Трудно не быть драконом - 2

...Ламис эр-Ниретайн, Магистр стихийной магии, бывший преподаватель Школы Магии, по прозвищу Ольха, был сиротой. Правда, ему повезло: в отличие от других уличных попрошаек - у него заметили магический дар, забрали в школу, принялись учить, потом еще и предложили преподавание в этой самой школе. В общем, все прекрасно сложилось у Ламиса. Вот разве что в личной жизни не везло ему категорически. Сперва никому не то что в мужья, в любовники не сгодился неказистый парень, а потом, хоть в любовники он и угодил, но мужем так и не стал. И что с того, что любовник Повелителя драконов, если на всех портретах Королевский Венец избранника светился золотом, а в действительности на это ненавистное золото даже намека не было? - Супругом? - вытаращился на него Повелитель драконов, когда Ламис все-таки впрямую спросил. - Человека? То есть, я хотел сказать... Что там Вирастайн хотел сказать, Ламиса больше не волновало, он припечатал магией в стену так, что все драгоценные мозаики раскрошились в мелкую пыль, развернулся и шагнул в телепорт, оборвав все магические нити за собой. Обида хлестала из души фонтаном. Все три года он надеялся, что для дракона он не просто так... не подстилка, хотя по первости по Дворцу ходили и такие слухи... Не игрушка... Хотя было даже невооруженным глазом заметно, что Повелитель драконов к нему неравнодушен... Но Венца как не было, так и не было... От чего это зависело, Ламис не знал. А раз Вирастайн ничего объяснять не собирался, то пусть. Может, Ламис и сирота, за которого заступиться некому, но уж точно себе цену знает. И цена эта повыше, чем ночи в королевской спальне! Он был твердо уверен, что не пропадет. В конце концов, окончание Магической Школы - это вам не тролль чихнул. И силы Ламису было не занимать. Поэтому оборачиваться он принципиально не стал. В чем был, в том и ушел. *** Он укрылся у дроу в подземельях, приняв облик маленького летучего мыша. Дроу магией не владели, во всяком случае, той ее разновидностью, которая могла бы помочь с опознанием оборотня. Да и в том, что его будут искать, он крайне сомневался. Так что жизнь летучего мыша была ему только в радость. И хозяин попался хороший. Ласковый. Гладил его по пушистой шубке, кормил кусочками мяса, пускал под рубаху, когда Ламис мерз. Ну, вот чем не жизнь? Этот дроу даже дал ему имя - Анир. Кажется, оно означало какой-то камень в подземельях. Ламис не особенно об этом задумывался. Да и к чему? Тепло, сытно, безопасно. Кормят. А что он периодически светился в темноте - так это издержки магии. Ну, некуда было ему, бедному ее сливать, некуда. Вот и приходилось расходовать на разную ерунду. Самое главное, обида потихоньку переставала грызть, когда теплые руки хозяина гладили и запихивали запазуху. Он был кому-то нужен. И им дорожили. Дроу ничего не требовал взамен своей заботы, просто делил с Аниром еду и плащ, шатался по подземельям, изредка упражнялся в огненной магии. А вот в ней как-то ему не везло. Судя по всему, она вырывалась у него из-под контроля, и с темным происходили разные разности. То светильник в покоях у Великой Жрицы своротит, то стол с притираниями опрокинет, то еще чего-нибудь... Ламис сперва одергивал себя: не надо перекидываться, не надо учить этого темного эльфа магии, он и сам справится. А потом просто привык к таким происшествиям, относясь к ним с юмором и терпением. В любом случае, каждый раз было забавно. И вот однажды в пещеры явился... дракон. Красноволосый. И незнакомый. Ламис сперва побаивался приближаться, лишь затем вспомнил, что видеть внутреннюю сущность драконы не умеют. А если и опознают оборотня - так он Вирастайну не говорил, в кого превращается. Его хозяин отреагировал на дракона настороженно. Сперва они вместе понаблюдали, как тот шарахается в темноте, а потом