Тайный Санта

      Утро первого дня все ждут с замиранием сердца. Кто-то хочет увидеть, как его выбранная жребием жертва мучается от глупого квеста, кого-то распирает интерес узнать, кто же их Санта. Юнги не разделяет мнение ни одной из сторон. Он надеется большую часть времени проводить в своей студии, что находится этажом выше.       Общим голосованием было решено отдавать подарки стаффу, чтобы те доставляли их нужному получателю каждое утро. Так они не попадутся друг другу на глаза и вычислить своего Санту будет сложнее. Так же, чтобы игра приносила больше интереса: завтракают, обедают и ужинают они теперь вместе за общим столом в их общежитии. Юнги же, который любит пропускать завтрак, не очень этому рад, но правила есть правила.       В восемь утра в комнату Мина стучат — да с такой силой, что рэперу становится искренне жалко простую деревянную дверь, по которой по ощущением пробежался табун слонов. Парень недовольно мычит, зарываясь с головой под одеяло, и хрипит нежеланному гостю, что открыто. Вошедший мужчина не пытается помешать сну хозяина комнаты, а просто тихонько оставляет бумажный пакет на тумбочке, выходя прочь, кидая тихие извинения. Ещё бы — в отпуске большая часть парней в это время ещё спит. Особенно та половина, которая любит заседать перед компьютерами, в телефонах или в своих студиях до самого утра. Но долго валяться нельзя. По их договорённости завтрак начинается в девять, а это значит, что у Юнги есть только час, чтобы выпасть с кровати, доползти до ванной, привести себя в порядок, распаковать подарок, охренеть, послать всех куда подальше и лечь обратно спать... В своих мечтах, конечно же.       Сам он на первый раз решил не особо изощряться над подарком и квестом. Нужно проверить насколько сильно разойдутся в своей фантазии другие участники группы и, что уж таить, ему немножечко интересно, что именно скрывает его собственный пакет, доставленный стаффом.       Натянув на себя после душа футболку, он подходит и берет с тумбочки бумажный пакет, направляясь обратно к кровати. Первым делом он достаёт из него запечатанную в цветную фольгу коробочку, а после бумажку, распечатанную на принтере, (одно из условий, чтобы парни не распознали друг друга по почерку). Юнги решает первым делом прочитать квест, но развернув её, видит лишь небольшую надпись: «Носи это на себе целый день.»       И честно, Мин даже начинает волноваться, потому что коробочка уж совсем маленькая; и что там такого страшного может быть, он не знает. От этого становится только интереснее, поэтому парень быстро развязывает ленточку и, сглатывая подступивший к горлу ком, резко открывает крышку. В глазах темнеет, стоит ему извлечь наружу предмет. И Юнги не может понять от чего: от злости или внезапно накатившего смущения. — Вы, сука, издеваетесь?! — кричит он во весь голос, уверенный, что его слышит каждый, находившийся на этаже мембер. — Это кто такой дохуя умный?       Он слышит через стену, как в соседней комнате дико смеются, и этот смех он узнает из тысячи — Чимин по полу, наверное, уже катается. Он его Санта, что ли?       Юнги звереет, сжимая челюсти и скрипя зубами. Он едва не рвёт на крохотные частички милые, розовые кружевные стринги, впереди у которых бантик со стразами. Такие он привык с девушек снимать, но точно не надевать на себя. К тому же парень почти уверен, что все его богатство в этих крохотулечках не поместится. — Чего ты разорался? — дверь в комнату резко открывается, и на пороге стоит лидер собственной персоной. Его внешний вид оставляет желать лучшего: одни обведенные маркером соски чего стоят, не говоря уже о прикреплённых к ним клипсах с длинными тонкими цепочками.       Юнги кривится, сжимая в кулаке трусики, не желая выставлять их на обозрение. — Что за мерзость? — Да ладно тебе, Джин вон зелёный ходит с ирокезом, ему краску подарили и лак для укладки волос. — И когда успел?... — А у тебя там что?       