Кольцо Олимпа

      — Это что же получается, все самое интересное по спасению Марса произошло без нас? Пока мы валялись в этом склепе, связанные и беспомощные как весенние гусеницы? — пыхтел Винни, нервно прохаживаясь туда-сюда перед бараком напротив все еще сидящего на земле Тротла, который только-только обрел способность шевелить пальцами рук.       — Да уж, — озадаченно вздохнул Модо, привалившись плечом к каменной стене и прикладывая к ободранной ссадине на виске смоченный в воде бинт. — Мы там вообще не понимали, что творится. Хотя многое слышали, и картины нам рисовались далеко не такие безобидные, как вы нам сейчас рассказали.       — Не говори, — покачала головой Чарли, разминающая руки и ноги после нескольких часов плена. — У меня в голове вообще плохо все это укладывается. Мы, конечно, лоханулись со стронцием, но по этой рабочей схеме все было слишком непонятно. А уж тем более, кто мог знать, что древние марсиане действительно имели в виду олово, которого на Марсе не существует. Но вот защита планеты от всего противоестественного и угрожающего ее обитателям… Похоже скорее на чудо, — и она все еще с опаской оглядела пространство кальдеры, усыпанной бездыханными телами выродков.       — В нашем случае это и есть чудо, — тихо ответил Тротл и снова попытался согнуть все еще непослушные и ноющие руки, что раз за разом вызывало лишь болезненный выдох сквозь зубы и досаду на самого себя. — И если бы не множество факторов, все закончилось бы крахом. Благодарите Мадлин и… Мейса.       — Еще чего! — раздраженно нахмурился Винни и, приостановившись, с неприязнью передернул плечами, словно хотел сбросить с себя саму эту идею. — Я не стану даже разговаривать с этим отродьем! То, что он вроде как помог нам запустить кальдеру, не означает, что он на нашей стороне! В конце концов, у него тоже были веские мотивы избавиться от подчинения Карбункулу. Но вовсе не ради спасения марсиан и все такое! Он в очередной раз пекся о своей гнилой шкуре. И я не удивлюсь, если на каком-нибудь инопланетном счете его ждет хорошенькая сумма за сотрудничество с психопатом.       — Честно говоря, я тоже ему не доверяю, — устало опустился на землю Модо, щуря единственный красный глаз. — Уже однажды он нас всех предал и спустя несколько лет вновь появился здесь с точно таким же заданием. И выполнял его весьма охотно, насколько я понял из всего, что слышал через эти каменные стены.       — Я пообещал Мадлин его выслушать, и я это сделаю, и у меня к нему не меньше обоснованных вопросов, — твердо отозвался Тротл, коротко вздохнув. — Принимать решения будем после.       Он действительно пообещал. Как только он немного оклемался после освобождения и парой слов объяснил выпущенным из барака друзьям, что с ними все в порядке, и Мейса пока убивать не нужно, он подал знак Мадлин, что готов слушать. Она осторожно прильнула к нему, стараясь не задеть случайно его плечи, и обвила руками за шею, зарываясь в спутанный и пыльный загривок на затылке. Прилепившиеся к ее макушке антенны в этот раз действительно болезненно обожгли ее, сколько Тротл ни старался удержать их энергию, которая металась по их телам, словно спущенный с привязи табун диких лошадей. Слишком слабым был контакт между ними, и слишком поврежденными оказались его красные передатчики, покрытые наливающимися гематомами.       Но Мадлин понимала, что иного выхода не было, и старалась терпеть, сконцентрировавшись на всех своих воспоминаниях прошедших часов и той важной информации, которую Тротл должен был узнать и понять. И он честно слушал все, что рождалось в ее голове. Слушал и постепенно успокаивался. Мадлин ясно ощущала, как тело его начало медленно расслабляться, отпуская в наступающую ночь тяжелое, темное напряжение, сковывавшее каждую его клеточку болезненными тисками все это время, а дыхание перестало быть таким поверхностным и хриплым. И по мере того, как он понимал, что девушке действительно никто не причинил вреда, и все, что он слышал и видел, было разыграно лишь для спасения Марса, он тихо выдыхал. Выдыхал и пытался поверить в неожиданные факты. Что Мейс на самом деле честно сделал все, чтобы довести непростое дело с кальдерой до конца прямо на глазах у следящих выродков и прикрыть Мадлин от любых выстрелов.       