отвели его к Великой Жрице Второго Дома. И как назло, магия темного решила показать себя. Так что свороченный - уже в который раз - светильник пришлось поспешно возвращать в стоячее положение. Их выслали. Разумеется. В общем-то, путешествие оказалось занятным. Первые в душе скребущие кошки сомнения появились у него еще тогда, когда в костре возникла саламандра. В этот момент он понял, что дракон лишился своей магии, и обрадовался - теперь опознать его никто не сможет. Светлые эльфы его порядком повеселили, хотя пришлось отвлекаться на поохотиться и поесть. А вот при виде явившегося пасынка внутри что-то потянуло, закололось, отозвавшись болью. Но тот выглядел вполне довольным жизнью, так что Ламис утешился хотя бы этим. Ситуация с "Вэдээн-ха" его порядкам позабавила. Хотя такое поведение Повелителя драконов его несколько озадачило. По логике вещей, так за "просто игрушку", не признанную Драконьим двором не мстят. Но злость на Вирастайна все равно не прошла полностью. Человек... И что? На себя бы посмотрел, ящерица-переросток! Приключения в Подземном Крае были забавными ровно до того момента, как дракону не вернулась его магия. Хотя собственником он оказался еще тем... Так забавно защищал своего темного, как будто у Ламиса все эти годы не было возможности того соблазнить! Да если бы он хотел... Но все дело было в том, что он НЕ хотел. После Вирастайна ему ничего и никого не хотелось. Он словно впал в своеобразную спячку. А тут этот мелкий нахальный красный драко-малыш взбодрил его и снова окунул в жизнь по самое "не-балуйся". Еще так забавно шипел и хорохорился, словно все беды Драконьего Края были виной Ламиса. Хотя, какие у них там беды могут быть, золота маловато на мостовых лежит? А к власти Ламис никогда серьезно не относился. Ну, подумаешь, не смогли найти королевские регалии и принять какую-то там делегацию морских? Так те давно на подчищение морды нарывались... Хотя послушать про то, как племянник с кем-то там вась-вась... вот про это Ламис с удовольствием бы поболтал. Но вот хозяин его откровенно порадовал. Так все спокойно воспринял. Вот только появление у него на лбу Венца Избранника поставило Ламиса в ступор. Как так?! Как так?! Почему у темного все вышло ТАК быстро? Рааааз, и ВСЕ! Вот он, Венец, прямо на лбу! Почему у Ламиса так не получилось? Ведь они с Повелителем все три года тоже не цветочки на полянке нюхали... Это снова заставило всколыхнуться старую обиду. И даже известие о том, что Вирастайн его разыскивает, не порадовало. *** Сейчас Ламис мерил шагами ковер в своей прежней комнате, сохранившей прежний вид, как и было при нем. Небольшая и уютная спальня, в которой тогдашнего Повелителя Драконов застать можно было куда чаще. чем в его собственных покоях. За окнами, высокими и отражающими небо во всей его красе светило солнце. Прошло вот уже несколько недель, как его притащи сюда, в Замок Драконов. А бывшего любовника все еще не соизволило появиться. Но не это беспокоило Ламиса. Его мучал вопрос о Венце. Он добросовестно проштудировал все книги и свитки, расспросил летописца. Ответ был один: взаимное желание. И этот ответ вгонял Ламиса в бешенство от непонимания. В том то и дело, что вроде бы взаимное желание у них с любовником присутствовало. И в постели у них была полная гармония. Море удовольствия, как с одной стороны, так и с другой. Или нет? Ламис серьезно задумался над этим вопросом. Он-то не притворялся. Но Венца так и не появилось - это был красноречивый факт, с которым было не поспорить. Значит, притворялся не он? Тогда зачем? Зачем надо было мучать Двор и заставлять их есть с простой посуды? Зачем было насильно поддерживать на Драконьих землях осень, хотя Ламис так ее любил? Просто потому, что любил? Или чтобы светлые эльфы не вторглись войной, для них же осень – священное время