О чем мы молчим?

      Thousand Foot Krutch — Courtesy call

      С той вечеринки прошло несколько недель. Тео смог избежать слухов и сплетен, срочно покинув школу на некоторое время по зову отца, но за эти дни я так и не получил от него ни одной вести. Мне снова начали сниться кошмары, только в этот раз я видел Нотт-мэнор, менее мрачный, но окутанный той же темнотой. Я переживал за него: в голове возникали разные мысли о причинах, по которым Теодора могли буквально вытащить из школы в середине учебного семестра.       Все это время нам с Блейзом часто приходилось затыкать младшекурсников, а Уизли заработала себе не самую лучшую репутацию. «Спуталась со змеями», — отзывалось эхом в коридорах школы. Это был лишь один поцелуй по-пьяне, но все эти идиоты только и могли, что клеймить каждого, кто, по их мнению, ступил на неправильный путь. Интересно, что бы сказали на змею Паркинсон, с которой уж точно «спутался» Поттер. Сама же Пэнси догадалась, что я не разговариваю с ней именно по этой причине. Но, признаться честно, я не разговаривал с ней не из-за её каких-либо отношений с Поттером. Она ничего не сказала об этом и скрывала, да и к тому же грубо отшивала Тео. И это, Мерлин, мне тоже было непонятно. Я не узнавал людей, окружающих себя, ровно так же, как и не узнавал самого себя, постоянно блуждающего в своих мыслях все имеющиеся часы в сутках. Я просто посещал занятия, игнорируя общество. Гриффиндорская заучка тоже часто пропадала из поля моего зрения, но и это было к лучшему: я наконец-то перестал лишний раз раздражаться.       — Как думаешь, зачем Тео позвали домой? — спросил Блейз, сидящий напротив меня в кресле нашей гостиной.       Я закрыл книгу, одну из тех, что изучал Тео, и посмотрел на Блейза. Я не знаю ответа, и мне даже не хочется предполагать, что сейчас происходит в поместье Ноттов.       — У меня есть одна мысль, но она довольно страшная, Драко, — продолжил Забини. Он встал и подошел к окну, которое с внешней стороны окутал очередной вечерний туман. — Мне кажется, что Волдеморт решил действовать. Он же спрятался, да? Вдруг он решил занять поместье Ноттов, чтобы строить в безопасном месте свои планы? Это, конечно, мои догадки… Но Тео сейчас там, и мы, черт побери, даже не знаем, что с ним! — он уже перешел на более громкий тон, и я мог его понять.       — Блейз, иди спать. Ни к чему строить нелепые догадки. Я уверен, что с Тео все в порядке, и он скоро вернется.       Не знаю, кого больше я успокаивал этими словами — себя или Блейза, но создать видимость расслабленности необходимо. За последние недели мы очень сильно вымотались. Мне нужно усердно восстанавливаться в учебе из-за полуторамесячного пропуска, который знатно отразился на моих успехах. Мне ни к чему лишние упреки в мою сторону от отца, требующего обходить всю школу в знаниях. К счастью, массовые тренировки по квиддичу возобновили, и даже планировали очередной матч. Правда, команда Слизерина в ближайшем расписании не стояла, что не сильно меня огорчало: последний матч выдался крайне неперспективным.

