Wherever you are / Где бы ты ни был

Если бы Изуку действительно задумался, он бы признал, что с Роди всё было как-то по-другому. Изуку дорожил многими людьми — глубоко, самоотверженно и упрямо. У него было больше друзей, чем когда-либо прежде. Были люди, которыми он восхищался, люди, которых он хотел спасти, люди, которых он должен был защитить. Он всегда видел в Каччане образ победы — кого-то удивительного, сильного, на кого стоит равняться, за кем стоит идти. Он смотрел на Тодороки — и видел кого-то смелого и заботливого, кого-то, кто прошел через невероятную боль и остался добрым, остался хорошим. Он смотрел на Урараку и видел ту, что всегда старалась, что заботилась о людях, что видела в каждом лучшее. И этот список можно было продолжить, было так много того, что стоило лелеять и ценить в людях, близких его сердцу. С Роди, однако, тяжелее было облечь всё в слова. Он был потрясающим — конечно был. Самоотверженным, храбрым и сильным. Изуку воочию увидел, какими героическими могли быть его поступки. Он делал всё необходимое, чтобы позаботиться о своих брате и сестре; он вернулся, чтобы помочь, когда это потребовалось, вместо того, чтобы укрыться в безопасности; он спас весь мир. В нём было так много, чем можно было восхищаться. Но был ещё маленький всполох тепла, загоравшийся в груди Изуку, когда он получал от Роди пустяковое сообщение. Были минуты молчания в их разговорах в те редкие моменты, когда они выкраивали время для звонка. Было то, как Роди жаловался на своих брата и сестру, когда они расстраивали его; полный теплоты голос каждый раз выдавал его с головой. Когда Изуку думал о Роди, он редко вспоминал об этих поразительных, достойных восхищения вещах. Не думал он и о том, как Роди спас мир. Чаще всего он думал о чём-то маленьком, простом — о маленьких драгоценных моментах. Как изгиб его улыбки в свете костра. Как то, как он постукивал пальцами по рулю, когда вел машину. Или язвительные комментарии, которые он отпускал в сторону своего начальника. То, как он иногда писал по три раза, пока Изуку был на уроках. Когда Изуку думал о Роди, его первая мысль о том, что он ценит в нём, не имела ничего общего с тем, насколько он был удивительным. Когда Изуку думал о Роди, он думал о чувстве облегчения и безопасности. Облегчения, как если бы ты миновал самое худшее, осознав, что теперь всё будет хорошо. Безопасности, как если бы кто-то поймал тебя прежде, чем ты упал. Это было странно — Изуку не был уверен, что когда-либо чувствовал себя в большей безопасности, чем когда ехал в Клейд с Роди. Они не были в безопасности. Нисколько. Их преследовали, Изуку обвинили в убийстве, у них при себе было нечто ценное, что сделало их мишенью. Они были двумя детьми — поначалу совершенно незнакомыми. Они были одни, в неизвестных местах, и даже не знали имён друг друга, пока Изуку не пронзила стрела. В самом деле, Изуку должен был быть натянут как струна от нервов. Несмотря на всё это, те несколько ночей в дороге Изуку спал крепко. Ему должно было быть труднее довериться Роди — с его стороны было бы разумнее сохранить некоторый скептицизм, остаться начеку, особенно после того, как Роди попытался передать дипломат копам. Безопасность, которую он ощущал рядом с Роди, казалась полной бессмыслицей. Не должно было всё быть так просто. И всё же это было так. Это было так легко, легче, чем когда-либо прежде. Потому что с Роди что-то было иначе. И Изуку действительно не знал, что со всем этим делать. Пока что он решил оставить это для себя и сосредоточился на ожидании. Это будет здорово, увидеть Роди вновь. *** Ближе к концу каникул Урарака устроила всем встречу за чашкой чая возле кампуса, — последнюю перед тем, как начнётся второй год и большинство разъедутся по другим странам. Изуку пришел последним, заказал свой черный чай с шариками тапиоки и направился к столику снаружи, за которым все расположились, сев между Ураракой и Тодороки. Асуи, Токоями, Шинсо и Иида тоже пришли. День был погожий, весеннее солнце пригревало, а легкий ветерок бесцельно гулял по улицам. Вокруг стола шла оживленная беседа; казалось, все гудели от волнения. Изуку посетило чувство чего-то нового, будто они избавились от безумия своего первого года и открыли дверь для следующего. Это было здорово. — А ты, Деку? — спросила Урарака, повернувшись к нему. — Собран и готов? Изуку улыбнулся. — Ага! Мой рейс завтра вечером. Однако он был собран и готов всю неделю. Время от времени он