Быть нормальным – это не его

Знал бы он, что все будет так, то никогда бы не согласился.

***

Он сидел на полу и мучился, пытаясь вести бедрами в разные стороны от неприятной вибрации. Ноги были закреплены распоркой, что не давало ни свести, ни развести их. Все тело уже затекло, а рук он совершенно не чувствовал, ведь они так же были закреплены кожаными наручниками за спиной, что были зацеплены к распорке на тонкой цепи, не давая сильно согнуться и что-либо сделать.

Он полностью потерялся во времени и пространстве.

Ураганов совершенно не знает, сколько он уже так сидит. Глаза были закрыты плотной маской, что не пропускала и капли света, заставляя сходить с ума от ощущений и разных эмоций.

Единственное, что Артём точно знает, он сидит недалеко от него и смотрит на него.

В глубокой тишине, он слышит слабый щелчок, а следом чувствует вибрацию, что стала ещё сильнее, чем всё время до этого. Стон, что должен был быть громким и звонким, был перекрыт кляпом в виде среднего чёрного шарика.

***

Гарику тяжело смотреть и почти ничего не делать. Но Ураган сам виноват, что теперь находится в... таком положении. Младший сам согласился на это. Старший видел, в каком состоянии тот находится, что с радостью бы кончил, но вот первое правило запрещало это сделать – нельзя было кончать, без разрешения старшего. Да, Игорь и сам был возбуждён, но не смел касаться себя, потому что это было не к месту сейчас. Просто наблюдая за младшим, он вспоминает, что все началось так по-глупому...

***

— Ну Игорь! — Продолжал ныть Артём, крутясь возле названного, пока тот его игнорировал. Последнее полчаса Артём пытался привлечь внимание Чупа, но тот не вёлся, продолжая сидеть за компьютером. Мужчина постоянно так делал, хоть и случайно. — Да ну тебя... — Тихо сказал Ураганов, отходя от Чупа и переставая уже сам обращать внимание на старшего. Это удивило последнего. Артём редко сдавался за 6 лет их отношения, когда дело касалось упростить в чём-то своего парня. Тяжело вздохнув, он замирает и обдумывает кое-что.

Есть одна идея, чтобы успокоить младшего в его «хотелках».

— Давай договоримся... — Начал спокойно говорить Игорь, обнимая младшего за талию: — Мы попробуем кое-что, ммм... новенькое. И если ты выдержишь до конца это – проси всё, что хочешь. Идёт?

Артём слишком наивен, чтобы не увидеть подвоха. Парень соглашается сразу, даже не узнав, что от него будут требовать и что будет происходить.

***

Вот поэтому, Артём сидит в таком виде перед старшим. В голову приходит ещё одна идея, как извести младшего, чтобы он проиграл, чего очень хотелось.

Он неспешно встаёт с кресла и видит, как ещё сильнее напряглось тело Тёмы.

Чупиков беззвучно ухмыляется, садясь на колени перед парнем. Тяжёлое, сбитое дыхание, стало ещё быстрее, когда Ураган понял, что рядом с ними сели и что-то вообще задумали. Рука Гарика коснулась шеи младшего, спускаясь медленно вниз и проходя по ключицам, задевая соски и останавливаясь на плоском животе. Чуть нажав на низ живота, он слышит, как младший хотел застонать и попытаться согнуться, извернуться. Но второе правило – запрещено уходить от прикосновений. Видимо в голове младшего щёлкнуло это, и он попытался выпрямиться. Игорь иногда отпускал руку с низа живота, а иногда обратно нажимал. Старший повторяет эту махинацию несколько раз, заставляя младшего извиваться перед ним. В следующую секунду он касается члена Артёма, получая громкий стон даже через кляп. Игорь начинает небыстро водить тыльной стороной руки и смотреть на лицо младшего, заставляя Урагана трястись в безумном желании кончить. Он провёл всего пару раз вдоль всей длины члена и убрал руку, как и с низа живота. Видимо младший прочухал, что сейчас стоны не входят в третье правило – не издавать лишних звуков, пока Чупиков не даст разрешение. И пользовался этим по полной программе, чем сильнее раззадорил Чупа, что не ожидал такой смекалки от парня.

Раз Артём нашёл лазейку, то Игорь её уберёт.

