Вереск цветет

Это только кажется, что в лесу человек ходит, где хочет. Это не так. В лесу человек идет туда, куда ведет его лес. И как бы опытные грибники или охотники ни хвастались своим знанием леса и всех его тайных мест, это правда только наполовину. Они знают его настолько, насколько он им позволил. Не более. Правда, это относится только к живым лесам. А живой лес – это не только зеленый. Это лес, сохранивший душу. По одному из таких лесов шли двое. Вернее сказать, один шел, а другой полз, но обоим лес радовался. Выравнивал дорожку, убирал с пути препятствия, укрывал от посторонних взглядов туманом. Эти двое сделали для него больше, чем кто бы то ни было за много-много лет. Вот и радуется душа леса и старается сделать путь этих двоих спокойным и приятным. - Это была хорошая мысль, пройтись пешком до замка, правда? – спрашивает у своего спутника худенький мальчишка, загребая ногами яркую опавшую листву. – Тут хорошо! Если бы у Тома были плечи, он бы пожал ими. Не хотелось признаваться, но двигаться по осеннему лесу рядом с сидхе было по-настоящему здорово. Горьковатый запах леса, уютное молчание, а главное, ощущение причастности к чему-то по-настоящему волшебному и важному настраивали василиска на удивительно мирный лад. Раньше такого за собой он не помнил. Да и не было такого раньше. Не довелось. Где-то рядом каркнул ворон. - О, волнуется! Тебе пора прятаться, Том, замок уже близко. Нас могут увидеть! – сказал Гарри. - Хорошо бы, если бы эта чертова ворона подсказала, как это сделать, - проворчал на это Том. Он уже дважды менял свои размеры, но как сознательно этого добиться, не представлял. - Это не ворона, а ворон. И чего тебе подсказывать, когда ты сам все знаешь и умеешь, - развеселился мальчишка. – Просто захоти! - Просто захоти, - передразнил его Том. - Предельно просто! Он вытянулся во весь свой немалый рост, прикрыл глаза и попытался сосредоточиться. Когда-то к ним в приют приходил старенький священник и читал им библию. Одно выражение всегда смущало и выводило из себя маленького Тома: «Будьте как дети, ибо есть их царствие небесное». Он категорически не был согласен с этим высказыванием, потому что, по его мнению, дети - существа глупые и жестокие. Так какой смысл уподобляться им? И только теперь что-то такое стало доходить до него. У этого мальчика такая вера в чудеса! Ему и в голову не может прийти, что что-то может не получиться, тем более у него, такого взрослого и опытного. Том вздохнул, вспомнил ощущение теплых мальчишеских рук, тот покой и чувство полной защищенности, что переживал, когда спал в его кармане. И потянулся всей душой туда… с детской верой в чудеса, которой у него никогда не было. - Ну, вот! Я же говорил, что это просто! Ну, что? Ты полезешь в карман или на плече поедешь? – спросил Гарри, наклоняясь к нему. - На плече! - Тогда будь готов встретится с Шокки, это моя саламандра. Она всегда где-то там обитает. Очень любопытная! – ответил мальчишка, устраивая Тома у себя на плече, между воротником рубашки и шеей. – И не вертись особенно, я щекотки боюсь. - Я надеюсь, это все ценные указания, - прошипел змееныш, пригреваясь в новом месте. Лес в этом месте становился все более обжитым. Под ногами у мальчишки змеилась тропинка, и Том задал вопрос, который давно его тревожил: - Тебе плохо в замке? В ответ Гарри неожиданно для себя рассказал Тому то, что не рассказывал никому. О том, что в замке ему хорошо. И это на самом деле странно: ему было неуютно даже дома, а тут… И о странных снах, и о том что замок ждет от него помощи, и… Договорить он не успел. - Мистер Поттер! Вы совсем совесть потеряли? - Северус Снейп, собственной персоной стоял у него на пути, и настроение у него было плохое, очень плохое. - Вам что, законы не писаны? Сейчас я отведу вас к директору, и вы ему объясните, что вы делаете в запретном лесу один! – отчеканил зельевар. - Не надо к директору! Я не пойду, - растерянно залепетал испуганный не на шутку Гарри. - И как вы собираетесь мне помешать? – поинтересовался Северус и ухватил мальчишку за руку. Том тоже растерялся. Дальше он действовал исключительно на инстинктах. Он скользнул вниз по руке и с удовольствием тяпнул его за кисть, вцепившуюся в руку Гарри. Снейп руку отдернул и, как срубленное дерево, рухнул на землю. - Мы его убили, - совершенно белыми губами произносит этот ребенок. Он кидается перед агонизирующим телом на колени, берет его за руку и принимается высасывать из крохотной ранки яд. Но все его усилия тщетны. Яд распространился очень быстро. - Маленький брат, отодвинься, ты мешаешь, - слышит он над собой. Чисто механически мальчик отодвигается, и над ранкой склоняется феникс, который появился неизвестно откуда. Его слезы впитываются в рану, и зельевар дышит спокойней и размеренней. Еще минута, и он открывает глаза: - Гарри, малыш, почему ты плачешь? И где это мы? Ему никто не отвечает. Его мальчик рыдает так, что заглушает хлопки аппарации. Их окружают взволнованные люди. Кто-то плачет, кто-то смеется. И среди этого безумия на земле сидит зельевар и хлопает глазами: - Люц, хоть ты мне что-нибудь объясни, что с вами со всеми, и где, Бога ради, мы находимся?!! И что здесь делает феникс директора? - Он не директорский, он из замка, - размазывая слезы и сопли по лицу и еще всхлипывая, отвечает Гарри. – Ты вернулся, Северус, ты вернулся! Он кинулся на шею зельевару и крепко его обнял: - Я знал! Я знал, что ты вернешься! - С возвращением, брат! – говорит Люциус и обнимает их двоих. С визгом к ним кидаются Герми и Драко. Они и стоят так, разделяя объятия, а рядом поздравляют друг друга гоблины и вампиры. - Что-то мне нехорошо, - говорит зельевар. Его подхватывают, и все возвращаются снова на поляну, где еще не разобрали походные палатки. Северуса укладывают в постель, и он, измученный, засыпает. - Мы все почувствовали вспышку твоих эмоций, Гарри! Испугались ужасно! Думали, с тобой что-нибудь не так! А тут… такое счастье! Как вы это провернули? – заговорил шепотом Люциус, поправляя больному подушку. - Это не я! Это Том и феникс! – тоже тихо отвечает Гарри и сумасшедше улыбается. - В гробу я видел такие приключения, я старенький василиск, мне волноваться нельзя, - еле слышно шипит Том, но Гарри услышал. Достал недовольно шипящего змееныша и чмокнул прямо в безобразную морду. - Ну, вот, еще и обслюнявили!