Кольцо Олимпа

      Утро в Сэто наступило рано. Не то, которое окрасило плавные верхушки гор в серебристую лазурь восходящего солнца, а то, что ворвалось в раскрытое окно комнаты приглушенным и сдержанным гулом далеких моторов, бодрым топотом множества ног, краткими голосами на певучем и перетекающем по гласным марсианском. Видимо, в поселении настал час начала трудового дня для местных жителей. Судя по звукам, какой-то многочисленный и мощный транспорт проехал по улицам, и снова наступила относительная тишина.       Вставать совершенно не хотелось. После шести дней, проведенных в дороге на Земле и на Марсе в седле мотоцикла, тело сказало «хватит». Пока они пересекали красную планету с севера на юг, понимание того, что надо двигаться вперед, не давало расслабиться. Но теперь силы закончились. И Мадлин могла лишь перевернуться на другой бок и лежать в беспамятстве, не шевелясь и не видя снов. Чарли тоже не горела желанием вставать с рассветом и сладко спала на соседней кровати.       Лишь когда солнце зависло высоко над горами, Мадлин заставила себя подняться и вяло осмотрелась, ибо накануне сил хватило лишь на то, чтобы перекусить и упасть в постель. Комната была небольшая, с побеленными гладкими стенами и каменным полом. Судя по всему, в качестве строительного материала для домов марсиане использовали местные скальные породы, имеющиеся практически везде в достатке. Несколько однотипных кроватей были, как и в погранприюте, расставлены по периметру стен. Мадлин на всякий случай поискала какую-нибудь розетку, но таких нигде не оказалось, а проводка от небольших прикроватных ламп пряталась в их корпус и уходила прямо в стены. Там же располагались непонятные ей металлические пластины размером со спичечный коробок, назначение которых она разгадать не смогла.       Мадлин прихватила с ящика стопку выданной ей накануне вечером одежды, полотенце, предметы гигиены и пару добротных походных ботинок и отправилась в душевую. Кажется, последний раз она мылась по приезде на Марс. И хотя горячие струи воды, смывающие пыль и усталость, были приятными и долгожданными, какая-то часть ее сознания оставалась равнодушной ко всем бытовым вопросам. Если изначально перед ней стояла задача добраться до штаба, то теперь ее ждала тревожная неизвестность. Она искренне надеялась, что Теллур отыщет Тротла и его друзей, но совершенно не была уверена, что решение Стокера принесет ей радость. Поэтому все происходившее с ней сейчас казалось ей фильмом, поставленным на паузу перед самым решающим моментом.       С одеждой пришлось немного повозиться, в особенности с выданными ей стандартными бежевыми штанами, у которых обнаружилась двойная застежка: привычная спереди и неожиданная сзади с прорезью для хвоста. Мадлин невольно улыбнулась и натянула их вместе с облегающей кофтой из приятной мягкой ткани. Когда она уже тщательно расчесывала все еще мокрые охровые волосы, в душевую подошла и Чарли.       — Надеюсь, на Марсе нет вшей! — проворчала она, с остервенением сдирая с себя одежду и белье и заскакивая под струи воды. — Мне кажется, все, что я носила в последние дни, можно только сжечь.       — Чарли, где твоя практичность? — улыбнулась такой экспрессии Мадлин. — Тут же есть прачечная. Я заберу то, что ты оставила на костер? — и она указала взглядом на брошенные подругой вещи.       — Будь душечкой! — благодарно закатила глаза та, выливая на себя приличное количество пенящейся жидкости.       Мадлин сгребла в охапку всю их требующую стирки одежду и отправилась в соседнее подсобное помещение. С аналогом стиральной машинки пришлось повозиться долго, и сама она никогда бы не догадалась, на какие кнопки нужно нажать, если бы ей на помощь не пришла Лантан. Она с легкой улыбкой отстранила Мадлин от панели управления и сама ввела код нужной программы.       — Нооя… — неуверенно произнесла в ответ девушка, надеясь, что вчера она правильно поняла значение этого слова.       — Нооя, иао! — просияла Лантан, и на ее бежевых скулах заиграли едва заметные ямочки. — Это спасибо. Обед?       — Что? — спохватилась Мадлин. — Уже обеденное время? Который вообще час?       Лантан, выходя с ней из помещения с прачечной и направляясь к столовой, слегка сдвинула брови, силясь понять, чего от нее хотела землянка.       — Час? Час обеда, — тягуче произнесла она, скидывая с груди за спину тяжелый хвост шоколадных волос.       — Подожди, на Марсе время как-то измеряется? Например, у нас оно делится на часы и минуты. А как здесь?       — А, время, — кивнула Лантан. — Утро — солнце, вечер — закат, — и она очертила руками полукруг, по которому светило должно было проходить по небу. — И время еды, время сна.       — Удивительно, — помотала головой Мадлин. — А как же договориться о встрече? Как объяснить, когда именно нужно быть в конкретном месте?       — Солнце и звезды! — и она обозначила ладонью несколько точек над головой, старательно пытаясь донести свою мысль скудным набором выученных слов и универсальных жестов. — Час созвездий. Их все знают.       Мадлин вздохнула и прошла вместе с ней за длинный стол, понимая, что даже на Земле не смогла бы по солнцу и звездам определить точное время, а уж на Марсе тем более.       В холодильном отсеке их ждали герметично упакованные порции еды, которая на сей раз оказалась более разнообразна. В одной тарелке лежало нечто похожее на рагу в соусе, состоявшее из мягких кусочков солоноватых суккулентов с привкусом сочной зелени и пористыми ломтями чего-то явно белкового. Видимо, очередной и весьма мясистый жук. А в другой тарелке поменьше Мадлин нашла невероятно вкусные сладковатые лепешки, испеченные, правда, не из муки, а из грубо перемолотых семян каких-то незнакомых растений. Довершала все это кружка дымящегося травяного настоя, в котором читались нотки то ли ромашки, то ли лаванды, хотя девушка и понимала, что ни того, ни другого на Марсе никогда не росло.       Лантан быстро управилась с обедом и сказала, что будет у себя в комнате, а Мадлин еще долго сидела вместе с подошедшей Чарли в этом пустом и тихом помещении, пахнувшем немного едой и недавно сколоченной мебелью.       — Я тут размышляла в дороге над всеми этими низкочастотными колебаниями, — задумчиво произнесла Чарли, перебирая в руках уже давно пустую кружку. — И скажу тебе так. Если они тут действуют так же, как и на Земле, то спастись никому не удастся. Никакие горы, подземелья или прочные стены не удержат их, а просто пропустят сквозь себя. То есть прятаться негде.       — Получается, — нахмурилась Мадлин, — если понаставить таких установок по всей планете и одновременно включить, то… Кошмар, — ахнула она от своих выводов.       — Да, — мрачно кивнула Чарли. — Все марсиане будут поначалу испытывать панику, ужас, страх и мучительную физическую боль от проходящих через них вибраций, а потом упадут замертво. Ибо жизненно важные органы попросту разорвет изнутри этим резонансом.       — Но это же… Это же идеальное оружие! — скривилась Мадлин. — Никаких тебе армий, взрывов, нападений, перестрелок и баталий. Собрал установки, раскидал по планете и аккуратно нажал на кнопочку. И все мертвы! Никакого сопротивления!       — В теории да. Потому что на практике провернуть такое более чем сложно. Марс, конечно, не так густо населен, как наша Земля, но даже чтобы охватить основные поселения, потребовалась бы уйма таких установок. А ведь каждая из них должна питаться энергией, обслуживаться и, что самое важное, управляться дистанционно. Очень дистанционно! Ведь звуковые волны распространяются не направленно, а рассеянно. То есть стоять рядом за ширмочкой и жать на кнопку не удастся.       — Ну, пока мы знаем лишь об одной такой установке рядом с Мино, — с тревогой в голосе произнесла Мадлин. — Хотя это не показатель. Раз ребята до сих пор где-то мотаются, значит, они могли найти и другие агрегаты.       — Ясно лишь одно: кто-то придумал просто фееричный план войны! — с досадой буркнула Чарли, отодвигая кружку.       — Подожди, — Мадлин аж зажмурилась от внезапно навалившейся на нее мысли, от которой по спине пробежал колкий холод. — Подожди, — еще раз повторила она, не в силах складывать слова в предложения. — Ты помнишь тот день в лаборатории у Лимбургера? Когда он схватил нас в плен и собирался замучить и убить. Помнишь, он рассказывал нам о своих планах по завоеванию Земли?       — Да, конечно, я это помню, — Чарли тряхнула все еще влажными после душа каштановыми прядями волос. — Как и то, что все мы много дней подряд жили в расщепленных реальностях, а этот плутаркианский подонок сливал в Мичиган химическую отраву.       — Нет-нет! — Мадлин даже схватила ее за руку, призывая к вниманию. — Не то! Помнишь, как он сказал, что плутаркианское правительство хотело завоевать Марс привычной нам войной, но он уже тогда считал эти методы устаревшими? И у них действительно не получилось. Поэтому, когда он отправился на Землю, то придумал совсем другую стратегию: без армий и солдат. Та самая идеальная война!       Чарли застыла.       — О боже… Но Лимбургер же сидит во внегалактической тюрьме!       — А ты в этом уверена? — Мадлин нервно забарабанила пальцами по столу. — Я очень надеюсь, что это не он. Но согласись, почерк его.       — Не буду спорить, — вздохнула Чарли. — И в то, что установка инфразвука на Марсе одна, мне совсем не верится.       — Тогда предлагаю держать рюкзаки собранными. На всякий случай.       — А ничего, что наши шмотки в стирке? — выгнула бровь Чарли.       Мадлин не удержалась и улыбнулась.       — Ты права, сперва дождемся хотя бы чистого белья.       Но внутренняя тревога больше не отпускала. Мадлин прекрасно понимала, что в случае обстрела и бомбежки можно было бежать, прятаться, искать подвалы и бункеры, перевязывать раненых и отстреливаться в ответ. А вот если снова включатся низкочастотные колебания, все окажутся абсолютно беспомощными. Оставалось надеяться лишь на профессиональный отряд Стокера. Но ведь их было всего четверо! И они тоже находились в такой же опасности! Как знать, куда увел Теллура их след, сможет ли он их найти, удастся ли им понять, как, если не бороться, то хотя бы защититься от излучений?       Мадлин тяжко вздохнула и отправилась вместе с Чарли и сопровождавшей их Лантан к обещанному врачу, ибо, судя по тому, что ее подруга не сильно возражала, проблема со спиной все еще давала о себе знать. Из здания приюта они вышли на задний двор, который образовывало еще несколько подобных же строений, предназначенных, видимо, для общественных нужд. Но даже здесь все они стояли на симметричном расстоянии друг от друга. Мадлин спросила у Лантан, к чему этот шахматный порядок, и та, наклонившись к земле, зачерпнула ладонью наметённый плотной поземкой рыжий песок.       — Песчаные бури, сильный ветер, — и она показала рукой, как дуют марсианские ветра. — Так, — и она изобразила два стоящих рядом дома, — занесет. Так, — и раздвинула ладони, — пройдет мимо.       Так вот в чем был секрет этого странного расположения всех зданий в Сэто! А ведь действительно, таким образом, куда бы ни гнал ветер пески, у строений оставался шанс не оказаться занесенными по самую крышу. На Марсе существовали свои, совсем незнакомые землянам особенности жизни.       