Когда он, наконец, отлепил от нее антенны, девушка чуть отстранилась, чтобы видеть его уставшее, измученное лицо, которое неосознанно обхватила ладонями, и выжидательно замерла. Он поднял на нее почти невидящие графитовые глаза и рассеянно моргнул.       — Спасибо, что все объяснила, — тихо шепнул Тротл. — Я поговорю с ним.       И, не в состоянии пока прикоснуться к ней, он медленно потерся мохнатой щекой о ее ладонь, тем самым передавая ей свое облегчение. А Мадлин впервые за эти часы вымученно улыбнулась и, прежде чем вернуть ему очки, почти невесомо прикоснулась губами к его все еще кровоточащим губам.       Все время, пока освобожденные пленники приходили в себя, Мейс отрешенно и задумчиво сидел у края разлома, подогнув под себя ноги, словно потерялся в своих мыслях, глядя рассеянным взглядом в уже подкравшуюся ночную тьму и слушая отдаленные раскаты грома, который несся дальше за стремительно летящей по планете сухой грозой. И лишь все еще заметные зарницы да рассеянные лучи расставленных фонарей позволяли разглядеть его закутанную в черный балахон и намотанную на голову арафатку фигуру. Мадлин прекрасно понимала, что ни Тротл с братьями, ни марсиане не простят своего предателя. Но где-то в глубине души ей хотелось, чтобы и у Мейса с не самым чистым прошлым и непростой судьбой был шанс хотя бы на жизнь.       Тротл с явным усилием, тяжело и медленно поднялся с земли и неровными шагами направился в сторону жерла, сцепив все еще затекшие руки. Приблизившись к Мейсу, он долго что-то говорил ему. По едва долетающим звукам и мелодично выпеваемым гласным было понятно, что он снова перешел с ним на марсианский, мало заботясь нежеланием Мейса разговаривать на этом языке. Тот молча выслушал его и, кивнув, встал на ноги, стягивая с себя пестрый платок. Он покорно склонил огненную голову, и по его заметно опустившимся плечам было очевидно, что он сделал глубокий выдох. Тротл наклонил в ответ свою голову и прикоснулся все еще черными и травмированными антеннами к его изуродованной макушке. И марсиане замерли.       Мадлин казалось, что сеанс телепатии длился бесконечно долго. Видимо, у Тротла накопилось слишком много вопросов к тому, кто так расчетливо и хладнокровно подставил его ради чудовищной смерти, уготованной своим же сородичам, кто слишком искусно разыгрывал сцены жестоких допросов, кто слишком внезапно решил помочь тем, кого должен был по приказу свыше замучить и уничтожить. Но и сам Мейс, судя по всему, хотел донести до командира все то, что привело его к роковому решению, к той роли, которую он взял на себя, к той последующей жизни, которая ждала его в неблагополучном и непростом краю Аравийского полуострова, и к тому выбору, который он сделал сегодня благодаря сказанным Мадлин словам.       Девушка напряженно гадала об исходе этой трудной исповеди, подсознательно тревожась за решения каждого из них. За Тротла, который столько лет носил в себе груз этой вины и досады на себя за недопустимую оплошность на войне, где за подобное расплачиваются жизнью. За Мейса, у которого хоть и были свои обстоятельства и причины продаться врагу, но не было самого главного: шансов на прощение. В лучшем случае его просто не убьют. Но отвечать за свои проступки ему придется.       Модо и Винни терпеливо ждали окончания этой ментальной беседы, хоть по ним и было видно, что подобные мирные переговоры им не по душе. Да и Чарли недовольно косилась по сторонам, с неприязнью поглядывая на валявшихся выродков, словно опасалась, что они внезапно вскочат с земли и направят на них все еще рассыпанные по земле лазерные пистолеты, которые никто так и не забрал. Она сказала об этом ребятам, и те согласились, что не стоило оставлять опасное оружие без присмотра, даже если враг полностью нейтрализован.       