Оказалось, это делаем мы.

Закончив подправлять и чистить грабли, положила их перед входом в столовую. Сейчас все как раз побегут по делам. — Михаэль.— Вонг подошёл ко мне, пока я брала книги по теме Семи измерений для домашнего чтения. — Вонг?..— повернулась, удерживая рукописи.— Я взяла две книги Старейшины по измерениям.— и показала два альманаха, которые очень бережно лежали на скамейке, завернутые в ткань. — Измерения? — он помолчал пару секунд.— Хорошо. Я был сегодня в твоей школе.— выпучила глаза, Где он был?!. — Зачем?! — мои глаза буквально вылезли из орбит. — Стивен сказал, что не может пойти сам, и попросил меня. — Я представила Вонга в коридоре Мидтауна. Его тёмные одежды на фоне ярких шкафчиков, а учиники смотрят на него как на странного монаха. Его молчаливое присутствие в кабинете, где пахло мелом и старым кофе. Он на улицах плохо ориентируется без порталов. Честно говоря, даже с порталами иногда тоже. — И что?.. — Тебе стоит проявлять больше уважения к учителям. —…Лааадно~. — очень осторожно уточнила. — Это всё?.. — Они спросили о твоих прежних… учебных заведениях, — сказал он задумавшись. — Я сказал, что это была частная школа с углублённым изучением естественных наук и древних языков. В Китае. — И они поверили? — естественные науки? Я чистый гуманитарий! — Люди верят в то, во что хотят верить. Сказали, что китайский язык — это хорошо, а с химией дела плохи. Нужно будет позаниматься. — …Ладно. В общем, все нормально? — я вытянула губы трубочкой. — Ты прогуливаешь физическую культуру. — я несчастно посмотрела на Вонга, но тот был непреклонен. — Тело и дух должны быть в гармонии, если ты сидишь за партой 7 часов, нужно давать телу время на разгрузку. — Поняла, пойду… на тренировку. — Вонг развернулся, кивнул и пошел в портал в… Гонконг. — А ты куда? — У меня вечер караоке. *** Дверь класса культуры Европы была открыта нараспашку. Я остановилась у косяка, мой рюкзак с глухим стуком опустился на пол возле парты и я плюхнулась на него. Спать хочу. Утро было… спортивным. Мой взгляд скользнул по классу, фиксируя расстановку сил. Нед и Питер, нависли над рабочим столом, что-то оживлённо обсуждая. Питер жестикулировал, на его лице было то самое увлечённое выражение, которое я видела в столовой, а потом я услышала фразу «Звезда Смерти» и перехотела знать, что конкретно. Рядом с ними, за соседним столом, сидела Лиз Аллан — популярная, уверенная в себе, она смеялась над чем-то, что сказала её подруга. Питер украдкой бросал на неё взгляды, а я старалась не так сильно пялиться на окружающих. Кажется это была — влюбленность. Недалеко сидела девушка с копной кудрявых каштановых волос, что-то писала. Блажь Томпсон, окружённый своей свитой, подошёл к столу двух батаников-задротов. Он опёрся о край столешницы, его поза была нарочито расслабленной, но в голосе, который донёсся до меня, звенел металл. — Эй, Пенис-Паркер, — громко сказал он, так, чтобы слышали все вокруг. — Что там? Очередной план, как взорвать лабораторию? Или ты снова готовишься к своим «олимпиадам для девственников»? — Питер вздрогнул, его плечи сжались. Он не поднял головы, продолжая смотреть на учебник, но я видела, как побелели костяшки его пальцев, сжимавших ручку. Он сжимал кулаки так же как в прошлый раз, будто мог бы врезать, но держался. Флэш просто схватил его ручку.