года? Маг остановился возле стены, с досадой врезал по ней кулаком, рассадив костяшки пальцев. Боль немного отрезвила. - Заседлайте мне виверну, хочу прокатиться, - приказал он, выглянув в коридор. Наплевать, что стражникам не полагается бегать с поручениями - не переломятся. Стоило проветрить мозги, а то от всех этих мыслей голова уже начинала болеть. Что бы он там себе не думал, удовлетворяющего ответа в голову никак не приходило. А раздражение настойчиво требовало выхода, но не во Дворце же его выплескивать? - Виверна заседлана, - через пять минут примчался расторопный мальчишка-слуга. - Прикажете сказать Повелителю Кайристеррину, что отправляетесь на прогулку? - Нет. В конце концов, он ему никто, и отчитываться ни перед кем не должен. Ламис легко выбежал из дворца, дошел до стойла с вивернами. Ему заседлали виверну, чем-то похожую на его бывшую любимицу. Такие же длинные задние лапы, такая же нахальная морда... Уздечку держал мальчишка-дракон и улыбался. Ламис скептически глянул на него и принялся усаживаться в седло. Странно. Даже седло скрипело так знакомо... - Она вас ждала все это время, - отчитался дракон. - Повелитель Вирастайн ее лично чарами обвешивал. - Что? - Ламис не сдержал удивления. - Пылинка? *** - Что? - Ламис не сдержал удивления. - Пылинка? Виверна, прозванная так за цвет шкуры, сонно зевнула, потом уставилась на него, решив уделить внимание всаднику, решившему забраться на нее. И мальчишка-дракон еле успел отпрыгнуть, когда Пылинка с ревом кинулась ронять любимого хозяина и топтаться по нему, безостановочно визжа. Ламис гладил узкую длинную морду, клацавшую клыками поблизости от его лица, и улыбался. - Пылинка! Живая! Виверна повизгивала и тыкалась ему в грудь мордой. Не отучи он ее в свое время, так еще бы и облизывать попыталась. Ламис не мог прийти в себя от такого. Как? Зачем? У него не укладывалось в голове. Зачем? Маг сделал несколько вдохов-выдохов, чтобы успокоиться. Все это время мальчишка стоял рядом и тихо улыбался. - Она вас узнала, господин Ламис! - Еще бы... Пылинка, ну хватит, я же полетать собирался. Гулять! Знакомое слово виверну сразу успокоило. Она дождалась, пока обожаемый ею человек заберется в седло, и рванула вперед, сметая всех на своем пути. Мимо со свистом пронеслась арка ворот, стражники едва успели помахать им руками, узнав всадника. Виверна неслась, радостно пыхтя, набирая скорость перед взлетом. Потом она пружинисто взвилась вверх, замахала крыльями и торжествующе заорала. Животное радовалось, каждый взмах ее крыльев говорил Ламису об этом. Она несла его гордо, красуясь перед всадником своей силой. Крылья махали ровно, давая магу ощущение безопасности даже на такой высоте. Внизу плыли зеленые поля вокруг замка, и Ламис с наслаждением снова вдохнул воздух, заполненный ароматом свежей травы. Потом снизу поднялись два белоснежных дракона, понеслись рядом, по обеим сторонам - почетная стража. Ламис недовольно поморщился. Сопровождение ему никогда не нравилось. Это так утомительно, не дай Тьма, он врезался бы в кого-нибудь из них на вираже. А ведь он любил пошалить в воздухе, позакладывать немыслимые виражи и повыкрутасничать. Пылинка попыталась проделать один такой только что, драконы шарахнулись в стороны. "Хорошо обученные", - подумал маг. Прогулка завершилась на прекрасной ноте - Пылинка перекувыркнулась, Ламис вылетел из седла и перекинулся прямо в воздухе. Ах, как заметались драконы, которые маленького мыша не увидели! Виверна тоже заволновалась, но нюх ее не подвел, и вскоре она с визгом погналась за существом, пахнущим ее обожаемым человеком. Играть в догонялки в мышиной форме с Пылинкой Ламису понравилось. Они носились друг за другом туда-сюда, введя в ступор драконов, которые, очевидно, подумали, что виверна на радостях сошла с ума. Потом Ламис