Восьмиконечная звезда Иштар

      В мрачной комнате для допросов, освещённой единственным тусклым источником света, было так тихо, что находящемуся в центре помещения юноше казалось, что он слышит биение собственного сердца. Ему не впервой было так стоять, обнажённым и связанным на коленях, однако впервые на его памяти подобная позиция означала вовсе не многообещающий вечер, а скорее огромные проблемы. Всего полторы недели назад тридцатидвухлетний Сатоши Изуми и не подозревал, что в мире найдётся хоть одна проблема, которую он не сможет решить, ведь у него было абсолютно всё, о чём мечтает среднестатистический житель Джевел Сити. Власть? Деньги? Информация? Талант? Всего этого у него было больше, чем у восьмидесяти процентов горожан вместе взятых. Он мог лёгким движением руки вершить судьбы множества людей и, как паук, плести свои сети, позволяющие ему находиться на самой вершине «пищевой цепи». Оборачиваясь назад, Сатоши пусть и неохотно, но был вынужден признать — это его и сгубило. Он слишком привык к тому, что никто не смеет ему противостоять. Расслабился от сытой жизни, заигрался в признанного гения и совершенно забыл, что быть приближенным к богам совершенно не означает быть самим богом. Да, ему позволяли много лет творить всё что только в голову взбредёт, однако платой за это была безукоризненная служба. И стоило ему допустить единственную ошибку, как он из короля жизни и любимчика превратился просто в ничто. Теперь ему не принадлежит даже его собственная жалкая жизнь, ею распоряжается… Кстати, кто?       Наконец оторвавшись от жалости к себе любимому, Изуми огляделся, однако результаты его не сильно порадовали. С тех самых пор, как он очнулся в этой комнате, он видел лишь одного человека, который привёл его в себя, поставил на колени и обезличенным, механическим голосом приказал не шевелиться. Жаль, едва очнувшийся пленник не успел рассмотреть нашивку на воротнике своего надзирателя. Интересно, кому же его всё-таки продали? Судя по одежде, не Докуджи, большая часть этой банды пренебрегала единым стилем одежды и хоть и имела свою «парадную форму», но использовала её лишь на каких-либо массовых мероприятиях. На Эстетику тоже не сильно похоже, иначе бы перед Сатоши предстал не среднестатистический мордоворот, а улыбающаяся голодной гарпией Лесли Кэрри. Хоть попавший в застенки юноша и был далёк от жизни банд, всё же имена боссов старался держать в голове. Итак, раз это не самые логичные варианты в виде упомянутых банд, а Гончих и Леоне живой товар не шибко интересует, остаётся всего один вариант, от которого бледная, почти белая кожа Изуми покрылась мурашками. Миттэль. Кошмар всея Джевел Сити под предводительством безумного учёного Кристофа Зильбера. Вот уж он точно всегда рад свежему материалу для своих безумных экспериментов, однако… что-то тут не сходится. Судя по слухам, покровитель наркоторговли, биоинженерии и рынка человеческих органов терпеть не может технику, считая тех, у кого больше одного-двух имплантов, «порченым товаром». Раз так, то на опыты Сатоши не годится, а на органы его можно было разобрать и не приводя в сознание. Так зачем же?..       Ответ на этот вопрос явился сам собой. Тихий скрип двери, лёгкие, беззаботные шаги — и в очерченный лампой круг света ступил тот, в существование кого не все даже верили. Ошарашенно оглядев подошедшего мужчину, пленник приоткрыл рот и севшим голосом уточнил, хотя ответ был очевиден:       — Иисус?..       Легендарный посланник владельцев Империума, через которого эти властители города доносили свою волю остальным смертным. Злые языки поговаривали, что Иисус, собственно, и является владельцем самой загадочной и сильной банды города, но сам Сатоши в это не особо верил. За этим мужчиной, и правда словно сошедшим с давно забытых библейских картин, оставшихся лишь в музеях Европы, явно стоял кто-то ещё. Некто ещё более могущественный и совершенно не собирающийся раскрывать своё инкогнито. А вот Иисуса видели не раз на общих собраниях боссов, да и все Леги вели переговоры именно через него.       — Здравствуй, Изуми, — добродушно улыбнулся посланник Империума, по-простому усаживаясь на пол напротив связанного собеседника и явно не испытывая ни малейшего дискомфорта. — Мне жаль, что приходится общаться в подобной обстановке, но иной у нас для тебя, увы, нет. Надеюсь, ты не против немного поговорить?       — А если я откажусь, это разве что-то изменит? — Сатоши скептически хмыкнул, насмешливо искривив пухлые губы. — Хотя я не понимаю, зачем весь этот цирк, если всю необходимую информацию вы можете скачать непосредственно из моей памяти. Так ведь надёжней, разве нет?       — Ты прав, это было бы проще, однако есть всё же парочка «но», — тихо рассмеялся Иисус, качнув головой. В золотистых глазах притаилась лукавая хитринка. — Ты же весьма неглупый молодой человек и прекрасно понимаешь, что сканирование профессионала твоего уровня даже для нас большой риск. Да и для тебя не меньший, ведь сейчас у тебя ещё есть шанс попасть к хорошему хозяину и жить практически так же, как и раньше. А вот после принудительного копания в твоих мозгах ты вряд ли заинтересуешь хоть кого-то. Я бы предпочёл всё же продавать тебя как первоклассного Тарантула, а не просто как экзотическую секс-игрушку с поджаренными мозгами. Так что не вижу причин делать сложно там, где можно сделать просто.       Пленник зябко повёл плечами, впервые за долгое время почувствовав себя крайне неуютно. Он привык к тому, что собеседники и собеседницы вечно раздевают его глазами, но впервые его обнажённое тело разглядывали без малейшего эротического интереса, лишь с лёгким любопытством. Впрочем, сравнение с экзотической секс-игрушкой его ничуть не удивило и даже в какой-то степени польстило. Ведь Сатоши всегда гордился своей необычной внешностью. С раннего детства проводя больше времени в кибер-пространстве, нежели в реальном мире, он приобрёл несколько отличительных черт, характерных для своей профессии. Его нельзя было назвать красивым в традиционном понимании этого слова, но быть желанным для него было так же естественно, как дышать. И дело было даже не в телосложении, благо почти все Тарантулы, по несколько суток не вылезающие в реал и питающиеся лишь через капельницы да ингаляторы, были невероятно худыми, бледными и с трудом помнили, как выглядит солнце. Нет, просто перед узким, скуластым лицом с азиатским разрезом глаз Изуми никто не мог устоять. Он, как никто другой, умел томно закатывать чернющие глаза с зелёным ободком линзы вокруг радужки, покусывать полные губки, морщить миловидный, чуть вздёрнутый носик и шептать невероятно возбуждающие вещи на ухо тем, от кого ему что-либо требовалось. Он давно уже превратил своё тело в товар, что в сочетании с гениальными способностями и полнейшим отсутствием совести и позволило ему стремительно взлететь по карьерной лестнице. В отличие от глупцов, считавших работу в Легах рабской и ещё более опасной, чем в бандах, Сатоши никогда не сомневался, что именно там его место. В погоне за властью и деньгами он не пощадил даже собственного отца, в рекордные сроки сместив его с должности, а затем и вовсе вышвырнув на улицу за «некомпетентность». И он всегда считал, что уж с ним-то такого никогда не случится, однако… раз его продали Империуму, не надо быть гением, чтобы понять, почему всё так произошло и какие ответы интересуют его дознавателя.       — Спрашивай, — наконец тихо произнёс пленник, разглядывая пол рассеянным взглядом. Он даже не стал уточнять, как они убедятся, что ответы будут правдивыми. Империум всегда всё знает, и пришедший поговорить мужчина, скорее всего, просто хочет уточнить малозначительные детали, чтобы собрать наиболее полную картину. Их ведь это тоже касается…       — Меня интересует… всё, — немного подумав, произнёс Иисус, внимательно вглядываясь в лицо Сатоши с каким-то едва уловимым сочувствием. Как будто ему и правда было не наплевать на его судьбу. — Расскажи с самого начала, что привело к таким последствиям? С чего всё началось?       — Что ж, если тебя интересует, как я протрахал своё место под солнцем, устраивайся поудобней, — язвительно произнёс Изуми, чуть прикрывая глаза и неохотно начиная рассказывать…       

