Парень с подбитыми крыльями

Шастун загнанно дыша, останавливается перед калиткой театра, и оглядывает территорию, словно очутился тут впервые. Суетливо забегает внутрь и налету врезается в мужчину, которого уже как-то видел… -Бллть, — неразборчиво бурчит тот.- смотрите под ноги! — он расправляет пиджак и поднимает глаза на виновника «аварии». -Извините, пожалуйста… Оба пару секунд вглядываются друг другу в лицо и молчание первым прерывает Антон: -А вы не знаете… Случайно. Арсений Сергеевич Попов сегодня на месте? -Случайно знаю. Его нет. Да и … — Матвиенко замолкает, обрывая самого себя на полуслове, и оценивающе смотрит на парня. — Да и не будет. Стоило тебе говорить или нет, не знаю. Хотя ты бы и так скоро узнал. -В смысле не будет? А когда он приедет? Завтра? -Ты не понял, парень. Он уволился. Светловолосый в растерянности хлопал глазами в ответ.- Уволился? Но почему? Это же был лучший режиссе… Сергей нахмурился и замахал руками, останавливая, обрушившийся на него поток вопросов. — Всё, всё, это не ко мне! Я не при делах! — мужчина кивнул растерянному Шастуну и стремительно удалился, следуя по былой траектории. Парень потоптался у входа, решил чуть позже написать Арсению сам и торопливо зашагал на автобусную остановку. Сладковатый сизый дымок тонкой струей исходил от зажженной сигареты мужчины, ожидавшего свою маршрутку. У Антона буквально закружилась голова и заколотилось сердце от настигшего желания. Он старался минимизировать тягу к этому увлечению, осознавая всю силу удара по, итак хилому здоровью; и придерживался правила «не больше 1 сигареты в месяц». Но сегодня Антон был уверен, что курение вредно для сигарет — они сгорают. Тем более, он нешуточно стрессовал перед собеседованием на новую работу в детской актёрской студии. Это был его реальный шанс выбраться из надоевшего костюма плюшевого кота, и заниматься благородным делом — помогать подрастающему поколению полюбить театральный мир. Мысль о том, что он сможет кому-то помочь и быть полезным, заметно приободряла. Парень набрался смелости и попросил у незнакомца шоколадный чапман, но решил выкурить сигарету только как услышит слова: «вы приняты». *** Антон в легком беспамятстве выпускал наружу плотные кольца дыма, разносящиеся порывами ветра по улице. -…И знаешь что, Денис Дмитрич, пошел ты нахуй! Вместе со своим сраным агенством! Всего за месяц я успел возненавидеть человека всей душой. Хотя тебе не понять, души-то у тебя нет. — восклицал он, поднося трубку ближе ко рту. Антон изумился своей смелости, ибо всю жизнь был «божьим одуванчиком», ни с кем не огрызался, даже отпора толком не давал. Не желая выслушивать в ответ ещё порцию ругани и брани, Шастун быстро прервал звонок. Тут же последовал звук уведомления. +1 сообщение Денис Падла, никуда ты от меня не денешься и заплатишь за то, что подвёл. Тебе удалось разозлить меня, сученыш. Он пробежался глазами по тексту сообщения и тут же стёр его, не намереваясь сейчас думать об этом. Ведь появились вещи, заслуживающие большего внимания- например, празднование новой должности и получения предоплаты. Парень рассчитывал на сумму поскромнее, а перечисленных денег могло хватить даже на съем жилища с человеческими условиями. Неужели он сможет с радостью возвращаться в своё гнёздышко без вечного затхлого запашка, не придется делить территорию с незнакомыми людьми и просыпаться под любимые рингтоны, вместо пьяных оров… Окрыленный приятной новостью, Антон мчался домой. Напевая себе под нос, засевшую в голове мелодию, парень прошёл на кухню и с порога полез в холодильник, желая закинуться каким-то перекусом. Он заметил, что на его полке стало явно больше продуктов. Перепутал кто-то, может. Хотя откуда у Зинки могут взяться креветки, да авокадо… Антон выглянул в коридор и заметил, что дверь его комнаты была чуть приоткрыта. Но он не мог забыть закрыть ее на ключ, учитывая не самых надежных соседей… Аккуратно на носках ступая по вздутому ламинату, Антон остановился в проёме и прислушался. За стеной раздавались шорохи. Он почувствовал закипающее недовольство и рывком раскрыл дверь. -Что вы… -Оу, Антон? А ты так рано. — сконфуженно выпалил Арсений, застывший у стола. -Как… Зачем.