Ты сам виноват

Парни шли через лес уже примерно полчаса, но казалось, что они идут уже целую вечность. Иногда у Гарри было такое ощущение, будто еще пару метров и они выйдут на опушку, увидят домик Хагрида, в оконцах которого будет гореть теплый свет. Это чувство гнало гриффиндорца вперед, заставляя раздражаться из-за медленной ходьбы и чертового бесконечного леса. И несмотря на это он четко понимал, что ни в коем случае не оставит здесь Малфоя одного. Это низко и просто жалко. “Тем более, — рассуждал он, — если мы разделимся, нас точно раздерут на кусочки”. За те полчаса пока они шли вместе, они придумали целую систему. Гарри шел впереди Малфоя, и пинал палки, которые валялись на их пути, чтобы “больному” было легче идти. Так получалось быстрее. Но Гарри уже пару раз спотыкался о сучки и корни, торчащие из земли, принимая их за обычные ветки, и болезненно шипел. Малфой на это гаденько ухмылялся. Весь их небольшой путь этот белобрысый засранец безбожно ныл. Видимо, это было единственным его развлечением. То костыли ему натирали, то сам Гарри плохо расчищал дорогу, и Слизеринский принц натыкался на них, и еще что-нибудь. Гарри честно пытался наложить на него “Силенцио”, но тот его легко сбрасывал и продолжал с двойной силой. — Малфой! Кончай ныть! — не выдержал парень. — У меня уже уши в трубочку сворачиваются! Достал... — Ох, чтоб наверняка, я просто обязан тебе спеть! — сказал Малфой. — Ты от моего голоса просто помрешь! Помнишь ту восхитительную песенку, которую я сочинил на третьем курсе? Или нет! Я припоминаю то произведение искусства, которое тебе прочитал гном на День святого Валентина на втором курсе... Как там пелось? Глаза зеленые, как жаба? — и Малфой захихикал. — Малфой... — зло начал Гарри. — Клянусь, Поттер, даже я не додумался над тобой так поиздеваться! Это был явный мастер! Гарри несмотря на то, что ему надо бы разозлиться, позабавился этому. “ Эх, если бы он знал, кого он сейчас нахваливает, — подумал он, — Но Джини меня просто убьет, если я ему скажу”. — Колись, Герой, кто это был! — продолжил Малфой. — Не знаю, — неубедительно соврал Гарри. — А ты хочешь знать кумира в лицо? — Ну разумеется! Хочу пожать ему руку прилюдно, за то, что дал возможность издеваться над тобой до скончания веков. — Что-то плохо ты стараешься, — ляпнул Гарри, не подумав. Он не хотел бросать Малфою вызов, после которого тот видно был готов обрушить на бедного Поттера шквал язвительных шуток. И пока он не начал, Гарри быстро перевел тему: — Держу пари, что твоя Паркинсон посылает тебе валентинки в разы ужасней. — Паркинсон? — протянул Драко. — Мне? Мы не пара, Поттер. Мы дружим с самого детства, она мне как сестра. — А весь Хогвартс думает, что вы самая настоящая парочка, — скептично ответил Гарри. — Фи! — послышалось в ответ. — Не думал я, что ты, Поттер, веришь слухам. Она влюблена в кое-кого. Но ты прав, ее попытки подкатить просто ужасны. Я готов поспорить, что ими можно пытать, — в ответ на это гриффиндорец тихо рассмеялся. Гарри сунул руку в карман и с удивлением нащупал там что-то. И вытянув неизвестный предмет наружу, обнаружил в нем не открытую упаковку Пестрых мушек. Он припомнил, что несколько дней назад ходил в Хогсмид и купил там эти конфеты, а потом, видимо, забыл выложить. “Оставлю это до лучших времен, — подумал парень. — Кто знает, сколько нам еще идти”. — Да что мы все обо мне! Давай ты теперь что-нибудь расскажешь, — довольно сказал Малфой. — Я слышал, что твоя бывшая подружка очень часто о тебе болтает. Настолько часто, что слухи дошли и до меня. Ты не думай, Герой, мне просто любопытно узнать, что ты об этом думаешь, — слащавым голосом, явно наслаждаясь от того, что щеки Гарри покрылись румянцем. “Черт, черт, черт! Только не это! — в панике подумал Гарри. — Мне же потом от его насмешек некуда деться будет!” Малфой — последний человек, с кем он хотел бы это обсуждать. Чисто теоретически, он мог бы вообще не отвечать, но с Драко этот трюк не прокатит. Ему, кажется, совсем не нужны собеседники, он прекрасно разговаривает сам с собой. От Гарри ему нужна лишь реакция, которую гриффиндорец даже при большом желании скрыть не сможет. — Какая подружка? — решил сыграть в дурачка