Попандос по-Средиземски

Всю ночь я не могла уснуть. Как только мы зашли обратно в гору, Балин показал мне комнату для ночлега, которая была относительно цела. Там находилась небольшая кровать, сундук с каким-то тряпьем, стол, на котором были разбросаны вещи, а также куча маленьких камушков на полу, сломанная деревянная мебель и толстый слой пыли. Прошлой хозяйкой явно была женщина. С левой стороны я увидела лежащие возле прохода в другую комнату двери, и аккуратно вошла в проход. Там была когда-то купальня, судя по ванне, наполненной уже заплесневелой водой. В углу лежало ведро и тряпки, что тоже покрылись пылью. Всё это время я думала о Торине, а точнее о его поведении и как далеко он может зайти с этой манией золота. Желая отвлечься, я набрала той воды в ведро и пошла приводить покои в относительный порядок. Я тёрла этот пол так яростно, что в тряпке протёрла дырку, поэтому нужно было выпустить пар и быть аккуратнее. После почти двух часов работы, я радовалась порядку, и легла на мягкую постель. Спустя нескольких месяцев скитаний, полевых условий и прочего дискомфорта, я наконец сорвала джекпот, оказавшись в человеческих условиях. Все мышцы отдавали ноющей болью, я была ужасно истощена и уставшая. Но сон так и не приходил. В конце концов моя усталость одержала верх над вечно активным мозгом и телом. Поэтому до утра я погрузилась в сон. Разбудил меня Ори, сказав, что уже утро Торин созывает всех на собрание. Делать было нечего, и на ватных ногах я подошла к сундуку в поисках сменной одежды, поскольку моя пришла в негодность. Натянув на себя какое-то платье желтого цвета, и выйдя в коридор, гном рассказал как пройти к предводителю, а сам пошел будить остальных. — И да…Торин уже не тот. Так что особенно тебе нужно быть предельно осторожной. – бросил он мне и зашагал прочь. Пройдя по указанному маршруту, оказавшись возле массивных дверей, я для приличия постучала и толкнув их ногой прошлась к трону по тонкому мосту. — Всем доброе утро! – пробубнила я себе под нос, потому что сон еще не проходил. Собрались почти все, они стояли по группам и обсуждали что-то между собой, а вот Дубощит и Балин стояли возле полуразрушенного трона. Когда же я поравнялась с мужчинами, все присутствующие обернулись на меня и поздоровались, оценивая взглядами. Вступив в разговор с хоббитом, я и компания стали ждать полного сбора. Когда же все собрались, выстроившись перед королем, он отвлекся от разговора с седым гномом и выступил вперёд. — Рад вас всех видеть! И благодарен за то, что мы разделили этот путь вместе, – мужчина говорил уверенно, торжественно, только в его тоне и взгляде что-то кардинально поменялось, и это напрягало, – Эта гора дорого нам далась, и я не готов снова её терять! Вдруг гном сорвался на крик. Сонливость как рукой сняло. Руки машинально сжали юбку платья. Но на этом Торин не закончил. — Чтобы заявить свои права на трон, я призываю вас отыскать святыню нашего народа — Аркенстон! Он должен быть найден до того, когда к нашим вратам придут недруги с мотивами украсть наше! Дубощит окинул всех высокомерным взглядом. Вдруг Двалин приложил кулак к своему сердцу и опустился на одно колена, не спуская глаз с друга. Так поступили и другие. Мы же с Бильбо стояли последние, но хоббит быстро смекнул что к чему и тоже повторил это действие, дёрнув меня за подол. Дубощит смотрел на меня, будто пытался силой мысли заставить меня так сделать. На смену грусти и растерянности пришла решительность и раздражение. —* Тебе дорого обойдется этот поклон! – пронеслось в голове. Высоко вздернув низ платья, я все же стала на одно колено, а руку свела