снова возник на спине Пылинки. - Домой, девочка. Виверна радостно рыкнула и припустила к замку. Драконы явно заметили его появление, но виду не подали. Ламис остался доволен их поведением: не мешали кувыркаться, не вопили, куда он делся, все было спокойно и чинно. Короче, прогулка удалась, и возвращался маг вполне довольный. Пылинку сразу же бросились кормить и закармливать. А еще чистить, хотя она вроде бы и не успела запылиться во время прогулки. Ламис с улыбкой не только наблюдал за всем этим, но и принимал посильное участие. Ухаживать за любимицей ему и тогда нравилось. Уж больно та была ласковой с человеком. - Господин Ламис, - от чистки его отвлекли. - Обед подан. - А что, его Драконье Величество уже отобедали? - язвительно поинтересовался маг. - Как можно! - воскликнул слуга. - Все ждут только вас! Еще одно нововведение. До его побега... стратегического отступления, на него накрывали отдельно. Каким-то хитрым образом он всегда умудрялся то опоздать к приему пищи, то прийти раньше всех. - Хорошо, сейчас приду, - кивнул Ламис. И действительно, в небольшом и уютном обеденном зале его уже ждали: Лиэнтар со своим драконом, Кайристеррин с супругой и четырьмя отпрысками - все сидели за накрытым столом и весело переговаривались в ожидании. - Прошу прощения, опоздал, - констатировал факт Ламис, подходя и садясь на заботливо отодвинутый стул. - Ничего страшного, - Кайрис кивнул. - Остыть обед не успел. Энтар улыбнулся ему и кивнул. Йаррен приветливо помахал рукой и заявил: - Сегодня у нас твой любимый суп. Гороховый. - Он развернулся к своему темному и продолжил, - Кто бы мог подумать, что мы не успели попробовать такую вкуснятину, когда были у людей! - Ничего, зато ты успел вдоволь напробоваться гномского самогона, - напомнил Ламис. Энтар не удержался и прыснул со смеху. Живя во дворце, вместе со своим драконом, темный эльф стал более открытым и эмоциональным, хотя его чувство юмора осталось прежним. Йаррен тоже хихикнул. - Наверное, частушки распевал где-нибудь на столе, - покаялся он. Энтар только кивнул в ответ. - Приятного всем аппетита. Хотя произнес это Кайрис вроде бы спокойно, все мигом присмирели и сосредоточили все внимание на обеде. За супом подали жаркое с этими маленькими и пупырчатыми, которые очень любил Ламис, с огурцами. Как оказалось, как Йаррен, так и Энтар, оба их тоже очень любили. - Приходится вносить изменения в повседневный рацион, - пояснил Кайрис. - Вернулся ты, теперь еще и темный эльф... Ламис покосился на темного эльфа, своего бывшего хозяина. Магическое зрение включилось само собой и показало, что Венец теперь уже плавно "стекал" с виска дроу по щеке красивыми завитушками и достиг своего максимума. Согласно Хроникам Драконьего Края, дальше увеличиваться он уже не мог. - Что ж, приятно, что хоть кто-то тут пытается думать о других, - аппетит пропал, Ламис встал, отодвинув стул. Темный с драконом недоуменно переглянулись, Кайрис только пожал плечами. Дети и супруга деликатно обошли сей факт вниманием. - Спасибо, что составил нам компанию за обедом, - кивнул на его уход Кайрис. И это тоже было необычно. Раньше его уход сопровождали бы шепотки многочисленных придворных. И, кстати, его ложка была явно из серебра. Любопытно, почему, - задумался Ламис. - Господин Ламис... - кинулся к нему слуга. - К вам гость. Ожидает вас в ваших покоях. Интересно, кого из придворных принесло, наверняка, торопятся почтение выразить или что-то в этом духе. - Спасибо. Я его навещу. В гостиной никого не оказалось. Ламис осмотрелся, хмыкнул: должно быть, еще один способ показать, как же приятно ставить человека на место. Что ж, не в первый раз... *** Гость нашелся в спальне. Сидел в кресле, внимательно рассматривая вошедшего Ламиса и улыбался так, что у любого, одаренного такой улыбкой, сердце бы затрепетало