в грузовике с наступлением темноты на стоянке небольшого мотеля, расположенного на выезде с межштатной автомагистрали. Кейтлин сидела на водительском сиденье, скрестив руки на груди, в то время как Вай легко и лениво разваливалась рядом с ней, расставив ноги и небрежно положив одну руку на подоконник, авиаторы служили обручем для ее розовых волос. — Кейт, пожалуйста, я не могу позволить себе снять нам номер в мотеле, если я не помогу заплатить. — Технически ты все еще должна мне пять долларов, помнишь? И ты все еще должна мне одно одолжение, — сказала Кейтлин, ее губы сжались в прямую складку. Она казалась устрашающей фигурой, когда говорила так строго и твердо; с точки зрения Вай, свет неоновой вывески мотеля так подходяще отражал силуэт Кейтлин, острый и угловатый. Прежде чем Вай смогла открыть рот, чтобы возразить, Кейтлин наклонилась вперед, и тогда все мысли были выброшены из головы розоволосой, когда Кейтлин положила свою руку на руку девушки. — Вай, пожалуйста, — пробормотала Кейтлин и, наклонив голову, посмотрела на Вай; затем ее губы слегка приоткрылись, и она прошептала. — Позволь мне сделать это для тебя. Полностью сбитая с толку, Вай могла только в изумлении сказать: — Да, хорошо. Подразнивания определенно переросли во флирт на протяжении всего оставшегося дня, и Вай пришлось признаться себе в чем-то после того, как ее сердце делало небольшие кувырки и сальто каждый раз, когда девушка ей улыбалась. Ей очень нравилась Кейтлин Кирамман, и она готова была поспорить на все деньги, которых у нее не было, что она тоже нравилась Кейтлин Кирамман. Вай поставила вещи в комнату и фыркнула от безвкусно убранства: темные деревянные стены, черный ковер и самые уродливые простыни и оконные шторы, которые она когда-либо видела. Это было бы не самое романтичное место, чтобы пообниматься с Кейтлин, но ей нужно было сделать хоть что-то возможное. (Краткая мысль о том, чтобы придумать способ сексуально полежать на уродливой кровати перед возвращением Кейтлин, действительно пришла в голову Вай, но она подумала иначе, потому что, во-первых, ей нечего было надеть, а во-вторых, кровать действительно была чертовски уродливой.) Вместо этого она устроилась, лежа на кровати, бездумно переключая каналы на дряхлом телевизоре, пока Кейтлин не вернулась с коробкой пиццы в руке и пачкой пива. — Служба доставки Кирамман, — сказала девушка с ухмылкой. — И послушай, Вай, я считаю, что этот алкоголь должен быть на высоте. — Это мы еще посмотрим. Как выяснилось, пиво было неплохим - среднячек, как сказала Вай, но в пицце было как раз нужное количество жирности и неаккуратности. — Ммм, черт, да ты попала в точку, — сказала Вай, набив кусок сыра, подперев локтем подушку их кровати, а ее свободная рука уже потянулась за другим ломтиком в коробке между ними. — Да ладно, Вай, не говори с набитым ртом, — дразнила Кейтлин. Прежде чем Вай успела среагировать, Кейтлин протянула руку и провела пальцем по уголку рта девушки, вытирая остатки сыра и томатного соуса. Вай могла только ошеломляюще смотреть, когда Кейтлин усмехнулась ее выражению лица. Небрежно взяв еще один кусок пиццы, Кейтлин сказала: — Кстати, я хотела у тебя кое-что спросить. С силой проглотив еще кусок горячего сыра, Вай, затаив дыхание, ответила: — Спрашивай — У тебя много татуировок. Я хочу узнать о них побольше. Хмыкающая, Вай мельком взглянула на свои татуированные рукава: шестеренки и механические части, переплетенные струйными