думал, что упустил из виду любимую рубашку или толстовку, только чтобы вспомнить, что они уже были упакованы в его потертый чемодан в углу его комнаты. Пожалуй, его готовность к отбытию была даже малость излишней. — Мы будем недалеко от тебя, — сказала Асуи. — Может, во время каких-нибудь каникул ты сможешь прилететь в Париж. — Да, может быть, — с улыбкой ответил Изуку. Про себя он подумал, что почти уверен, что хотел бы остаться в Отеоне на любой перерыв, который их ожидал. Студенты-герои не могли похвастаться излишками свободных дней, и у Изуку были некоторые идеи насчёт того, как он хотел бы их провести, учитывая ограниченное время. — Или вы могли бы приехать в Отеон. — Может, и то, и другое, — предположила Асуи. — Я удивился, что ты захотел вернуться в Отеон, — прокомментировал Тодороки. — После обвинения в убийстве. Он произнёс это небрежно, будто между делом. В его тоне не было ничего, что указывало бы на что-то резкое. Изуку всё равно ощутил, как в груди всё сжалось от внутренней тревожности. То, что Тодороки и Бакуго познакомились с Роди, на самом деле принесло больше беспокойства, чем должно было. Он заставил себя рассмеяться. — О, ну, я почувствовал, что там ещё есть чем заняться, когда мы уезжали. Тодороки пожал плечами, отпивая свой чай. — Я так волнуюсь, — выпалила Урарака. — Когда мы были в Париже, у нас почти не было возможности насладиться городом из-за всего этого хаоса во время учебы. В этот раз я посвящу себя всем этим туристским штучкам! Я подниму нас на вершину Эйфелевой башни, и мы сможем избежать очередей! — Урарака! Ты не можешь этого сделать! — запротестовал Иида, резко жестикулируя. — Это против правил, не говоря уже о том, что это небезопасно. Урарака ухмыльнулась. — Тебя не будет рядом, чтобы меня остановить! — ответила она. — Это будет странно для вас, да? — сказала Асуи, поворачиваясь к Тодороки, Токоями и Шинсо. Мальчики обменялись взглядами, будто только сейчас поняв, что они остаются позади. — Хм. Я подозреваю, что мы часто будем присоединяться к классу 2-Б, — сказал Токоями, пожав плечами. — Было бы продуктивнее с одним классом из двадцати пяти человек, чем с нами пятью и Аизавой. — Тренировки с ними пойдут нам на пользу, — сказал Тодороки. — Много новых причуд и боевых стилей для практики. — Верно, — сказал Токоями. — У нас не было возможности потренироваться с ними с той совместной тренировки в прошлом году. — Меньше конкуренции на спортивном фестивале в этом году, — предложил Шинсо. — А, я даже не подумал об этом, — сказал Токоями. — Это будет не так удовлетворяюще. — Лучше бы вам им не проигрывать! — сказала Урарака, агрессивно указывая на них пальцем. Шинсо фыркнул. — С Токоями и Тодороки у нас хорошие шансы. — Ну, не принижай себя так, — запротестовал Изуку, наклоняясь вперед. — Что, думаешь, у меня наконец-то появится шанс, раз уж я не буду против тебя? — с ухмылкой ответил Шинсо. — Это не то, что я имел ввиду! — сказал Изуку. Он слегка нахмурился. — Это правда, что у тебя не будет такого же преимущества, как раньше, так как многие люди уже знают, какая у тебя причуда, но у тебя всё ещё есть хороший шанс. Тем более, вполне вероятно, что люди за пределами геройского факультета не будут знать о том, как Аизава тренировал тебя обращению с лентой, так что ты можешь застать их врасплох тем, насколько улучшились твои боевые навыки. Шинсо пренебрежительно махнул рукой. — Расслабься, Мидория, я пошутил. Тем более, я так старался в прошлом году, потому что это был мой билет на геройский факультет. Теперь, раз уж я хочу быть подпольным героем, было бы лучше, если бы я не заходил слишком далеко и продолжал наблюдать со стороны. Мне не нужно признание. — Придётся смотреть по телевизору, как это делают остальные, — сказала Асуи. — Надеюсь, разница во времени не помешает, — вмешался Иида. — Чёрт, в общежитии будет гораздо тише, — сказал Шинсо. — Только мы, Серо и Кода. Никаких криков. — Не думаю, что мы будем против этого, — ответил Токоями с немного кривым смешком Тёмной Тени. — Мы наконец-то сможем посмотреть фильм без вечной болтовни на фоне, — добавил Шинсо. — Мы теряем почти всех, кто умеет готовить, — сказал Тодороки, немного нахмурившись. — Сато, Бакуго, Оджиро… — Кажется, Серо умеет готовить? — сказала Урарака, склонив голову набок. — Может он сможет нас научить, — сказал Тодороки. — Ого, чувак, говори за себя, — сказал Шинсо. — Я буду рад жить за счёт заварной лапши. — Это нездорово, — сказал