Вереск цветет

(отбечено) Все произошедшее потом каждый запомнил по-разному. Гарри и Драко не сразу поняли, что происходит. Заметили только недвижный силуэт их подруги и собирающуюся дать стрекача рыжую девчонку. Что что-то не так, стало понятно сразу. Драко приложил беглянку «остолбенеем» и тряхнул растерявшегося Гарри: - Я отвлеку тех, кто в библиотеке, а ты вызывай наших! Времени придумывать что-нибудь новенькое не было, поэтому Драко пошел по проторенной тропинке. Взобрался на ближайший стол и затянул: Хорошо в Дурмстранге, скажет кто-нибудь, А ты пойди-ка к озеру и наполни грудь. Воздух, в котором болотные газы, Но нет черно-магической заразы! Кто-то скажет светским тоном, Хорошо и в Бон-батоне… Знает в замке каждый тормоз – Если парень – лучше в Хогвартс! Стихи, а самое главное, манера их исполнения, привлекли всеобщее внимание. Стол, на который он взгромоздился, окружили замученные домашними заданиями студенты. Каждое четверостишие сопровождалось свистом и аплодисментами. Возмущенные вопли мадам Пинс тонули во всеобщем гаме. Драко продолжал, пока не увидел в дверях морду Ульха, заглядывающего в библиотеку. **** Северус вместе с Томом оказались на месте происшествия первыми. Предупрежденные Рози, они в считанные секунды добрались до подавленного Гарри и двух неподвижных девочек. - Срань Господня! Она все-таки сделала это! – зашипел Том. - Гарри, не стой столбом. Мантия-невидимка! Я велел ее тебе носить с собой! Где она? – распорядился Северус, нервно оглядываясь. Его взгляд зацепился за стену, где было оставлено послание: «Ее кости сгниют в Тайной комнате». - Вот мелкая дрянь! – продолжал шипеть Том - Том, где ближайший вход в эту Тайную комнату? – спросил зельевар, помогая Гарри укрывать юную террористку мантией-невидимкой. - За тем поворотом, в женском туалете! - Спокойно, мы со всем справимся! Появился приведенный Рози Люциус, а следом и Ульх, сопровождаемый розоватовой дымкой. Из библиотеки неслись смех, крики и голос декламирующего Драко. - Ульх, иди вперед на разведку, а ты, Рози, доставь в этот туалет Гермиону! – уверенный негромкий голос всем внушал спокойствие и уверенность. – Потом вернись за этой… и тоже ее туда. Люц, ты с нами не пойдешь, тебе к Локхарду! Делай что хочешь, но через пятнадцать минут его задницы не должно быть в Британии! Потом позовешь Рози, она доставит тебя к нам, - закончил свою негромкую речь Северус, и маги поспешили покинуть место преступления. До туалета они добрались без проблем, но, как оказалось, трудности только начались. В туалете Том прошипел что-то на своем змеином языке, и одна из раковин сдвинулась с места. Открылся проем в полу. И в этот момент в туалет стал просачиваться через стену Кровавый барон. Даже до конца не выплыв из стены, он уже заблажил на всю округу: - Нарушители, преступники! Все сюда! Никто ничего не успел сказать - да что там сказать, подумать даже - когда розовая дымка уплотнилась слегка, посветлела и обратилась в Елену Равенкло. Девушка подплыла к торчащему из стены Барону. Обвила его шею цепями, волочащимися за ним, и нежным глубоким голосом произнесла: - Или ты заткнешься, любимый, или я помогу тебе это сделать! Может, цепи на шее помогли, а может, этот крестоносец и вправду любил когда-то Елену, но факт остается фактом: он заткнулся. Елена неделикатно выдернула его из стены, как морковку, и первая нырнула в темноту провала вместе со своим призрачным возлюбленным. Следом в отверстие стек Том в натуральном уже огромном виде, держа в зубах зачарованную Джинни, за ним спустился Гарри. Прежде чем последовать за ними, Северус приказал Ульху вернуться за Драко. Он взял на руки Гермиону и тоже шагнул в провал. В туалете стало тихо. Только из крайней кабинки выбралась плакса Миртл: - Ничего себе! Что творится в этой школе?! Время идет, а ничего не