Ким подходит ближе к рэперу, а тот прячет руку за спину и отодвигается на кровати, мотая головой из стороны в сторону. Он даже не против с разрисованными сосками походить, но стринги... — это уже другой уровень извращенства. — Да брось, — успокаивает его Джун, — мы ведь все здесь как семья. Посмеемся и забудем.       Парень наседает, подходит совсем близко, даже пытается заглянуть Юнги за спину, но тот ловко уворачивается и засовывает тряпочку в карман шорт. Лидер обводит парня перед собой наигранно-суровым взглядом и улыбается, выдавливая смешок. — Мне вот интересно, что там может быть такое, что смутился даже ты? — Просто безделушка, — шипит сквозь зубы Мин и немного расслабляется, думая, что Джун уж точно не полезет по чужим карманам, но оказывается, зря.       Юнги передергивает, когда Ким резко нависает на ним и засовывает руку в чужой карман, начиная в нем копошиться. Слишком близко к внутренней части бедра. Слишком близко к... — Совсем стыд потерял? — прикрикивает зажатый между спинкой кровати и чужим огромным телом парень. — Ну а что такого? — Джун извлекает из чужого кармана маленький комочек розовой кружевной ткани и ещё пару секунд тупо пялится на него, только после, держа двумя пальцами тоненькие боковые лямки, их расправляет.       На фоне слышится шлепок ладони о лицо — это Юнги пытается скрыть свой стыд или хотя бы не видеть, каким оценивающим взглядом лидер обводит женские трусики. — Хочешь знать моё мнение? — после минуты молчания выдаёт он. — Нет! — Помощники твоего младшего братишки из них выпадут. — Я же сказал, что не хочу! И отдай их вообще! — Юнги выхватывает трусики и прячет их обратно в карман, пыхтя, словно только что закипевший чайник.       Надеть это чудо женского гардероба все-таки приходится, но только после того, как старший выставляет любопытного лидера за дверь, закрыв её на защелку. Юнги долго крутит трусики в руках, то тяжело и судорожно вздыхая, то психуя и кидая их в противоположную стенку, жутко краснея. Однако, когда предмет одежды уже оказывается на парне, он припоминает слова Джуна: все... не очень сильно удобно лежит и местами норовит вывалиться наружу. — Стыд и срам, — жалобно протягивает парень, отказываясь смотреть в зеркало, когда натягивает на себя штаны.       Из комнаты он выходит с не охотой и плетется до кухни точно так же. Бретельки и резинки неприятно давят и натирают, доставляя дискомфорт. За столом уже все сидят и встречают зашедшего заинтересованным взглядом, пытаясь выискать в Юнги последствия квеста и высмотреть на нем чужой подарок, однако встречаются только с красным лицом и недобрым взглядом, обводящих всех мемберов. — Ну, чего уставились? — шипит он, проходя и присаживаясь за стол. Нервы накалены до предела, но так просто, посмотрев, невозможно угадать, чья это идея. — Хен, тебе не пришёл подарок? — удивлённо произносит Чимин, осматривая «музыкального гения» с ног до головы и цедя йогурт через молочную детскую бутылочку с соской. — А ты к своему, смотрю, присосался — не оторвешь, — ворчание выходит немного грубым, особенно, когда он замечает чужие надувшиеся пухлые губки. — Это забавно, — пожимает Пак плечами, а Юнги думает, что это только начало... забавно ему, видите ли. — Так что у тебя за подарок, хен? — интересуется с другого конца стола Тэхен, что в сравнении с большинством мемберов выглядит вполне нормально. — Какая разница? — злится Юнги и косится на улыбающегося лидера. Не дай бог проговорится засранец. — Ну, так не интересно. Хоби-хен тоже молчит как партизан. Краснеет только и ойкает, словно ему колючек в трусы напихали, — хихикает младший Ким, а Юнги смотрит на Хосока, сжимающегося и выглядящего очень крохотным по сравнению с другими парнями. Словно