Иида. — Будет так весело, когда мы все вернемся с историями, — сказала Урарака. — Нам надо будет собраться в общей гостиной и устроить вечеринку. Токоями бросил взгляд на Шинсо. — Надо будет придумать что-то накануне вечером, чтобы отметить нашу последнюю ночь тишины и покоя. Шинсо только фыркнул в ладонь. — Эй! Вы будете по нам скучать! — сказала Урарака, скомкав свою салфетку и бросив в них. — Нам будет вас не хватать, — сказал Тодороки. Изуку тоже будет скучать по ним всем. Будет странно быть без них несколько месяцев. У него никогда раньше не было такой хорошей компании друзей. Изуку возился со своей трубочкой, ловя в нее шарики тапиоки. Он думал о том, каким другим будет второй год — как много изменилось с тех пор, как он впервые попал в ЮЭЙ. Удивительно, как много всего может измениться всего за год. Ему было интересно, как много изменится после семестра в Отеоне. Наконец, день настал. Каникулы прошли одновременно слишком быстро и слишком медленно, и Изуку немного умирал внутри, не рассказывая Роди о том, что должно было случиться. Они переписывались как обычно, и Изуку так долго удалось избегать поднятия этой темы, что в конечном счёте самой лучшей показалась идея просто однажды объявиться на пороге. Изуку прилетал достаточно рано, чтобы у него наверняка ещё оставалось достаточно свободного времени до конца дня. Он не стал сильно углубляться в мысль, что увидеть Роди было самым первостепенным его желанием. — Всё взял? — суетливо спросила мама, даже немного гудя вокруг него. Ее тревога захватила всю комнату. После того, как Аизава подтвердил списки, Изуку рассказал об этом своей маме, когда вернулся домой на каникулы, отчаянно пытаясь сделать вид, что это не самое великое дело. Это не сработало, и с каждым днем ​​она становилась все более и более напряженной, расспрашивая его обо всех подробностях, будто знание большего смогло бы ее успокоить. — Ага, — подтвердил Изуку. — Я дважды все проверил сегодня утром. — Твой геройский костюм? — спросила она. — Конечно, — ответил Изуку, призвав всё имеющееся терпение. — Зубная щетка? — Мам. — Может я бы так не волновалась, если бы ты предупредил меня раньше! — с фырканьем возразила она и скрестила руки на груди. — Мне хватило того, что ты переехал в общежитие, а теперь ты даже в стране другой будешь. — Всего четыре с половиной месяца, — мягко сказал Изуку. — Что значит всего? Это долго! — ответила его мама. — Лучше бы тебе не забывать звонить каждый день. — Не уверен, что у меня будет на это время, — сказал ей Изуку с легким смешком. Она прищурилась в ответ. — Минимум раз в неделю. Изуку кивнул. — Это я могу обещать. — Хорошо, — она тяжело вздохнула, и ее глаза наполнились слезами. — О, Изуку. Она крепко обняла его, удерживая в объятии немного дольше, чем требовалось. — Я опоздаю, — наконец сказал Изуку, высвобождаясь из ее крепкой хватки. Он действительно будет скучать по ней, но он не хотел сильнее затягивать прощание. Она бы начала рыдать, если бы они продолжили. — Береги себя, — сказала она, всхлипывая. — Напиши мне, когда приземлишься. — Обязательно, — пообещал Изуку.

***

— Я не знал, что ты захотел в Отеон, — весело сказал Каминари. Они летели уже несколько часов. Изуку сидел у окна, его внимание было обращено к облакам, пока он думал о том, что начиналось. Он вспомнил, каким напряженным был полет в Отеон несколько месяцев назад с Каччаном и Тодороки, когда у них была миссия, о которой нужно было беспокоиться. Он взглянул на Каминари, не зная, что сказать. В конце концов Изуку издал короткий нервный смешок, склонив голову и уперев взгляд в колени. — Что ж. Именно там проходила наша с Бакуго и Тодороки рабочая стажировка. Видимо, они не захотели возвращаться, но… — Изуку покачал головой. На самом деле ему не нужно было вдаваться в подробности, почему он этого захотел. Во-первых, он не знал, с чего начать, а во-вторых, — как остановиться. — Я тоже не знал, что ты поедешь. — Да, мы с Миной договорились, — сказал Каминари. Он вытянул вперёд руки. — Мы решили, что это место, где находилась база Хьюмэрайз, так же? Так что, скорее всего, там сейчас суета после всего этого. Начальника полиции арестовали, разве нет? — Ага, — ответил Изуку. — Оказалось, что Хьюмэрайз много куда успела проникнуть. — Да, так что… Показалось, что туда стоит попасть, — Каминари ухмыльнулся. — Вообще, знаешь, мы сначала переживали, что не попадём в Отеон. Потому что мы пытались заманить с собой Серо и Джиро или даже Бакуго и Киришиму, но у всех уже были свои планы. К счастью, вы с Яойорозу тоже внесли его в свои списки. — Да, повезло, — согласился Изуку. — Что скажешь про тамошних героев? — спросил Каминари. Изуку склонил голову набок, размышляя. — Ну, если честно, у меня особо не было времени их узнать. Меня обвинили в убийстве, и мне пришлось скрываться. — О, черт, я и забыл об этом, — сказал Каминари. Он улыбнулся немного застенчивой улыбкой. — Прости. Кстати, я никогда в это не верил. Изуку фыркнул, откидывая голову на сиденье. — Рад это слышать. Думаю, нам было бы трудно работать вместе, если бы ты поверил. Каминари рассмеялся.  — Да, наверное. Когда стюардессы принесли ужин и Каминари надел наушники, чтобы включить что-то на своем ноутбуке, разговор сошёл на нет. Вскоре после этого свет погас, и единственным оставшимся звуком остался белый шум двигателя самолета. Через ряд от Каминари и Изуку Яойорозу задремала с раскрытой книгой на коленях, а Ашидо крепко спала у нее на плече. Каминари убрал ноутбук и скрестил руки на откидном столике, опустив голову. Изуку не верил, что сможет заснуть. Предвкушение росло в его груди, и он совсем не чувствовал усталости. Он думал об отеонском аэропорте, о прощании с Роди. Он вспоминал о том, каким тихим был полет домой, когда Каччан и Тодороки спали мёртвым сном, а Изуку пытался сдержать тихие всхлипы. Он повернулся к окну, снова глядя на облака. Он потерял счет тому, который час должен был быть, что в Японии, что в Отеоне. Изуку был почти уверен, что они уже на полпути, но не хотел проверять, на случай, если ошибся. В конце концов, он урвал пару часов сна, прижавшись лицом к окну. Ясный Взгляд забрала их из аэропорта, встретив прямо около входа, где они забирали свои сумки. Она выглядела так же, как несколько месяцев назад, - высокой, красивой и уверенной в себе. Изуку не особо хорошо ее знал, но она ему нравилась. Ему не терпелось с ней поработать. Их время будет распределено между посещением местной геройской школы и стажировкой в её агентстве. — Приятно познакомиться с вами тремя. И, Деку, рада снова тебя видеть, — прохладно поприветствовала она, опустив руки на пояс. — Я тоже рад вас видеть! — ответил Изуку, очевидно, слишком жизнерадостно, учитывая настрой остальных. Несмотря на то, что он спал меньше всех, Изуку, казалось, чувствовал себя самым энергичным, и с довольно большим отрывом. Каминари волочил ноги, опираясь на Ашидо, а Яойорозу зевала: ее хвост был таким растрёпанным, каким Изуку еще не доводилось его видеть. — Надеюсь, полет прошел нормально, — сказала Ясный Взгляд. — Я отвезу вас в общежитие, чтобы вы смогли обустроиться. Она повела их к машине, и все они залезли внутрь. Каминари и Ашидо, казалось, уснули друг на друге в мгновение ока, а Яойорозу вежливо заговорила с Ясным Взглядом, сидя на переднем сиденье. Изуку повернулся и посмотрел в окно, наблюдая, как в поле зрения попадает мост. Город ничуть не изменился. Изуку почти вживую видел собственные воспоминания — беготню по поручениям с Тодороки и Бакуго, погоню за Роди по крышам, прыжок в искрящуюся голубую воду. — Вы, должно быть, устали, — отметила Ясный Взгляд, глядя в зеркало на Каминари и Ашидо. Яойорозу тихо усмехнулась. — Вымотались, — призналась она. — Что ж, у вас есть сегодня и завтра, чтобы отдохнуть, — ответила Ясный Взгляд. Изуку совсем не устал. Дорога до кампуса оказалась совсем недолгой. Ясный Взгляд провела их в здание и раздала ключи, сообщив им номера комнат и свою контактную информацию, прежде чем ускользнуть вновь. Общежитие было славным — у каждого была своя комната. Изуку и Каминари делили общую ванную, соединяющую их комнаты, как и Яойорозу и Ашидо. Была небольшая общая зона и мини-кухня на всех четверых с большими окнами, выходящими на кампус школы. Общежитие находилось в центре города, что было самым большим отличием от ЮЭЙ. Чтобы добраться куда-то от ЮЭЙ, приходилось проделывать довольно приличный путь. Здесь же они находились в одном квартале с ресторанами и кофейнями. Здания кампуса сливались с центром города. — Я спущу все свои деньги на кофейню внизу, — пожаловалась Ашидо, падая на один из диванов в общей зоне, с чемоданом около ног. — Как думаете, с кофеином будет легче перестроиться на новое время или нет? — спросил Каминари, падая на другой диван и растягиваясь на нем. — Станет хуже, — нахмурившись, сказала Яойорозу. — Лучший способ перестроиться — получать много естественного