Последний также неспешно встал с колен и обошёл сидящего, что мелко дрожал от эмоций и сильного возбуждения. Лишённый зрения, безумно чувствительный. Готовый в любую секунду кончить от любого движения. Он простоял пару минут в полной тишине. Небольшой пульт, что находился в его штанах, произвёл негромкий щелчок, от чего младший вздрогнул, но следом чуть расслабился, когда понял, что вибрации больше не было. Чупикс аккуратно коснулся чужой головы, вплетая в волосы руки, чуть вороша их и делая небольшой, расслабляющий массаж, а следом сильно сжал их, слыша подобие шипения.

Даже не видя, он знает, что Артём кривит лицо.

Он убирает руку так же быстро, как и вплёл её. И в пару действий расстёгивает кляп-шарик, что был закреплен на затылке. Взяв его в руки, он обходит младшего и делает пару довольно больших шага, кладя предмет на кофейный столик. — С этого момента ты не имеешь права издавать звуков... — Голос Игорь был, как гром среди белого дня, для Артёма: — Естественно, пока я не разрешу... Артём слышит шаги, что подходили к нему и опять напрягается. Он теперь на грани. Любой шум без разрешения – это наказание. Игорь опять садится напротив младшего на колени и смотрит на лицо парня, не касаясь его. Тяжёлое, сбитое дыхание из-за неудобного кляпа, что пыталось восстановиться. И Чупиксу безумно нравился вид парня перед ним. — В таком виде, ты безумно красивый. Возбужденный больше, чем обычно... — Сказал Чупиков шёпотом, пододвигаясь ближе, почти касается его: — Такой открытый и весь мой. Артём чувствует тяжёлое дыхание у губ и не может сопротивляться своим желаниям, делая небольшое движение вперёд и тем самым касаясь чужих губ в секундном чмоке. Игорь удивляется неожиданному рывку младшего, но ухмыляется, чуть отодвигаясь от того. И Юрген сразу понял, какую ошибку совершил. — Ну-ну... Дорогой, а как же четвёртое правило? — И Артём чувствует, с какой издёвкой тот лыбиться, пока парень сгорал перед ним: — Никакого самовольничества. Тебя будет ждать наказание – 15 ударов.

Артём мысленно себя бьёт.

Знал же...

Какое-то время проходит в полной тишине. И она не даёт никаких положительных мыслей для Артёма. И он оказался прав – в тишине слышится щелчок. Только совершенно другой, не такой, что был в начале этой «пытки».