Что вы делаете в моей комнате?! — воскликнул Шаст, залетая внутрь. Ноздри раздувались, вбирая побольше воздуха. Он заглох на месте, уставившись на нежданного гостя. -Привет, кстати… купил тут тебе посуды новой.И так, по мелочи, посмотри… — брюнет протянул пакет со всякой всячиной ошалевшему парню. — Твоя соседка любезно согласилась впустить меня.Я лишь хотел помочь. — было тяжело подобрать нужные слова к данной ситуации. Попов только дружелюбно улыбнулся. -Так и знал, что это всё вы…! — возмущенный парень обвел руками комнату. -Зачем?! Я и сам в силах убраться. -Но я хотел помочь — повторился мужчина, присаживаясь на край кровати. — мне кажется, тебе физически тяжело этим всем заниматься.Из-за твоей особенности. Он выглядел неожиданно виновато. Антон недоумевал. Что заставляет режиссера тратить на него своё время. -Лучше бы в труппу меня взяли. -Нет. Не взял бы. — отчеканил Попов, посерьезнев. -Я знаю, что вы ушли из театра. Почему? Шастун сел на стул, машинально доставая из кармана свой старый мобильный. Новый накануне не успел зарядиться и пришлось оставить его дома. Арсений проследил за этим движением и перевел холодный взгляд на мобильник, лежавший на полу у розетки, который они вместе купили накануне. -А на какое 3 устройств тебе писать вообще? — мастерски, сменив тему, атаковал Попов, заставляя парня встрепенуться. — может лучше расскажешь? Что за пейджер? -Арсений Сергеевич… — мягко начал тот, уводя взгляд малахитовых глазок и складывая домиком белесые брови. — Я не очень люблю, когда меня жалеют… -Я помню. -В общем, это не совсем пейджер. Мне выдал его лечащий врач. Попов, внимательно воспринимая информацию, кивнул и прищурился. -На него должно прийти важное уведомление, когда наступит моя очередь. Точнее, когда в больнице появится подходящее сердце для трансплантации. Мне необходима пересадка, да… плюс у меня редкая группа крови и неясно в какой момент это случится. Брюнет закусил губу, окунувшись в собственные думы. — какая у тебя группа? — с хрипотцой в голосе произнес тот. -Четвертая, но это не важно. -Так мы с тобой братья по крови. криво усмехнулся мужчина, ощущая, как внутри что-то скребется. Они словно играли в Уно, потому что, теперь Антон захотел применить переход хода, ускользая с темы. -Арсений Сергеевич, деньги. Я могу вернуть вам деньги за этот импровизированный ремонт и продукты. Сколько нужно? Поднимая на него взгляд он только отмахнулся — Ни сколько. Считай это добрым жестом. И ещё раз извини, что так вторгся к тебе. -Но у меня появились деньги… Представляете, меня взяли на работу. он робко приподнял уголок рта. Антону не терпелось с кем-то поделиться радостью. Конечно, стыдно показывать режиссеру свой дефицит общения. Особо было и некому рассказать последние новости. Только если бабушке. В Москве друзья ещё не появились, а в родном городе остались лишь знакомые. В такие моменты понимаешь, что не зря уехал. Ничего и не держало в месте, где прожил 19 лет. На удивление он получает искреннюю реакцию от Попова и одобрительное похлопывание по плечу. Их милую беседу прерывает звонок на телефон режиссера. -Да, да, я буду. Можете уже готовить лошадь. Мой Карат свободен? — по-доброму смеется мужчина, поднимаясь с постели, — я на нём поеду как всегда! Он заталкивает сотовый обратно в карман брюк и видит заинтересованность на лице мальчугана. Тому слегка неловко и Попов отвечает на его немой вопрос. -Я увлёкся верховой ездой и теперь это мой новый способ отдыха. Расслабляюсь так в свободное от работы время. Антон встаёт следом и мнётся на месте. Так хотелось ещё поболтать с мужчиной. Он нашёл их легкий диалог весьма расслабляющим и приятным. Было даже как-то жалко прощаться. Ему чертовски не хватало беззаботного общения. А Арсений вдобавок был невероятно интересным собеседником. -Антон.