парень. — Ах, такая темненькая хаффлпаффка. Кейт, кажется, — противно протянул Малфой. — Во всей школе она не жаловалась только профессору Макгонагалл. Не помнишь такую? — Гарри угрюмо молчал, сжимая кулаки. — Бедный, бедный Потти, ну как ты живешь с такой плохой памятью? Не волнуйся, вот придем в замок, я тебе ее покажу. Вспомнишь может быть. А Гарри рад был бы ее не помнить. Малфой, похоже, открыл для себя золотую жилу, и теперь активно и в красках пересказывал все слухи, что ходили по Хогвартсу последние несколько недель, иногда дополняя их своими комментариями. А Поттер на это злился все больше. Он совсем не понимал бывшего врага. Иногда с Малфоем было почти весело, а временами он выводил его из себя настолько, что хотелось того хорошенько избить. Или оставить его одного, а самому спокойно дойти до школы. Ненависть сейчас была почти наравне со стыдом, за тот самый случай. Это произошло на вторую неделю пребывания в Хогвартсе. Тогда Гарри после очередной лекции Гермионы о том, что нельзя замыкаться в себе и уходить в депрессию, и том,что ему следует заводить новые знакомства, решил, что подруга права, и сам(!) пригласил одну девушку погулять. Ее звали Кейт Рид, и она ему вроде бы нравилась. Дело в том, что она оказалась не такой уж коммуникабельной. За всю прогулку она не сказала больше пары слов, и, казалось, будто она ждала чего-то другого. Причем Кейт не была стеснительной и имела кучу друзей. А Гарри просто не знал, о чем с ней можно разговаривать, и очень пытался ее развеселить. Этот вечер тянулся очень долго, а когда наконец закончился, Гарри быстро сбежал в свою комнату и валялся на кровати, чувствуя себя дерьмово. На следующий день, когда он спустился в Большой зал, он поймал несколько насмешливых взглядов от подруг Кейт. Гарри это очень насторожило. А потом Парвати сказала ему, что Кейт рассказывает всем, что свидание с Гарри Поттером было полным отстоем, и что он целый вечер говорил только о себе, не давая ей, бедняжке, слово вставить. Как бы не была комична эта история, она сильно ударила по самооценке Гарри. Он чувствовал себя неинтересным о никому не нужным. Конечно, его друзья не верили ее рассказам и старались поддерживать, но что тут поделаешь... А потом эта ситуация обросла нелепыми слухами, которые преследовали его целую неделю, и похоже они все еще распространяются. Гарри поклялся себе больше не звать на свидание первых встречных. Ну а потом Эмили Одли пригласила его на пикник, на который он неожиданно для самого себя согласился. Именно поэтому он так боялся идти на встречу с ней, но, к счастью, все обошлось. Если не обращать внимание на то, что он находится ночью в лесу. Малфой все еще говорил. И тогда Гарри оторвался от своих мыслей, решив прислушаться к тому, что вещает эта поганка. И сразу же пожалел об этом. — Неужели ты правда такой скучный, Поттер? — произнес он. Гарри стало почему-то очень обидно, отчаянно захотелось доказать, что это не так. Малфой знал, на что нужно давить. Но он не произнес ни слова, только остановился и посмотрел тому прямо в глаза. — Исходя из того, что ты продолжаешь молчать, я склонен верить словам этой девчонки. Надо же, святой Поттер — дерьмовый собеседник. И вдруг в груди у Поттера поднялась такая ярость, что ему показалось, что он убьет Драко. Он подскочил к слизеринцу и в самое лицо прошипел. — Даже несмотря на это, я хотя бы нужен кому-то. А от тебя из-за твоего поганого языка и тяжелого характера даже родители сбежали в другую страну! — злые слова обожгли язык. Гарри знал, что Люциус и Нарцисса Малфой уехали из Британии совсем не из-за этого, но он захотел ударить побольнее. Он догадывался, что Драко переживает из-за холодности своих родителей, но любит их. Его поступки говорят об этом. В серых глазах напротив отразилась обида, однако на смену ей быстро пришла злость. — Да ты жалкий...