облаками, поднимающимися дым из длинных труб и косых металлических пластин. Вытерев руку салфеткой и схватив бутылку пива, Вай сказала: — Это сложный вопрос. Не знаю. Я сделала некоторые из них, потому что подумал, что они крутые и у них плохой дизайн, а некоторые из них основаны на механизмах Паудэр и Экко. Она взглянула на Кейтлин. — Почему, есть одна, которая тебе очень нравится? — Я люблю все их. — Кейтлин немного наклонилась, и у Вай перехватило дыхание, когда она почувствовала тонкие пальцы Кейтлин на изгибе между ее шеей и плечом, а затем легкое прикосновение ее пальца к контуру помеченных и нанесенных там шестеренок. — Я думаю, что они все такие красивые, как ты, Вай. Пицца, пиво и Кейтлин — это было ужасной комбинацией, когда дело касалось всего, связанного с мышлением, поэтому Вай выпалила: — Я думаю, ты очень горяча. Кейтлин засмеялась. — В своей жизни я получала кучу таких комплиментов, Вай, но никто никогда не обладал таким обаянием, как ты. Но правда, у тебя есть любимая татуировка? Торопливо сделав глоток пива, чтобы попытаться выиграть время и привести свои мысли в рабочее состояние, Вай сказала: — Т-трудно сказать. Я делала их все в разное время в колледже, так что… Сначала она рассмотрела детали своей правой руки, указывая на то, что было вдохновлено замыслами Паудэр, например, на скрытых животных, прячущихся среди гаек и болтов, или усиков проводов и катушек, создающих черные искры среди механизмов. Каждая вещь, которую она упоминала, находили пальцы Кейтлин, и мурашки по коже табунами проходили по ее коже, где бы девушка ни касалась. Это было воодушевляюще — привлекать внимание Кейтлин таким образом, и это было захватывающе, когда она пристально смотрела. Намного лучше, чем алкоголь. Они доели пиццу и допили бутылку пива, и когда Вай заговорила о татуировках на левой руке, они сели рядом друг с другом у изголовья кровати и болтали всю ночь напролет. Татуировки на ее левой руке были в большей степени такими же, как и на правой, но уже с некоторым большим влиянием Экко: намёки на римские цифры и стрелки часов, указывающие путь и отсчитывающие время среди хаотичных линий и туннелей, которые представляли их дом. — Не знаю, как часто ты бывала в Зауне, но все не так плохо, как все думают. Экко нашел там несколько невероятных мест, которые, я думаю, тебе бы очень понравились, — сказала Вай, рассеянно разводя руку, когда пальцы Кейтлин скользнули по ее запястью и провели по линиям и мозолям ее ладони. — Я бы с удовольствием зайду в гости, если ты когда-нибудь меня приведешь туда, — Кейтлин с любопытством склонила голову. — У тебя есть другие татуировки? — Да, у меня есть немного на спине, — когда Вай попыталась снять рубашку, чтобы показать Кейтлин, ей внезапно пришла в голову мысль. — Хочешь их увидеть? — Я… если ты не против, — сказала Кейтлин, широко раскрыв глаза. — Тогда у меня есть идея, — Вай повернулась, улыбнувшись Кейтлин. — Давайте пойдем поплаваем. Вытащив одну босую ногу из прохладной воды, Вай одобрительно кивнула: — Теплая и не слишком холодная. Должно быть достаточно хорошая, чтобы плавать. Было уже достаточно поздно, и других людей у небольшого бассейна мотеля не было, и яркие белые огни изнутри бассейна отбрасывали мерцающими белыми крапинками стены здания вокруг, а высоко вверху луна и звезды купались в собственных лучах в море ночи. Едва ли не было ни малейшего намека на ветер пустыни, чтобы шептать им, так что вечер был их, и только