в кулак и приложила к левой груди. На моём лице же была пренебрежительная ухмылка. Краем глаза я заметила, как Торин прикусил щеку изнутри, и сменил всех ледяным взглядом. После он, будто опомнившись, выказал всем признательность, и указал на дверь. Дойдя до пункта назначения, гномы распределили между всеми по несколько участков, что должны быть исследованы в поисках треклятого камня. Мне досталась небольшая площадь рядом с лестницей. Вначале было трудно разгребать эти кучи золота под собой, затем я делала это всё менее энергичнее. Но когда на ступеньках появился Дубощит, и приказывал быстрее искать, у меня отбилось последнее желание как либо помогать. Так прошёл наш следующий день, который мы опять посвятили поискам реликвии. Я ради приличия бродила между этих несметных богатств, ковыряясь в них носком своих сапожек. Несмотря на пристальный и грозный взгляд капитана, в мою сторону не было никаких претензий. Но всему приходит конец, и эта идиллия закончилась одним из самых неприятных образов. На четвертый день пребывания здесь, я и Бильбо прогуливались коридорами. Балин выпросил у предводителя небольшой перерыв, я же не хотела упускать такой возможности развеяться. Единственным временем отдыха была глубокая ночь, когда даже самые выносливые еле перебирали ногами. Ещё были перекусы, но часто это было на ходу и очень быстро. Держался лишь Торин. Казалось, будто его питает эта самая болезнь, и поэтому ему не требовались сон и пища. Хоть и выглядел мужчина соответствующе, его безумие росло и росло. Единственное, что можно было от него услышать в эти дни, так "Быстрее, хватит лениться! Обыщите каждый миллиметр", и тому подобное. Мне совсем не хотелось вспоминать его лицо, которое не издавало ничего, кроме жажды заполучить желанное. — Ты слышала? – Бильбо, что активно делился своими мыслями по поводу королевского камня, вдруг замер и прислушался. Я тоже прекратила наш диалог и услышала со стороны входа в гору какие-то голоса. Со временем они стали всё чётче, и среди них удалось расслышать Оина, Бофура, Фили и Кили. Добежали мы к ним очень быстро, и как только я и Бэггинс остановились, сказу сомкнули прибывших в крепкие объятия. Они стали будто тем лучиком света в кромешной тьме, порадовав нас своим появлением. — Как я рада вас всех видеть! – не сдерживая эмоций, я повторно обнялась с братьями, – Очень рада, что твоя нога в порядке, Кили. Младший принц улыбнулся до ушей своей искренней улыбкой. Нужно было столько всего рассказать, но всех прервал полурослик. — Нам всем нужно уходить! – не успели ребята задать вопрос, сразу же получили ответ, – Торин, он не выходит из сокровищницы уже очень давно. Сидит там, ничего не ест и не спит. Эта гора плохо на него влияет. Гномы слушали, не перебивая. И тут Фили, который с каждым словом становился все угрюмее, ринулся по коридору. Все ринулись за ним, но поскольку уговаривать его было бесполезно, я нагнала его и указывала путь. Когда наша компания наконец вышла на ступеньки, что вели прямо к сокровищам, Торин находился среди этого богатства и бормотал что-то себе под нос. —...