***

      Я погрузился в книгу, переписывая важный материал на защите от темных искусств, когда в класс неожиданно влетела она, вся растрепанная (или это её обычный вид?), извиняясь за опоздание. Почему она опоздала, я так и не смог понять, уж слишком быстро тараторила. Но неожиданно для меня и всего класса, она села не за свое обычное место с Поттером, а в самый конец класса, совсем недалеко от столов слизеринцев. Если быть точным, Грейнджер села напротив нашего с Блейзом стола. Вид у неё был не самый лучший, под глазами по-прежнему красовались темные пятна, выдающие её бессонные ночи. Она отстала в учебе ровно так же, как и я, и мы, вроде как, плыли в одной лодке. Грейнджер копошилась в своей сумке в поиске учебника, что-то причитая себе под нос. Мне было интересно наблюдать за ней, но внутри я просто потешался над всей этой ситуацией. Судя по её вздохам, учебник она так и не смогла найти. Я заметил, как взглядом она прошлась по классу в поиске какой-либо помощи.       Что, Грейнджер, помощи ждать не откуда?       Думаю, это будет малой платой. Я положил учебник Блейза на середину, хотя тому он и вовсе не был нужен. Учиться он любил меньше всего, хоть и был неплох во многих заклинаниях в свои годы. Я подождал, пока профессор Снейп, заменяющий нам преподавателя по ЗОТИ, отвернется, и незаметно отлевитировал свою книгу на стол Грейнджер. Та обернулась в мою сторону и удивленно вздернула одну бровь.       — Куда делась твоя книга? — отвлек меня Забини. Я вернулся к своему пергаменту и продолжил записывать информацию с учебника, пробубнив что-то вроде: «Так я же забыл его, ты не помнишь?»       После занятия Грейнджер быстрее всех выбежала из класса, а я подошел к столу, где сидела она. На книге лежала еле заметная бумажка, свернутая в трубочку. Я взял книгу, а бумажку незаметно положил в карман. Блейз, проходя мимо, подтолкнул меня плечом.       — Так вот же твоя книга, — он взглянул на меня и подмигнул. Я в ответ ударил его в плечо.

***

      Вечерние тренировки самые прекрасные. Сегодня небо на удивление чистое. С наступающей темнотой на нем уже начали появляться звезды. Метла давала мне возможность почувствовать себя ближе к этим прекрасным кусочкам света — не прячущим темноту, а озаряющим путь. Тот путь, который мне не был предопределен.       В полете я часто задумывался о близких, о делах, которые совершал, о себе самом. Полеты словно исповедь за все мои прошлые и будущие грехи. Но для кого эта исповедь, если я все равно останусь тем, кем должен?       На поле отсутствовали некоторые игроки моей команды, зато я заметил уже переодевшуюся в форму Уизли, заменявшую иногда Поттера в качестве ловца. Но она определенно была хороша, в этом не сомневался даже я. Она взлетела на метле, пока я наблюдал за ней сверху. Выше я заметил отблеск снитча. Думаю, ей будет полезно посоревноваться. Решаю резким движением метлы спуститься поближе к ней.       — Решила выпустить пар, Уизли? — кричу ей издалека. — Думаю, тебе нужна основательная тренировка.       — Неужели ты думаешь обойти меня, Малфой? — слышу в ответ её задорный голос.       Мы одновременно резко направляемся в сторону снитча, ловко парирующим под трибунами, где мы то и дело сталкиваемся с Уизли. Уже спустя какое-то время, когда поле опустело от других игроков, я лежал, весь потный и уставший на земле со снитчем в руках, который в последнюю секунду успел урвать перед её носом. Я услышал, как она подошла ко мне и присела на землю.       — Теодора не видно. Где он?       Я не ожидал от неё такого вопроса, мне казалось, что после того поцелуя она и забудет о нем. Хотя вездесущие студенты не позволят такого, пока не случится что-то, что отвлечет их пустующие головы от грязных сплетен. Либо пока не появятся новые не менее грязные.       — Уехал домой на время. Как это говорят, «по семейным обстоятельствам»? — ответил я предельно честно. Уизли была достаточно популярной девушкой в школе, своей красотой затмевая многих студенток Хогвартса. Лично меня она никогда не привлекала. Но в её бойком характере определенно было что-то располагающее к беседе, с ней было приятно иногда даже поспорить.       — Ясно… Думаю, я должна извиниться перед ним. Теперь о нем ходят нелестные разговоры.       — Ты должна думать о себе. Все это время чаще всего «нелестные разговоры» ходили лишь о тебе. Тео — парень, ему простительно все, даже несмотря на то, что он со Слизерина.       — Да я думаю и о себе. Рон вообще со мной не разговаривает, Гарри вечно куда-то пропадает, из-за всей этой ситуации, знаешь… Думаю, ты понимаешь, о чем я. Хорошо, что у меня есть Гермиона, но и её мало, после тех травм она вся в учебе, — Уизли приподнялась и отряхнулась, взяв метлу в руки и стояла, смотрев на небо.       — По ней видно, — спустя паузу коротко подметил я, продолжая лежать на земле.       — Она очень плохо спит, я вижу, что её что-то тревожит, но не могу узнать, что именно, — после этих слов она посмотрела вниз на меня, выдохнула и продолжила: — Ох, Малфой, я и забыла, что разговариваю тут с тобой.       — Да, Уизли, пожалуй, ты забылась, — я встал, применив очищающее заклинание к форме, схватил метлу и, развернувшись, направился в сторону раздевалок, оставив девушку одну на поле.

