Верните им Небеса

Дин метался из стороны в сторону. Он был взбешен неожиданным уходом Каса. Он понимал, что и сам был виноват в том, что Кастиэль ушел. Нет, он сбежал! Сбежал от того, кто желал ему добра и хотел помочь. «Не стоило на него так давить», — говорил себе охотник, но это ничем не помогало. Четыре дня назад, когда он узнал, что Кастиэль глушит свою боль алкоголем, внутри него что-то оборвалось. Винчестер понял, что не смог уберечь Каса от этого необдуманного поступка, который на шаг приближал его к тому Касу, из будущего. В тот момент он был зол больше на себя, нежели на бывшего вояку. Чего больше всего боишься, то и случится первым. «Еще не поздно. Я смогу вернуть его в прежнее состояние», — уверял себя охотник, когда твердо говорил своему ангелу, что тот под арестом. Не задумываясь о его чувствах, он приказывал ему, но оступился, надавил слишком сильно. И Кастиэль сломался. Дин готов был убить себя за это, но, увы, это не вернуло бы его ангела обратно в бункер. — Дин, успокойся! — громко произнес Сэм и встряхнул брата за плечи. Ему было невыносимо наблюдать за его терзаниями, а особенно вслушиваться в его бормотание, которое ничего конкретного и полезного в себе не несло. — Как ты можешь говорить мне о спокойствии, когда Кас сбежал, а ты, — он ткнул пальцем в грудь Сэма, — даже не удосужился его остановить! — А что это изменило бы? Он смог бы уйти в любой другой момент. Это был его выбор. — Ты не понимаешь! Он остался бы, я верю, — Винчестер был уже на пределе. — Нет, Дин, не остался бы, — Сэмюэль насильно усадил брата на стул и сам приземлился на стул напротив. — Я бы и сам ушел после такого. Ты слишком надавил на него, вот он и ушел. — Я не давил на него! — Ага, а как же?! А кто сказал ему, что он под арестом? Дин виновато опустил голову. — Ты не видел того, что видел я, — тихо произнес Винчестер-старший. — Я знаю, каким будет Кас, поэтому всячески пытаюсь предотвратить это. Пытался. — Все будет хорошо, - Сэм похлопал брата по плечу. — Он вернется, я уверен. — А если нет? — Дин поднял голову и с болью посмотрел на Сэмюэля. – Что, если он уже не вернется? Ведь с ним могло произойти что угодно, начиная с несчастного случая и заканчивая демонами, а то и хуже, Метатроном. Возможно все, ведь так? — Он вернется. Просто верь в это. Смюэль еще раз похлопал Дина по плечу и, встав со стула, пошел в свою комнату. Охотник со вздохом откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Сколько он уже не спал? День? Два? Дин не считал дни своей бессонницы. Он даже не помнил ночь, когда его покинул сон. Наверное, это случилось в тот день, когда Кас ушел. Вечером, когда он, Дин, был готов уснуть, его собственная кровать показалась ему слишком неуютной. Она казалась огромной и пустой. И в этот же момент в голову ворвались воспоминания о том «незнакомце», рядом с которым он засыпал каждую ночь. Дин вспомнил о тех ледяных пальцах, которые аккуратно, чтобы не разбудить, скользили по его коже, пока вся ладонь не легла на его бок. Он вспомнил и том дыхании, которое обжигало кожу. После этих воспоминаний охотник моментально отправился в душ, чтобы привести себя в порядок, а, придя обратно в комнату, понял, что спать уже не хочет. И так было каждую ночь. В этот раз воспоминания только усугубляли ситуацию. Они не прибавляли сил, как было это обычно, а, наоборот, отнимали. «Зато, — утешал себя Винчестер, — у меня есть больше времени для поиска информации». Тяжело вздохнув, Дин открыл глаза. Со всем этим нужно было что-то делать, и Дин знал это. Но вот что? Кинуться на поиски Каса? Жаль, что у охотника не было ни малейшего предположения, куда он мог пойти. Но одно Дин знал твердо: Кас там, где выпивка и наркотики. Даже зная это, он не мог сузить свой круг поиска. Таких заведений было полно. Обежать их все являло собой очень трудную и вряд ли выполнимую задачу. Оставалось только послушаться Сэма и ждать. Винчестер-старший понимал, что ожидание будет слишком мучительным, но, увы, другого выхода у него не было.