горы золота…стоят всей пролитой крови, успокоят боль…– наконец он поднял голову прямо в нашу сторону. Братья смотрели на него с опаской. — Узрите же великую сокровищницу Трора! – он поднял с пола огромный драгоценный камень и бросил его в ладони племяннику, а сам развел руки и торжественно заговорил, – Добро пожаловать, сыновья моей сестры, в королевство Эребор! Первым выбежали отсюда братья, дальше за ними последовали Бофур и Оин, Бильбо же вызвался проводить их к остальным. Не знаю что на меня нашло, но ноги сами понесли меня на встречу предводителю. — Они просто ещё не привыкли к такой роскоши! – обернулся на меня король, а я заглянула ему прямо в глаза, позабыв о всяких рамках. — Ох нет, они не привыкли к новой версии тебя. Того Торина, который находился с нами плечом к плечу они уважали и ценили. Сейчас же, хоть и в дорогой шубе и короне ты выглядишь не лучше того Альфрида. — Не слишко ли много ты себе позволяешь?! – таким злым я не видела мужчину никогда, – В таком случае стоит преподать тебе урок! Дальше всё произошло слишком быстро. Торин развязал свой ремень, и хотел развернуть меня спиной к себе, уже замахиваясь для удара. Но я успела среагировать, и вцепившись в его ладонь ногтями, что есть силы надавила. Хватка его ослабла, и как только он выпустил ремень из рук, я влепила ему звонкую оплеуху. — Ах ты дрянь! – тут же гном больно притянул меня за декольте платья, и замахнулся уже ладонью, намереваясь попасть не по спине, а по моему лицу. Меня обуздала такая волна гнева, что держать её в себе уже не удалось, впрочем и не очень хотелось. Я успела быстрее нанести ему ущерб, ударив его между ног. Дубощит отступил на несколько шагов, а из груди послышался рык. Для надёжности взяв в руку увесистый кубок, я бросила ним в голову Торина, который после этого свалился с ног, тяжело дыша. — Я так понимаю из-за золота у тебя разум помутился! С каких это пор я должна обороняться от того, с кем делила пони, еду, место в отряде? Помниться ты говорил, что не похож на своего деда? Нет, ты его переплюнул! – я кричала во всё горло, а Дубощит то поглядывал на меня, то опускал взгляд. — Мила, я не… — Молчи! Ты не достоин называть ни одной буквы моего имени! – тело трясло от злости, слова сами вырывались. Не желая больше находиться с ним в одном зале, я обернулась и выбежала в коридор. В проходе стояла вся компания, покорно расступаясь передо мной. Я шла, и шла, лишь бы подальше от этого места.

***

— Не хочу я идти гулять! Отстаньте! — Мила, ну неужели ты здесь будешь вечность сидеть? – Бофур и Бомбур сидели возле моей кровати и битый час пытались вытащить меня из комнаты, – Сегодня ты его точно не встретишь! — Я слышу это каждый день, и почему-то постоянно на него натыкаюсь! – с укором посмотрела я на мужчин. С того случая прошло ещё три дня. На первый Торин пришёл ко мне в спальню, в простой одежде, и с каким-то свертком в руках. Начал было извиняться, даже здоровым мне показался. Вот только его последние слова испортили весь его труд. — …Но признай, и ты была не права, – продолжал мужчина, – я бы даже сказал — вела себя аморально… На этой ноте мне под руку подобрался железный кухоль из-под воды, который в тот момент полетел в Дуботряса. Затем бросила в него швабру, подсвечник, и ещё несколько вещей, пока гном не скрылся за дверью в коридор. До вечера я сидела в покоях, взбешенная поступками бывшего предводителя. Но всё-таки пришлось покинуть комнату, и прийти к остальным на ужин. Отряд трудился также, я же поклялась больше даже не притрагиваться к золоту в сокровищнице. Со временем настроение улучшилось, и я даже улыбалась с шуток гномов. Одно место во главе стола пустовало, и поэтому я принялась быстрее доедать остатки каши. Принимаясь вставать со стульчика в проходе появился тот, кого мне меньше всего хотелось видеть. Прошмыгнуть мимо него не удалось, но и хватать он меня не стал. Просто преградил путь. — Мелина, я умоляю, выслушай… — Если ты сейчас не отступишь, я повырываю тебе все патлы! – кулаки сами собой сжались, и мужчина, повинуясь, ступил в сторону. —* Как же он меня достал! Я прощала ему его гордость, высокомерие, колкости, но