Братья отошли к тому краю, где лежала основная масса тварей, и принялись собирать их пистолеты, высвечивая распростертые тела походными фонариками.       — Не хочется об этом говорить, — пробормотала Чарли, — но похоже, до утра нам придется тусить в компании сотни трупаков. Надеюсь, они разлагаются не очень быстро.       — Да уж, — вздохнула в ответ Мадлин, интуитивно принюхиваясь и чувствуя в воздухе лишь неприятный металлический запах. — Не думаю, что Тротл поведет нас через горы до бункера в ночь. Да и не уверена, что он сможет сейчас подняться… Еще и Модо досталось, — и она с сомнением оглядела кажущуюся неприступной стену кальдеры, край которой терялся во тьме.       До сих пор она не задумывалась о том, как им предстоит выбираться из этого природного котлована. А ведь это означало подъем по веревке вдоль практически отвесной стены на несколько десятков метров. И если спуск она еще кое-как осилила, то вот путь обратно представлялся непреодолимым.       — Не переживай за ребят, — уверенно произнесла Чарли и достала из своего рюкзака баллон с водой. — Они сильные и быстро оклемаются. Главное, что мы все живы.       — Ты права, — покачала головой Мадлин и неосознанным жестом поправила рукав своей куртки, под которым ей что-то мешало.       Лишь наткнувшись ладонью на плотный ремешок, она вспомнила, что на ее запястье было застегнуто устройство, которое дал ей Тротл перед выходом из бункера ученых. Энергетические всплески! Ведь они как раз отразились на замигавших красным шкалах перед тем, как кальдеру наполнила стая выродков во главе с Мейсом. И Мадлин с интересом задрала рукав, чтобы посмотреть на дисплей. Что он покажет сейчас?       Но к ее полному удивлению взгляд уперся в тревожный красный цвет, который растекался по экрану, наполняя обе шкалы делениями до отказа. Что? Не может такого быть! Ведь они нейтрализовали все вражеские силы! Любое воздействие на планету, ее экосистему и биополе! Почему же датчик теперь светился опасным красным, сообщая о том, что где-то здесь находился мощный энергетический разлом? Как такое возможно???       Мадлин спешно подскочила на ноги и заозиралась по сторонам. До Тротла было далеко, Винни и Модо тоже крутились в нескольких десятках метров, освещая задворки кальдеры фонарями. Тогда это не глюк, и действие их жетонов никак не влияет на показатели. А это означает, что опасность до сих пор рядом, несмотря на запущенную защиту Олимпа, все еще сияющую тонкой оболочкой на небесном своде. Она неосознанно заторопилась к Тротлу, который как раз в этот момент с долгим выдохом отлепился от Мейса и что-то ему сказал, еще не успев повести ухом в сторону спешащей к ним девушки.       Но Мадлин не сделала и десятка шагов, как случилось невообразимое. Прямо на ее глазах Тротл, вскинув антенны, отошел от огненного марсианина и, разбежавшись, бросился к краю разлома, словно собирался его перепрыгнуть. Мадлин в ужасе ахнула, понимая, что ему это ни за что не удастся, ибо расстояние было слишком большим. Его ноги коснулись кромки пропасти и оторвались от земли, когда Мейс, подскочив к краю вместе с ним, со всей силой подтолкнул его вперед, еле удержавшись и едва не полетев следом. Тихий вскрик застрял в горле девушки, когда она увидела, как Тротл, описав в воздухе кривую дугу, начал падать прямо в центр жерла. Еще секунда, и он скрылся в пропасти, а Мейс отпрянул и с усилием спешно попятился.       На мгновение ей показалось, что ее парализовало, ибо она не могла сдвинуться с места, все еще глядя на абсолютно черную бездну вулканического разлома, столь внезапно поглотившую Тротла. Сзади послышались какие-то ругательства братьев, которые побросали оружие выродков и побежали к центру кальдеры, тоже не понимая, что только что произошло. В нос ударил сильный запах горелого металла, отчего судорожно сжалось горло, грозя разразиться удушливым кашлем. Мадлин с усилием тряхнула головой и снова устремилась вперед, желая лишь одного: добраться до жерла и понять, что заставило Тротла прыгнуть туда, да еще и с помощью огненного марсианина.       — Ма бихаколь джахим!!! — почему-то с раздражением выругался обернувшийся Мейс, бросаясь ей наперерез. — Куда??? Стой!!!       Но не успел до нее добраться. Мадлин внезапно почувствовала, как неведомая ей сила утягивает ее вперед, практически волоча по усыпанной мелкими камнями и редким песком поверхности. Она вскрикнула от неожиданности и уперлась ногами, но те лишь проскользили по земле, поднимая уже еле различимую в свете пары фонарей бурую пыль. Мейс сделал к ней рывок и ухватил ее за руку, пытаясь оттащить назад, но и сам оказался во власти этой незримой силы, тянувшей их к краю бездны словно за ниточки. Мадлин не удержала равновесия и, споткнувшись, упала на землю, невольно увлекая за собой и марсианина. Их протащило последние метры, пока перед носом не показался самый край. Все, что Мадлин смогла услышать, был резкий окрик Мейса:       — Сгруппируйся!!!       И земля под ней исчезла. Резкое падение вниз заставило практически задохнуться, но в последнее мгновение она все же сжалась в комок, подбирая под себя руки и ноги. Полет был недолгим, и таким же внезапным оказалось приземление на бетонную поверхность, от удара о которую почти вышибло весь дух, и Мадлин покатилась кувырком, едва понимая, где она и жива ли еще.       В голове растекался болезненный звон, а тело неохотно реагировало на внешний мир. Кажется, она лежала на чем-то холодном. Девушка невольно застонала, пытаясь пошевелиться, и открыла глаза. Но вокруг простиралась почти кромешная тьма, разрываемая каким-то размытым, едва видимым рассеянным светом, исходившем издалека. Она приподнялась на локтях и огляделась. В нескольких метрах она с трудом различила Мейса, который с хриплыми ругательствами сквозь зубы медленно вставал на ноги, раздраженно отряхивая черный балахон от грязи и поправляя на шее спущенную с головы арафатку.       — Цела? — спросил он ее, подавая руку, чтобы помочь подняться.       — Не знаю, кажется, — неуверенно пробормотала Мадлин, понимая, что от удара о землю болело все тело, а левая лодыжка предательски ныла. — Черт, куда мы упали? Это что, и есть жерло вулкана?       — Как же! — прошипел Мейс. — В вулкан ты бы падала значительно дольше и уже давно замолчала бы навсегда, болтаясь ошметками на уступах. Глупая фатаатун! Зачем ты сюда сунулась? Что тебе не сиделось у барака?       — А что, я должна была оттуда спокойно наблюдать, как Тротл прыгает в пропасть? Что у вас вообще произошло? — воскликнула она взволнованно.       — О, шайтан! — заскрипел зубами Мейс, хмуря едва различимые в темноте синие глаза. — Иногда я понимаю тех людей, с которыми жил на Земле. С женщинами надо обращаться строго. Иначе они совершают идиотские поступки!       — Да в конце концов! — возмутилась Мадлин, неловко переступая с поврежденной ноги на здоровую. — Объясни нормально!       — Что объяснять? — вскипел Мейс и, схватив ее за плечи, развернул в противоположную сторону. — Где ты находишься?       Мадлин растерянно вгляделась во мрак. Глаза постепенно привыкали и начали различать очень далекий разбавленный свет, который лился без преград, словно вокруг не было совершенно никаких для него препятствий. Но все звуки их голосов или движений почему-то оставались глухими и слишком явными, будто они находились в весьма тесном помещении, а вовсе не на открытом пространстве. Больше ничего рассмотреть не удавалось. Они стояли в давящей тишине, пропитанной каким-то душным, сухим воздухом.       — Я не понимаю, где мы, — пробормотала Мадлин, тряхнув головой.       — Мы там, где нас не должно быть, — язвительно прошипел ей на ухо Мейс. — Там, куда командирчик отправился осознанно и добровольно после нашего разговора, чтобы завершить свою миссию. А ты ринулась за ним. И нас утянуло следом, глупая фатаатун! И я теперь не уверен, что мы отсюда выберемся. Потому что брешь за нами захлопнулась, и вытащить нас сможет лишь твой парень. Если мы его найдем.       