Трепет сердца

Через открытое окно в спальню влетел утренний морозный ветерок, который сопроваждался волнующим и освежающим запахом снега. Подле окна стояли оранжерейные цветы, воодушевляющие своим ароматом. Стебельки стояли в тонкой фарфоровой вазе с ажурной лепниной. Все, чем была обставлена комната, говорило о любви к красивому. Возле зеркала сидела девушка и расчёсывала волосы. Из-за царящего в комнате утреннего света могло показаться, что женские локоны сплетены из золотистых лучиков. Взглянув в эти сияющие глаза, можно было догадаться, что мысли девицы блуждают далеко за пределами этой комнаты, а по пылающему румянцу читалось стеснение и тот вид страха, который испытывают влюблённые, которыми овладевает волнение и радость одновременно. Через некоторое время в комнату вошла горничная. Это была миловидная девушка с очаровательными ямочками на щеках. — Доброе утро, Ольга Михайловна, как вам спалось? — спросила девушка, попутно закрывая ставни, через которые в комнату уже влетали снежинки. — Чудесно, Аннушка, — Ольга обратила свой добрый взгляд на горничную, положившую на кровать платье, которое барышня давеча попросила проветрить. — Такое восхитительное платье, и вам так к лицу, вы его из столицы привезли? Ох, какие тонкие нравы у столичных барышень, — говорила восхищенная Анна, помогая Ольге одеться. И правда, наряд, в который сейчас облачалась девушка, приковывал к себе взгляд. Ткань нежно персикового оттенка подчеркивала тёплый цвет кожи её хозяйки, а подол и рукава-фонарики были расшиты изысканнейшим узором, который придавал особенную волшебность чертам девушки и делал стан красавицы более утонченным. — Аннушка, я хотела попросить тебя сегодня расчесать меня по этому рисунку,— сказала Ольга, демонстрируя горничной эскиз прически, присланный из Франции. — Это же барышня по последней моде, какая красотища! Ольга Михайловна, а чего вы сегодня так празднично собираетесь? — Аннушка, в столице я так одевалась каждый день! И соскучилась по нарядам, — ответила девушка, незаметно опустив глаза, якобы расматривая рисунок. Когда горничная удалилась, Ольга стояла возле зеркала и, надевая на свои нежные пальчики шелковые перчатки, на мгновенье замерла. Девушка дотронулась ладонью своего лица и некоторое время как будто вглядывалась в себя. В её глазах читалось волнение. Затем девица резким движением оторвалась от зеркала и быстрым рывком открыла книгу, стоявшую в шкафу. Достав от туда лист бумаги, Ольга аккуратно спрятала его в свою перчатку и немедленно покинула спальню, дабы избежать встречи с чувством страха тягостных раздумий. *************** Зайдя в спальню сестры, девушка застала там неожиданную для себя картину. Татьяна сидела в кресле и держала в руках рисунки, присланные портнихой, это были заграничные модели платьев. — Танюша, я считаю, что голубой шёлк будет тебе к лицу... аа... с такой шляпкой, ой какая хорошенькая, просто прелесть, — обращалась к дочере Мария Николаевна, передавая ей очередной набросок и нежно касаясь щеки Татьяны. — Оленька, доброе утро, — улыбаясь губами, сказала девушка, заметив тихо вошедшую сестру. — Ольга, ты только посмотри: какая красота! — сказала Мария Николаевна, обращаясь к младшей дочери, призывая её расмотреть рисунки, которые занимали женщину всё утро и продолжила: — Я сегодня утром получила письмо от мадам Жюли, той француженки, которая шьет прелестнейшие платья моим племянницам. «Ах мои душечки, держала до поры до времени от вас в тайне, вы же приглашены на столичный рождественский бал! Вчера получила письмо с приглашением о вашей тетушки». Глаза Ольги весело заблестели от услышанного, ведь девушка так любила танцевать! Она стала рисовать в голове картины с бальным залом, восхитительной музыкой, изысканные наряды и танцующая с... при этой мысли девица сперва кротко улыбнулось, но затем эту эмоцию, как туча на майском небе, сменило смятение. Татьяна также не сдержала улыбки, её радовала мысль, что она сможет посетить столицу, ведь в прошлый раз поездка вместе с сестрой не состоялась из-за противнейшей простуды. Пока матушка расхваливала диковинные материи, девица вновь задумалась. «Возможно, я останусь в столице навсегда. Ольгиной руки уже просили, и она могла стать замужней женщиной. Хочу ли я замуж? Нет... но я хочу любить...(сердце Татьяны неприятно сжало) и... быть любимой. Может быть, новые знакомства, приемы, балы помогут мне покинуть этот сладостный плен, ведь по своей воли я безсильна отречься от своих чувств. Эта поездка будет только к лучшему, главное — не запирать себя и свое сердце... попытаться стать счастливой». Девушка обратила свой взор на окно. Припорошенная снегом тропинка и падающие хлопья. Татьяна вспомнила, что Ленский и Онегин обещали, что сегодня вновь навестят Лариных, ведь их общество вносит свет в столь холодную пору. «Может, я уже давно счастлива...» — Барышня грустно улыбнулась и насильно переменила свои думы. — А мне очень нравится этот цвет, — и девушка протянула матери рисунок. — Ох! Какие вы у меня красавицы, любое платье украсите, — и счастливая Мария Николаевна поцеловала обеих дочерей. — Пойду скажу Анне, чтобы приготовила комнату для мадам Жюли, та обещала, что завтра будет, снимет мерки и ткани лучшие покажет! — после этих слов женщина покинула комнату. ****************************** Опираясь рукой на перила, Ленский поднимался по высокой лестнице в поместье Лариных. Настроение у юноши было прескверное, его светлые глаза были