сейчас это же ни в какие ворота не лезет! Пусть подумает над своим поведением. И почему-то всё равно было больно. Глаза увлажнились, и я с большим трудом заставила себя не оборачиваться и идти к себе. Следующий день провела в поисках нормальной одежды. Нашлось несколько платьев, брюк и рубашек. Позаимствовав у гномов всё для шитья я сидела и подшивала всё себе по размеру. Уже под вечер, когда работа была выполнена, а пальцы были все поколотые вошёл Бильбо с едой. Как только мы перекусили, парень предложил пройтись по горе, заодно проветрить одно из платьев. Голубой хлопок охватывал мою талию и грудь, а юбка была укорочена до колен. Бэггинс болтал о своем доме, потом всё медленно переходило к более серьезным темам. И вот хоббит делился со мной всеми подробностями об Аркенстоуне. — …А ещё я разговаривал с Балином. Он сказал, что этот камень сделает только хуже, если попадёт в руки Торина, – от упоминания командира тело покрылось мурашками, – Мила, тебе нужно поговорить с ним. Такого твёрдого тона от полурослика я ещё никогда не слышала. Это разрушало все мои планы. Да и о чем мы можем с ним говорить? Хотя, если посмотреть с другой стороны, то я могу попытаться достучаться до него, и возможно разум короля не станет настолько подвластен золоту. Впрочем терять мне нечего. Нужно будет сделать это как можно скорее, но без подвоха. Иначе бегать будет он от меня. На третий день я тщательно обдумывала нашу встречу, потом решила сдаться, потом опять заряжалась оптимизмом. От мысли о нашей встрече у меня подкашивались колени. В голове всё ещё всплывали те безумные и озверевшие глаза, от которых хотелось спрятаться. Но затем на смену им приходили его теплые руки, наши беззаботные разговоры и ослепительная улыбка, когда его что-то очень сильно радовало. В конечно итоге я, совершенно опустошена и измотанная легла спать. Сегодня же передо мной стоял выбор, от которого я удачно бегала. Мужчины всё также ждали моего вердикта. Не отрываясь от подушки сказала: — Ну ладно, только дайте мне пару минут. — Мы знали, что ты примешь правильное решение! – и удалились. Поднявшись на руках с постели, я села спиной к входу, подобрав штаны и рубашку с рядом стоящего сундука. Когда мне осталось лишь завязать пучок, в дверь громко постучали и, не дожидаясь ответа вошли. — Ну я же сказала пять мин…ой! Посредине комнаты был Торин. Прямая осанка, гордый вид, но только его лицо выдавало интерес и предвкушение. Мы смотрели друг на друга, пока Дубощит не прервал его. — Мне доложили, что ты желала меня видеть, – вот же эти гномы и хоббит, – Внимательно тебя слушаю. — Я…сейчас не лучшее время… – у меня не находилось уместных слов. — Тогда я пойду. – и опять его тон стал таким ледяным. Нет уж, сейчас нужно его остановить. Иначе другого шанса у меня не будет, и он точно закроется от меня. — Нет! – это было достаточно громко, чтобы Торин опять посмотрел на меня, – В смысле я ещё не собралась. Подожди меня за дверью. Пока он ждал, я быстро натянула плащ, доделала прическу и помчалась в коридор. Моей целью было вернуть прежнего предводителя. Того мужчину, с которым мы встретились почти год назад. Того, кому было отдано мое сердце. Собравшись с силами я ступила за порог, оказавшись один на один с гномом. Было до невозможности неловко стоять рядом, и притворяться, будто тех ссор и не было. Если бы "мне из прошлого" показали "меня будущую", точно врезала бы самой себе за такие унижения. Но Средиземье немного смирило мой пыл, приспосабливая к здешним порядкам. Взглянув прямо на Торина, я заставила себя сделать то, что больше всего не терпела. — Прости меня