их. Именно то, что хотела Вай, и именно то, что им было нужно. Опустившись на колени, розоволосая скинула второй кроссовок, бросив его за собой, прежде чем взглянуть вверх. Рядом с Вай стояла Кейтлин, полностью одетая, и выглядела немного не в своей тарелке, когда она смотрела на Вай и на воду. — Я-я не принесла ничего, в чем бы могла плавать. Вай взглянула на нее, когда она выпрямилась. — Ты можешь плавать так, Кейт. И чтобы подчеркнуть свою точку зрения, Вай потянулась и стянула рубашку через голову, прежде чем сорвать и шорты, отбросив их обоих в сторону и остановившись у края бассейна, не имея ничего, кроме бюстгальтера и боксеров. Ноги остановились у края, всего в нескольких дюймах от воды, Вай положила руки на бедра и снова почувствовала свободу в кончиках пальцев. Было приятно, когда ночной воздух касался ее обнаженной кожи, а затем она вытянула руки вверх, чувствуя, как ее плечи расслабляются, вся боли и напряжение, связанные с сидением в машине, исчезают, когда она вдыхает воздух, наполненный полными легкими. — Ты идешь? — спросила Ви, оборачиваясь. Кейтлин уставилась на нее, прежде чем сглотнуть. — Я, э... Не дожидаясь ответа, Вай отступила на несколько шагов, затем разбежалась, прежде чем броситься в бассейн с всплеском бомбочки. Вода ударила по ней гладко и легко, прохладно и сладко, и когда Вай погрузилась достаточно глубоко, она оттолкнулась ногой о дно бассейна и вырвалась на поверхность. Откинув волосы назад со сладким, громким вздохом облегчения, Вай сказала: — Это было хорошо. На мгновение она проплыла немного по воде, оборачиваясь по кругу, прежде чем нашла глазами своего спутника. Проведя рукой по мокрым волосам, Вай оглядела Кейтлин с головы до ног, которая все еще стояла на краю. — Ты просто будешь стоять там всю ночь и смотреть, что ли? — Вай, м-мы не можем просто ... — Ты сказала, что я пробудила в тебе бунтаря, верно? — сказала Вай, ухмыляясь. — Эй, послушай, тебе не обязательно входить, если ты не хочешь, но иначе ты не сможешь хорошенько разглядеть мои татуировки. На лице Кейтлин появилось множество выражений: от неуверенности к ситуации, затем к решительности; Сжав челюсти и нахмурив брови, Кейтлин быстро подняла две руки, чтобы расстегнуть пуговицы рубашки, при этом глядя прямо на Вай. Расстегивающая пуговицы Кейтлин— это стоило того, если Вай видела ту азартную часть Кейтлин Девушка разделась до бюстгальтера и нижнего белья — Вай не удивилась, увидев, что она подходит им обоим, черное с черным, — прежде чем осторожно окунуть палец ноги в воду (Вай на мгновение любовалась ими; Кейтлин была немного худощавый, немножко высокий, и, черт возьми, стройная талия). Затем Кейтлин сделала несколько шагов назад, сделала милое решительное лицо и бросилась вперед, свернувшись клубком в воздухе, когда она прыгнула. Она не произвела такого сильного всплеска, как Вай, но в тот момент, когда она вошла в воду и вырвалась из поверхности, первое, что она сделала, — окатила лицо Вай водой Прыгая и проводя рукой по лицу, девушка возмущенно посмотрела на Кейтлин. — За что? — За то, что заставила меня раздеться до нижнего белья в каком-то случайном бассейне мотеля, — сказала Кейтлин, но уголки ее губ скривились в легком намеке на улыбку. — Эй, но теперь, когда ты тут, ты можешь получше взглянуть на мои татуировки, а это то, что ты хотела, так ведь? Так что это беспроигрышная победа для нас обеих — сказала Вай, подмигнув, небрежно плывя по воде к Кейтлин. — Итак, любуйся сколько хочешь, Кейт. — О, большое спасибо. Взгляд, очевидно, превратился в погружение Вай под воду и драку с брызгами, они обе смеялись, пытаясь уклониться друг от друга в воде, ныряли под водой и снова появлялись перед своим партнером по преступлению, чтобы хихикать и греться в своей свободе. Никаких ожиданий, никаких суждений; только они двое, под звездами, луной, небом, они позволили себе уйти. Вай знала, что особенно для Кейтлин должно быть что-то такое простое, как свобода. — Так , а что это?