— О, Паркер, ты всё ещё пишешь этими дешёвыми ручками? Серьёзно? Что дальше — карандаш из Икеи? И кинул её обратно. Это выглядит очень правдоподобно. Я уже откровенно так пялилась, повернувшись. Эта черная дыра притягавающая проблемы, меня бесила. Флэш усмехнулся и толкнул стопку книг на столе. Учебники с громким стуком посыпались на пол. — Ой, прости, Паркер. Руки-крюки. Почему он это терпит? Я уже сама хотела дать этому парню в морду. Он меня раздражал и плевать мне было на его «несчастное детство» без любви родителей, но с деньгами и жополизами. Я видела напряжение в спине. Как дёрнулась мышца на шее. Физически Паркер выглядел… нормально. Худой, но не слабый. Если бы резко поднялся, мог бы «случайно» сломать ему нос… В Камар Тадже слабость не поощрялась. Если кто-то проявлял агрессию, её либо отражали, либо подавляли ответной внутренней силой. Это было просто, эффективно и экономило время. А Питер… он просто сидел и терпел. Как будто у него не было выбора. Может, боится последствий? Исключения? Но унижение — это тоже последствие, — размышляла, мой взгляд скользил от покрасневших ушей Питера к самодовольной ухмылке Флэша. Или это какая-то сложная социальная игра, правила которой я ещё не усвоила? Его одержимость Питером выглядела почти комично. Постоянный контакт. Постоянные комментарии. Если бы я не знала, что такое школьная травля, решила бы, что это странная форма ухаживания. Мерзость какая. Я мысленно добавила это в копилку: Психология буллинга: от ненависти до… ничего хорошего. Лиз кидает недовольный взгляд на Флеша и возвращается к разговору с подругой, кажется из клуба журналистики. Она по телеку мелькает. И Питер… Он просто наклонился и начал молча собирать книги с пола, быстро, точно, но… послушно, пока Флэш и его друзья смеялись над ним. Я хочу ему вмазать… Не магически, просто от себя. И Питера хочу стукнуть, себя надо защищать. Становиться «нормальной» было гораздо скучнее, чем я предполагала. В Камар-Тадже насилие запрещено, но есть правила: хочешь вызвать на поединок — спроси Старейшину. Если она дала добро — действуй. Виноват всегда ты: либо в своей агрессии, либо в том, что позволяешь слабостью управлять демонами. А Питер… просто сидит. Терпит. И этим кормит демонов Флэша. И я не понимаю, почему это «норма» для этого мира. Я чуть дернула пальцами и идя к своему месту Блажь оступился, грохнувшись среди парт, чужих ног и сумок. Хмыкнула, и когда отвернулась увидела взгляд Питера, который тут же закрылся от меня своим другом. Дохляк. *** Вернувшись в комнату, открыла сразу окно. Здесь в любой части здания было много антиквариата, гобеленов, ковров, плотных партеров, кроватей с балдахином, кресел и любых других хорошо накапливаемых пыль вещей. Самые опасные артефакты я отправила в хранилища Камар-Таджа и храмов. Вредные — разложила по комнатам и периодически проверяла. Безобидные оставила на виду. Специально, чтобы научиться их использовать и контролировать, распознавать их воздействие и уметь предотвратить или вовремя обратиться за помощью. С этим помогал мастер Коко из Эстонии, по утрам устраивал проверки моего сознания на внешние воздействия. Но последнюю наделю он был занят и я с этим повеременила. Комнаты действительно были очень красивы, но, привыкшая к дышащей атмосфере Камар-Таджа, не могла спать без воздуха. Спала обычно на матраце, на полу, так как кровати здесь были до безумия мягкие. Мой позвоночник жалобно скрепил после сна на них. Хм… Как рассказал Стрендж, в Америке нет таких понятий, как «домашняя одежда» и одежда «на выход», обувь он не снимает, а когда жалуюсь на пыль — летает или очищает её с помощью магии. Но он же вообще везде в своей одежде! И на драки и на кресло! Даже если он ее чистит с помощью магии. — Гррр! Я страдаю фегней! — я переоделась в тунику, шерстяные носки и тапки, пошла вниз на кухню. Стрендж даже ест то, что я готовлю. Ага, либо фастфуд. Без чего не могу жить, так это без гречки и риса. Гречка — моя страсть! Она лёгкая, и хороша со всем, что только можно. Время и погода отличаются от Непала, там уже сейчас довольно холодно, а здесь, несмотря на декабрь, зелень. Разогрев себе гречку, добавила туда два яйца, налила соевый соус, специи, сметану и побольше соли. Мои эксперименты Стрендж не любил, как, собственно, и гречку. Телефон зазвонил не очень вовремя. — Алло~? — Эм, привет.