пожалуйста! – Дубощит приподнял одну бровь, но продолжал молчать, – Мне правда было обидно с того случая, но я сама того не осознавая наговорила и тебе много лишнего. Ты меня прощаешь? В миг мужчина потянул меня на себя, сжимая в объятиях. Я даже дар речи потеряла, пока осмыслила происходящее. Лишь два раза мне удалось побывать вот в таком положении с ним, и без сомнений это были лучшие моменты. — Ты не представляешь как я рад, что ты на меня не злишься. – отрываясь от меня сказал он. — Может мы прогуляемся к выходу? Давно не была на свежем воздухе. На это мужчина подставил свой локоть, и мы пошли по коридорам горы. Гном рассказывал, как он рад, что вернулся в свой родной дом, что рад побегу дракона и многому ещё. Но как только разговор заходил за сокровища и Аркенстон, я пыталась перевести тему, хватаясь за каждое сказанное слово. Приближаясь к разрушенной браме, я была измотана и с большой охотой осела на большой камень. Торин же приземлился рядом. Солнце только заходило за горизонт, но начавшаяся зима напоминала о себе холодом и заснеженной землей. Благо плащ у меня был не очень тонким, и мерзнуть не пришлось. — Холодно? – Дубощит придвинулся ближе, накрывая меня правой стороной своей накидки. По инерции я прижалась к его горячему и могучему телу, опустив голову ему на плечо. Тело настолько расслабилось, что веки сами закрылись, и мы наслаждались компанией друг друга. Вдруг мужчина резко подорвался с места, из-за чего пришлось открыть глаза. — Ты видишь? – Торин указывал на горящие костры в Дейле, и тёмные силуэты на смотровых башнях. — Почему они здесь?... – выпалила я. — И мне бы тоже хотелось знать. Созови всех сюда! – недовольно буркнул король и не прощаясь бросился вглубь горы. Почему они сюда пришли? Эсгарот же не был сожжён. А если этот Бургомистр жив, значит будет запрашивать немыслимые цены. Или же будет пытаться напасть на нас…ох, не хочу об этом думать. Нужно для начала узнать всё, что случилось в ту ночь. Фили и Кили точно мне в этом помогут.

***

С тех пор, как наша команда принялась восстанавливать бастион прошло не так много времени. Стена возвышалась уже на пару метров, и у каждого была своя работа. Вот моей например было не мешать, не лезть в процесс и вообще тихо стоять в сторонке. Но я так или иначе стояла возле старшего принца и надоедала ему расспросами. — Тебе не кажеться, что сейчас не лучшее время для бесед? – светловолосый гном положил на телегу огромный кусок камня. — Нет, даже наоборот, – Фили уже хотел везти эти глыбы к стене, но мне надоели эти догонялки, и пришлось преградить ему дорогу, – Мы же с тобой друзья? — Если коротко, то дракон создал нам мало неудобств: лишь повалил несколько непрочных домов и поджёг сеновалы тем огнем, что успел долететь с высоты. В это время старый Бургомистр решил спасаться на лодке, и в итоге его завалила одна из падающих башен. Люди увидели лишь затонувшее золото на дне озера. После этого новым королём избрали Барда. – у меня будто камень с души упал, а вот Фили немного помрачнел, – Женщин, детей и калек оставили в городе. А вот мужчины взялись восстанавливать разрушенное, а затем принялись готовиться к походу в Дейл. Бард решил осесть со своими людьми там, пока дядя не вернёт обещанное золото. Не смея его больше задерживать, я отступила вбок и крепко задумалась. С одной стороны я была рада тому, что большинство жизней было спасено и больших проблем люди нам не представляли, но с другой нужно было заставить Торина заплатить, чтобы переманить хотя бы людей на свою сторону. Команда и так на взводе, так еще и эльфы должны приехать в скором времени. Если всё делать