Они пересекли этот странный двор, усаженный низкорослыми ветвистыми суккулентами с красными прожилками на корявых стволах, и поднялись по ступеням в не менее длинное, чем приют, здание. Внутри, сразу за небольшим предбанником, их встретил просторный кабинет, неожиданно уставленный всевозможными приборами. Мадлин показалось, что после природной простоты они попали в фантастическое будущее, где все блестело гладкими линиями, технически навороченными панелями, датчиками и сенсорами, непонятными конструкциями для исследования различных частей тела и болезней. Здесь стояла тишина, прерываемая лишь гулким фоном работы каких-то приборов, и витал запах сухого ультрафиолета.       Навстречу им встала из-за массивного стола, уставленного разноформатными мониторами, марсианская женщина, одетая, как и все, в простые штаны и удобную кофту, поверх которых был натянут докторский халат серого цвета. Ее природная карамельная шерсть на видимых участках тела оказалась со старыми подпалинами и проплешинами, а аккуратные уши портили рваные, неровные края. Видимо, во время войны врачи находились на передовой…       Доктор встретила их вежливым прикосновением к груди и задала какой-то вопрос Лантан на марсианском. Та объяснила ей ситуацию глубоким тягучим голосом, указав на Чарли и ее поясницу. Марсианка кивнула и пригласила девушку к какому-то большому агрегату, похожему на стол для компьютерной томографии.       — Это не больно, не бойся, — сказала ей Лантан и помогла прилечь.       — Такого продвинутого медкабинета я уж точно не боюсь, — пробормотала Чарли и постаралась расслабиться.       Усевшись за напичканный техникой стол, доктор ввела в компьютер определенную программу, и аппарат тихо загудел, посылая невидимые сканирующие лучи. Все продлилось буквально несколько минут, и Чарли поспешила слезть с томографа. Однако марсианка не торопилась со своим вердиктом. Она долго рассматривала что-то на мониторе, вводила новые данные, перелистывала картинки, отмечала важные фрагменты на сенсорном экране, увеличивала изображение и записывала результаты в какой-то файл. Чарли заметно занервничала, да и Мадлин ощущала сильное волнение. Пришла-то подруга с подорванной спиной, а тут ее исследовали, словно там было нечто более серьезное.       Наконец, доктор подозвала всех к столу и увеличила изображение на экране. Там оказалась трехмерная модель скелета Чарли, который программа медленно поворачивала вокруг своей оси. А красным было выделено место, требовавшее внимания: два позвонка поясничного отдела, отличавшиеся от остальных неровным контуром и неправильной формой.       — Что это означает? — напряглась Чарли, пристально вглядываясь в изображение.       Доктор объяснила что-то Лантан, и та перевела:       — Повредила, давно. Тяжести. Боли. Они разрушаются. Не лечить опасно. Нужна операция.       — Операция??? — подняла брови Чарли. — Да мне всего-то прострелило спину, хотя я, конечно, поднимала тяжести, но я этим занимаюсь последние лет пять. И никогда раньше не беспокоило. Что за глупости!       Марсианка строго нахмурилась, скорее интуитивно поняв речь Чарли, и, неодобрительно покачав головой, еще раз указала на изображение. На экране высветился небольшой ролик, где поврежденные позвонки укреплялись какой-то обтекаемой металлической конструкцией и приобретали нужную здоровую форму.       Чарли недовольно засопела.       — А вы можете сделать такое?       На это Лантан покачала головой.       — Можем. Но… Сейчас нет этого, — и она указала пальцем на металл. — Надо достать. Титан.       — Господи, мне предлагают сделать титановый протез позвоночника, — пробормотала Чарли. — Докатилась… Спасибо большое. Если я найду кусок этого титана, я обязательно к вам приду!       Вышли они из медпункта в молчании. Лантан тактично оставила их одних и удалилась. Чарли подавленно думала о чем-то своем и обсуждать напасти была явно не готова.       — Хочешь, прогуляемся? — неуверенно предложила ей Мадлин, желая хоть как-то поддержать подругу, но не решаясь лезть с разговорами.       — Да, было бы неплохо, — отозвалась та с неестественным энтузиазмом. — Только вот полежу немного, и прогуляемся. Или ты иди пока без меня, а я уж чуть попозже. Ладно?       Мадлин тепло сжала ее руку и кивнула ей в сторону приюта. Видимо, подруге надо было побыть немного одной. Да и самой Мадлин не помешало бы привести мысли в порядок.       Она медленно побрела по центральной улице Сэто, впервые находясь вот так по-будничному в инопланетном поселении. Под ногами тихо поскрипывала твердая, утрамбованная галька, обрамлявшая проезжую часть на манер тротуара. Короткие порывы теплого ветра шуршали перетекающим небольшими ручейками песком и едва слышным постаныванием особенно ветвистых суккулентов, с которых иногда слетали последние засохшие лепестки. Медные лучи солнца, сегодня едва подернутого легкой облачной дымкой, прозрачной и невесомой, словно шелковое кружево, отбрасывали тяжелые тени на вечно сухую и каменистую поверхность земли. От домов, выкрашенных в стандартные бежевые оттенки, сливающиеся с окружающими поселок горами, веяло прохладой, и, перемешиваясь с прогретыми за день потоками воздуха, этот коктейль непривычно овевал лицо.       Но самым необычным, на что Мадлин не могла не смотреть, были марсиане. Редкие, деловито спешащие от центра к отдаленным улицам, кратко переговаривающиеся друг с другом или проезжающие мимо на запыленных мотоциклах — все они задерживали удивленные взгляды на идущей по дороге земной девушке с гладкой кожей, но тактично отводили глаза и продолжали свой путь. Была ли она для них первой землянкой, которую видели они в поселении? Была ли она первой инопланетянкой, разделившей с ними кров и пришедшей сюда с миром? Она не знала. Но все они — покрытые шерстью разных оттенков, с большими мохнатыми и подвижными ушами, с длинными хвостами за спиной и вечно навостренными красными антенками — являлись для нее в тот момент удивительным миром, который она никогда и не рассчитывала увидеть.       Мадлин вдыхала запахи поселения, пропитанного терпкой пылью, отголосками бензина от проехавших мотоциклов и нагретыми солнцем кактусами, и никак не могла представить себя частью этого уголка вселенной даже в своем воображении. Она ничего не знала об их быте, о том, где и как они трудились, где брали продукты, куда выбрасывали мусор, как проводили свободное время и чем заряжали мобильные телефоны. Она чувствовала себя совершенно беспомощной в этом незнакомом, другом, но таком невероятном мире, который хотелось познавать, впитывать, слушать.       Звуки стали чуть тише с наступлением сумерек, что навалились на долину очень стремительно. Откуда-то издалека приехали большие машины, напоминавшие полувоенные автобусы, и вышедшие из них марсиане разбрелись по Сэто. Наверное, вернулись оттуда, где трудились весь день. И поселение стихло. Как и вчера вечером, никто праздно не ходил, не болтал, не бездельничал. Пора и ей возвращаться.       Мадлин уже почти миновала окраины, уже показались вдалеке огоньки на площади перед штабом, как вдруг тишину разрезал решительный и мощный рев моторов. Звук ворвался откуда-то с противоположной стороны и приближался до тех пор, пока яркие фары не заплясали белым светом по улице и домам, и пять разорвавших спокойствие вечернего поселения мотоциклов резво припарковались перед входом в штаб. Мадлин еще не видела, еще не могла различить, но ноги понесли ее вперед, словно именно там происходило самое важное. Сердце предательски подскочило в груди, и она бросилась бежать, стараясь успеть.       