Мадлин приподняла брови, совершенно не понимая ничего из сказанного Мейсом. Где они были, черт подери??? Какая брешь? И лишь все еще явственно витающий в воздухе запах горелого металла навязчивым звоночком кольнул ее сознание. Это ведь о нем говорил Тротл, когда рассказывал об энергетических разломах. Это ведь об их близости оповещал ее приборчик на запястье. Неужели они попали прямо в один из них? Неужели они оказались там, откуда шел путь в другое измерение?       — Мейс! — внезапно почти шепотом воскликнула Мадлин. — Мы что, провалились к Карбункулу???       — Представь себе, да! — язвительно буркнул тот и брезгливо обмотал голову арафаткой, закрывая лицо по самые глаза. — Я здесь бывал, к сожалению. И докторишку видел, но дальше этого перехода меня не пускали, только в темноте и держали. Впрочем, я знал некоторые нюансы об этом измерении. Поэтому рассказал все твоему командирчику. Мысленно. И судя по тому, что он сюда сиганул, он действительно все услышал. Хоть я уже и не полноценный марсианин, — и он зло усмехнулся.       — Но почему же ход в это измерение был открыт? — все еще не понимая, пробормотала Мадлин. — Мы же обезопасили Марс ото всего инородного, мы же запустили этот чертов щит!!!       — Да потому, глупая фатаатун, что эта гребаная тьма находится не на Марсе! — раздраженно выплюнул Мейс. — И Карбункул все еще в состоянии держать портал открытым.       — Где же тогда Тротл? — заозиралась по сторонам Мадлин, пытаясь переварить эти пугающие новости. — И где сам Карбункул?       — Там, куда нам еще предстоит добраться. Пошли! Нечего тут околачиваться!       И он решительно ухватил ее за предплечье и потащил вперед, не обращая внимания на ее прихрамывающие шаги.       Идти в едва развеянной призрачным светом тьме без каких-либо ориентиров было крайне неприятно. Казалось, что они топчутся на месте или ходят по кругу, но никак не перемещаются в нужном направлении. Да и куда здесь идти? Плотная тишина разрывалась лишь кратким эхом их шагов, которое отдавалось неизвестно о какие поверхности. Сколько Мадлин ни шарила вокруг себя, ладони не находили ничего, кроме сухого воздуха. Оставалось лишь надеяться на тот жалкий свет, что, наконец, стал усиливаться. Спустя некоторое время он превратился в явно заметную полоску, тонкой нитью стелившуюся по бетону откуда-то издалека.       Когда они приблизились почти вплотную, стало ясно, что перед ними была массивная прикрытая дверь неизвестного помещения, откуда лился белый электрический свет. Слабо различимые бетонные стены расходились в стороны и терялись во мраке. Здесь было значительно жарче, и Мадлин почувствовала, как пересохло в горле, все еще инстинктивно сжимающемся от неприятного металлического запаха. Мейс отодвинул девушку назад и осторожно потянул за большую выступающую ручку.       Дверь бесшумно отворилась, являя взору смутно знакомые очертания просторного помещения с низким беленым потолком и рядом примыкающих к нему огромных ниш. Внутри никого не оказалось, и девушка неуверенно шагнула вслед за Мейсом. И уже в следующее мгновение в ужасе замерла.       Это была лаборатория Карбункула! Та самая, что находилась на подземных этажах башни Лимбургера в Чикаго. Та самая, куда их притащили после пленения и где плутаркианец долго и с наслаждением над ними измывался. Та самая, где они чуть не погибли из-за ядовитого газа и были спасены лишь благодаря воссоединению реальностей. Та самая, откуда Карбункул успел улизнуть в неизвестное никому измерение и где скрывался все эти долгие полгода. Но как? Как такое было возможно??? Почему они оказались именно здесь?       — Ты что, узнала это место? — нахмурился Мейс, заметив ее реакцию.       — К сожалению, — прошептала Мадлин, словно боялась, что более громкие звуки оживят это гадкое подземелье и вернут ее в те страшные мгновения прошлого. — Это лаборатория Карбункула в Чикаго. Именно из нее он и исчез.       — Тогда не удивительно, — фыркнул Мейс и прошел в глубь помещения. — Значит, он создал себе дубликат самого понятного и нужного ему логова.       