***

      Тео, за тебя беспокоится даже младшая Уизли, по-моему ты уже должен вернуться. Мне тревожно, что от тебя никаких новостей и писем. Что происходит? Что ты сейчас проживаешь дома? Можем ли мы наши поместья называть «домом»? Тео, я устал от нескончаемой болтовни Блейза и его энергичности. Благо вечеринки он в ближайшее время организовывать не планировал. В общем…

Возвращайся.

      Я снова оказался здесь. В этом чертовом туалете. Блядство. Я проснулся от дикой тошноты, и не заметил, как ноги привели меня снова сюда, где я проводил первое время после возвращения в школу. Все ебаное лето отец твердил что-то о служении Темному лорду, о признании, о блядски чистой крови. Все лето я слышал об истреблении предателей крови и грязнокровок. Это новый устрой, новый мир. Я должен его принять и где-то в глубине души даже желал этого. Но все, на что у меня хватало сил — оскорбить кого-то этим грязным словом. Я не способен на большее, и это меня пугает.       Я прислонился к стене, обхватив голову руками. Сейчас до боли в конечностях мне не хватает того, кто сможет усмирить мои мысли. Разъедающие меня, призывающие покончить со всем этим кошмаром. Со своим кошмаром. Но правда в том, что я никогда не задумывался об этом — для слабости было мало места в моей голове. Я уже дал себе обещание изменить судьбу, построенную за меня. Но, к сожалению, у меня было дохера переживаний о других, близких мне людях. К моему счастью, Миртл решила не вылезать из своей кабинки, оставив меня одного. Так я окончательно почувствовал себя одиноко. В моей голове резко возникло воспоминание, которое я усердно заталкивал глубоко в голове, об одном из дней в теперь уже холодном мэноре: Тео буквально разрывается, лежа на полу, а его тело издает неестественные звуки. Я чувствовал эту адскую боль. Ощущал всеми фибрами… потому что его разрывало от палочки, что держал я. От моей руки, которую я неоднократно впоследствии грозился отрубить. Конечно, он мне отомстил. Хоть все это было лишь испытанием нашей преданности, я был рад, что это произошло. Ведь я в полной мере почувствовал то, что чувствовал он.       Тошнит, тошнит, тошнит.       Я ощутил, как тошнота достигла горла. Кислый привкус на языке проник в мой мозг, вызвав в нем окончательный диссонанс, а в следующую секунду я выблевал в ближайшую раковину свой ужин. Горло жгло от раздражения и все, что я смог — сунуть свой рот под кран холодной воды. Я осел без сил на пол, прикрыв глаза.