Но она была все еще слишком далеко. Она могла различить лишь едва освещенные редкими фонарями темные фигуры в тяжелом экипе, которые устало, но торопливо слезли с мотоциклов и стали сгружать с них какую-то поклажу. Краткие реплики с трудом долетали до ее ушей, в которых стучали удары сердца, пока она пыталась добежать, но его она услышала. Родной бархатистый голос, негромкий, мягкий, чьи вибрации заставили ее почти задохнуться от эмоций и осознания того, как чудовищно давно она его не слышала. Он произнес всего пару слов на тягучем марсианском, но даже издалека и со спины она его узнала.       Мадлин, почти спотыкаясь, неслась к зданию штаба, не отрывая глаз от стройной фигуры черного байкера, который, не снимая шлема и не разгружая почему-то покрытый бурым слоем пыли «харлей», первым устремился к крыльцу, что-то неуклюже придерживая в руках. Кто-то похлопал его по плечу, и он коротко кивнул, прежде чем окончательно скрылся за дверью.       — Нет! Тротл!!! — в отчаянии вырвалось у Мадлин, уже почти достигшей края этой небольшой площади, уже добежавшей, уже очутившейся рядом, но так и не сократившей между ними расстояние.       Среди прибывших она ясно различила высокого Модо, юркого Винни, бесхвостого Теллура и плечистого пятого байкера, который, отдав короткий приказ, загнал всех в штаб и зашел за ними следом. Когда Мадлин подбежала к стоянке, дверь за ними уже захлопнулась, и наступила пустая, давящая тишина.       Тротл вернулся. Он был уже здесь. Не где-то там, на чужой планете, не где-то там, среди нескончаемых пустынь и гор, а здесь. Вот прямо здесь!!! Вот за этой чертовой дверью, что разделила их из-за ее затянувшейся прогулки. Останься она в приюте, она бы успела выйти к нему.       Мадлин, пытаясь отдышаться и заправляя за уши растрепавшиеся пряди длинных волос, медленно подошла к мотоциклам, словно это были живые звери, готовые сорваться с места и умчаться прочь. Вот массивный чоппер Модо, грязный и пахнущий горелым маслом. Вот некогда красная ракета Винни, теперь тусклая и покрытая слоем слипшегося песка. Вот менее запыленный и бесшумный электробайк Теллура цвета опавшей листвы. Еще один высокий и мощный эндуро, хищно сверкающий стеклом нахмуренной фары. Видимо, это был байк командующего Стокера.       Но тянуло к нему. К «харлею». Мадлин приблизилась к такому знакомому и привычному мотоциклу, который столько раз возил их вдвоем, столько раз спасал от врагов, был таким послушным, когда она, еще совсем не умевшая водить, пыталась справиться с его управлением на заброшенной дороге под чутким руководством Тротла. Его верный черный «харлей». Он был разгоряченным после длительной поездки, невозможно грязным, все еще шуршащим остывающим двигателем, пахнущим бензином и сладковатой дорожной пылью. Но главное, целым и неповрежденным. Был ли цел его хозяин, что столь поспешно скрылся в здании штаба?       Мадлин едва могла успокоить дрожащие от волнения руки, когда невольно провела ладонью по нагретому седлу. Неужели она дождалась его? Неужели добралась через космос и пустыни? Вопреки войне? Неужели еще немного, и она сможет, наконец, прижаться к его груди и вдохнуть тепло его тела? Неужели осталось так мало после того, сколько было пройдено и преодолено?       Она медленно направилась к входу в штаб и, поднявшись по ступеням, прикоснулась к дверной ручке. Нестерпимо хотелось потянуть ее на себя, войти внутрь и сократить последнее расстояние. Но она прекрасно понимала: в штабе ей сейчас не место. Когда закончится их совещание, тогда и истекут эти долгие дни разлуки. Мадлин обошла здание штаба, чтобы заглянуть в его окна. Но их наглухо перекрывали темные экраны, и было не видно и не слышно, что происходило внутри. Лишь тонкие нити света прорывались по краям экранов и свидетельствовали о том, что в зале совещаний находились все прибывшие.       Осталось просто подождать. Еще чуть-чуть. И Мадлин опустилась на ступени крыльца, обхватив колени руками, чтобы унять нестихающую дрожь. Она будет сидеть здесь до тех пор, пока вселенная не сократит последние метры между ней и Тротлом.