— в голове всплыл образ паука, который неуверенно мазнул рукой. — Привет.— взяв из холодильника красную фасоль и соленые огурцы, подхватив тарелку магией, пошла в столовую.— Нашёл мага-недоучку? — с интересом спросила. После того случая мы со Стренджем облазили весь Нью-Йорк и поставили артефакты, реагирующие на изломы пространств и на всплески магии. Ставила я, следит за всем теперь он. У него есть карта Нью-Йорка. На самом деле, Стивен многое делает. Если ситуация связана с организмом человека, магией и информацией, все идут именно к нему. Но не за советом в решении проблем. — Эм… Нет, я просто… Как дела? — голос был на удивление чётким и ясным, хоть и неуклюжим. — Нормально. Чего звонишь? — не сказать, что говорила с наездом, просто говорила, что думала, в любом случае получался наезд. Стивен сказал, что озвученные на английском мысли русского звучат резко. Меня так учили. По делу. Единственное, где мы размусоливали и делились чувствами и мыслями — на занятиях, при прочтении и обсуждении книг или проблем. Но просто так редко. Разговор должен был содержать хоть кусочек чего-то важного, даже если это слова поддержки. — Да просто, поболтать?..— представила себе ситуацию паучка. Скрывающий лицо подросток, у которого есть суперсилы, который помогал мстителям, а потом остался наедине с собой, брошенный. Наверное, он чувствует себя потерянным… Ладно, я ткну ему в нос его странной жизнью, если начнет нудить. Вздохнула. Свалила все продукты которые хотела в миску. Моя безумная смесь завтрака, обеда и ужина. Вытащила из холодильника молоко. И полдника. — Подожди пару минут на месте.— и отключив номер, пошла наверх за кольцом. Накинула кофту и, переобувшись, взяла тарелку, шагнула в портал. — Я пришла. Говори.— десять часов вечера, даже бы пошла спать, но завтра суббота, и тренировок по выходным нет, точнее, на них не нужна я. На краю крыши сидел Паучок, внизу носились машины и люди, а вся его поза выражала недоверие. — Эээ~ как ты тут… Это же суперкруто! Ты можешь перемещаться куда хочешь?! — он вскочил на ноги. — Ну, ты же хотел поболтать.— и села на крышу рядом, правой рукой поддерживала тарелку, в левой держала палочки.— Говори сразу, я могу покушать молча, или твой монолог будет требовать моих ответов? — засунула в рот склеенный яйцом шарик гречки.- О, боже… офигенно… — я закатила глаза. — Эм…— Почему так много «э» в наших диалогах? — Я хотел спросить, просто… Мы же ровесники и… — Вот ты сам и сказал, что ты подросток, а я свой возраст не говорила, значит…— парень шокировано замолчал.— Ладно, продолжай, это не было секретом.— съела ещё немного. — И…— он откашлялся, стараясь сделать невозмутимый вид.— Знаешь, у нас нет молодых супергероев… Все такие внушительные, с большим списком побед и все… э… такое… Там, у вас в ассоциации, тебе доверяют всякие сложные проблемы решать?.. Типа, спасти кого-то или… Закрыть какую-то трещину, как в прошлый раз?..— сел рядом в позу лотоса, а я прожевала еще кусок своей еды и создала из палочек себе ложку. Всё-таки придётся отвечать. — Слушай, моя главная проблема — как успеть везде и при этом не возненавидеть людей. Вот в чем моя проблема. Я люблю свои мелкие дела. Уборку, готовку, мелких бесов или демонов, люблю когда не происходит чудовищных войн и конфликтов в измерениях. Потому что это значит что мы хорошо делаем работу.