света и избегать дневного сна. Каминари поднял на них кислый взгляд. — Кофе и сон были, типа, моими главными планами на день. — Мы могли бы немного изучить кампус вместе, — предложила Яойорозу. — Но я устала, — проскулила Ашидо. — Именно поэтому мы должны идти! — сказала Яойорозу. — Мы все можем помыться, переодеться и пойти. Что скажешь, Мидория? Изуку моргнул и сделал небольшой шаг назад, к своей комнате. — Ну, вообще-то, я вроде как собирался кое-чем заняться? — сказал Изуку. Он рассмеялся, потирая затылок. — Простите! Вы определенно должны пойти, Яойорозу права. У нас есть только сегодня и завтра, чтобы прийти в себя после дороги, а потом сразу в школу, так что лучше побыстрее перестроиться! Какое-то мгновение все просто смотрели на него, и он сделал еще один незаметный шаг назад, надеясь выскользнуть из зала, чтобы смыть с кожи затхлый самолетный воздух и двинуться в путь. — Куда ты уходишь? — спросила Ашидо, наклонив голову. — Ага, откуда у тебя уже планы? — спросил Каминари, вздёрнув бровь. — Да, просто… встреча с другом, с которым я познакомился в прошлый раз, — сказал Изуку, глядя на дверь. Каминари немного оживился, вытянув шею, чтобы ухмыльнуться Изуку.  — О? Друг? — Ага! Ну, что ж, — начал Изуку. — Мидория, у тебя есть подружка? — спросил Каминари слегка излишне радостно. — Ты что, успел тут закадрить кого-то, пока всё это происходило? Как ты умудрился? — Нет, нет! Ничего такого! — Изуку заставил себя неловко рассмеяться. Ему действительно не следовало волноваться из-за такой мысли прямо сейчас — не тогда, когда он и вправду собирался впервые за долгие месяцы увидеть Роди вживую. Он не хотел быть на нервах, когда доберется туда. — Ты нас с ней познакомишь, да? — вклинилась Ашидо. — Э… ну, я… я не знаю, если… — запнулся Изуку. — Ты обязательно должен привести ее, — сказал Каминари. — Эм- — что-то в мысли о том, чтобы привести сюда Роди, заставило его почувствовать себя неловко. Ему еще больше захотелось сбежать. — Ребята, — с упрёком вмешалась Яойорозу. Изуку ощутил лёгкое желание послать ей подарочную корзину за вмешательство. Изуку откашлялся, поворачиваясь на пятках. — Ну, мне лучше начать собираться, я уверен, что мы позависаем вместе позже! Простите! Он очутился за закрытой дверью своей спальни прежде, чем они успели продолжить допрос, и вздохнул с облегчением. Он ощутил небольшой укол вины за то, что так быстро умыл руки, но недостаточно сильный, чтобы этого не делать. Он провёл много времени со своими одноклассниками, и следующие несколько месяцев они будут видеть друг друга считай постоянно. Изуку был уверен, что пропустить первую ночь было допустимо. Он принял душ и оделся так быстро, как только мог. Когда он высунулся из комнаты, чтобы выскользнуть наружу, Каминари без движения лежал на диване, а Яойорозу и Ашидо были в своих комнатах, по-видимому, сами готовясь. Изуку был просто благодарен, что смог уйти без дальнейшего допроса. Пробираясь по улицам, Изуку с трудом сопротивлялся желанию воспользоваться причудой, чтобы добраться быстрее. Чем ближе была перспектива увидеться с Роди, тем быстрее он терял терпение. Его мысли рассеянно прокручивались в различных сценариях — хотя и не в привычном для него беспокойно-катастрофическом стиле, что было приятно. Он просто представлял себе возможные варианты. Он был примерно на полпути к району Роди, когда зажужжал телефон. Роди (16:17): такая скука, помогите Вновь появилось это знакомое тепло, искра радости в груди Изуку, от одного вида имени Роди на экране. Изуку (16:18): Разве твоя смена еще не началась? Роди (16:18): Да, час назад. Изуку (16:19): Разве тебе стоит тогда мне писать? Роди (16:21): тихий день. Я уже вытер все свободные столы раза три и переставил приборы на кухне. Изуку (16:23): может, мне стоит прийти и зависнуть с тобой Роди (16:24): лол, да, однозначно Роди (16:24): дай знать, когда будешь в пути Изуку улыбнулся, чувствуя что-то легкое и воздушное в груди. Он подумал, что поступил правильно, не предупредив Роди, что приедет. Потому что они иногда так шутили. О том, что один из них должен просто зайти по какой-то случайной, незначительной причине. Просто что-то смешное, чтобы преуменьшить, как тоскливо на самом деле было находиться так далеко друг от друга. Изуку (16:25): конечно, скоро буду :)