***

      Кто-то тронул меня за плечо так, что по моему телу прошлась россыпь мурашек. Холод от кафеля, окутывающий туалет, в котором я в итоге заснул, обволакивал мое тело, а прилипшая от пота и воды рубашка только удручало мое положение. Я окончательно открыл глаза и взглянул на человека, разбудившего меня. Тот стоял спиной к окну, поэтому разглядеть его лица мне не удалось. Но я точно знал — это он. Целый и невредимый. Вернулся. Я закрыл глаза руками и громко, почти всхлипывая, выдохнул:       — Мерлин, как я рад, что с тобой все хорошо.       Видимо, силы оставили меня основательно, потому что я вырубился. Мышечная слабость после сна на холодном полу надавила на меня сильнее, чем мне казалось. Я не чувствовал, как он тащил меня на себе, как положил на кровать и накрыл одеялом. Я не чувствовал ничего, потому что за эти несколько недель наконец-то смог крепко заснуть.

***

      Хорошо, что это утро — субботнее. Я проспал почти до обеда, и в спальнях уже никого не было. Приняв душ и переодевшись в чистую одежду, я снова ощутил себя человеком. В моем мозгу всплывали нечеткие воспоминания этой ночи, но одно я помнил точно — Тео вернулся в школу. Я спустился в Большой зал, где за слизеринским столом увидел свое трио — Блейза, Пэнси и Тео. Последний что-то активно обсуждал, размахивая руками, а Блейз и Пэнси смеялись. Короткая улыбка вспыхнула и у меня на лице. Я не смог сдержаться при виде этой картины, которая давала мне надежду.       — О, Драко, ты выспался? — с загадочной улыбкой спросил меня Забини. Я же вопросительно взглянул на Тео, тот улыбнулся и пожал плечами.       Блейз решил донять меня допросами:       — Тео рассказал, что ты пришел поздно ночью от одной красивой девочки из Когтеврана, расскажешь нам, кто она?       Тео подавил смешок, а я смог выдать лишь «отвали».       — Тео, а когда ты вернулся? — спустя паузу подала голос Пэнси.       — Вечером. Я был у Макгонагалл и Снейпа, поэтому мы с вами не смогли пересечься.       Значит, он вернулся вечером. Но как он догадался, что я… черт. Нужно его спросить об этом позже.       Тео с Пэнси еще о чем-то разговаривали, но я был рад, что они смогли выйти на контакт. Вероятно, утром они все обсудили.       После обеда Тео остановил меня и сказал, что ему нужно по кое-каким делам в Хогсмид. Я идти не хотел, у меня было в планах, несмотря на выходные, заняться учебой (Мерлин, я стал похож на заучку).       — Драко, давай сегодня посидим на Астрономической башне? Приходи туда в 9 вечера, и если ты опоздаешь… не надейся меня там найти, в общем, — с улыбкой предложил Тео.       Идея посидеть с другом, поговорить, узнать обо всем мне лестна. Как в старые, хоть и не совсем добрые, времена.       — Приду, конечно.       Тео быстрым ходом направился к выходу из школы, накинув на себя теплую мантию, а я, повернувшись в другую сторону, заметил рядом одиноко стоящую Грейнджер. Мне хотелось ей что-то сказать, возможно, надавить на неё. Задеть.       — Где твои дружки, Грейнджер?       Она косо взглянула на меня, но все же решилась подойти ближе. Эта разница в росте так… вдохновляла меня. Я могу всегда смотреть на нее свысока, и мне не нужно было стараться для этого.       — Малфой, что ты пытаешься сделать сейчас? Я ведь вижу тебя насквозь. Не нужно притворяться.       — Ха, единственный человек, который всегда притворяется — так это ты, Грейнджер. Ты даже выглядишь ужасно. Что с тобой? — максимально используя в тоне насмешку, высказал ей я.       — Возможно, ты прав. Но я выгляжу так, потому что слишком «человечная». Ты забыл?       — Становясь человечной не забывай оставаться человеком сама, — с этими словами я развернулся и направился в подземелья.