решительно и кардинально, я смогу избавить Дубощита от этой драконьей болезни. Как только я подумала о драконьей болезни, голова начала адски болеть. Я сцепила зубы, потирая виски, и как можно быстрее ушла по коридору в маленькую каморку. Боль потихоньку проходила, а на смену ей у меня появились двойные ощущения, будто кто-то чужой ворвался в мой разум и тело. И тут я поняла, что это Смауг. Видимо из-за большого расстояния очень сложно настроить контакт. Но пока эта ниточка связи не порвалась, я пыталась ощутить все возможные и невозможные ощущения. Хоть дракон был уставший и измотан, но внутри его царило спокойствие. Значит он благополучно добрался до убежища. Спустя пару минут всё вернулось на свои места, и дискомфорт пропал. Выходя из комнаты, я уловила шаги за моей спиной, а затем и знакомые голоса. — Мелина, что ты здесь делаешь? – Дори и Оин остановились возле меня с какими-то баночками и флакончиками, – Впрочем неважно. Отнеси это к Торину. Они воткнули мне в руки это всё добро, и указав дорогу к одному из залов ретировались дальше восстанавливать стену. Пока я шла, по дороге рассматривала пузырьки: это похоже на сироп, это на отвар ромашки и одуванчика, а это засушенные ягоды. Походу гномы пытаются поддерживать здоровье короля этими примитивными способами. Но это все же лучше, чем отчаяться и ничего не делать. Проходя широким мостом в огромный зал, мне на встречу шел хмурый Балин. Видимо Торин отказался отдавать золото людям, и болезнь прогрессировала. В этом помещении, скорее всего, работали ювелиры. Помещение было достаточно просторным: там помещались рабочие места с коробками драгоценных камней, золота и серебра, а также инструментами и многим прочим. Дубощит стоял возле одного из столов, на котором горкой были сложены блестящие белые камни. Держа на пальце небольшое ожерелье из них, мужчина ухмыльнулся и подхватив цацку в кулак сильно сжал, после чего та с хрустом сломалась. — Сказали передать тебе! – я опустила склянки на рядом находящуюся поверхность, – Не буду мешать. — Подойди! – король протянул мне руку, которую я слегка обхватила, – Нравиться? — Слишком ярко сияют, – скривила губы, – глаза болят. На это предводитель хмыкнул и потянул меня к одной деревянной коробке. Там хаотично лежали ожерелья, браслеты, кольца и тиары из разных драгоценностей: рубинов, сапфиров, изумрудов. Мужчина нежно взял мою руку, и подтолкнул к украшениям. — Выбирай всё, что захочешь. — Но с штанами и рубашкой это будет выглядеть нелепо, – я убрала руку, – И к тому же дома мне негде будет их носить. Последние слова явно не понравились Дубощиту, и поэтому гном повернул меня на себя и взял мое лицо в свои ладони. А затем последовал поцелуй. Торин целовал отчаянно, яростно, будто пытаясь забрать все ощущения с собой. Я была не в состоянии противостоять его напору, и поэтому блуждала руками по его шее, волосам, плечам. Когда воздух в лёгких почти закончился, мы отстранились, тяжело дыша. Затем Торин наклонился к моему уху, спрашивая тягучим бархатным голосом: — Разве тебе так плохо со мной? – его руки уже на моей талии, – Или ты до сих пор в обиде на меня? — Ох, конечно нет! – в те моменты я чуть не стонала от ласки короля, – Просто ужасно устала и хочу пойти поспать. — В таком случае я требую, чтобы ты провела эту ночь со мной! – опять искра страсти вспыхнула между нами, – Ведь я так тебя люблю. Подхватив меня на руки, Дубощит понёс меня в свои покои, совершенно позабыв о лекарствах. Ведь в эту ночь мы как никогда отдались чувствам, наплевав на всю суматоху, на все проблемы. Это стало нашим признанием, которое было сделано без слов.