от волнения, столько в ней было нежности. - Ты... - процедил маг сквозь зубы. - Я, - согласился гость. Золотая радужка указывала на дракона, рубиновая толстая коса до пояса - на королевскую кровь, то и дело отводимый в сторону взгляд - на некую нервозность. - Какого демона? - прошипел Ламис. - Мне сказали, что ты наконец-то вернулся. Вирастайн - а это был именно он - поднялся, сделал несколько шагов к Ламису. - И что, ты вот так просто бросил все свои важные дела и примчался? Не верю. - У меня нет дел важнее, чем быть с тобой. - Знаешь, - маг прошел к креслу и нарочито медленно уселся в него, закинув ногу за ногу и скрестив пальцы в замок перед собой, - будь я все тем же наивным мальчишкой, что грел твою постель тогда, то я бы даже поверил. - Ламис... - дракон растерянно смотрел на него. - Но это правда, я искал тебя все это время. - Нет, нет, - прервал маг открывшего было рот дракона, попытавшегося ему возразить, - факты упрямая вещь. И Венец у меня так и не появился. Несмотря на все твои заверения о любви. Так что зачем ты искал меня - непонятно. - Потому что я тебя люблю. Ламис оторопел от такого заявления, а потом откинулся на спинку и громко захохотал. - Вот как, - отсмеявшись, проговорил он. - Тебя это веселит? - Очень. - Можем провести эксперимент, - ответил дракон, вставая. - Я хочу поцеловать тебя. И тогда посмотрим. - А я не хочу тебя целовать, - отрезал Ламис. Дракон медленно, словно опасаясь испугать, приблизился. Маг заледенел в своем кресле и затаил дыхание. Вирастайн осторожно положил ладони на подлокотники кресла и сел перед ним на корточки. Он пристально вгляделся в лицо человека, и его сердце сжалось от боли. - Ты боишься меня теперь. - Нет, не боюсь. Вреда ты мне не причинишь, - Ламис даже улыбнулся. - Я просто тебя ненавижу. Это немного иное. Давай, целуй... И убирайся. Дракон неопределенно хмыкнул и поднялся, впиваясь человеку в губы. Несмотря на недавнюю нежность во взгляде, поцелуй был собственническим, яростным и нетерпеливым. Ламис только усилием воли остался невозмутимым, вытер губы тыльной стороной ладони и брезгливо скривился. - Ну и где твой хваленый Венец, а, ящерица летучая? Лоб человека остался таким же чистым. - Но... - Вирастайн растерялся. - Я же хотел, чтобы он появился... Ламис даже не удостоил его ответом, просто лениво махнул рукой, и дракона вынесло за дверь. *** Вирастайн проехался по полу, несильно ударившись спиной о противоположную стену коридора. Внутри у него смешивались недоумение и обида. Он поднялся, посмотрел на дверь. Нет, силой ничего не добиться. Но как же так? - Отец? Старший из сыновей, нынешний Правитель, не замедлил появиться. Вирастайн посмотрел на него. - Все в порядке. Семейные нелады. - Ступай спать, отец. Утром мы во всем разберемся на семейном совете. Самый старший дракон ушел, Кайрис задумчиво смотрел ему вслед. Потом вздохнул и пошел в свое крыло дворца. Он медленно брел по просторным коридорам, мимо огромных комнат и холлов. В одном из них он заприметил целующуюся парочку: драгоценный племянник и его не менее драгоценное сокровище - темно-эльфийский супруг. Парочка изучала счастье, как камень, нагретый солнцем за весь день, излучает тепло. Повелителя они даже не заметили, целуясь и тихонько переговариваясь о чем-то своем. Дракон сидел у дроу на коленях, перебирая пальцами серебристые волосы. Теперь, когда не было нужды постоянно думать о защите, темный стал носить их распущенными. По мнению Кайриса, смотрелось красиво. - Эй, ящерицы на скале, марш спать, - для порядка прикрикнул он. - Уже идем, дядя, - бодро отозвался Йаррен, но с супругом целоваться все-таки продолжал, не думая никуда двигаться. Кайрис еще пару минут смотрел на них, потом в голову закралась мысль. Чем дальше он обдумывал ее, тем более привлекательной она казалась...