***

      Я провел за книгами весь день, изучая пропущенный материал и исследуя будущий, чтобы иметь возможность опередить других студентов. Обратив внимание на часы, вспомнил, что Тео будет ждать меня в башне. Он хоть и пошутил, но опаздывать к нему мне не хотелось совсем. Возможно, я чересчур трепетен к этому, но Тео мне действительно дорог. Пэнси сказала, что Нотт с Хогсмида вернулся довольно поздно, ближе к комендантскому часу, но я его не видел.       — Я думал, что ты опоздаешь, Драко, — глядя на меня снизу произнес Тео. Он сидел на пледе, на котором было достаточно места и для меня. Вокруг лежала стопка из нескольких учебников, а рядом стояли несколько склянок с зельями, скорее всего, очередными его экспериментами.       — Я же сказал, что приду. И ты знаешь — Малфои пунктуальны в любом вопросе.       — Конечно-конечно. Я тут немного выпить принес, как тебе идея вечеринки на двоих?       — Звучит как-то супер неловко, Тео, но выпить не откажусь, — протянул руку к стакану, а тот налил мне огневиски.       На башне было прохладно, но когда я ступил на балкон, то ощутил согревающие чары. И почему я сам все время о них забываю?       — Небо сегодня красивое, — спустя паузу тихо сказал Тео. Я взглянул на него и увидел какой-то странно печальный взгляд.       — Зачем притащил зелья? Очередные эксперименты? — все же решил уточнить я.       — Да, пока находился дома, решил не отставать. Там много разных ингредиентов для зелий.       — Ты такой заучка, Нотт.       — Как и ты, Малфой, — улыбнувшись подметил Теодор и продолжил: — Не оставайся больше вот так, один. Я испугался за тебя там в туалете. Это было… страшно.       Он отвернулся от меня, а я молчал. Мне нечего было сказать на это. Я не хотел говорить ему о своих кошмарах, не хотел напоминать о той боли, что мысленно я испытывал снова и снова. Чертовы основы воспитания в священных двадцати восьми. Или священных тех, что служили Темному лорду и остаются верны ему. Блядство. Это снова у меня в мыслях. Я здесь за тем, чтобы побыть с другом, отвлечься, возможно, попытаться узнать у него все о его поездке домой.       Мы сидели где-то около часа, пили, шутили и вспоминали разные истории из детства. Расстроились, что Блейза с нами не было, ведь он мог добавить о нашем детстве немного больше. Но потом поняли, что побыть сегодня без него нам лучше.       — Кстати, я же не зря принес эти зелья. Надо их испытать, — уже опьяневший произнес Тео.       — Что это за зелья, Тео? Для чего они?       Я ощутил подступающий ком в горле, словно паника немного окутывала меня, но я отбросил все лишнее из головы. Просто очередные тупые зелья.       — Сейчас узнаешь.       Тео подмигивает мне и берет одну из склянок, откупоривая её, вертит какое-то время в руках, будто о чем-то размышляя, хмурит бровями и вливает в себя содержимое.       Ничего не происходит.       — И что это? — спустя паузу я осмеливаюсь спросить. Тео молчит, и смотрит наверх.       — Небо сегодня красивое, — повторяет он.       — Да, ты уже говорил, — с раздражением в голосе отвечаю я, — Что это, Тео?       — Походу, неудачный эксперимент, — он протягивает руки, постепенно задирая рукава каждой, заметно корчась от боли. Я это осознал, когда взглянул на них.       