***

Вся команда стояла на верху уже достроенного бастиона, наблюдая за удаляющимся Бардом. Сегодня утром он приехал с двумя своими людьми под склоны горы, и просил своей доли богатств. В ответ же получил полную телегу золота, которую еле везли три лошади. Я всё это время улыбалась, довольна собой. Еще до его прихода мне пришлось приложить немало сил, чтобы Дубощит отдал то, что им было нужно. Но пришлось дать ему обещание. Оно заключалось в том, чтобы я никогда не бросила мужчину, и осталась с ним. Хоть у меня и были сомнения, что вселенная так же неожиданно забросит обратно домой, но всё-таки пообещала. Всё это время издалека за нами также наблюдало огромное количество эльфов, что стояли буквально на всех башнях, стенах и уступах города. Торин, дождавшись отъезда лучника, окинул периметр цепким взглядом и ушёл в неизвестном направлении. — Как тебе удалось? – на меня обернулся Кили, а затем и все остальные, – День назад дядя бы и монеты им не отдал. — Коммерческая тайна! – важно подняла указательный палец вверх, и пошла вслед за гномом. Но дальше всё было гораздо сложнее. Хоть мы и избавились от одного долга, но остроухие явно не любоваться пейзажем пришли. Им нужны те камни, и смотря на их войско, очень сильно нужны. Двалин недавно послал ворону, перед тем сказав что-то на своем языке. Они готовятся к войне, если наш король не отдаст им чего те попросят. А он не собирается. Поэтому и послал за подмогой. Подняв взгляд, я уловила кусочек меховой мантии, которая скрылась за поворотом. Ускорив шаг, я быстро нагнала Торина, который даже не заметил меня рядом. Чем дальше мы заходили, тем больше в воздухе витало пыли. — Апчхи! – шмыгнула я носом, а вот мужчина вздрогнул, инстинктивно обернулся на меня и впечатал в стену. — Ты?! – Дубощит сразу опустил руки, И я отслонилась от холодного камня, – Напугала. — Куда мы направляемся? – проигнорировала я его бормотание. На это он лишь неопределенно махнул головой, и опять зашагал в том направлении. Так мы дошли до места, где мне стало не по себе. Оружейная. Под толстым слоем грязи и паутины хранились оружие, броня, щиты и прочее. Я попыталась взять один из мечей, но тот был слишком тяжёлым, чтобы мне удалось хотя бы сместить его на пару сантиметров. Тем временем король поднял точно такой же, будто ему это ничего не стоило. Постепенно сюда стягивались все остальные, подбирая нужные вещи. Мы с Бильбо увы там ничего себе по размеру не нашли. Жало оставалось единственным клинком хоббита, а моё всё добро забрали лесные эльфы Трандуила. И как бы я не старалась, но даже ножика или клинка здесь не было. — Можешь поискать на кухне, там точно должно быть. – прокомментировал Глоин, и с задорным смехом пошел выбирать себе щит. Вот и оставалось стоять возле колонны, как два одиночества. Точнее, уже одной. Бэггинс умотал на стену, отославшись на плохое самочувствие. Пришлось стучать до тех пор, пока меня не подозвал предводитель. — Хочу сказать, что мне плевать с каким я буду оружием и в какой броне. Мне будет в радость сражаться с вами за эту гору, – не дожидаясь слов Торина выпалила я, – И ты не сможешь удержать меня здесь даже за десятью замками, так что отговаривать бесполезно. — Знаю…– в отличии от моего быстрого темпа мужчина говорил размеренно и тихо, – Мелина Разумовская, прими это в знак моей безграничной преданности и любви к тебе. В руках у него лежала кольчуга, а под мышкой ещё одна. Я с опаской взяла её, но она оказалась очень лёгкой, и затем надела поверх рубахи под пристальным взором короля. — Спасибо тебе, – короткий кивок головой, – я не подведу вас…тебя. — Не сомневаюсь, – тут мужчина провёл тыльной стороной ладони по ло моей щеке, – а теперь ступай и передай мастеру Бэггинсу эту мифриловую кольчугу. Попрощавшись с ним, я развернулась и ушла к полурослику. В это время в голову полезли философские мыслишки. А что будет после битвы? С одной стороны здесь я