он пытается казаться незаметным. И тут Мин понимает, что скорее всего парню тоже достался в Санты какой-то извращенец. — Могу подтвердить, что квест он выполнил, — хохочет Намджун, хлопая ладонью по столу. — А тебе откуда знать? — вмешивается Чонгук, прищуривая глаза. Всё его лицо, как и тело, на котором нет ни кофты, ни футболки, одни штаны, разрисовано странными символами. И только приглядевшись, Юнги понимает, что это позы из камасутры в виде японских иероглифов. Довольно безобидный квест, но с такими каракулями за пределы общежития не выйти. — Заходил в его комнату с утра, — честно отвечает лидер. — Давай, расскажи всем теперь, — ворчит Юнги, оглядывая мемберов внимательным взглядом, пытаясь выцепить хоть что-то в их выражениях на лице. Но каждый из парней профессиональный артист и актёрское мастерство им не чуждо. Поэтому попытка является безуспешной.       Весь оставшийся завтрак проходит за смешками и пустыми разговорами, пока Хосок не соскакивает из-за стола, со скрипом отодвигая стул, и не убегает в свою комнату под внимательным взглядом ребят. Те ещё переговариваются и расходятся прочь.       В остальном же день проходит довольно спокойно, Юнги даже выбирается из здания, чтобы купить очередной подарок для Чимина. И тут он думает, что его фантазия даёт сбой, поскольку мысли совершенно не могут сосредоточиться на том, как Мин ещё хочет подгадить Паку. А все дело в одной несчастной резинке, которая уже десятую мозоль натирает между ягодиц, вжимаясь в наверняка припухшее от постоянного трения колечко мышц. В голову вдруг приходят воспоминания о том, как их выпускали на сцену без нижнего белья, и прямо облегчение ложится на душу мягким одеялом. — Юнги-хен? — слышится голос сзади, когда после ужина и общего голосования между мемберами, было решено освободиться от оков квестов до следующего утра.       Парень сломя голову бежал к себе в комнату, чтобы стянуть с ненавистью вещь и отправить её в мусорку, но стоило ему снять штаны, как дверь открылась. Вот ведь дурной, забыл запереться. — Вот это видок! — присвистывает стоящий сзади Чонгук и растягивает губы в довольной улыбке. И откуда у этого ребёнка столько похабных мыслей в голове? — Какого черта ты здесь забыл, Гук? Проваливай в душ смывать свое пособие по...       Он не успевает договорить, как младший подскакивает слишком быстро и близко, так, что Юнги едва удерживает равновесие, чтобы не свалиться на пол. Чон присаживается на корточки и вот, оказывается, где апогей смущения «музыкального гения» одной из самых популярных групп мира. Младший хватается пальцем за резиночку сбоку и слегка её оттягивает. — У тебя там все покраснело, — он проводит подушечками пальцев по раздражённой коже, пользуясь моментом, пока Юнги прибывает в шоке, но длится это недолго. — Ты совсем охерел, мелкий?! — срывается с розовых губ хриплым голосом и старший судорожно пытается оттолкнуть от себя Чонгука, но только сам падает на кровать и, не долго думая, закрывается покрывалом. — Но я же помочь хочу. У меня есть отличная мазь. — Себе оставь свою мазь! — Но, хен, у тебя наверняка очень жжется между половинок, а мазь поможет. Она с охлаждающим и восстанавливающим эффектом, очень хорошая! — Вот и смажь ей свои мозги, Чонгук!       Юнги пытается нащупать подушку одной рукой, потому что оборачиваться сейчас не вариант: кто знает, что там ещё придет в голову этому беспардонному парню, когда старший на секунду упустит его из виду? — Проваливай! Устроили здесь проходной двор! — с этими словами он кидает подушку в Чонгука, заранее зная, что тому не составит труда поймать её. — Ладно, хен, — обиженно выдыхает младший, обводя жмущегося на кровати парня грустным взглядом. — Ты, если что — зови. Я всегда помогу, — с этими словами он закрывает за собой дверь. — Вот уж, блять, спасибо! Перебьюсь!