Полторы недели назад…

      Тишина в прохладной серверной комнате возмутительным образом нарушалась едва слышными стонами и специфическими ритмичными звуками сталкивающихся друг с другом разгорячённых тел. Вообще, доступ сюда не персоналу был воспрещён, как и в принципе во всё здание, но начальство, прекрасно знающее о шалостях своих сотрудников, давно закрывало глаза на столь явное нарушение правил. В конце концов, неустанно поддерживающие блокаду работники и так почти никогда не выходят наружу, так что периодические нашествия работников Докуджи — небольшая цена за отсутствие самоволок и отношений между сотрудниками. Тем более что за много десятилетий уже почти всех шлюх секьюрити на входе знает в лицо и пропускает с позволения высших чинов, лично их отобравших.       — О да… — томно простонала полуобнажённая красотка, стискивая бёдрами своего любимого клиента и откидывая голову в экстазе. Хоть начальник цифровой безопасности Нанотеха и был невысок ростом и весьма тощ, он всегда умел доставить несравненное удовольствие женщине. Впрочем, поговаривали, что и мужчине тоже, но почему-то из её коллег ещё никто с ним ни разу не пересекался по долгу службы. Неохотно выпустив своего любовника из объятий, представительница одной из древнейших профессий завистливо вздохнула, разглядывая приводящего себя в порядок клиента. Везёт же некоторым. То ли из-за азиатского происхождения, то ли в силу рода деятельности, Сатоши в свои тридцать два больше походил на семнадцатилетнего подростка, причём с момента их первой встречи он ни капли не изменился. Разве что пирсинга стало больше да чёрные волосы приобрели сине-зелёный оттенок.       — Может, уже уберёшь свою жопу с панели управления? — недовольно проворчал Изуми, собирая растрепавшиеся волосы в пучок на макушке и открывая вид на выбритый затылок с четырьмя первоклассными сокетами последней модели.       — Эй, ты меня сам на неё усадил! — возмутилась жрица платной любви, но всё же неохотно слезла, поправляя задранное платье. Словно в пику своим способностям как любовника, Сатоши обладал отвратительным характером, и общаться с ним дольше трёх минут не представлялось возможным. К счастью, её сюда и не за разговорами вызывали. Но всё равно неприятно, что этот клиент единственный, кто после секса моментально менялся и начинал вести себя откровенно по-скотски, ни разу не сказав никому ни единого доброго слова.       — Угу, выметайся быстрее, а, — равнодушно отмахнулся парень, проверяя данные на освободившейся панели, легонько отпихнув ногой девушку, как раз забравшуюся вниз в поисках слетевшей в процессе любовных игр туфельки. Её уничтожающий взгляд он даже не заметил, а если бы и заметил, то не придал бы значения. А зря…       — Хам, — слегка обиженно резюмировала девица, натягивая утерянную обувку и направляясь к двери слегка покачивая бёдрами. Но не успела она коснуться ручки, как её словно парализовало ледяным голосом.       — Стоять.       Похолодев, девушка медленно обернулась и едва успела перехватить летящий ей в лицо комочек тончайшей ткани.       — Труханы свои забыла, дура, — беззлобно фыркнул Сатоши, брезгливым жестом наманикюренных коготков призывая барышню очистить помещение.       