обрисованы в темные круги, что свидетельствовало о бессонной ночи, проведенной в безутешных терзаниях. После возращения от Лариных Владимир сразу же закрылся в своем кабинете. Его бедное сердце не щадил ураган безнадёжных догадок о природе сегоднешнего поведения Татьяны с Владимиром. Вспомнив прекрасный облик, юноша зажмурил глаза. Он подумал о том, как пару недель назад видел, как девушка играла и ласкала котенка. Тогда он зачарованно наблюдал приятную глазу картину, а теперь, случайно вспомнив тот день, ощутил, как в груди неприятно начало печь, и это чувство остановилось комком в горле. «Как бы я был счастлив, если бы она подарила мне хоть один такой нежный и любящий взгляд, как этому зверьку». Когда Ленский зашел в гостиную, там его дожидалось трое друзей. Евгений Онегин располагался на кресле из зеленого бархата и время от времени, посербывая душистый чай, вел разговор с барышнями, которые подобно античным статуям грациозно расположились на софе. В комнате разорился звонкий смех Евгения, который заметил прибывшего друга, а девушки подали в знак приветствия свои нежные ручки. В эти секунды мимолетного сближения, Ленский заглянул в глаза Татьяне. Мужчина прочитал во этом взгляде тихую радость и из-за столь мгновенного жеста не разглядел в этих чертах печаль, легкую меланхолию, то чувство, которое испытывает человек, фатально принявший все испытания судьбы. И находит силы для маленькой радости. Молодые люди провели этот вечер за игрой в шахматы, которую время от времени прерывали замечания Онегина, который нынче был в радостном расположении духа. Владимир про себя отметил, что последнюю неделю мужчина предстал в новом свете. Стал разговорчив и открыт в своих помыслах, его лицо улыбалось и о былых горделивых и хищных чертах только иногда напоминал редко мелькающий взгляд. Но мысли о друге не долго удерживали внимание Ленского. Его взор в этот вечер был печален, что юноша бесталантливо пытался скрыть его фальшивым смехом. Дурное настроение гостя отметила только Татьяна, которая любила и умела читать скрытые глубины глаз возлюбленного, но в силу человеческих слабостей не все взгляды Владимира влюбленная пташка трактовала правильно. ***************** Друзья радушно распрощались, а Онегиным давно был отдан указ приготовить лошадей. Владимир стоял в плохо освещенном коридоре и дрожащими от острых нервических покалываний пальцами застегивал пальто. Натягивая перчатки, юноша заметил в конце коридора приближающуюся фигуру. Полумрак вначале мешал разглядеть черты лица, но фигура двигалась очень тихо, и только когда Ольга приблизилась и её стан осветил мелькающий свет, юноша услышал едва заметное дыхание. Девушка подняла на юношу улыбающиеся и немного забавляющиеся глаза и тихо молвила: — Прошу прощения, но у меня есть к вам маленькая просьба, — проговаривая эти слова, девушка устремила взгляд вниз, но через мгновенье ресницы вспорхнули вверх и девица продолжила: — Я... попробовала написать пару стихотворений... И вы единственный знакомый мне поэт, чье мнение я уважаю, а талант ценю. И только критику от вас я буду в силах вытерпеть, только пообещайте, что это будет наш секрет, — на лицо Ольги падал слабый свет, а отблеск свечи отражался в её глазах, которые были устремлены на юношу. На секунду Владимир замешкался, он был застан врасплох этими пленительными глазами в этом чарующем полумраке, а её нежный голос звучал так притягательно. Впервые юноша не просто отметил красоту черт девушки и милый характер, но и вкусил мысль о том, что эта красота может притягивать. — Да, конечно, благодарю за оказанную мне честь, — уста Владимира улыбнулись. — Пообещайте, что прочтете наедине, а то я сгорю от стыда, когда вы мысленно начнете метать молнии об мои рифмы, — барышня усмехнулась и протянула юноше сложенный лист бумаги, который прятала в перчатке. Ленский аккуратно взял письмо из рук Ольги и одним движением положил дароваванный сверток в карман. — И еще... пообещайте, что если сочтете мои мысли, изложенные в стихе глупостями, сжечь его, а если вам хоть немного понравиться... возвратите мне его? —Обещаю. Доброй ночи, — Владимир взял руку Ольги и нежно коснулся устами. — Доброй ночи. Ленский удалился, а девушка продолжила стоять как зачарованная, а потом побежала в свою спальню. Там она свалилась на кровать и тихо засмеялась. Ольга долго так лежала в постеле, играя с волосами, расматривая свои пальцы, улыбаясь, пока не уснула. ********************** Владимир выехал за пределы поместья. Все его лицо обдало ледяным ветром, и мужчина понял, что никогда не ощущал себя таким «замерзающим». Нежный и живописный образ Ольги, который пару минут назад завладел сознанием юноши, растворился и не оставил следа в сердце — только в памяти. Но эти воспоминания не согревали душу и не защищали от холода. Мужчина лежал на постеле, нервно переминая пальцы и терзался граничащем с болью чувством, что он не может протянуть к ней руку, как к оранжерейной розе, взять её и вдохнуть в себя весь сокровенный аромат её сердца. Может ли случиться чудо, чтобы и сердце Татьяны так же трепетало от любви к нему? «О чем бы я не думал, чем бы я не жил... Возвращусь всем сердцем к ней». Юноша подумал, что он мог бы как всегда перелить боль на лист бумаги, но сейчас он был не в силах. Но одновременно Владимир перевел взгляд на стол, где лежало наспех вылаженное письмо от Ольги. «Интересно, о чем пишут другие...» — и Ленский резким движением руки развернул лист бумаги