***

Изуку проскользнул в бар. День действительно был тихим, только несколько столиков были заняты одинокими посетителями. Музыка тоже была тихой, служа мягким фоновым шумом для шёпота разговоров. Место было запущенным и маленьким, с облупившейся в углах краской. Но атмосфера была теплой, а еда приятно пахла, и Изуку уже предвзято положительно относился к этому месту, зная, что Роди где-то поблизости. Пожилой мужчина, который, должно быть, был владельцем, о котором Роди рассказывал Изуку, протирал стол, тихо разговаривая с парой, сидевшей за барной стойкой. Изуку медленно приблизился, оглядываясь по сторонам. Роди, похоже, не было нигде в главном помещении — он, должно быть, был в задней части, возясь с инвентарем или посудой. — Я могу вам помочь? — поздоровался мужчина, оглядывая его с нескрываемым подозрением. — Эм- я искал Роди? — нерешительно сказал Изуку. Мужчина поднял кустистую бровь; его рот скривился в явном раздражении. — Зачем? — Я, мм, его друг, — сказал Изуку. — Конечно, — равнодушно сказал мужчина. Он вздохнул и откинулся назад, чтобы посмотреть на кухонную дверь. — Роди! Ты нужен здесь! — В чём дело? — отозвался голос Роди. При звуке его голоса сердце Изуку сразу же забилось чаще. Он слегка подпрыгнул на ногах, неловко, взволнованно и в ожидании. Чувство предвкушения резко ударило вверх. — Тебя ищет мальчик, — ответил мужчина. — Что, мой брат? — сказал Роди. — Нет, какой-то зеленоволосый пацан, — отозвался хозяин. — Какой-то зеленоволосый- — Изуку услышал глухой удар, треск и ругань Роди. — Надеюсь, ты там ничего не сломал, — нахмурившись, сказал хозяин. — Нет, нет, все в порядке, эм- — раздался еще один грохот, когда из кухни появился Роди, споткнувшись и зацепившись за дверной косяк с широко раскрытыми и растерянными глазами. Изуку наблюдал, как Роди осматривает зал, прежде чем его взгляд наконец остановился на нем. Изуку машинально улыбнулся. Роди застыл на пороге, его рот приоткрылся. Зал будто совсем ненадолго исчез, даже когда босс Роди проворчал что-то о подростках. Через пару мгновений Роди откашлялся, выпрямляясь и меняя выражение лица на нечто более нейтральное. Он засунул руки в карманы и широким шагом пересек комнату. — У меня перерыв, — объявил Роди. Его босс нахмурился.  — Что, прямо сейчас? — Ага, десять минут, — сказал Роди. Он быстро глянул на Изуку. — Может, пятнадцать. Проходя мимо Изуку, он подтолкнул его в плечо, выводя наружу. Изуку повернулся и проследовал за ним с бешено колотящимся сердцем. Он видел напряжение в плечах Роди. Роди завёл его за угол здания. — Что ты здесь делаешь, все в порядке? — сказал он тихо, прислонившись спиной к стене с быстрым нервным вздохом. Изуку переминулся с ноги на ногу.  — Ну, э… — Это же не новая катастрофа или что-то в этом роде, да? — спросил Роди. Его взгляд скользнул по лицу Изуку, внимательно изучая его, словно пытаясь что-то найти. Он хмурился, самую малость. — Потому что, если мы снова собираемся бежать, я должен сначала кое о чём позаботиться. Пино выпорхнула из-под капюшона толстовки Роди, вопросительно чирикая. Она смотрела на него с плеча Роди широко распахнутыми выразительными глазами, полными надежды и немного озабоченными. Изуку потянулся вперед, чтобы погладить Пино по голове. — Ничего плохого, — сказал Изуку. — Что ж, это облегчение, — ответил Роди. Пино немного успокоилась. — Значит, что-нибудь хорошее? Мне бы не помешали хорошие новости. — Ну, я думаю, что хорошее. Я… приехал на учёбу на семестр, — сказал Изуку, по-прежнему глядя на Пино. — Эм. Сюда. Пино взволнованно чирикнула, перелетая с плеча Роди на плечо Изуку. Наконец Изуку снова посмотрел на Роди. Он все еще таращился. Изуку улыбнулся. — Ты… — начал Роди. Изуку кивнул. — На-? — спросил Роди. — Четыре с половиной месяца, — ответил Изуку. — Четыре с половиной месяца, — повторил Роди. Выражение его лица не изменилось, но Пино снова возбужденно зачирикала, практически прямо в ухо Изуку. Она уткнулась ему в шею, и Изуку тихо рассмеялся, снова потянувшись, чтобы погладить ее. — Четыре с половиной месяца, — подтвердил Изуку. Роди издал короткий смешок, и улыбка расцвела на его лице. — Без шуток? — Ага, — сказал Изуку. Он широко улыбнулся. — Хорошо, да, я бы назвал это довольно хорошей новостью, — сказал Роди, будто немного задыхаясь. — Хорошо, — сказал Изуку. Он и сам почувствовал, что у него перехватило дыхание; в груди поселилось небольшое облегчение. На самом деле он не так уж боялся, но в нём всегда была часть, которая беспокоилась о том, что ему будут не рады. Он не чувствовал себя так неуверенно с Роди, как с другими, но всегда было