Комната собачьих наград

— Ну, — спросил как-то раз Джеймс, потому что ему было невероятно скучно. — Как поживает ваш пёс? — Кто? Наш… Пёс? Очевидно, что Джеймс оплошал. Он не помнил точно, какое животное жило в доме Блэков — собака, кошка? Честно говоря, Сириус как будто ни разу и не говорил об этом. Но Джеймс точно знал, что зверёк был, и что был он ну просто фантастически хорош. Блэки даже выделили отдельную комнату для его наград. Так что Джеймс решил прикинуться идиотом и заехать с другого края: — Да, Сириус, тот пёс который заработал кучу медалей на выставках. Который гордость твоей матери! У него ещё совершенно дурацкое имя… Уж тут-то Сириус должен понять, о чём идёт речь. Джеймс на это надеялся. В конце концов, даже если у Блэков было несколько собак… или кошек? Не все же они откликались на идиотские прозвища. Бутерброд, который Сириус почти донёс до рта, звонко шлёпнулся на пол. — Ты о Регулусе?!.. — О да! — Джеймс был в восторге, беседа явно пошла на лад. — У вас что, даже собак принято называть в честь звёзд? Нет, не ври мне, я почти уверен, что в детстве у тебя был попугай по имени Арктур. — Мгм. — Сириус задумчиво тыкал упавший бутерброд мыском ботинка. — Вообще-то, моего деда так звали. Ну, Арктурус. — О. — выдохнул Джеймс. — О! — И, кстати говоря, Реджи не наш пёс. — Не ваш? Вы что, украли собаку? Мерлин, Сириус, я так и знал! Чёртовы Блэки! — Джеймс! Мы не крали его, он просто… Он вообще не пёс! «Вот блядь», — подумал Джеймс, — «Кажется, это действительно кот. Или пони. Или карликовая свинья». Но вместо всего этого он охнул с притворным изумлением: — Ох! Так он кот! Ну и ну, никогда бы не подумал… Ээ. Не пойми меня неправильно, Бродяга, но когда я впервые увидел твою мать, я сказал сам себе: «Ну и ну!». Типа, она ведь выглядит как королева. Потом ты стал рассказывать про Регулуса и эту его комнату для наград, и я подумал что он супер-крутецкий доберман. Но, ээээ, я уверен что и кот он тоже суперский! Кто-то вроде мейн-куна, да? — Джеймс… — Нет? Боже правый, нет? Серьёзно, Сириус? Он скаковая лошадь? Вы так богаты потому что выигрываете на нём кучу денег?! — Сохатый! — … он свинья. Декоративный поросёнок. Я так и знал. Он хотя бы чёрный? — Джеймс, боже, он не свинья! — и Сириус навалился на Джеймса, не то разозлённый, не то очень весёлый — сложно было сказать. — Точнее, конечно, иногда он редкая дрянь. Но он, ну... — Ну? — требовательно проныл Джеймс, потому что ситуация с этой собакой??? Блэков была уже выше уровня его терпения. — Вообще-то, Реджи мой брат. Младший.