***

Пройдя опять к кофейному столику, Гарик взял металлическую прищепку в руку, раскрыл её и так же закрыл, тем самым издав этот громкий щелчок по комнате. Подойдя заново к младшему, одной рукой он нагибается и хватает складку кожи между большим и указательным пальцами у левого соска, зажимая довольно сильно на это место. Видя, что Тёме не особо приятна эта тема, даёт больше времени привыкнуть. Он не садист в конце концов, что будет мучить пару до последнего. Скользящим движением он подставляет прищепку на кожу и медленно отпускает зажим. Постепенно, убрав руку и дополнительное давление, Игорь спрашивает: — Цвет? — Какими бы не были его планы, состояние младшего на первом месте, даже в таком положении. — З-зелёный... — Осипшим от долго молчания голосом, сказал Ураганов. Кивнул себе, Игорь продолжил ту же махинацию с правым соском. Теперь он просто сидел и наблюдал затем, как Артём привыкал к новому атрибуту на своём теле. Дыханием пассива постепенно начало успокаивается, показывая, что все в порядке и он смог привыкнуть к этой несильной боли. Они продолжали сидеть в тишине, пока не послышался новый щелчок. Именно тот, которого Тёма не хотел услышать в ближайшее время. Он напрягся, ведь вибратор попал в комочек нервов и издал негромкий стон, не сумев его никак удержать. — Ах, как так-то? Кажется кто-то забыл правила... Ну что, ещё 5 ударов. Они продолжают сидеть в тишине, пока Артём пытается держаться и не дёргаться. Он был на грани, вот-вот готовый кончить. Но нельзя. Ему нужно держаться до самого последнего момента. Увидев, что Ураган привык как к вибратору, так и к прищепкам, он решил чуть помучить вторую половинку. Гарик мягко прикасался к одной из прищепок и начал её вертеть из стороны в сторону. Эти действия вызывали новые мурашки и желание застонать у Урагана. Но он держался. Всеми силами держался. Отпустив ту прищепку, Гарик коснулся второй, нажимая на её конец, тем самым увеличивая силу зажима на самом кончике соска. Поняв, что прищепки больше не приносит Артёму те некомфортные чувства, он снимает их неспешно, стараясь не сделать очень больно младшему. Сняв их, Чупикс начал думать, что такого можно сделать, чтобы вывести Артёма из игры. Пока старший думал, последний вздохнул с облегчением, что смог вытерпеть это. Смотря на Урагана, он видит, что тот стал довольно часто дышит, а кадык скакать вверх-вниз. И тут в голове Игоря щёлкнула идея: — Мне важно сейчас знать твоё мнение... — Сказал Чупиков. Такие слова напрягли младшего, но он кивнул, показывая, что внимательно слушает. — Ты мне полностью доверяешь? — Получает кивок. — Ты позволяешь мне делать, что угодно? — Немного заторможено, но кивок происходит. — Хорошо... В твои руки я положу маленький колокольчик. Если тебе будет очень плохо, как при жёлтом или красном цветах, ты его бросаешь и я сразу останавливаюсь. Хорошо? Переварив всю информацию от парня, Ураганов медленно кивает. Меньше, чем через минуту, он и правда получает колокольчик и сжимает его крепко. — Я не хочу тебя пугать, поэтому предупреждаю... — Артёма затаил дыхание, вслушиваясь в каждое слово парня, что стоял позади него: — Я сожму твою шею и лишу тебя воздуха. Если будет больно и неприятно – сразу кидаешь колокольчик, понятно? — Артём кивнул на это, а Игорь настраивался морально. Вот-вот в его руках будет находится чужая жизнь, что может легко закончится от одного неправильного движения, поэтому он всеми силами старается не зацикливаться на этом, а делать все в полном моральном спокойствии. Так же шея всегда была слабым местом Ураганова, поэтому пришла мысль о том, что это станет идеальным местом, куда надо надавить, чтобы тот проиграл. Покрывать её засосами и укусами сегодня не очень хотелось, хотя Игорь был любителем помечать младшего. Показать всем, что Тёма – занят. И вот, тяжёлая рука легла на ключицу, поглаживая её и постепенно поднимаясь вверх. Рука была ледяной, поэтому создавался контраст горячего-холодного, заставляя чуть дрожать. В следующую секунду рука уже легла на шею, но не сжимала, заставляя Артёма бояться того, что его ждёт. Всё же это было опасно и страшно. Но вот, после минутной передышки, Ураган чувствует то, с какой силой началась сжиматься рука. С каждой секундой, с каждой новой силой сжатия кислород уходил, усиливая чувство головокружения и подкидывая каплю удовольствия. Создавался эйфорический, почти галлюциногенный прилив и чувство, которое захватывает тело. Любые действия со стороны старшего, ощущались в многократные разы. В следующую секунду, после кинутого колокольчика, в мозг с силой стукнул тот самый кислород. Игорь расслабил хватку, давай полностью вздохнуть нужный воздух. Из-за этой нехватки и резкого прилива кислорода Тёма начал очень быстро дышать, стараясь вернуть нормальный ритм. — Ты большой молодец. — Сказал Чупикс, садясь позади младшего и касаясь его члена вновь. — Ты выдержал все то, что для тебя было подготовлено. — Он начал быстро двигать рукой по всей длине, задерживая своё внимание на чувствительной головке. — Можешь кончить... И только услышав это, Артём сильно содрогается, тело выгибается, а белые капли падают на пол. Игорь мягко улыбается, отключает уже чуть доставший и его вибратор. Он достает его и кидает в сторону кровати, доставая ключи от всех маленьких замочков и постепенно открывая их. Ураганов моментально падает от бессилия, но старший его ловит. Подхватив его на руки, старший несёт в ванную комнату. Набрав чуть горячую воду, Чуп оставляет Юргена сидеть в наслаждении, а сам уходит в комнату убирать все.

Теперь Гарик знает, что в ближайшее время, Артём точно отыграется на нём, ведь смог выиграть этот спор.