Руины их судеб

      Ирацибета стояла напротив закрытого кабинета Времени, не решаясь зайти. Она до боли сжимала руки в кулаки, ногтями оставляя на ладонях маленькие следы в форме полумесяцев. Она часто, но тихо дышала, в сотый раз прокручивая в голове план действий.       Дверь резко открылась и Бета едва успела отскочить в сторону.       — Ирацибета?! — изумлённо воскликнул Время, пребывая в состоянии лёгкого шока.       Она стояла и молчала, подбирая слова. От неожиданности даже забыла весь план.       — Что ты здесь делаешь? — строго спросил он.       Она вздохнула, пытаясь сделать выдох как можно более спокойным и расслабленным, чтобы не выдать своих эмоций.       — Я тебя слушаю, — более настойчиво потребовал ответа Время. — Хотя, … ладно, заходи в комнату и там мне всё расскажешь, — мужчина потянулся рукой к Ирацибете, чтобы провести её в комнату, но вовремя отдёрнул руку, мысленно ругая себя.       Ирацибета зашла в кабинет и нерешительно встала на пороге, осматривая комнату. Время вальяжно устроился на кресле и, зевнув, устало взглянул на Ирацибету.       — Зачем пришла? — равнодушным тоном спросил Время, словно они собрались обсуждать не свои отношения и дальнейшее будущее, а, например, какая будет погода на этой неделе.       — Тик-Так, я… — начала было Ирацибета, но он её прервал, кинув на красноволосую испепеляющий взгляд.       — Я, на минуточку, Время, а не тот, кем ты меня назвала.       — Но раньше тебе нравилось это прозвище! Ты находил это очень милым, — недоумённо покосилась она на мужчину.       — Раньше! Но сейчас всё изменилось, — заметил он.       — Знаешь, у меня такое ощущение, что ты меня никогда не любил, а просто притворялся.       — К тебе такие же претензии, — отозвался Время, сверля взглядом Ирацибету. — Однако, ты права.       Бывшая королева из-под полуопущенных век выжидающе взглянула на него.       — Я тебя никогда не любил, — спокойно заявил он.       Сердце Ирацибеты пропустило удар, а внутри всё болезненно сжалось.       — А зачем тогда говорил, что любишь? — у неё дрогнул голос, но она изо всех сил старалась не показывать своего волнения.       — Мне всего лишь было одиноко, вот и всё, — пожал плечами Время. — Я думал, что люблю тебя, но, оказалось, мне просто понравилось чьё-то окружение, а не конкретно ты.       — Почему ты мне лгал? — почти прошептала она.       Время не ответил на её вопрос и как-то горько улыбнулся. Ирацибета не поняла его улыбки. Она вообще не могла понять, что сейчас происходит.       — Ненавижу лжецов. Терпеть не могу притворщиков и лицемеров, — срывающимся голосом произнесла она. Ирацибета внешне оставалась спокойной, однако внутри у неё всё горело от боли и обиды.       — Ну да, ну да, ты ведь даже не пыталась скрыть, что я тебе неинтересен и тебе нужна от меня только Хроносфера.       — Я хотя бы не говорила, что люблю тебя и не могу без тебя жить. Не называла тебя красивыми словами, не осыпала комплиментами, не дарила подарков. Я была искренней с тобой.       — И что же тогда ты хочешь от меня? Ты не любила меня и при этом хочешь, чтобы я любил тебя? — саркастично протянул Время, словно происходящее для него было лишь игрой.       Ирацибета развернулась ко Времени спиной, чувствуя, что слёзы подступают всё ближе и ближе, а она не должна была выглядеть в его глазах слабой.       Она вообще не хотела, чтобы он знал правду.       — Я ведь пришла сюда, чтобы признаться, что люблю тебя. Однако, вижу, тебе это совершенно не нужно, — почти беззвучно, одними лишь губами произнесла Ирацибета.       — Пришла, чтобы признаться в чём? — видимо, у Времени был очень неплохой слух.       — Признаться, что никогда не любила тебя. Чтобы не питал никаких надежд, — отрезала она.       На мгновение Время даже забыл, как дышать. Честно говоря, он ожидал совсем не этого.       — Что ж, — помедлил он. — в таком случае, тебе нечего здесь делать.       — Ты прав, — с ноткой печали в голосе согласилась она.       — Тогда, прощай, — Время произнёс это утвердительным тоном, но в последнем слове чувствовалась вопросительная интонация, словно он не хотел прощаться. Будто бы ситуация просто не оставляла выбора, но он надеялся на лучшее.       — Да. Прощай, — Ирацибета сглотнула. Ей тяжело было расставаться с полюбившимся ей даже не совсем человеком.       Красная Королева вышла из комнаты и медленно, но уверенно шла по замку в сторону выхода. Она не бежала, нет. Она шла. Шагала и мысленно прощалась с этим местом. Прощалась со Временем. Горячо признавалась ему в любви.       Но, это были всего лишь мысли.       В действительности, она не произнесла ни слова после того, как попрощалась со Временем.       Ирацибета медленно шла. Выход был всё ближе и ближе. С каждым мгновением слёзы застилали ей глаза всё сильнее. Она почти уже ничего не видела перед собой, но продолжала идти. Она не произнесла ни звука. Лишь беспомощно жмурилась и молча вытирала солёные капли с лица.       Ирацибета ненавидела его.       Ненавидела, потому что любила. Она не хотела влюбляться. У неё не было в планах снова занять своё сердце кем-то.       Ей было достаточно Валета.       Но сердцу не прикажешь.       И она вновь убедилась, что любовь и чувства — самая гадкая вещь на свете. Ей хотелось просто достать это чёртово сердце из груди и разорвать на части, чтобы не болело так сильно.       Ну, или в крайнем случае просто воткнуть нож себе между рёбер. Умереть было проще, чем забыть его.       Но она не собиралась умирать.       Слишком глупо было бы умирать из-за каких-то чувств и любви. Да и было бы почти очевидно, что именно из-за Времени она покончила с собой. И ей вовсе не хотелось оставлять Мирану одной в этом чудовищном, злом мире, где нет места истинной любви и счастью.       Поэтому, она останется живой. Хотя бы ради младшей сестры, которая, кажется, любила её. Но, опять же, она больше не могла быть в чём-то уверена.       Любовь изрядно потрепала Ирацибете нервишки.       И в прошлый раз, и в этот, роман, который толком даже не успел начаться, закончился тем, что её чувства не были взаимны.       — Я не понимаю, почему это называют разбитым сердцем. Такое чувство, что и все кости сломаны тоже, — тихо произнесла вслух Ирацибета, когда вышла за границу владений Времени.       И всё же, она приняла решение забыть о нём. Просто забыть и не думать. Больше не вспоминать ни о Валете, ни о Времени. Какой толк убиваться по ним, если первый уже мёртв, благодаря же ей самой, а второй бессмертен и Повелитель Времени?       На что она вообще надеялась, когда встречалась со Временем? Что он сделает бессмертной и её?       Бред.       Поэтому, она решила больше не влюбляться.       Ни в кого.       Ни за что.       Никогда.