— Кейтлин пробормотала, ее дыхание коснулось задней части шеи Ви, а ее пальцы проследили изгибы и завитки накрашенных облаков на лопатках девушки. — Есть ли в этом смысл? Вай скрестила руки на краю бассейна, подперев их подбородком, а Кейтлин парила позади нее, раскрашивая касаниями фигуры на своей спине, не оставляя видимых следов, но определенно оставляя воспоминания, которые Вай не забудет в ближайшее время. — Немного. Из того места, где я живу, в Зауне, я всегда могла видеть дымовые трубы заводов каждый день, и когда мы с Паудэр забирались на крышу на закате, это было как будто вы могли видеть, как солнце смешивает все облака вместе. Думаю, это то, о чем я думала. Кейтлин какое-то время ничего не говорила, но ее пальцы упали на шею девушке, и тойпришлось подавить импульс дрожи. — Как будто ты солнце, — мягко сказала Кейтлин. — Все облака указывают на тебя. Ее пальцы скользнули вверх, поглаживая кончики розовых волос Ви. — Это сделало бы тебя луной?— спросила Вай затаив дыхание. Она осмелилась сделать шаг вперёд чтобы увидеть, сколько она может добиться от женщины, которая могла бы получить ее одним прикосновением. Легкий смешок, дыхание на коже Вай - ее ответ: — Если ты хочешь, чтобы я ею была, Вай. Ты - солнце, а я - луна. Из этого получится не плохая пара. Сердце Вай слегка затрепетало. — Ты думаешь о татуировке, кексик? _ Может быть. Как ты думаешь, где мне ее сделать? — Вай дернули за плечо, и когда она повернулась, она обнаружила, что затаила дыхание, потому что то, как Кейтлин смотрела на нее, было другим, более глубоким, все еще таким же близким - но там было тепло, интенсивность, которая была горячее, намного горячее, чем любое тепло, которое может сделать солнце. Может быть, Вай могла бы сказать, что она делала что-то подобное раньше где-то с кем-то, кто-то неожиданный, спонтанное дикое желание, от которого у нее сильно билось сердце, но делать что-то подобное с Кейтлин казалось другим, совершенно иным. Кейтлин была чужой для мира Вай, и осознание того, что она добровольно вошла в него — пошла к Вай — внесло тонкую разницу. Были связи и раньше: грязные поцелуи и руки возились под рыхлой тканью, — но каким-то образом, когда Вай просунула свои пальцы между пальцами Кейтлин и поднесла ее ближе, достаточно близко, чтобы разглядеть отдельные запутанные нити темных темно-синих волос, чтобы увидеть маленькие капельки воды, скользящие по этой фантастической линии подбородка, чтобы встретить взгляды более смелыми, чем молния, глазами, от прикосновения не было просто искр, а чистых молний. Затем Вай нашла руку у ее груди, толкая девушку за собой назад, она немного остановилась, прижавшись спиной к краю бассейна. Задыхаясь и застигнув врасплох, Вай не смогла сдержать дрожь, когда рука Кейтлин нежно обняла ее лицо. Большой палец Кейтлин прикоснулся к татуировке VI на ее щеке. — Здесь, как т-ты думаешь? — пробормотала она; потом у Вай перехватило дыхание, когда