***

Для этого случая Джеймс надел чистую футболку. Она даже почти не воняла. И он нашёл ремень для своих спадающих штанов. И он вылил на себя флакон одеколона… И в конце концов он сказал: — Вы что, всё это время знали?! Ремус посмотрел на него, как на идиота, а Питер просто стал выглядеть, как идиот. Короче говоря, ничего не поменялось. — Сложно было не знать, — заметил Ремус. — Он же постоянно об этом ныл… — добавил Питер. — Ах, Регулус то, Регулус это! Регулус такой хороший сын! Регулуса так любит мать! — Но некоторые люди зовут так своих животных! — Джеймс откровенно не хотел, чтобы все вокруг посчитали его уродским невнимательным другом. — Типа, ну, мой сынок? Это же нормально?.. Питер хрюкнул особенно громко в припадке смеха. — Джейми, вообще-то Регулус учился с нами. На два года младше. Но Джеймс не был глупым простофилей. Его так просто не обмануть! — Нет, — сказал он очень решительно и потуже затянул ремень. — Если бы это было правдой, я бы точно хоть однажды видел этого вашего «Реджи». В конце концов, они братья! Вы вообще видели Беллу? Она Сириусу даже не родная сестра, но всё равно выглядит как он, только с огромными сиськами. Прекрати мне лгать, Лунатик. Однако затем Джеймс задумался, потому что Питер сзади не переставал обморочно хрюкать, а Ремус вообще начал подозрительно ухмыляться. Может, всё-таки, Джеймс остался в дураках? Что если по школе действительно ходил кто-то такой же умопомрачительно сексуальный, как Сириус, а Джеймс был слеп, словно крот? В правилах Джеймса строго значилось: не встречаться с друзьями (после того как его поцеловал пьяный Пит) и не встречаться с девушками (после того как Лили Эванс бросила его, предварительно умыкнув все его пластинки и маленький нежно любимый проигрыватель «в качестве моральной компенсации»). Теперь Джеймс был, ну, знаете, словно окрылён предстоящей встречей. Загадочный брат и Точно-Не-Собака Регулус определённо не был его другом и не был девушкой. Он даже не был рыжим! Три плюса уже было в его воображаемом кармане или где бы там ни было. И Джеймс, хоть и слыл жутким бабником, на самом деле был не из того типа парней, которых интересовал быстрый секс на первом свидании. И вообще, речь ведь шла о Регулусе! Как никак, он был братом Бродяги, а Бродяга был своего рода названным братом Джеймса… Такими темпами Джеймс дошёл до мыслей об инцесте и сразу решил перестать думать сегодня. На всякий случай. — Ты удивительно воняешь, — сказал ему Хвост. — Эээ, очень стойкий аромат, — проблеял Ремус. Так что Джеймс пшикнул ещё и на мочки ушей, надел любимую кожаную куртку с дырявым карманом и победно вышел из дома. Вообще-то это была идея Сириуса. Он сказал, что его мать ненавидит животных — а особенно собак — и чтоб закрепить этот материал в пустой голове Джеймса, его необходимо познакомить с Реджи. Сейчас же или хотя бы завтра. Срочно! И Сириус полагал, что места лучше Кабаньей головы для этого не найти. Заказать там пинту-другую пива и всякое такое. А потом оказалось, что в Кабанью голову, которая находится аж на самом краю света, они едут специально — потому что Реджи ещё учится в школе и может выползти на прогулку только в выходные. Ковыляя по улице грациозным прогулочным шагом Джеймс вдруг понял, что Ремус ему не врал. Ведь школа возле Кабаньей головы была только одна, и он, Джеймс, самолично её закончил ровно два года назад. Так какого чёрта он не заметил там копию Сириуса?! О, Джеймс был немного в ярости. Когда садился в автобус и платил за проезд в том числе. Их маленькая компания из трёх человек тряслась по кочкам, как мешки, полные продуктов, но Джеймса это не волновало. Джеймса волновали материи куда более глубокие! Сириус, должно быть, уже ждал их в пабе. Ох, и Регулус вместе с ним… На мгновение у Джеймса закружилась голова — и это было вовсе не от того, что он нанюхался бензина в автобусе. — Не понимаю, — хихикнул Пит. — Зачем тебе весь этот маскарад? — Брось, Питер. Очевидно, что Джеймс хочет впечатлить Реджи. — Для этого Джеймсу хватило бы просто улыбнуться! Ты и сам знаешь, Ремус, а? Это был какой-то уж совсем грязный намёк, на вкус Джеймса. Неужели Ремус имел с ним какие-то отношения? Это даже не было бы слишком странно — в конце концов, все вокруг знали, что Блэки были… определённо во вкусе Ремуса. К тому же Ремус стыдливо залился румянцем и уткнулся в свою книжонку. Вот паршивец! У Джеймса не было причин ревновать человека, которого он до недавнего времени искренне считал собакой, но он всё равно немного — совсем капельку — ревновал. — И всё-таки, — не мог уняться Питер, — для кого ты так вырядился, Джейми? Собрался пощеголять перед Снейпом? Джеймсу тут же поплохело, похорошело и снова поплохело. Снейп был особенным пунктиком в его жизни. Во-первых, Снейп был другом Лили Эванс. Той самой, которая украла пластинки. Во-вторых, Снейп был удивительно несимпатичным мальчишкой, когда они все учились в школе. В-третьих, Джеймс был самую малость влюблён в Снейпа. В-четвертых, Снейп ему отказал. Короче говоря, это была очень дурно пахнущая история — примерно до момента выпускного вечера, когда Снейп ухватил Джеймса за рукав новенькой рубашки, утащил в закрытую пыльной тряпкой нишу и Чертовски-Горячо поцеловал. Собственно, эта история и осталась очень дурно пахнущей — потому что Джеймс тогда встречался с Лили Эванс, она как некстати проходила мимо ниши, застала их со Снейпом за непотребствами и тут же украла пластинки! Да, точно, так и было. Потом Джеймс Снейпа не видел, потому что больше в Хогсмид не возвращался, а Снейп в этом самом Хогсмиде поселился и подрабатывал — ну и совпадение! — в несчастной Кабаньей голове. Об этом на ухо Джеймсу сообщил Питер. — Кабанья голова!!! — проголосил водитель автобуса, и троица друзей вытряхнулась из салона, едва не облагородив свои костюмы отборной грязью. — Я нормально выгляжу? — обеспокоенно спросил Джеймс, но Питер в ответ только хрюкнул, а Ремус хлопнул его по плечу. Наконец Джеймс подумал, что ничего особенного не потеряет от этой встречи. В конце концов, он ведь Джеймс Поттер! Если он захочет, он покорит любого парня — даже такого, у которого есть собственная комната для наград. И он решительно открыл дверь и шагнул в паб.