Мадлин сделала несколько неуверенных шагов и осмотрелась. Да, это была та самая лаборатория. Но многое в ней изменилось. Вместо тяжелых решеток на камерах были пустые проемы, и каждая из них выполняла роль отдельной маленькой комнаты. В одной виднелся склад каких-то контейнеров, в другой громоздились технические устройства, в третьей стояла пара застеленных коек, ящики с брошенной на них непонятной одеждой и железные стулья.       Но самые большие изменения коснулись основной части лаборатории. Мадлин даже остановилась, пытаясь осознать то, что сейчас видела перед собой. Всю противоположную от входа стену занимал огромный тонкий экран, на котором хаотичными квадратами светилась сотня разных картинок. Бесконечный калейдоскоп изображений — светлых, темных, недвижимых и непонятных. А под экраном от края до края раскинулся широкий рабочий стол, уставленный какими-то приборами, клавиатурами, панелями с кнопками и совершенно незнакомыми ей устройствами. В помещении витал тихий гул работающей техники, и явственно ощущался застоявшийся, иссушенный воздух.       Мадлин, наконец, подошла вслед за Мейсом поближе к экрану и пробежалась глазами по изображениям. Темные картинки были черно-белыми, словно с камер ночного видения. Светлые же походили на… кадры с Марса? Мадлин нахмурилась. Да, это был Марс. Вот горное плато, с одной стороны подпираемое скалистой грядой, а в центре картинки стоит незнакомая конструкция обтекаемой формы с расположенной рядом огромной солнечной батареей. А вокруг… Валяющиеся тела выродков. На другом кадре девушка нашла такой же агрегат и снова мертвых тварей. Взгляд скользнул по остальным кадрам. Почти везде одинаковый набор.       — Что это, Мейс? — в замешательстве спросила Мадлин, видя, что у того подобные изображения, напротив, не вызывают никакого удивления.       — Видеонаблюдение за инфразвуковыми установками и стратегическими точками, что ж еще! — усмехнулся огненный марсианин и поискал глазами нужную ему картинку. — Вот наша кальдера. Смотри!       И он указал пальцем на расположенный где-то наверху темный квадрат, в котором Мадлин с трудом узнала очертания старого вулкана, едва расчерченного слабыми фонарями, по которому почти незримо перемещались три маленькие точки. Ракурс был явно нижний, со стороны барака. Значит, все это время за ними наблюдала неприметная камера?       — А вот тот, кто за нами следил, — брезгливо сплюнул Мейс и ткнул на темное изображение рядом.       Явно перекошенная картинка, на переднем плане которой виднелись распростертые тела, а нижнюю часть кадра занимала вытянутая рука.       — Что, камера была прямо на выродке? — удивленно посмотрела на него девушка, на что Мейс коротко кивнул. — Господи, значит, Карбункул видел все, что происходило на Марсе? И за всем этим наблюдал и контролировал?       — Именно! А ты как думала? — хмыкнул Мейс, оглядывая панели управления. — Он контролировал всех, кто на него работал. Сидел здесь, в этом недоделанном измерении и разматывал свои паучьи нити.       — Значит, он уже прекрасно знает, что его план не сработал, и все выродки сдохли! Но где же он сам? И где Тротл?       И Мадлин посмотрела по сторонам, пытаясь понять, были ли здесь еще какие-то двери.       — Я без понятия, — недовольно прошипел Мейс. — Я не знаю, что еще есть там, за дверью. Но предлагаю не светиться. Если ты не хочешь столкнуться с Карбункулом нос к носу. Я думал, тут будет попросторнее, но вижу, что с пространством у этого психа не задалось. Пошли отсюда. Подождем снаружи.       И он решительно зашагал к выходу. Мадлин тоже не имела никакого желания задерживаться в этом отталкивающем месте и поспешила за марсианином, с трудом понимая, куда же мог деться Тротл, если в этом измерении помимо тьмы существовала лишь одна единственная лаборатория. И она уже хотела было спросить Мейса о том, как им всем потом отсюда выбираться, как тот внезапно замер на месте и с тихим рыком схватил Мадлин за куртку, заставляя ее отпрянуть назад.       Она вскинула глаза и уперлась взглядом в блеснувшее инопланетным металлом дуло лазерного пистолета, которое смотрело прямо на них в руках того, кто шагнул через порог. Того, кого она узнала несмотря на прошедшее время.