— я съела еще ложку, чуть бурча, что разоткровенничалась. — А-а-а… так, подожди! — Питер подался вперёд, его поза лотоса нарушилась, и он почти ткнул пальцем в мою тарелку. — «Мелкие бесы»?! Это как… мелкие, которые создают проблемы с Wi-Fi? Или мелкие, которые воруют еду из холодильника? А «чудовищные войны в измерениях»?! Это прямо звучит как… как в комиксах! Я скользнула по его воодушевлённому лицу, по широко раскрытым глазам за маской. Он явно был заинтригован, а я… Я прожевала ещё один шарик гречки. — Мелкие бесы — это мелкие бесы, — ответила я, спокойно беря ещё одну ложку своей смеси. — Несущественные. Которые доставляют неудобства, но не угрожают реальности. А войны… они чудовищны всегда. — Ты… ты правда этим занимаешься? — его голос стал тише, почти нерешительным. — Ну, закрываешь трещины в реальности и… справляешься с демонами? Это же… это звучит как работа… супергероя. Это — круто. — Серьезно? — В ночном свете его глаза за линзами маски казались ещё более живыми. Он пытался что-то понять, что-то сопоставить. Мне стало немного жаль, что мои слова так просто вызывают такой резонанс. — Ладно, может и круто. Твоя основная проблема — это что? Домашние задания? Я наблюдала за его реакцией. Он на мгновение замер. — Моя… моя основная проблема? — Он закашлялся. — Ну, это… это разные вещи. Сложно успевать за всем. Школа, семья, друзья… и… ну, некоторые другие дела. Но — нет, моя основная проблема это то, что я способен на что-то большее. А Старк считает, что я еще карапуз. — Он нервно поправил свою маску. В его голосе прозвучало замешательство, но я прекрасно знала, что за этим скрывается. Питер замер. Его голова слегка опустилась, а затем медленно поднялась. В его голосе послышалась лёгкая горечь, когда он ответил. — Так ты и есть карапуз. Прости уж, Паучок. Но большие дяди для больших супергероев, которым не надо делать уроки и успевать домой на ужин, скрывая свои синяки. Огни Манхэттена рассыпались внизу, создавая бесконечный узор. — я перемешала свою еду, которая из-за прохлады начала остывать. — Кажется, мистер Старк знает, что делает. Хотя, иногда хочется, чтобы он верил в меня чуть больше. И, ну, в меня верят. Моя тётя. Мой друг Н…ну… друг. Они думают, что я молодец. — Раз для них ты молодец, то это уже большой успех. — Ты очень… прямолинейна. Всегда так? Когда говоришь с кем-то? — Я просто сразу показываю свою позицию. Не верю, что ты не видел таких людей, как я. Зачем вообще спрашиваешь? — Мне просто интересно… — Паук снова посмотрел на мою тарелку, теперь с какой-то новой задумчивостью.— А что это у тебя там? Гречка? С чем-то ещё? Выглядит… странно. И пахнет… чем-то острым. Это, наверное, вкусно. — я посмотрела на кашу смешанную со всем, что я вытащила из холодильника. — Очень вкусно и очень вредно. Повезло, что у меня скидка на то что я могу есть пока никто не видит. — я раздраженно ткнула ложкой гречку. — Совсем зажралась, если так и дальше пойдет, превращусь в свинью. Парень, до этого задумчиво разглядывавший мою тарелку, теперь быстро моргнул. Он слегка наклонил голову набок, и даже сквозь линзы маски было заметно, как он в лёгком недоумении пытается осмыслить мои слова. — Превратишься в… свинью? — голос прозвучал с ноткой искреннего удивления. Он не смеялся.— Почему это? В смысле, ты же не ешь… ну, тоннами. И ты выглядишь довольно… эм, обыкновенно. То есть, красиво! Ну, не в смысле, что обычно плохо, а когда ешь хорошо, я имею ввиду, что если бы… — он ударил себя по лбу. — Прости. Забудь. Не думаю, что пара ложек гречки с чем-то там опасным могут на это как-то повлиять. Если, конечно, это не какая-нибудь… магическая гречка, которая вызывает мутации. Он тут же оживился, выпрямившись. — О, неужели?! Это какая-то особая, магическая гречка, которая меняет метаболизм? Ты из неё силу какую-то черпаешь? Потому что если это так, то это очень интересно! Мы могли бы провести анализ, посмотреть на химический состав, как она взаимодействует