приятно получить подтверждение. — Чёрт, Деку, ты мог меня предупредить! — сказал Роди, пихнув его в плечо. Пино издала громкую трель, нахохлившись и полетев к волосам Изуку. — Извини, — ответил Изуку, не особо это подразумевая. Роди закатил глаза в ответ на неискреннее извинение и потянулся к его плечу, чтобы крепко обнять. Изуку легко подался навстречу, обняв Роди в ответ. Ему стало легко и тепло, и он был счастлив снова оказаться здесь. По крайней мере, на это мгновение он обнаружил, что ему все равно, были ли его мотивы эгоистичными — оно того стоило. Роди крепче стиснул вокруг него руки, тихо, недоверчиво фыркнув. — Не могу поверить, что ты ничего не сказал, — пробормотал он. Изуку чувствовал дыхание Роди на своей шее. Он немного наклонился, чтобы прижаться лбом к плечу Роди, улыбаясь так широко, что его щеки немного заболели. — Я тоже, если честно, — ответил Изуку. — Это немножко сводило меня с ума. Роди рассмеялся, и Пино перелетела обратно на плечо Изуку, настойчиво чирикая. Роди отстранился и взъерошил ему волосы. Какое-то время они стояли, просто улыбаясь друг другу. — Что ж! Я обещал обеспечить тебя бесплатной едой, и я это сделаю, — сказал Роди, перекинув руку через плечо Изуку и потащив его обратно к бару. — Ты не обязан- — начал Изуку. — Замолчи, — сказал Роди со смехом. — Я так хочу. Ты сказал, что будешь тусоваться тут, чтобы избавить меня от скуки, так? Изуку взглянул на Роди с трепещущим чувством в животе. — Так, — сказал Изуку. — Тогда самое меньшее, что я могу сделать, — это убедиться, что ты не умрешь с голоду, — решительно кивнул Роди. — Когда ты прилетел? — Эм- — Изуку тихо, неуверенно засмеялся. — Около часа назад? Роди самую малость помедлил, чуть не споткнувшись о тротуар. Его рука на плечах Изуку слегка напряглась — он бы, скорее всего, даже не заметил напряжения, не будь они так тесно прижаты друг к другу. Однако оно быстро исчезло, и Роди пришел в себя, как ни в чём не бывало потащив Изуку обратно к двери. — Чёрт, ты, наверное, голодный, — сказал Роди. — И устал. Изуку бросил косой взгляд туда, где Пино все еще сидела у него на плече, но она ничего не сказала о том, откуда взялось напряжение Роди. Она все еще смотрела на Изуку широко открытыми глазами, глядя так, будто думала, что он может исчезнуть, если она отведёт взгляд. — Вообще я не так уж и устал, — ответил Изуку. — Но я бы поел. — Отлично, — сказал Роди. — Положись на меня. Роди усадил Изуку на углу стойки, прежде чем исчезнуть на кухне. Пино осталась с Изуку, примостившись около его руки. Рука Изуку дернулась, когда он подумал о вопросах, которые хотел бы когда-нибудь задать Роди, — о том, как далеко может отдалиться от него Пино, есть ли у этого какое-то ограничение. Знает ли он о каком-то пороге, и влияет ли это на их связь. Однако на самом деле он не знал, насколько комфортно Роди говорить о своей причуде. Ему удалось сдержать рвение проанализировать ее, когда они были вместе в прошлый раз. Тогда Изуку старался быть максимально осторожным, держа в памяти просьбу Роди не смеяться. Изуку был занят тем, что гладил крыло Пино, когда подошел босс Роди, проворчав что-то для привлечения внимания. Изуку поднял голову и увидел, что мужчина смотрит на него сверху вниз, скрестив руки на груди. — Так. Я полагаю, ты друг-герой Роди? — ворчливо сказал мужчина. Мысль о том, что Роди рассказывал о нём, вызвала у него странное чувство. — Эм- да, это я, — ответил Изуку. Мужчина сощурился.  — Ты не на службе, да? Изуку моргнул, не совсем уверенный, что на это ответить. Технически он не был здесь на службе, но не то чтобы у него в голове был какой-то выключатель. Не то чтобы он просто по щелчку снимал лежащую на нём ответственность. — Я здесь… не как герой, — в конце концов ответил Изуку. — Я здесь просто как друг. — Хм, — мужчина окинул его оценивающим взглядом. Изуку не был уверен, прошел ли он какое бы то ни было испытание, но мужчина слегка отступил, неопределенно пожав плечами. — Не отвлекай Роди слишком сильно. Он на службе. — Конечно, — ответил Изуку, когда мужчина снова отошел, вернувшись к паре, с которой он беседовал раньше. Изуку снова посмотрел на Пино. Казалось, у нее не было никакой реакции или понимания. Она все еще смотрела на Изуку с недоверием и нескрываемым обожанием. Изуку улыбнулся, и она счастливо зачирикала. — А, не позволяй ей тебя доставать, — Роди появился рядом с Изуку, ставя перед ним тарелку с гамбургером и картошкой фри. Он прислонился к стойке бара, потирая затылок, будто в смущении. Конечно же, щеки Пино покраснели, и она прижалась лицом к руке Изуку, как будто пытаясь спрятаться. Изуку тепло и тихо засмеялся.  — Она мне не мешает. Я совсем не против. — Да, ладно, как скажешь, — Роди прочистил горло. — Ну, ладно, ты ешь, а я тебе попить сделаю, а? Я очень недурно разобрался в безалкогольных коктейлях. — Конечно, — сказал Изуку с улыбкой. Роди ухмыльнулся в ответ и скользнул за стойку. С впечатляющей координацией он крутанул в руке бутылку, начав смешивать что-то красочное в высоком стакане. Пино с некоторой гордостью взъерошила перья, а Изуку с цветущим чувством привязанности продолжил наблюдать за Роди. Закончив напиток и с небольшим торжеством преподнеся его Изуку, он остался за стойкой, рассказывая маленькие обыденные истории, происходившие во время его смены. Изуку ел, пил и слушал, согретый и счастливый. Через некоторое время Изуку почувствовал, как завибрировал его телефон. Яойрозу (18:58): Здравствуй, Мидория! Каминари, Ашидо и я поговорили и подумали, что мы могли бы готовить ужин по очереди. Мы можем составить расписание и повесить его на холодильник. Я вызвалась быть первой сегодня вечером, и у нас будет местный вид пасты! Мы хотели знать, когда ты планируешь вернуться, и стоит ли нам тебя ждать? Ужин должен быть готов примерно через полчаса. Мидория (19:00): Хорошая идея! Я не вернусь к ужину сегодня вечером, так что не беспокойтесь обо мне :) Яойорозу (19:01): Хорошо, если ты уверен! — Тебе пора? — спросил Роди, неопределенно махнув в сторону телефона. — Нет, — сказал Изуку. Он перевернул телефон. — Просто одноклассница проверяла, как я. Мне никуда не надо. Роди ухмыльнулся. — Круто. В итоге Изуку остался до конца смены Роди, до десяти часов. Босс Роди сказал что-то про то, что на этот раз закроет глаза, но лучше бы ему не приводить с собой своего геройского друга на постоянной основе, особенно во время более загруженных смен. Роди только ухмыльнулся и отсалютовал, бросив что-то смутное в ответ, когда он вывел Изуку на улицу. — Позволь мне проводить тебя домой, — сказал Изуку, всё ещё не желая расставаться. — Ну, знаешь, ты будешь в большей безопасности, если рядом будет герой. Роди улыбнулся дразнящему тону Изуку, столкнув их плечами.  — Тогда кто тебя проводит домой, герой? — Ну, я могу проводить тебя, а потом ты проводишь меня, — сказал Изуку. — Но тогда мне снова придется проводить тебя. Роди рассмеялся.  — Похоже, мы в западне. — Может быть, немного, — со смехом признал он в ответ. Роди покачал головой. Пино выпорхнула из волос Изуку и скользнула в капюшон Роди, исчезнув из виду. Изуку задался вопросом, может ли Роди вообще это контролировать — может ли он снова позвать Пино к себе или хотя бы попросить ее что-нибудь сделать. — Наверное, лучше нам этого не делать, — сказал Роди. — Тем более, тебе правда стоит пойти и немного поспать. Ты правда приехал сюда прямо после прилёта? — Ну, я оставил свою сумку и сначала принял душ, — сказал Изуку. Роди опустил голову, будто безуспешно пытаясь скрыть улыбку. — Да, наверное, тебе и вправду стоит завалиться в кровать. Я не хочу оттягивать твой сон сильнее, чем ты уже это сделал. Изуку слегка нахмурился, желая возразить. Однако Роди был прав — Изуку был готов отрубиться прямо на месте. И всё же. Казалось, проведённого времени было слишком мало. — Ну, — начал Изуку. — У меня завтра выходной. Перед занятиями и стажировкой и всем, что потом начнётся. Так что, эм… если ты свободен… Роди поднял глаза, и в его выражении мелькнуло что-то похожее на удивление. Изуку не мог представить, чему тут было удивляться — вряд ли было слишком уж сложно увидеть, как сильно Изуку хотел быть рядом с ним. Однако удивление быстро прошло. Было ли это просто первой реакцией или Роди скрыл остальное, Изуку не знал. Пино все еще пряталась. — Ага. Да, я буду свободен, — Роди улыбнулся, искренне, с надеждой и мило. Изуку хотел запечатлеть этот момент, закрепить изображение где-нибудь, где он мог бы его сохранить. — Просто напиши мне, где мы встретимся? — Конечно, да, — сказал Изуку. Он улыбнулся в ответ. Ему показалось, что он услышал какое-то чириканье из капюшона Роди, но Роди громко откашлялся и отступил на шаг. — Что ж, тогда увидимся завтра, — сказал Роди. Он наклонил голову и коротко помахал, прежде чем сунуть руки в карманы и двинуться прочь. Изуку смотрел, как он уходит, пока Роди окончательно не скрылся за углом.