Ты не такой, как они...

Зал наполнялся народом. Мы с Георгом снова на этих же VIP-местах, у самой сцены. Да, мы снова в этом клубе. Такое шоу нельзя пропустить. Тем более, оно раз в неделю, только в пятницу. Поэтому мы с другом, даже не раздумывая, забронировали эти места. До начала осталось всего 5 минут, сердце пропускало чуть ли не 300 ударов в минуту, хотелось поскорее увидеть представление. Свет потихоньку погас, но занавес не открылся. Бордовая, бархатная ткань не давала увидеть спрятанное на сцене, да и в зале было темно. Внезапно засветил яркий желтый прожектор, позволяя увидеть юношу, который под музыку начал пластичные движения. Это был блондин в блестящем серо – фиолетовом костюме. Костюм состоял из обтягивающей кофточки и, конечно же, обтягивающих шортиков, а на лице была маска. Его движения были резки и четки, но когда заиграла мелодичная музыка, он плавной походкой от бедра прошел к позолоченной кисти, которая располагалась в правой стороне сцены и, дернув за нее, наконец, открыл занавес! О, Боже… Это непередаваемо словами! На сцене были все мальчики! Все в ярких блестящих костюмах и шикарных карнавальных масках! Сцена словно делилась на три фронта. По сторонам располагались танцоры в более темных костюмах, а в середине промелькали светлые. Музыка потихоньку замолкала, и под клавиши пианино в самой середине сцены на шесте появился... он. Его черные волосы падали на плечи, на нем была черная маска с золотыми узорами и черными перьями, костюм был таким же черным, золотые перчатки до локтя, платформа, как он на ней только держится? Парень спустился вниз, и к нему подошел мальчишка в маске "печали". Он осмотрел парня с ног до головы и, погладив его по щеке, слегка наклонив голову в бок, дал пощечину. Парень с маской печали упал в ноги обитель, и зазвучала резкая тревожная музыка! По сценарию стало понятно, что пришла "тьма", которую никто не преодалеет, потому что она самая сексуальная, самая гибкая и желанная, и, возможно, самая главная! Номер напоминал сегодняшний мир, где мы все марионетки в руках самого главного. Хотя так было всегда, вопрос лишь стоит в том, как именно нами распоряжаются. Так же жестоко и нечестно, как на сцене, или нами пользуются, плевав на все наши недовольствия. Резко потух свет и зазвучала печальная скрипка. Белый прожектор засветил прямо над "тьмой", которая подозвала к себе пальчиком "печаль". Мальчишка с этой маской на коленях подполз к "тьме", которая протянула правую руку. Мальчишка поцеловав ее, стянул перчатку и взглянул на "тьму", словно спрашивая, что делать дальше, "тьма", удержав взгляд на мальчишке, резко повернулась в зал. Зал перестал дышать! Он снова выбирал себе зрителя, только почему в начале шоу? Он провел взглядом по всему залу и резко показал рукой на меня! Заставив от неожиданности вздрогнуть! Затем он снова посмотрел на мальчишку, стоящим перед ним на коленях, тот кивнул и, спустившись со сцены, подошел ко мне и, встав на одно колено передо мной, протянул эту перчатку в двух руках, при этом склонив голову. Второй раз! Почему я? Я посмотрел на мальчишку в этой маске, он мне показался таким несчастным, все-таки, они потрясающе играют свои роли, ради этого стоит отдать 300 баксов! Немного наклонив корпус вперед, я протянул руку и забрал перчатку. Как только перчатка оказалась у меня в руках, свет погас!