***

Три часа ночи. В бункере царили несвойственные ему покой и тишина. Свет был везде выключен, лишь в зале приглушенно светили настольные лампы, бросая мягкий, не режущий глаза свет на стол. Даже за стенами бункера, в радиусе нескольких километров, царил покой. Спали все, кроме Дина. Охотник лежал в своей кровати и буравил взглядом черный из-за непроглядной темноты потолок. Спать хотелось больше, чем жить, но, закрывая глаза, он видел перед собой Каса. Лучше уж было бороть сон, нежели видеть Кастиэля и понимать, что он опять облажался. Дин потянулся к ночнику на прикроватной тумбочке и включил его. Комнату вмиг осветил яркий свет. Не смотря на свои размеры, ночник освещал достаточно большое пространство. Дин прищурил глаза, которые беспощадно резал яркий свет. Усевшись поудобнее на постели, он вздохнул и взъерошил свои волосы. — Я знаю, почему ты стал таким черствым, требовательным, бессердечным и жестоким, — с ухмылкой в пустоту начал говорить Винчестер немного хрипловатым голосом. — Это все не из-за Апокалипсиса или вируса. Это даже не из-за большой ответственности за жизни людей, которых ты взял под свою опеку, которым ты дал оружие и отправил в бой. Ты просто не мог смотреть на то, как Кас разрушает себя. Ты не мог смириться с тем, что твой Кас стал другим, что он окончательно пал. Вот откуда эта злость и недоверие. Не так больно было смотреть на зараженных или твоих людей, которые погибали в этом бою за жизнь, как на пустившегося во все тяжкие Каса. Было неприятно — да что там! — было омерзительно видеть его в окружении женщин, выпивки и наркотиков, которые он доставал бог знает откуда. Хотелось вырвать его из мира разврата, хотелось запереть его в своей комнате и менять его в лучшую сторону, доказывая свою любовь. Но было слишком поздно. Ты был уже не тем, да и от послушного небесного воина тоже мало чего осталось. Ты был вынужден отправить его на смерть, когда устроил очередную вылазку в поместье Люцифера. Ты знал, что потерпишь поражение, но не хотел, чтобы это видел он. «Пускай умрет со знанием того, что мы шли до конца, что мы шли за победой», — думал ты, наверное. Или ты просто надеялся, что вы еще повстречаетесь после своей смерти. Но, так или иначе, ты любил его. Он был дорог для тебя, хоть ты это и скрывал, даже от самого себя. Как видишь, я тоже не смог уследить за своим Касом. И знаешь что? В одном я прекрасно тебя понимаю. Это невозможно вынести. Невозможно смотреть в его глаза и не видеть в них прежнего огонька, лишь печаль и боль утраты. Сколько бы ты ни обещал себе или ему, что все скоро образумится, но с каждым днем ты все больше начинаешь сомневаться в собственных словах. С каждым днем ты все больше понимаешь, насколько лживо они звучат. И это ужасно. Ужаснее, чем все те адские пытки, которые я вынес. По сравнению со всем этим они кажутся лишь легким покалыванием во всем теле. Но… Если начал меняться мой Кас, не значит ли это и то, что я стану таким же, как и ты? Охотник пристально посмотрел на стену. Пустота молчала. — Молчишь. Не знаешь, что ответить мне. Ну и молчи, а я скажу тебе только одно: я никогда не стану таким, как ты. Я не опущусь до твоего уровня. Я ни за что не стану ставить свою жизнь выше других. Никогда в жизни я не стану бесчувственной и бессердечной сволочью! И я не облажаюсь, как ты. Я спасу его! Я сделаю то, на что у тебя не хватило сил и смелости. Вот увидишь, он станет прежним Касом! Соскочив с кровати, Дин взял с собой книгу с прикроватной тумбочки и направился в зал, чтобы почитать. Он надеялся, что чтение хоть на минуту, но отвлечет его от мыслей о Касе из будущего и о Касе из настоящего. Он делил их на две части одного целого, потому что знал и понимал, что Кас из двух тысячи четырнадцатого погиб во время