с твоим… Я смотрела на него с большим интересом, пытаясь мысленно препарировать его мозг и понять, как он… работает. Он что… ненормальный? — Извини. Это… это просто моя натура. Я люблю, ну… все узнавать. Это же… интересно. — Ботаник. Тебя как в супергерои занесло? — я съела последнюю порцию своего ужина. — Ботаник? — переспросил этот… человек, и в его голосе прозвучало лёгкое недоумение. — Ну… я бы не сказал, что это прямо уж так занесло. Просто… так получилось. Я всегда был… хорош в науке. И в других вещах тоже. Это просто совпало. — Он отвел взгляд в сторону, как будто обдумывал свои слова. — А насчёт супергероев… это сложный вопрос, знаешь ли. Никто не просыпается утром и не думает: «О, сегодня я стану супергероем!» Обычно это начинается с какого-то… события. Или с какой-то ответственности, которая вдруг сваливается на голову. И ты просто не можешь от неё отвернуться. Он молчал, смотря куда-то вниз, а я не знала что сказать. Тишина затянулась, нарушаемая лишь порывами ветра, гуляющими по крыше. Я почувствовала, как мое собственное терпение начинает истончаться. Наконец, парень медленно повернул голову ко мне. Его маска скрывала выражение лица, но в его позе чувствовалась некоторая неуверенность. — Какая-то… ответственность, — тихо повторил он, как будто пробуя слово на вкус. — Я… я думаю, что это начинается с этого. С того, что ты просто не можешь пройти мимо. Не можешь сделать вид, что это не твоё дело. — Он опустил голову, слегка покачивая ею. — Конечно, мистер Старк знает больше. Он ведь… он гений. Я ему доверяю. Но… иногда я просто хочу, чтобы он увидел, что я не совсем ребенок. Что я могу принимать свои решения. Что я могу быть полезнее. На его костюме, на белых линзах, отражались огни города. — Думаю, это нормально — хотеть большего, — сказала я. — Если ты способен, и тебя ограничивают, это вызывает… фрустрацию. — Я кивнула, вспоминая собственные тренировки и ограничения, которые ей приходилось преодолевать. Или преодолевать правила. — А это у тебя не подростковый максимализм играет случаем? — с подозрением спросила его. — Нет… Может… Я не знаю.— и потёр голову.— У тебя такого не было?.. Задумалась. — Нет. У меня было другое: крайнее желание сделать всё, что меня просят, наоборот, но это у большинства людей славянского менталитета, и желание спорить со всеми, кроме Наставницы. — А сейчас? — И сейчас этот набор всё ещё со мной.— обломала парня, который, видимо, думал, что герои обычно идеальные. — Как говорила Старейшина, мы не можем избавиться от демонов. Мы можем лишь держать их на поводке. Но я достаточно их контролирую, чтобы мой поганый характер не мешал мне идеально выполнять важные задания. А может я себя переоцениваю. -… — он слушал. — Может… Твой главный проявляет заботу таким способом? Хочет, чтобы у тебя была нормальная подростковая жизнь? — наверняка его наставник знает, что парень подросток. Это очевидно! Он смотрел на меня, даже глаза-стёкла блеснули.— Ну, мой опекун тоже записал меня в школу, руководствуясь тем, что мне нужна компания и друзья. — чуть фыркнула. — А ты не хочешь? — Пока не увидела ничего интересного. —…Не знаю…— мальчик призадумался. — В любом случае, тебе стоит поговорить с твоим, мм~, начальником или кто там у вас… Попроси его давать тебе поручения или задания, скажи, что хочешь влиться во всё это… — А если он откажется? — Ты знаешь, что самое страшное? Когда тем, кого ты любишь, плевать на тебя по-настоящему. У тебя есть человек, которому не плевать. Он просто дурак и не понимает, как с тобой быть. Цени это, пока он есть.