Рилиандил

      Темно. Душно как-то. Душный ты человек. Внутри себя самого задыхаешься.       Не о том думаешь. Удар кулаками во тьму. Выпусти! Выпусти, гнида!       Тьма издевательски молчит. У нее нет границ, она вокруг, в глазах, в носу и во рту, заползает внутрь. Не отплеваться даже. Выхода нет. Как мог быть выход у чего-то, что не имело ни конца, ни начала?       Константин!..       Он всегда слышал. Вот же я, совсем рядом, ну услышь же. Стоило выдохнуть это имя, и он слышал, волчий слух, не долечил до конца, не долечил и слух остался, слышал и тут же оказывался рядом, проводил рукой по лицу, скользя сверху вниз диковато-волчьим взглядом.       Выпусти! Пусти к нему!..       - Велир, все в порядке?       Знахарь поднял глаза. Сдвинул брови.       - А что за вопросы, вашество? На морде у меня чего, али нарядом вам не вышел?       Константин улыбнулся. Встал с импровизированной постели, на которой было в кучу свалено одеяло. Не успел еще прибрать после вчерашней ночи. Константин, отвыкший от помощи слуг, почти все делал для себя самостоятельно. Ему даже дико было вспоминать, что когда-то его одевали, а он только вытягивал руки и подставлял ноги. Он смеялся коротко, вспоминая то время.       “Меньше слуг - меньше ушей. Да, Велир?”       “Пизда. Я тебе что, попугай с южных островов?”       Велир спокойно смотрел, как король подходил, покраснел, когда тот обвил руками его талию, спрятал лицо в плече, избегая поцелуя. Как и всегда, нашел отговорку.       - Ну куда лезешь уже в морду прямо! Стоим же на пороге… Видят все.       Константин коснулся губами уха, обдал горячим дыханием.       - Велир, я боюсь, прятаться нам уже не от кого… Все давно всё поняли.       Знахарь аж подскочил. Уши и лицо запылали жаром.       - В смысле!       Тихий смех на ухо.       Удар кулаками во тьму. Она бесстрастно пошла кругами и вновь успокоилась. Ни трещинки в тесной, бесконечной комнате. Руки - не его. Ноги идут не туда. Язык не слушается. Телом управляет кто-то другой. Здесь - тишина и темнота.       Ну почувствуй же ты!.. Я здесь!       Велир отстранился. Откинул голову, почувствовав на шее горячие губы. Константин всегда пылал жаром, даже когда на дворе стояла осень, а он был полуодет. Велир провел руками по плечам, лицу, спине, нащупывая знакомые шрамы. Заглянул в глаза - долго. Опять залюбовался.       - А со мной п-пойдешь?       - Куда? - Константин заинтересованно наклонил голову, чувствуя родные прикосновения худой ладони на шее. Мило. Велир опять искал рукой его пульс, когда волновался. Он всегда так делал.       - А в-вот… Н-не скажу, - едва сошедшая с бледного лица краска вернулась слабым оттенком. Король почувствовал, как на его собственном лице медленно появляется заинтересованная ухмылка.       - Интересно… Сюрприз, что ли?       - Ну да, - Велир нервно опустил голову, пряча глаза. - А то п-п-пялятся тут всякие… И не… Не обнять тебя толком.       Константин отошел. Набросил рубаху, куртку. Взял ножны.       - Да куда… Меч-то тебе зачем со мной?       Константин слегка нахмурился, не поворачивая головы. Ножны перехватил покрепче и закрепил меч на поясе. Слабый укол тревоги…       - Велир. Я везде беру с собой оружие. И это не обсуждается.       - Да я ж не на убой тебя веду!       Удары, удары удары кулаками. Бессильно сползти на колени.       Кричать он пробовал. Даже крики проглатывала тьма. Даже молитвы.       Релена здесь не было.       Пожалуйста, не слушай меня. Ты же всегда был осторожен до паранойи, мне приходилось снимать твои руки с карты, вести спать и закрывать рукой уставшие глаза. Я слушал во сне твое бормотание о флангах, построениях, пехоте и кавалерии. Не понимал ровным счетом нихуя. Ты и родной матери бы на слово не поверил, настолько тщательно ты всегда все проверял. Сейчас-то почему?..       - Ой да пожалуйста, таскай с собой этот ножик, сколько влезет. Пойдем.       - Так и не скажешь, куда мы? - Константин вышел на свет бледного солнца, болезненно щурясь. Почти бессонная ночь никак не помогала воспаленным глазам.       - Да недалеко, там, - Велир махнул рукой, - я по лесу недавно шароебился, нашел место одно… Тебе понравится, короче.       Какого хрена ты идешь! Остановись же!..       Константин кивнул по дороге Ивану. Какому-то лорду, чье имя Велир забыл. Дал пару коротких указаний по нарядам на работу и отпустил. Спокойно зашагал за Велиром следом прочь от лагеря.       В чащу леса.       Пройдя буквально шагов двадцать, Константин опять перехватил Велира за пояс и вжал в широкий ствол древнего дуба. Уткнулся носом в ключицы, провел вверх по шее, прикусил тонкую кожу за ухом. Велир застонал и отпихнулся.       - Да ч-ч-чего уже!.. Ну не дошли же еще! Вон часовой ходит…       Константин слегка ослабил хватку. Зачем ведет все дальше от лагеря?.. Снова укол тревоги. Легонько, будто комар или крошечная игла. Легко отмахнуться. Это ведь Велир, его Велир. Выходивший его, лечивший, нежный, ни разу не причинивший вреда, снимающий боль. Доверчивый, принявший все его условия, терпевший его уходы, приходы, молчание, опасность. Разве не заслужил он столь же безоговорочного доверия? И если он (смешной…) не хочет, чтобы их видели вместе, то что Константину стоит ему поддаться в этом? В лес, так в лес…       Заведя Константина глубже в чащу - лагерь был совершенно не виден за деревьями - Велир остановился. Обернулся и ласково положил одну руку Константину на грудь, другую - на шею, туда, где бился пульс. Король потянулся к нему.       Взгляд Велира метнулся ему за спину.       Нет!       Константин резко обернулся, выхватывая меч из ножен…       Не успел.       Холод кинжала на шее, еще один уперся в грудь, разорвав ткань куртки, прямо между глаз нацелена стрела. Руки за спиной сжаты ледяными тисками. Не вырваться. Кто держит его?.. Какие-то люди с черными повязками на левых рукавах. Имперские отморозки. Пятеро. Как он их не услышал, как подобрались? Велир!..       Перед Константином остановился один из них. Темные волосы острижены под горшок, низкорослый. В глазах движутся фиолетовые всполохи, а губы посинели, словно у покойника.       Еще молодой - лет двадцать с чем-то, не больше. Маг. И осталось ему недолго.       Константин замер. Велир остался у него за спиной. От него ни звука, лишь дыхание и…       Сердце. Оно должно было колотиться, как сумасшедшее, едва на них напали. Вместо этого Константин слышал спокойное, даже чуть замедленное биение.       Это не Велир.       Нет пожалуйста блять умоляю я встану на колени на что хотите как хотите сделаю что хотите хоть яду глотну только его не троньте не его только не его нет боже прости меня прости я не хотел прости меня отпустите отпустите его и я согласен весь остаток своих жалких дней провести в этой ебаной тьме в обездвиженном теле только пустите его только будь в порядке Константин Константин Константин…       Маг оскалился. Пересохшие губы треснули и окрасились кровью. От него несло слабым смрадом. Он будто гнил изнутри, медленно разваливаясь на части.       - Что ж, удачно, - маг обошел Константина. - За такой трупешник бессмертие мне обеспечено… Но сначала повеселимся. Интересно, наверное, как же твой милый тебя прямо в змеиное гнездо завел? Ай-яй-яй…       Их было семеро в тихой чаще. Константин слышал три сердца.       - Да затем же, зачем и я, - маг хрипло засмеялся - будто ногтями по стеклу царапнули. - Почти… Скажи ему… Ве-е-елир.       “Не смей произносить его имя”, - Константин тихо рыкнул, следя глазами, как загнанный волк. “Не смей пачкать своим грязным языком”.       - Заебал ты со своей войной, - откликнулся сзади знакомый голос. Велир встал рядом с магом. - Тебе кто вообще, блять, сказал, что она нужна была? Жил я себе и жил с сыном, горя не знал. И не было мне плохо! Никому из нас не было! А сейчас не жрем целыми днями, сплошные переходы, продыху нет, умирают люди у меня на руках! Василь постоянно в опасности. За этим я мальчонку выхаживал, что ли? Тебе и родного сына не жаль, зверь! Ничего ради своего ебучего трона не жаль! Никого! Тебе б только свою шкуру спасти!       Не слушай, не слушай, нет, это ложь, до последнего слова ложь, они заставляют, не слушай!.. Отпустите его, отпустите, твари, ненавижу, пустите, если убьете, так и меня с ним!..       Сиплый вдох.       В легких - тьма.       Твари, только троньте его. Отравлю. Из могилы поднимусь и разорву вас сам, на кишках повешу, если его тронете. Фарг со мной, пусть до конца дней ненавидит, только пусть живет, пусть…       Велир смотрел в потемневшие глаза Константина, когда две вещи произошли одновременно - контроль над телом вернулся, и король с перерезанным горлом упал в траву.       Знахарь моргнул, шатнувшись вперед. На поляне они остались одни.       Он и труп.       Велир тяжело рухнул на колени. Горло вспорото от уха до уха. Сколько крови… Трава красная. Горло Константина. Руки Велира. Небо и деревья тоже красные. Пальцы скользят…       Велир зажал рану руками, тупо глядя в закрытые глаза. Устроил короля на своих коленях, прижался губами к холодеющему лбу, пачкая его в крови. Так не должно быть, мать твою, это неправильно!... Ты должен быть теплый, не я. Ты не должен лежать так, бледный. Ты даже хворый так не лежал, все горел, метался. Ну же, проснись. Это вот сейчас нихуя не смешная шутка, эй. Улыбнись. Одерни меня. Скажи своим этим дурацким строгим голосом “Велир”. Повыебывайся. Прикажи что-нибудь, королевская твоя задница, демон ебучий, только глаза открой, ну же давай, ты нам нужен, ты всем нужен, без тебя вся эта война прахом пойдет, без тебя ничего не… Открой глаза. Это просто плохой сон, не бойся...       Скажи, что ты не умер, ненавидя меня.       Иван нашел Велира спустя несколько часов, прижимающим к груди Константина. Остановился, едва не выронив меч.       - Велир! Что… Почему у тебя в руке кинжал?       Велир моргнул. Поднял руку, которой не удерживал голову Константина у себя на коленях. Скользкие от остывшей крови пальцы сжимали рукоять кривого кинжала. Того самого, которым Константину перерезали горло.       Иван застыл над ним. На побелевшем лице жили одни глаза - горели синим огнем непролитых слез. За его спиной переговаривались солдаты, тихо восклицая.       - Скажи мне, что это не ты.       Велир помотал головой. Выронил кинжал и снова прижался губами к ледяному лбу, укачивая короля, словно ребенка.       Два солдата едва оторвали его от трупа. Заковали в кандалы. Велир молчал. Он не видел, как к нему рвались дети, не слышал их вопросов, восклицаний. Он слышал лишь шелест багровой от крови листвы дуба. Он видел лишь молчаливый укор каре-голубого взгляда.       Иван умолял его сказать хоть что-нибудь. Оправдаться хоть как-нибудь. Велир лишь качал головой. Не мог он оправдаться, когда это его руку держал Константин, идя на смерть. Когда все это видели, в том числе сам Иван. Когда его нашли с трупом на коленях и кинжалом в руке.       Нельзя было оправдаться, когда Велир не помнил, как и когда лишился контроля над собственным телом, оказавшись запертым в темноте.       Иван вывел его к колодке. Нажал на плечи, заставляя опуститься на колени. Что-то сказал - вынес приговор.       Приговорил к смерти уже мертвого. Не трать время, Вань. Не мели языком.       Тебе еще спасать страну и помогать королю.       Хоть бы олух его был в порядке. Помнил, чему Велир его учил. Некому будет теперь орать из-за разбитой склянки.       Василь сжал руку Макса, стоя в толпе. Глаз не отвел.       Меч опустился с тихим звуком, похожим на вздох.