вылазки в поместье Люцифера. Кас из настоящего разительно отличался от того наркомана и алкоголика, но все можно изменить одним лишь неверным жестом, словом, поступком. По дороге охотник зашел на кухню за бутылкой холодного пива. Дин надеялся, что хмельной напиток поможет ему взбодриться и направить свои мысли в правильное русло. Выйдя в зал, Дин подошел к одному из столов и аккуратно поставил на него бутылку. Рядом он положил старую, потрепанную временем толстую книгу, на кожаной обложке которой был нарисован белый крест. Охотник приземлился на заранее выдвинутый стул и открыл книгу на первой попавшейся странице. Сейчас он не хотел выбирать, о чем почитать. Книгу он перечитывал уже в третий раз, поэтому сейчас решил всецело довериться воле Случая. На сей раз ему выпало читать об Эдеме. Сколько бы он ни читал эту Библию, но страницы, на которых говорится об Эдеме, он старался избегать или читать мельком. Было намного легче и приятнее читать об ангелах и архангелах, о демонах, о Михаиле и Люцифере, о всадниках и Апокалипсисе. Дин и сам не знал, откуда такая неприязнь к Эдему. Может быть, все из-за того, что он не очень-то и верил в это. Казалось, что, когда писали Библию, решили немного преувеличить на счет Эдема. Или ему это только казалось? Спустя четверть часа бутылка была опустошена, а Библия благополучно закрыта. Винчестер не мог сосредоточиться на полученной информации, поэтому решил закрыть книгу, чтобы не мучить себя дальше. «Ты», — как-то неожиданно в голове прозвучал голос Кастиэля. По телу охотника пробежала толпа мурашек, и он невольно поежился. Голос звучал так уверено и реально, что, казалось, будто бы Кас говорит это ему еще раз в живую. Но, увы, это было лишь очередным воспоминанием Дина, которое он старался запихнуть как можно глубже и не вспоминать. «Знать бы, где ты сейчас, — тихо произнес Дин. — Я не кричал бы на тебя, не пытался бы силой потащить домой. Я бы просто сказал, что…» Его перебил настойчивый стук в дверь. Дин встрепенулся. В дверь все еще продолжали тарабанить. Охотник моментально вскочил на ноги и, не найдя под рукой никакого оружия, аккуратно пошел к двери. По дороге он пытался понять, кто это тарабанит так рано. Демоны не знали о местонахождении бункера, так что этот вариант сразу отпал сам собой. Ангелов больше не существовало. Круг сужался. Кто же тогда? В душе у Дина все еще жила надежда на то, что это Кас решил вернуться домой. Как говорится, надежда умирает последней. Открыв дверь, Винчестер не поверил своим глазам. Перед ним стоял Кас. Его Кас. С встрепанными волосами, с щетиной, со странной улыбкой на губах и все в том же бежевом плаще. Дин стоял, как вкопанный, секунды две, а потом кинулся обнимать мужчину. От Кастиэля несло алкоголем, табаком и запахом чужого тела. Дин невольно скривился, словно от зубной боли. — Привет, Дин, — все с той же глупой улыбкой произнес Кас. Глаза его странно блестели, и охотнику на минуту показалось, что его ангел под наркотой. — Привет, Кас, — сказал Винчестер, пропуская друга в бункер. — Ты где был? — Гулял, — после секундной паузы произнес Кастиэль, но слова его звучали неубедительно и как-то лживо. — Не поделишься впечатлениями от прогулки? — охотник схватил бывшего вояку за предплечье и повернул к себе лицом. Его переполняли смешанные чувства. С одной стороны ему хотелось кинуться обнимать Каса, благодаря кого-то за то, что тот вернул ему его, а с другой стороны — нужно было держать себя в руках, чтобы не всыпать хорошенько этому ангелу. — Было весело и познавательно, — пожав плечами, ответил мужчина. Бывший вояка выдернул свою руку и направился в свою комнату. Дин пытался поговорить с ним, но получал какие-то невнятные ответы и смех. Это его выводило из себя, но он держался. Пытался.