освоилась, у меня есть друзья, любимый мужчина, вообщем все для хорошей жизни. Но и в родном мире ждут Доминик, Лина, Фил, робота почти всей моей жизни. Они наверное там за год меня обыскались, может даже приняли за мертвую. И как мне вообще им в глаза после всего этого смотреть? Но Лина, моя маленькая девочка…она же пропадёт без меня, а может уже пропадает. Не могу больше об этом думать — сердце кровью обливается. Вот закончиться это всё, тогда и буду разгребать. Поднявшись по ступенькам на самый верх стены, я обнаружила сидящего на полу хоббита. По закрытым глазам и стиснутым кулакам было понятно, что парень тоже ведёт борьбу в своих мыслях. Я опустилась на корточки возле него, и положила вещь рядом. Серебряная сталь звякнула о каменный пол, выводя Бильбо из раздумий. — Что-то не так? – я была немного обеспокоена его скрытностью и замкнутостью. В последнее время я хоть и часто с ним виделась, но он говорил в основном про Аркенстон, гору и драконью болезнь. — Мила ты обязана мне помочь! – после моего кивка он вздохнул и достал из внутреннего кармана пальто святыню гномьего народа, – Я должен отдать его им, иначе войско эльфов раздавит нас. Только я не знаю как, и мне страшно самому идти на такой риск. Помоги. — У меня есть план! – опять в моей гениальной головушке созрела неплохая идея, – Как заохотить и ту и ту сторону. А план заключался вот в чем: этим вечером Бильбо незаметно пробирается в лагерь людей и эльфов, я естественно страхую. Аркенстон по сути нужен только Торину и гномам, а вот эльфы пришли по свои камни, что находится в горе и интереса для Дубощита не имеют. Нужно натолкнуть их на эту идею, и тогда торг между ними состоится без всякого кровопролития. Почему же не отдать всё всем и сразу? Чтобы они сделали это между собой как два правителя, а не как два малых ребёнка, у которых отобрали любимые цацки, а решать пришлось другим. С другой стороны это усмирит их гордость, и заставит пойти на встречу друг другу. Тем более болезнь Торина слабеет. Бэггинсу понравилась идея, и мы разошлись по своим комнатам до вечера. Это время я не потратила зря: встретив Бофура, мы обменялись дежурствами. Теперь на стражу бастиона выходили я и хоббит. Обосновала это тем, что мы среди других слишком впечатлительны, и уже как несколько дней мучаемся от бессонницы. Далее нужно было приготовить канат, что было гораздо проще, чем я думала, и приготовить подходящую одежду. Дождавшись нужного времени, я взяла у Нори пост и заступила на стену, ожидая прибытия Бэггинса. Как только он пришёл, мы проговорили еще раз детали нашего плана, и тогда парень умчался в Дейл. Ещё днём он рассказал мне о своей находке в пещере Голлума. И я пообещала унести эту тайну с собой в могилу. Так что выглядывать его было бессмысленно. Оставалось лишь ждать. Прошёл час, два, три…на небе стало больше звезд, а вот в лагерях города всё меньше светящихся факелов. Глаза нещадно слипались, но нельзя было засыпать. Вдруг на одной из высоких башен засветился огонек. Затем его подбросили вверх три раза, и он погас. Это был знак о том, что все прошло успешно, и хоббит скоро будет возвращаться. Облокотившись на стену, я и сама не заметила как скользнула вниз и уснула. — …ну же просыпайся! – пришлось на силу раскрыть веки от того, что кто-то активно трясёт моё плечо, – Хвала Эру, я уж думал не проснешься! — Ну что там? – как только мои глаза увидели перед собой Бильбо, тут же подскочила на ноги и задала интересующий вопрос. — Они отдадут камень за оговоренных вознаграждений. И ещё, – он указал на мою сумку, которая была конфискована лесной стражей, – Просили передать лично в руки. Моей радости не было предела. Безумно скучала за всем этим. — А теперь иди к себе и поспи, думаю у тебя ещё есть немного времени. – подмигнул мне парень и пошел прятать канат, по которому забрался сюда. Уже оказавшись в своей комнате, я спрятала под кровать сумку и спокойно уснула.