она почувствовала, как другая рука Кейтлин отделилась от ее собственной, прежде чем провести пальцем по центру ее обнаженной груди, через перемычку бюстгальтера к пупку. — Или где-то здесь? — Я… если бы я не знала лучше, — задыхалась Вай, сглатывая и пытаясь сохранить самообладание, но безуспешно. — Я думаю, ты просто пытаешься найти на мне место, чтобы нанести еще одну татуировку. Кейтлин изучала ее взглядом, который Вай не могла разобрать, и ее сердце тяжело колотилось в груди, потому что, когда Кейтлин смотрела на нее вот так — почти голодная, она чувствовала себя определенным образом. — Не то чтобы я говорила, что тебе нельзя прикасаться ко мне, Вай, — сказала Кейтлин. Как будто чтобы подчеркнуть это, ее рука, лежащая на животе Ви, схватила одну из рук Вай, намеренно взяв ее и приложив к бедру, и все это, не нарушая зрительного контакта. — Несмотря на все твои горячие разговоры, Вай, я нахожу, что у тыбольше лаешь, чем кусаешь. Это был вызов, и Вай всегда была на высоте. Удовлетворяющий, громкий вздох выскользнул из губ Кейтлин, когда Вай двинулась вперед, немного окунувшись в воду, чтобы просунуть обе руки под бедра Кейтлин, с легкостью сумев заставить колени партнера обвиться вокруг ее талии; Вай не могла удержаться от дерьмовой ухмылки на ее лице, когда она мельком увидела потрясенное выражение лица Кейтлин и почувствовала, как ее руки сжимают ее плечи. — О, будь уверена я могу кусаться, — сказала Вай, приподняв голову: их лица были близки, и девушка снова почувствовала теплое дыхание Кейтлин на своих губах. Нося своего партнера таким образом, их груди были прижаты друг к другу, и Вай не пропустила небольшой резкий вдох Кейтлин, когда розоволосая отошла немного от стены бассейна к центру бассейна. — Если ты хочешь получить укус, кексик, я могу придумать несколько способов сделать это. Возмущенный горячий красный румянец на щеках Кейтлин был достаточным ответом, чтобы Вай знала, что она выполнила свою работу. Но затем руки Кейтлин оказались на ее щеках, и она наклонила голову вниз, удерживая Вай на месте, когда она прижалась лбом к ее лбу. Кейтлин тихо сказала: — Тебе очень повезло, что я считаю тебя необычайно привлекательной. Ухмыляясь от уха до уха, Вай крепче сжала бедра Кейтлин и была вознаграждена, когда та еще сильнее прижалась к ней, крепче обвив ноги вокруг ее бедер. — Ах, да? Что еще во мне кажется тебе привлекательным? — Вай, — пробормотала Кейтлин, проводя пальцем по линии подбородка Вай(боже, она была так близка). — Смирение может тебе тоже хорошо подойти. Тебе стоит как-нибудь попробовать. — Если ты хочешь меня заткнуть, ты знаешь, как это сделать, — выдохнула Вай, чуть сильнее наклонив голову, чтобы их носы соприкоснулись. Когда Кейтлин держала руку на затылке, пальцы продвигались сквозь розовые волосы, прежде чем легонько дернуть, откинув голову Вай чуть-чуть назад, чтобы она могла дышать, преодолевая вздох, сорвавшийся с губ бунтаря, Вай почувствовала что-то невероятно первобытное в ее животе, возбуждение. Слово прозвучало раньше, чем Вай смогла его остановить. — Пожалуйста… Она нуждалась в этом. И Кейтлин тоже. Это был не какой-то целомудренный поцелуй, ничего чопорного и должного со стороны дочери советника — это был ненасытный, голодный поцелуй, от которого их рты были горячими и тяжелыми, они стучали зубами, они обе тяжело дышали, пытаясь добиться большего друг от друг , крадя все больше и больше дыханий друг друга. — П-прости. — Не стоит. Мне