Удостоверившись, что девушка ушла, а данные не пострадали, один из лучших Тарантулов города, а возможно и мира, тщательно закрыл серверную и вернулся в свой офис, мурлыкая под нос какую-то навязчивую песенку, услышанную недавно в сети. Всё было как обычно. В огромном белоснежном зале два из пяти кресел были заняты лежащими подчинёнными, подключёнными к сети и ответственно выполняющими свою работу по неустанной поддержке блокады, ещё двое, видимо, отсыпаются после двухсуточной смены. В отличие от них, сам Сатоши не имел чёткого графика работы, подключаясь либо при необходимости, либо со скуки. Хоть блокада Нанотеха и считается самой неприступной, особенно с тех пор, как он занял должность начальника цифровой безопасности, всё равно находятся придурки, пытающиеся через неё пролезть, а то и обрушить. Обычно это были самоуверенные новички, но несколько раз ломились и весьма достойные противники, с которыми Изуми было приятно пободаться даже спросонья или будучи оторванным от очередного коитуса.       Побродив вокруг своего роскошного, практически горизонтального кресла для выхода в сеть и осознав, что работать его в данный момент совершенно не тянет, Сатоши спрятал в стоящую рядом тумбу ингалятор с нейростимулятором и хотел было уже пойти подремать, как внезапно его планы были беспардонно нарушены. Уши резануло противно завывшей сиреной, а лампочки на потолке словно взбесились, мигая, как новогодняя гирлянда кроваво-красного цвета.       — Нет… Нет-нет-нет-нет! — севшим голосом выдохнул Изуми, рванувшись к рабочему месту, мысленно обмирая от ужаса. Хвалёная блокада Нанотеха, которую он несколько лет бережно улучшал, превратив в воистину неприступный оплот цифрового вакуума, которой так гордился и из-за которой, собственно, он и получил свою должность, была пробита. И двое «патрульных», судя по конвульсивно подёргивающимся конечностям, явно не справляются с хлынувшей в эту брешь толпой желающих выведать секреты самой прогрессивной и успешной Леги.       Когда спустя полчаса бледно-зелёный Сатоши вынырнул из кибер-пространства, в помещении уже царила привычная тишина. Придерживая рукой раскалывающуюся голову и чувствуя, как постепенно остывают сокеты, он с трудом сполз на пол и не с первого раза открыл заветный ящичек с ингаляторами. Сделав несколько затяжек всевозможными витаминами, стимуляторами и нейролептиками, начальник отдела прикрыл глаза и начал напряжённо думать. Скрыть подобный косяк, который слышали едва ли не все в здании, явно не удастся, так что остаётся лишь надеяться, что ничего важного за те сорок секунд, что система была беззащитна, утечь не успело. Как-никак его подчинённые тоже не новички и успели сдержать основную толпу взломщиков до прибытия начальника. Но всё же как так вышло? Много лет блокада считалась неприступной, а тут на тебе — пробили. Хорошо ещё, что он в этот момент был рядом, если бы инцидент произошел хотя бы на пятнадцать минут раньше, вот бы он хорош был, примчавшись в центр практически без штанов. Хотя постойте-ка… Вот оно!       — Вот сучка! — взвыл Изуми, аж подпрыгнув на месте и со всех ног припустив к злополучной серверной. Он безумно надеялся, что ошибся, но это было единственным логичным вариантом. Проклятая шлюха не просто так копалась под пультом управления в поисках туфлей, а самым наглым образом осуществляла диверсию под носом своего клиента! Причём гадила она явно не по своей инициативе, а по чьей-то наводке, самой бы ей мозгов не хватило написать нечто способное даже на миллисекунду положить безупречное детище непревзойдённого гения, который даже пару раз участвовал в разработке некоторых проектов своей компании. Значит, её либо подкупили, либо запугали, вручили вирус и подсказали, как и куда приткнуть, чтобы успеть убраться оттуда подальше. Искать её, чтобы расспросить, конечно, теперь дохлый номер, скорее всего, от этой идиотки уже осталось что-нибудь мало опознаваемое, но самое обидное, что они ведь точно знали, к кому её подсылать! Потому что только у Сатоши хватило наглости и самоуверенности таскать проституток в свою любимую серверную. Да и обладателей ключей от этого помещения можно было пересчитать по пальцам одной руки.       