меняется! Безобразие! – и она снова зарыдала. Потом затихла и подумала, что, несмотря на привязку к месту своей смерти, может, ей стоило бы перебраться в гостиную барсуков. Благо, место факультетского привидения вакантно. По здравому размышлению она так и сделала. От греха подальше. **** Каждый раз, когда Гарри сталкивался с насилием или смертью, что-то застывало в его душе, мешая ему думать и дышать. Это было больно. А уж когда это коснулось Гермионы, почти его сестренки, он вообще перестал чего-либо соображать. Он делал то, что от него требовали: шел, прыгал, но в голове стучала только одна мысль: «За что?» Поэтому он слабо помнил и события, и путь, да и саму тайную комнату он почти не видел. Только бледное застывшее лицо Гермионы. Как только они остановились и Северус поставил девочку на пол, мальчик сразу кинулся к ней. Он не видел, как уже не тоненькие ниточки, а толстенные канаты силы оплели их вместе с Гермионой. Он смотрел только на ее лицо и видел, как смерть отпускает Гермиону, как смягчаются ее черты, и страшное оцепенение постепенно проходит. Не видел он, как те же канаты силы, поддерживающие его, делают прозрачной каменную кладку древнего строения. Не заметил он и того, что вместо подземелий они оказались под низким знакомым пасмурным небом, а вокруг были изумрудные холмы, поросшее травой и вереском. Очнулся он только тогда, когда Северус подхватил уже спящую Гермиону и уложил ее на землю в цветущий вереск. - Где это мы? - Это легендарное Подхолмье, Гарри! Как ты? – обеспокоенно спросил зельевар. - Странно, но я чувствую себя отлично! - Ну, еще бы, дьявольское отродье! – завопил опомнившийся Кровавый барон. – Жаль, я раньше тебя не заметил! Ты бы сейчас землю жрал и скулил о пощаде, как твои предшественники! Он забился в призрачных цепях, но Бобби держала его крепко. - Они здесь! – уверенно сказал Гарри. - Они оба здесь! Я чувствую! - А нам сейчас поможет их найти наш славный рыцарь, ведь так? – послышался знакомый густой бас Хель. – Ведь ты же не захочешь ухудшить и без того не слишком завидное свое положение. Отсюда тебе от меня не уйти. И ты это знаешь! Тут, милашка, ты сам себя перехитрил! В другом месте мне бы до тебя не добраться. - Геенну огненную на ваши головы, да не убоюсь зла! – завопил бывший крестоносец. - Госпожа Хель, можете забирать этого убогого, я сам найду их, - брезгливо поморщился Гарри. - Вот за вежливость я и люблю этого ребенка, - хохотнула Хель, ухватила барона за бороду, и они исчезли. Мальчик закинул голову и зажмурился. Среди цветущих холмов, как призрак, снова встали каменные полупрозрачные стены, и статуи змей, и нелепый мужской скульптурный портрет во весь рост. - Это там, - показал Гарри на статую Слизерина. В призрачную тайную комнату вошли Люциус, Драко и Луна. К могиле Гриффиндора и Слизерина подошли уже все. Мальчик коснулся щита в ногах статуи, и открылась могильная плита. А когда и она исчезла, повинуясь желанию мальчика, магам открылась страшная, но завораживающая картина. Оба основателя полулежали в крохотной могиле, где невозможно было выпрямиться во весь рост. Они обнимались, перемешивая черные и рыжие волосы, и казалось, что они просто уснули. Гарри встал на колени, наклонился и коснулся руками голов погибших основателей, и, как в прошлые разы, к пасмурному небу полетели разноцветные искры. И всех, кто это видел, накрыла горькая радость. Тысячелетняя история предательства и коварства наконец закончилась. Казалось, что и все вокруг вздохнуло свободно. Тайная комната, построенная на костях, исчезла окончательно. И Том, до этого старательно отворачивающий свою уродливую голову, чтобы никто не заметил его подозрительно повлажневших глаз, все-таки сказал: - Все это конечно, хорошо, господа, но что мы будем делать с этой мелкой пакостницей? Продолжение следует.