Это счастье? Оно самое.

- Ритуль, ну как ты себя чувствуешь? – входя в просторную светлую палату, спросил Борис. - Лучше. Мне тут капельницу поставили. Теперь голова не кружится, - кивнув на стоящий у кровати штатив с капельницей, ответила Багира. - Ну вот и хорошо. Рита, я с врачом говорил, - немного помедлив, начал Бизон. Рита молча склонила голову чуть набок, давая понять, что внимательно слушает друга. - Так вот. Ты только спокойно выслушай меня. Ничего непоправимого еще не произошло, - начал Бизон, видя, как заметно напряглась безразличная до этого Кошкина, - Рит, доктор говорит, что анализы неважные и если ты не перестанешь издеваться над своим организмом, то можешь потерять ребенка. Бизон был уверен, что для Риты не станет новостью то, что она ждет ребенка, но по ее удивленно распахнувшимся глазам и по тому, как женщина попыталась было встать, услышав последнюю фразу друга, Борис понял, что ошибся. - Ритуль, ты лежи… лежи спокойно, - мягко опустив чуть приподнявшуюся женщину на кровать, попросил Бизон. - Какой ребенок, Борь? Ты о чем? – ошарашенно прошептала Рита. - Рит, я думал, ты знаешь. Врач вообще не хотел мне ничего говорить, но я сказал, что ты мне как сестра, вот он и… - растерянно пробормотал Бизон. - Господи! Как это возможно? Мне же говорили, что я… что у меня никогда уже… Ребенок? Я жду ребенка… Риту раздирали противоречивые чувства. С одной стороны смерть Ивана, принесшая в жизнь женщины страдание, а с другой – новость о ребенке, о котором Кошкина уже и не мечтала. Рита все еще не могла представить, как будет жить дальше, без любимого мужчины, но она ждет ребенка. И не просто ребенка, а его малыша. Как же это странно, осознавать, что в тебе живет его маленькая частичка, когда его самого уже нет. Горькое чувство утраты снова затопило сознание, вытесняя маленький лучик радости, упрямо пробивающийся через толщу отчаяния. Видя состояние Риты, Бизон мягко притянул женщину к себе и обнял. - Рит, я знаю, тебе больно, но жизнь продолжается. Батя бы не позволил, чтобы ты так себя изводила, - осторожно заговорил Борис, стараясь быть как можно мягче. - Но его нет, - глухо произнесла Рита, уткнувшись в плечо друга. - Нет. Зато есть его ребенок, - уверенно произнес Борис. Рита, не ожидавшая таких слов от друга, отстранилась от него и удивленно заглянула в глаза почти брата. - Откуда ты… - начала она, но мужчина не дал ей договорить. - Подумай о ребенке. Малыш не только твой, но и его тоже. Боль утихнет. Не пройдет бесследно, но утихнет. Ты поймешь, что совершила ошибку, но будет уже поздно. Ты же сильная. Ты – Багира. Постарайся взять себя в руки ради себя и ради ребенка. Борис взывал к тому, что должно быть сильнее, чем боль утраты, к материнским чувствам, к чувству долга и ответственности перед еще не рождённым ребенком, перед его отцом, который пожертвовав жизнью, спас товарищей. Рита, никогда прежде не слышавшая от веселого и бесшабашного Бориса таких слов, словно потеряла дар речи. Она молча слушала успокаивающий шепот друга и пыталась разобраться в том, что происходило сейчас в ее душе. А разбираться было в чем. Умом Рита понимала, что Борис прав. Исправить ничего уже нельзя. Остается только жить с болью в сердце. Как говорится: мертвым – Царствие Небесное, а живым – земная жизнь. Вот только в душе она тосковала по любимому человеку. Однако и тут не все так просто. Рита вдруг поняла, что кроме огромной, всепоглощающей любви к Ивану, в большом женском сердце зарождается новое чувство – нежная, безграничная материнская любовь к еще не рождённому малышу. Ее малыш. Маленький сынок, о котором она так мечтала. Маргарита непроизвольно положила руку на пока еще плоский живот и тихонько вздохнула. - Борь, спасибо тебе. Я сделаю все, чтобы малыш родился здоровым и сильным, - тихо прошептала Рита, спустя несколько минут, показавшихся ей самой вечностью. - Молодец, Русалка, - ободряюще сжав хрупкое плечо женщины, улыбнулся Тарасов. __________________________________________________________________________ P.S. Не умею давать названия главам, но надеюсь, когда-нибудь научусь. P.P.S. не ругайтесь сильно за затянутость. "Краткость - сестра таланта" это явно не про меня, причем в обоих случаях.