— прорычала, приблизившись к его лицу-маске. — А вообще, можешь попробовать угрожать. Паук замер, его голова резко дёрнулась назад. Даже через маску было видно, как глаза, похожие на белые стёкла, расширились от удивления. Он не моргал, просто смотрел на Михаэль. — Угрожать? — голос его был поразительно тихим, почти неуверенным. — То есть, я должен… я должен угрожать мистеру Старку? Тому самому Мистеру Старку, который… который подарил мне этот костюм и… и спасал мир несколько раз? Ты уверена, что это хорошая идея? Он же… он может просто взять и уволить меня! Или забрать костюм! Я закатила глаза. — Угрожай завуалированно. Типа «вы же знаете, что у меня шило в пятой точке, лучше я буду на крючке у вас, чем устрою такой же кошмар, как Мстители в Лагосе или Заковии»… Ты уж прости, парень, но судя по тому, что я прочитала, у тебя реально моторчик не там… — А ты уверена, что это будет работать? То есть… мистер Старк очень умный. Очень. Он сразу всё поймёт. И тогда… тогда уж точно никаких миссий. Только домашнее задание. И пораньше домой! — Его голос дрогнул. Он переминался с ноги на ногу, его плечи слегка опустились. — И… Лагос и Заковия… это же совсем другое было! Это было… это было очень плохо. И вообще, я там не участвовал! Он быстро замахал руками. — Нет, нет, я был тогда… совсем маленький. Но я читал про это. Своими глазами видел. Вот эту разруху… Ну, по телевизору. Слышал про жертвы. И про всё остальное. Я не хочу быть похожим на… на тех Мстителей, которые… — Он снова замолчал, его голова опустилась. — Мне просто… мне просто хочется помогать. Только помогать. И не быть таким… таким неловким. Как будто я везде только мешаю. Я задумалась. Когда я чего-то хотела — я просила. Десять раз просила. Сотни раз просила. А если не разрешали?.. Смирялась, до следующего раза. Сможет ли паук смириться? Посмотрела на него. — Нх… — прокряхтела. Мой способ ему как об стену горох будет. — А насчёт мотора… ну, может быть. Не там, так не там. Но он работает. И я правда стараюсь быть… лучше. Каждое утро я встаю и думаю, как я могу сделать этот день лучше. Для всех. Как я могу посылать угрозы мистеру Старку? Даже завуалированная. Это не… не мой стиль. Я обычно просто… прошу. Или стараюсь быть полезным. И тогда он, ну, иногда замечает. Его голос стал тише, почти неслышным на фоне городского шума. — И… кто вообще так говорит? «У меня шило в пятой точке»? Это… это какая-то фраза? Или метафора? Он снова посмотрел на меня, его голова немного наклонилась, как будто он пытался понять сложную загадку. — И… если ты так говоришь, что он поймёт? Он ведь не русский. Он же… он американец. — Ты не знаешь, что такое шило, да? — наклонилась к нему. — Шило это такой острый инструмент для шитья. А если «шило в попе» — то человек очень непоседливый. Короче, тебе нужны задания. Нужно быть полезным, ты все равно уже встрял в эту геройскую жизнь. Статистика показывает что ты либо станешь героем, либо героем который превратится в злодея, потому что его не ценят. Раз он дал тебе всякие штуки и проявил внимание пусть несет ответственность. Этот подросток в трико, снова замер, его «глаза» на маске расширились ещё больше. Он слушал, не перебивая, пока я объясняла значение идиомы. — Я… я не думал об этом в таком ключе, — пробормотал он, его голос был едва слышен сквозь маску. — То есть, превратиться в злодея? Из-за того, что меня не ценят? Это как… как в комиксах, да? Герой, которого никто не понял, и он переходит на другую сторону. Но я… я не такой. Я просто хочу делать добро. Он сделал шаг в сторону, его взгляд снова устремился к огням города внизу. Каскад света отражался в его линзах, делая его похожим на статую, застывшую в безмолвном изумлении. — Статистика, говоришь? Это… это какая-то научная статистика? Или просто… твоё наблюдение? Потому что звучит довольно мрачно. Если мистер Старк знает, он… он же должен что-то сделать, верно? За это же он и несёт