тоже стало холодно в бассейне, — сказала Вай, вытирая волосы полотенцем в их номере мотеля. Это был не худший способ закончить сеанс поцелуев, и они вернулись к тому месту, где они остановились. Девушки зашли в свою комнату, слегка дрожа, вытираясь и одеваясь в чистую одежду на ночь: Вай в своей стандартной майке и шортах, Кейтлин в камзоле и закатанных штанах. — Но ... я могу согреть тебя другим способом, если хочешь, — добавила Вай, встретившись взглядом с Кейтлин. Кейтлин все еще была взволнована, все еще красная, но она не отводила взгляда от того места, где сидела в конце кровати Вай, вытирая волосы собственным полотенцем. — Я не возражаю, но ... — Но? На этот раз она отвела взгляд, слегка сгорбившись. — Я никогда не делал этого ни с кем. Вай ожидала этого и бросила полотенце в их маленькую ванную комнату, а затем подошла к Кейтлин и села рядом с ней. Взяв ее за руку, Вай подняла свободную руку и наклонила к ней лицо; теперь в этом голубом взгляде она увидела уязвимость. — Тебе не нужно делать то, чего ты не хочешь, Кейт, — твердо сказала Вай. — Если ты просто хочешь пообниматься, я тоже согласна. Я чертовски крепко обнимаюсь. Сердце Вай несколько смягчилось, когда Кейтлин улыбнулась ей, веселье и облегчение мерцали в ее глазах. — Я... я вообще-то думаю, что мне бы это понравилось. Они выключили свет и забрались под одеяло, и Вай протянула руки. Кейтлин погрузилась в ее объятия, прижалась лицом к плечу Вай и вздохнула с облегчением. Когда розоволосая прижала к себе партнера, она глубоко вдохнула и ощутила на языке нежный и приятный аромат фиалок. У Вай была немалая доля напряженных, горячих моментов в интрижках, связях, рванием одежды и прикусывании губ, но у нее действительно было слабое место для таких моментов, как объятия, шепот, шепот сладких пустяков вечером, подходящему к концу. За исключением того, что не все моменты длятся вечно. — Господи Иисусе, ты как грузовичок, — пробормотала Кейтлин, прижав руку к животу Вай. Ви рассмеялась. — Ты хочешь, чтобы я сняла рубашку? Я не против спать без рубашки . Кейтлин так долго молчала, что Вай пришлось немного отодвинуться, чтобы попытаться разглядеть ее лицо в темноте. Она едва могла сказать, но когда она протянула руку, чтобы обхватить лицо Кейтлин, щека той стала горячей под ее ладонью. Вай усмехнулась. — Послушай, если ты хочешь мной восхищаться, вы можете это сделать. Я серьезно не против. — ...Правда? — Да, правда, — Даже в полумраке Вай изо всех сил старалась встретить взгляд Кейтлин своим собственным взглядом. Очевидно, ей нужно было немного подтолкнуть Кейтлин. — Давай, Кейт. Крепко держась за бедра Кейтлин, Вай осторожно притянула Кейтлин к себе, заставив другую женщину оседлать ее талию, прижимая их лица близко друг к другу, их дыхание было теплым. Вай услышала резкий, быстрый вдох, затем почувствовала, как пальцы Кейтлин схватили ее за обнаженные плечи. — Если ты хочешь снять мою рубашку, ты можешь, но если не хочешь, просто не стесняйся прикасаться ко мне, как хочешь, — мягко сказала Вай, не отрывая взгляда от Кейтлин, даже в темноте. — Я здесь, Кейт. Прекрасно зная, что это определенно был первый раз, когда Кейтлин имела такой интимный момент с кем-либо, Ва1 взяла одну из рук Кейтлин и приложила ее прямо к ее сердцу, давая понять Кейтлин, что то, что там билось, было для нее, и только для нее. Она почувствовала, как Кейтлин немного вздрогнула, но та тоже не отвела взгляд — вместо этого голубые