— гневно начал Малфой. Его прервал звук сзади. Звук был достаточно громкий, чтобы быть услышанным в самый разгар ссоры. Парни быстро обернулись. И увидели, как среди темных стволов, во тьме, прошмыгнуло что-то. Что-то бледное и явно большое. Слишком большое для птицы или животного. Оно показалось буквально на мгновение и сразу же скрылось за сосной. Послышался тихий звук шагов. Драко в ту же секунду, несмотря на свои костыли, подскочил к Гарри и схватил того за рукав. Он не спрятался за ним и не закрыл собой, он просто встал рядом. Встал рядом и направил волшебную палочку в ту сторону. Гарри сделал так же. Они с минуту стояли вместе, напряженно вглядываясь в подозрительную темноту. У Гарри бешено колотилось сердце, все органы чувств обострились. Его охватила такая паника, что он готов был бежать отсюда прямо сейчас. Чтобы не исполнить малодушный порыв, он одной рукой вцепился в Малфоя. Почувствовав под рукой быстрый пульс, он немного успокоился. Паника начала отступать, но страх остался. Рядом тяжело дышал Драко. — Я надеюсь, что мне показалось, — осипшим голосом сказал блондин. — Я тоже... — прошептал Гарри в ответ. Они все еще не двигались с места. — Но если нам не показалось, то оно явно следило за нами. — Ты не делаешь легче, — упрекнул его тот. — Может ты уже отпустишь мою руку, Гарри, — Драко наверное от шока не заметил, как назвал гриффиндорца по имени. — Ой, — пискнул Гарри и отпустил Драко. Скоро им пришлось возобновить “прогулку”. Драко наотрез отказался идти сзади Поттера, объяснив это тем, что его могут утащить, а он даже не сможет отскочить в сторону. Так что парни теперь шли рядом, почти плечом к плечу, ибо так создавалась иллюзия безопасности. Ну или просто потому, что Гарри тоже не хотел идти последним. Малфой, тем временем стал, чаще спотыкаться, ведь у него теперь не было персонального очистителя дороги. Но он молчал. Они оба молчали, напряженно вслушиваясь в тишину леса. И вздрагивали, если до их слуха доносились даже самые незначительные звуки. Периодически оборачивались и тыкали палочками с Люмосом в темноту, чтобы лучше разглядеть. Так шли они довольно долго. — Эмм... Драко, — наконец сказал Гарри, поймав странный взгляд последнего. — Прости, что я так сказал...Ну, о твоих родителях. Я не должен был. — Забыли, — буркнул тот. — Я тоже сожалею, — на грани слышимости. Гарри улыбнулся. “Видимо, он не такой уж и засранец, каким хочет казаться”. — подумал парень. Дальше дорога была чуть менее напряженной. — Эй! — воскликнул Гарри через несколько минут. — С меня слетели твои греющие чары. — Да, с меня тоже, — ответил Малфой. — Странно... Он снова взмахнул палочкой, накладывая чары на себя и на спутника. Поттер ему кивнул, и они пошли дальше. К нему в голову стали лезть беспокойные мысли о том, что им нужно идти быстрее. Ему казалось, что Драко специально издевается и идет медленнее чем обычно. Было такое чувство, что вот-вот что-то случится, если они не ускорятся. “Быстрее, быстрее, быстрее! Ну же!” Умом Гарри понимал, что просто накручивает себя, но сделать ничего не мог. — Малфой, почему ты так медленно идешь? — не выдержав спросил он. — Тебе сказать или сам догадаешься? — поднял бровь Малфой. — Ты мог бы идти быстрее, — с упреком произнес Гарри — Нет, не мог бы, — ответил слизеринец. — Я и так стараюсь! — Значит ты стараешься недостаточно! — почти зарычал он. Но в этот момент Гарри, переставший следить за дорогой, споткнулся о выступающую над землей корягу, и повалился на землю, больно ударившись головой об нее же. Из глаз посыпались искры, и он со стоном схватился за голову. “Думаю, будет здоровенная шишка”. — с досадой подумал он и зажмурился от боли. А когда он открыл глаза над ним стоял Малфой с торжественным видом и усмехался. — Ох, как очаровательно, Потти. Но не стоило падать мне в ноги, чтобы извиниться передо мной за свое идиотское поведение, — с издевкой сказал он. — О, не расстраивайся... Хочешь поцелуй в лобик, чтоб головушка не болела? — Иди к черту, Малфой! — ответил Гарри, щеки у которого предательски покраснели. Ухмылка Драко стала еще шире. Гриффиндорец, чтобы еще больше не опозориться, вскочил на ноги и, покачиваясь, пошел вперед. Ему было стыдно за свое дурацкое падение, а еще за то, что он так и не смог придумать достойный ответ на последнюю реплику Драко, в очередной раз дав слабину. Но он не успел уйти далеко, Драко совсем скоро его догнал. “Черта с два, я заговорю с этим придурком еще раз”, — злясь, думал Гарри и твердо решил не контактировать с ним до самого Хогвартса.