ответственность. Я… я не хочу быть кем-то, кто вызывает проблемы. Не хочу быть… злодеем. Паук повернулся ко мне, его голова слегка наклонилась. — А насчёт «шила в попе»… ну, может быть. Не знаю. Мне просто… у меня всегда столько энергии. Столько всего хочется сделать. Я не могу просто сидеть сложа руки, когда вижу, что чтото идёт не так. Это… это неправильно. А если мистер Старк даёт мне задания, то это помогает. Помогает мне… направить это «шило» в правильное русло. Он немного помедлил, а потом продолжил, его голос стал чуть твёрже. — И я согласен. Если он дал мне всё это, он несёт ответственность. Он должен был знать, на что идёт, когда… когда взял меня под своё крыло. Я не просил его, понимаешь? Он сам. Значит, он сам должен и справляться с последствиями. Но угрожать… я не знаю. Это просто… звучит не погеройски. И если это так важно, то почему он не сказал мне сам? — Боже, какой же ты нудный! — я громко поныла и встала. — Хватит мусолить одну и ту же тему! Делай! Руки в ноги и марш к своему наставнику! Он невольно попятился на шаг, его «глаза» на маске выражали смесь недоумения и лёгкой обиды. Её слова пронзили его, как ледяной ветер, хотя он понимал, что это не было личным нападением. Это было… это было неожиданно. Его всегда учили быть вежливым, быть терпеливым. Но, видимо, у неё были свои методы общения. — Эй! — воскликнул он, его голос был чуть выше обычного. — Я не скучный! Просто… просто я хочу во всём разобраться! И это не так просто, как ты говоришь! Мистер Старк… он не такой, чтобы к нему вот так запросто прийти и требовать что-то! Он очень занятой человек. Очень! А я… я не хочу его отвлекать по пустякам. Он снова опустил взгляд на свои руки, которые нервно сжимали края костюма. Под маской, казалось, его лоб нахмурился. — И… и я не ною! — добавил он чуть громче, поднимая взгляд и глядя на неё сквозь белые линзы. — Я просто… я просто пытаюсь найти решение. Потому что если я просто «приду» к нему, как ты говоришь, и начну требовать, он, скорее всего, просто подумает, что я опять капризничаю. Или… или что я не дорос до большей ответственности. А я… я хочу доказать, что дорос! Он сделал ещё один нерешительный шаг в мою сторону, потом остановился. Ветер на крыше трепал его костюм, а далёкие огни города, казалось, насмешливо подмигивали. — Мхм… — вздохнула. Что-то в моей голове било звоночек, но эмоции были на первом плане. — И… и почему ты так… Почему ты так груба? Я же с тобой нормально разговариваю. Пытаюсь понять. Пытаюсь рассказать. И ты… ты вот так. Это… это не очень вежливо, знаешь ли. В школе нас учат быть… быть более тактичными. Друг к другу. — Его голос стал тише, в нём проскользнула детская нотка обиды. — Я просто… я не понимаю, почему ты думаешь, что это так легко. Это не просто «взять и сделать». Есть последствия. Есть правила. Есть… есть ожидания. И… и я не хочу никого подвести. Ни мистера Старка, ни… никого. Я просто хочу быть полезным. И не испортить всё. Я слушала его нытье и чувствовала, как внутри закипает раздражение. Не обычное, с которым я живу всю жизнь, а какое-то… липкое. Чужое. Будто кто-то невидимый подливает масла в огонь, раздувая мою злость до размеров пожара. В воздухе пахло сыростью и почему-то паленым. Наверное, показалось, мотнула головой, пытаясь сбросить наваждение, и рявкнула: «Боже, какой же ты нудный!» — Блять! Да потому что в мире социума нет правил! Есть те кто рискнули и добились и те кто следовали правилам и живут как рабы социальных норм! — Старк бы не добился таких высот если бы «по правилам» подчинялся большим дядям в совете безопасности, то никогда бы не стал Железным человеком! — открыла портал, увидела мельком раскрытые глаза старка и когда паук ввалился прямо в его дом, закрыла портал.