глаза смотрели в ее собственные, ища что-то, и Вай надеялась, что Кейтлин сможет найти в них утешение, безопасность и терпение; во взгляде Кейтлин она увидела нерешительность, разрыв между желанием большего и отказаться. Просто дать Кейтлин понять, что она может вести и останавливаться в любое время, было все, что Вай могла надеяться передать. — Нам не нужно... — Я хочу, Кейтлин сглотнула, и на ее лице промелькнула решимость. — Я хочу тебя потрогать. Закрой глаза, Вай. Вай сделала, как ей сказали, и она почувствовала, как нежные губы прижались к ее лбу; она глубоко вдохнула, этот прекрасный аромат фиалок наполнил ее легкие. Пальцы на ее плече скользнули вверх к ее горлу, а затем провела рукой по взлохмаченным волосам на затылке; Затем другая рука Кейтлин скользнула вниз по ключицам Вай, тонкий палец слегка дрожал, когда он скользил по голой коже бунтарки. Вай вздрогнула. Было странно чувствовать эту уязвимость — она и раньше раздевалась и трахалась, но от этого медленного, осторожного и нежного прикосновения Кейтлин ее кожа загорелась, чего нельзя было добиться только сексом. Это был кто-то, кто нашел время, чтобы насладиться ею, запомнить каждый изгиб и линию ее тела. Рука на подбородке приподняла ее голову, и Вай позволила вздоху сорваться с ее губ при этом движении; Губы Кейтлин на мгновение коснулись ее собственных. Когда Вай попыталась последовать за ней, палец прижался к ее рту, и она почувствовала веселое дыхание Кейтлин от ее смеха. — Подожди меня, Вай. Я все еще любуюсь. Был короткий поцелуй к татуировке VI на ее щеке, затем еще один поцелуй в линию подбородка; тонкие пальцы на затылке скользнули по спине, между лопаток, и схватились за верхнюю часть майки. — Снимай, — пробормотала Кейтлин. — Я хочу видеть - я хочу видеть тебя. Без колебаний, плавным движением Вай сняла майку, полностью обнаженнаясь до пояса: татуировки на ее спине, руках, плечах и шее были обнажены во всей красе для Кейтлин, не прикрытые никакой тканью. Твердая рука в центре ее груди толкнула ее обратно на кровать, и сердцебиение Вай пошатнулось и ускорилось, пока она сопротивлялась искушению открыть глаза. — Ты хорошо выглядишь вот так, — сказала Кейтлин, в ее голосе была нотка голода. — Мне это очень нравится. — Что ж, смотри сколько хочешь, — выдохнула Вай.— Это все твое. Ей пришлось бороться с новой дрожью, когда обе руки Кейтлин прижались к ее обнаженному прессу; затем руки поднялись вверх, одна задержалась, чтобы нежно погладить нижнюю часть одной из ее грудей, а другая скользнула по лицу Вай своей ладонью. Вай почувствовала сдвиг, почувствовала движение веса Кейтлин и то, как она наклонилась вперед, чтобы прошептать бунтарке на ухо: — Все в порядке? — Д-да, — Вай сжала кулаки, подавляя желание пошевелиться. У нее было ощущение, что Кейтлин хотела насытиться первой. Губы Кейтлин затем переместились от уха Вай к ее щеке, к ее подбородку, ее горячее дыхание коснулось кожи Вай, прежде чем она поцеловала обнаженное горло девушки. — Я хотела бы оставить несколько следов, если можно. Вай посмеялась бы над тем, как она озвучила эту просьбу, так вежливо и формально, но ее сердце колотилось со скоростью милю в минуту, а ее мозг был опьянен фиалками и бесконечным синим цветом; вместо этого Вай вырвалась из уст: — Оставляй, где хочешь. Кейтлин оставила более чем один. Паудэр: это засос? Паудэр: хэй Паудэр: Боже мой, ты Паудэр:оооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо Паудэр: ДЕНЬ 3