А ты катался на лошадях когда-нибудь? Видимо, не одному Шастуну не хотелось расставаться. -Нет. — смущенно признаётся парень. -Слушай, я где-то читал, что это полезно для сердца, да? Не хочешь, скажем, отметить свою новую работу и покататься со мной? -Ну я… Это… Давайте. Я поеду. -Переоденься в удобную одежду и поехали. Конюшня за городом, предупреждаю, на улице прохладно. Он включил в комнате свет и обратил внимание на синяки, залегшие под глазами парня и синеватый оттенок лица. -Антон? Ты хорошо себя чувствуешь? Как поганка весь бледный. В голосе послышалась некая встревоженность. -Да. У меня всегда такой вид. Всё в порядке. Вы выйдете? Я соберусь. Арсений напоследок оглядел худощавое тело, то как, оказывается висят на нем джинсы, итак максимально затянутые тугим ремнем. Парень выглядел, мягко говоря, нездорово. На миг мужчина даже засомневался, стоит ли брать его на конюшню. Но, вроде, такая активность правда полезна для сердечников. *** -Вот так. бери поводья в обе руки, крееепко возьми, говорю! — Арсений передал в руки парню повод и стал подтягивать стремена. — Не бойся, Карат послушный конь. Мой любимчик. Только на нем езжу. — он с теплом потрепал животное за густую гриву и прислонился своим лоб к широкой переносице лошади. Антон с улыбкой наблюдал за сценой нежности, ерзая в седле, и пытаясь удобно усесться. Он старался скрыть своё волнение, то и дело по-дурацки смеясь. Верховая езда было ему в новинку. Как вообще управлять такой.Махиной? Конь резко мотнул головой, вырывая из рук поводья, на что Шастун громко ойкнул. -Чшшш, Каратушка. — Попов не успел отойти в сторону, как пришлось вернуться, — Я же говорю, Антон, держи крепче. Ему неудобно из-за удилов. Представь, если бы тебе в рот запихнули железку! Вот и Карат не в восторге. Брюнет бережно накрыл кисти парня своими теплыми ладонями и стал объяснять как управлять конём. Антон покосился на режиссера, затем застенчиво высвободил руки, повторяя нужные движения. Арсений в ответ слегка улыбнулся и удалился за своим скакуном. Появился мужчина эффектно. Вороной жеребец послушно поддавался управлению Арсения, который властно подбивал того по бокам. Он подъехал к парню, с раскрытым ртом наблюдавшему, то ли за тем, как грациозно вышагивал конь, то ли за идеальной осанкой мужчины… -Поехали? -Ага. — скомкано ответил Антон, опасливо поглаживая Карата. -Арсений!!! — завопил Шастун, неловко заваливаясь вбок с перекошенного седла. Он снова выпустил из рук поводья и скакун, почуяв свободу понёс наездника рысью вглубь поля. Попов беззлобно засмеявшись, догнал их и подхватил уздцы. -Я сейчас вывалюсь, помогите, блин! -Никуда ты не вывалишься. — спокойным тоном ответил брюнет, смерив взглядом ошалевшего Антона. Он прижал коленом свои поводья и обхватил двумя руками неудавшегося наездника за талию. Арс сжал пальцы на прессе Шаста и помог выровняться. Тот дернулся, как от электрического разряда. По спине пробежали странные мурашки. -Хочешь покормить их? Попов ловко соскочил на землю и подошёл к Карату, чтобы утянуть накренившееся седло. -Вот. Я прихватил пакетик с сахаром. Слезай. Антон неуклюже перекинул одну ногу. -Ну? — Арсений, чутко следя за ним снизу вверх, расставил руки, готовясь ловить двухметровое тело. И сделал это не зря. Как мешок картошки, русоволосый повалился со спины животного прямо в объятия мужчины. Из груди вырвался шумный выдох. Антон ухватился за плечи Арса, широко распахнув глаза. Они оба прыснули со смеха. -Извините, Арсений Сергеевич. — он разомкнул пальцы, выпуская ткань чужой куртки и прокашлявшись, отстранился. -Слушай, хватит уже «выкать», просто Арс, ладно? -Окей. Арсений Сергеевич… Ой — Антон закатил глаза и поправил сам себя — Арс. Давай ты сам их покормишь? Я хотел бы еще с десятью пальцами пожить. -А куда тебе столько много? Одним больше, одним меньше. — он замялся под диким взглядом и успокаивающе опустил руку на плечо парню. — да шучу я. Всё нормально будет, не боись. Бери кубик. Антон поймал налету сахар и покрутил в пальцах. -Ээээ! Пока тот отвлёкся, Карат активно тыкался парню носом в шею и громко фырчал. -Вон видишь, выпрашивает! Он тебя катал, а ты его отблагодарить боишься. Арсений уверенно взял за ладонь младшего и поднёс дрожащую руку к пасти лошади. Антон сопротивлялся, толкая свою кисть вниз и взволнованно следил, как скакун шевеля здоровенными губами тянулся к лакомству. -Распрями, раскрой руку! Шастун заверещал, продолжая давить вниз на ладонь Арсения, но конь уже забрал сладость, щекотно задев кожу и оставив слюнявый след. Светловолосый облегченно рассмеялся и с детским восторгом обернулся на брюнета. -Видишь, на месте все твои конечности! со знанием дела ответил тот. Он вынул новый кубик и вложил в руку Антона, продолжая придерживать его худую ладошку. Было не совсем ясно, кто доволен больше: кони, закормленные вкусностями или Арсений с Антоном…