Добравшись до серверной и нашарив под пультом управления явно не предусмотренный конструкцией предмет, со стороны напоминающий крупную монету со множеством микросхем, Изуми с горестным стоном уткнулся лбом в стену. Он понятия не имел, что его ждёт, но за подобную оплошность хорошо, если его просто вышвырнут пинком под зад, предварительно опустошив личный счёт и ославив так, что его даже Гончие не возьмут сторожить контейнеры с ватными палочками. И тогда ему останется пойти только в Докуджи униженно проситься на роль среднестатистической проститутки с крайне паршивым характером. Это если его вообще оставят в живых…

***

      Следующие пару дней начбез Нанотеха почти не вылезал из Сети, активно имитируя неустанную работу и вздрагивая от каждого шороха. Подчинённые тактично молчали, однако, вылезая в реал за очередной порцией стимуляторов, Изуми пару раз ловил на себе их преисполненные злорадства взгляды. Ещё бы. Хоть они и признавали его непревзойдённый талант, любви к капризному, хамоватому и высокомерному шефу точно не испытывали. И теперь с наслаждением ждали, когда тот понесёт заслуженное наказание и упадёт на самое дно, освободив место начальника одному из них.       Сатоши уже было поверил, что всё обойдётся, но вечером второго дня его всё-таки вызвали в кабинет заместителя главы Нанотеха, гуманно не уточняя, с какой целью. Впрочем, это и так было понятно. Последний раз он был тут в день назначения на должность и ехидно скалился в лицо жене босса, вспоминая, каким именно образом и на каких поверхностях убеждал её неблаговерного супруга, что просто создан для должности начальника отдела цифровой безопасности. Вопреки надеждам, в этот раз противная ведьма, уже наслышанная о шалостях супруга, тоже присутствовала в кабинете, только теперь скалилась уже она, видимо вспоминая о кармическом балансе вселенной.       — Вызывали? — робко поинтересовался Сатоши, прикрывая за собой дверь и с явной опаской поглядывая на двух неподвижных мордоворотов, сразу отрезавших ему путь к отступлению.       — А ты надеялся на что-то иное после своего грандиозного проёба? — ядовито уточнила супруга хозяина кабинета, недобро прищурившись. К счастью, тот моментально заставил её замолчать, предупредительно махнув рукой.       — Ты разочаровал нас, Изуми, — безразличным голосом произнёс мистер Джонсон, словно нехотя отрывая взгляд от лежащих перед ним на столе документов. — Ты хоть представляешь, к каким последствиям привела твоя ошибка? Какие убытки понесла компания из-за твоей небрежности и пренебрежения правилами безопасности?       Сатоши виновато опустил взгляд, прекрасно понимая, что слова оправданий его босса интересуют не больше, чем проблемы миграции ушастых сов. Тем более что в данном случае даже козла отпущения искать не надо, вычислить виновника произошедшего смог бы и пятилетний ребёнок. Правда, судя по мрачному лицу, упомянутые убытки оказались в разы существенней, чем надеялся нерадивый подчинённый.       — Я… могу это как-то компенсировать или?.. — продолжение фразы повисло в воздухе, но все и так поняли, о чём речь. Официально, конечно, ни одна Лега не признается в радикальном устранении провинившихся сотрудников, но полиция обычно и не рвётся искать убийц безымянных трупов, которые периодически обнаруживаются по всему Джевел Сити. Благо их незаинтересованность хорошо оплачивается.       — Или, — безапелляционно отрезал мистер Джонсон, нахмурив кустистые брови. — Твои счета уже перешли в собственность компании, но они не покроют и миллионной доли нанесённого ущерба. Мне жаль, но тут уже ничего нельзя поделать. Так что…       Словно повинуясь небрежному кивку бывшего шефа, мир внезапно зашатался и померк. Впрочем, потерявший сознание парень сильно подозревал, что виной этому был один из тех самых мордоворотов за его спиной. Однако значения это уже не имело, ведь он уже не надеялся когда-нибудь очнуться…       — Как-то так… — завершил свой рассказ бывший Нанотеховец, старательно избегая взгляда собеседника, и как можно небрежнее пожал плечами. — Сомневаюсь, что рассказал вам что-то, чего вы и сами не знали. Я сам во всём виноват, просто неудачное стечение обстоятельств.       — Ты правда так считаешь? — загадочно улыбнулся в усы Иисус, иронично покачав головой. — Вроде неглупый парень, а такую чушь несёшь. Ты же наверняка и сам прекрасно понял, почему пломбу с вирусом дали девушке, которая шла именно к тебе. И, к слову, ты не совсем прав. Кое-какую важную информацию ты всё же рассказал, так что спасибо.       — И что теперь со мной будет? — почти шепотом поинтересовался Изуми, обречённо повесив голову. Он очень не хотел умирать. Всю свою жизнь он мечтал о власти и богатстве и, несмотря на прискорбность своего положения, где-то внутри ещё верил, что всё поправимо. Что он сумеет исправить это недоразумение, если только выберется. Если только выживет.       — А ты не догадываешься? — лукаво блеснул глазами посланник Империума, поднимаясь на ноги и отряхивая потёртые джинсы.       Оставив пленника озадаченно смотреть ему вслед, Иисус вышел из комнаты и ненадолго прикрыл глаза, оценивая полученную информацию. Очень невовремя, прямо максимально. На шахматной доске определённо появилась новая фигура, а возможно и полноценный игрок. И, что самое противное, он довольно хорош, раз до сих пор его не удалось вычислить. Его мотивы неясны, действует он через подставных лиц и словно намеренно сеет хаос там, где должен царить порядок. Тот самый, который должен был в ближайшем времени установить Империум. Если бы это было возможно, Иисус заподозрил бы измену, но… нет, к сожалению или к счастью, ни один из членов Империума не способен предать своих хозяев.       Добравшись до огромной залы, вдоль стен которой рядами лежали в уютных нишах неподвижные люди, бесперебойно подключённые к сети, посланник самой грозной банды прошёл к весьма скромному креслу и, приподняв ниспадающие ниже плеч волосы, присоединился к подчинённым. Это другим может и удобней каждый раз выходить из сети, чтобы принять доклады и отсмотреть нужные материалы, в Империуме же всё было наоборот. Обработав предоставленные данные, оценив дневную прибыль и раздав необходимые распоряжения, Иисус наконец добрался до того, что его так интересовало. Пришлось немного повозиться, чтобы получить записи с камер того дня и отследить девицу, устроившую такой переполох в Нанотехе, но в итоге ему всё же удалось это сделать. Правда, увы, результатов это не дало от слова совсем. Он просмотрел множество данных с кучи ракурсов и позиций, пытаясь выискать судьбоносный момент, когда она получила таблетку с вирусом, чтобы вычислить хотя бы посредника, но всё тщетно. За предыдущие два месяца в жизни этой ничем не примечательной шлюхи не объявлялось никаких новых знакомств, подозрительных клиентов и вообще чего-либо выдающегося. Конечно, посланник Империума распорядился прочесать историю этой девицы вплоть до родовых криков, но искренне сомневался, что его первоклассные аналитики хоть что-нибудь найдут. Нет, всё произошло именно за последние пару месяцев, но настолько незаметно и тихо, что остаётся только гадать, кому же удалось подобное провернуть.       — Что ж, — пробормотал Иисус, извлекая штекер из сокета и рассеянно осматривая огромный непроницаемо-чёрный экран во всю стену, на котором в данный момент красовалась огромная золотая корона — бессменный символ Империума. — В таком случае нам остаётся только ждать дальнейшего развития событий…