Его руки буквально разъедало, словно гниль от разлагающегося неделю трупа кожа сползала с предплечий, оголяя кости. Ощущение тошноты снова подступило, мне хотелось еще раз вытащить наружу свой ужин. Видимо, ужинам теперь не место в моем желудке. Я сидел и не понимал, что происходит. Меня трясло, а руки Тео продолжало разъедать выше и выше. Он даже не кричал. Я встряхнул его, чтобы узнать где антидот или что-то, что поможет, но он не мог говорить. Теперь уже не мог. Его рот и язык тоже медленно разъедало. Кровь сочилась из всех ран вперемешку с гноем, заливая его руки, и все вокруг. Плед, на котором мы сидели, теперь был кроваво-красным. Я ощущал запах гнили и крови, и, не выдержав всего этого кошмара, резко вскочил и в панике спустился по лестнице вниз, несколько раз спотыкаясь. Мои глаза застилали накатившие слезы, и я начал кричать. Громко кричать и звать на помощь. Я кричал так громко, что, казалось, вся школа встала на уши. Но это лишь эхо распространялось по башне и её небольшим коридорам. Я осел на пол и уже тихо проговаривал про себя: «Помогите». Пока не услышал стук её каблуков. Она подбежала ко мне и начала спрашивать, что случилось, но я не мог ничего сказать.       — Теодор… — прошептала она и побежала в сторону лестницы наверх. А я остался сидеть на полу с его кровью на своих руках.       Спустя время я услышал, как она меня зовет. И, когда я более-менее пришел в себя, направился в ту сторону, и, одной рукой облокачиваясь на перила, поднялся по лестнице на балкон башни. Грейнджер сидела на полу во всем этом месиве из крови и гнили, а рвота, окончательно дошедшая до моего горла, непроизвольно вышла наружу. Благо я успел отвернуть голову.       Когда я повернулся, то увидел Тео с закрытыми глазами, на местах ран которого лежали повязки с бадьяном, как я смог понять по резкому запаху. Я увидел лежащие рядом с ним два пустых флакона. Видимо, Грейнджер это заметила и в следующую секунду сказала:       — Второй флакончик был с антидотом. Я использовала легилименцию на нем, пока он еще был в сознании, и увидела этот флакон рядом с ним. Скоро ему станет лучше.       — Ты… ты владеешь легилименцией?       — Да. Я не понимаю сейчас, зачем он так сделал, но это странно…       — Блядь. Блядь. Блядь! Тео, какой ты придурок! Как ты мог опробовать на себе это ебаное зелье?! — начал кричать.       Грейнджер встала и посмотрела на меня.       — Малфой, я сейчас приду. Принесу все необходимое. Побудь пока с ним.       Я киваю. Это все, на что у меня хватает сил.       — Д-драко, — еле разборчиво сквозь повязку произносит Тео.       Я аккуратно подсаживаюсь к нему и смотрю. Его лицо выглядит измученным.       — Тебе нельзя говорить, Тео, — твердо говорю я, но по его взгляду понимаю, что он хочет.       Легилименс.       Я в его голове. Здесь построено куча стен, но я вижу открытую дверь в одной из них и без промедления вхожу в неё. Тео сидит на кресле, как и обычно. Я подхожу ближе и замечаю улыбку на его лице. Будто это последняя улыбка для меня. Она меня терзает, бьет под дых без жалости и сожалений.       — Ты заставил меня страдать, Тео, своими шалостями с зельями.       — Драко.       — Нет, я говорю! Ты знаешь, как я испугался? Я такой дичи никогда не видел! Как ты вообще до этого дерьма додумался?       Я забыл, что, крича в его голове, доставлю ему еще одну порцию боли.       — Драко, послушай. Это не было экспериментальным зельем.       — Что… — непонимающе смотрю на него и боюсь услышать те самые слова.       — Думаю, Астрономическая башня, где я сидел со своим лучшим другом — прекрасное место, чтобы умереть.       Я резко выхожу из его головы, встаю и сталкиваюсь с Грейнджер в проходе. Та вопросительно смотрит, а в руках у нее какие-то флаконы с зельями. Она заметила мой упавший на них взгляд и ответила на мой мысленный вопрос:       — Все для восстановления, не переживай. Это крововосполняющее, это зелье сна без сновидений… а это, своего рода, успокоительное. Малфой, когда я проникла в его голову…       — Он хотел умереть, знаю.