Глушь

/ от лица Сои / Прошло пару дней, уроки в Zoom проходили крайне неинтересно и тяжело. Наверно, потому что я не мог сконцентрироваться на учёбе. Хотя бы сон мой частично вернулся. Но это лишь один плюс, больше их не было. После того, как все узнали, что произошло ещё одно убийство, весь город содрогнулся, почему-то еще в группе классной это обсуждают с часто повторяющейся фразой «это повторяется». Сейчас была суббота, 24, а значит скоро день рождения сестры Майки. Нас пригласили, но мне как-то неловко идти туда, не знаю почему. — Соя… — меня позвали, я повернул голову и посмотрел на брата. Нахоя с улыбкой смотрел на меня, а в руках он держал конфетки, мои любимые. Я грустно улыбнулся, он так хочет поднять мне настроение. — Спасибо. — Да пожалуйста, — Нахоя сел рядом с братом, — я кое-что должен тебе рассказать. — И что же это? — не понял я, даже представить толком не мог, что хочет рассказать мне брат. — На самом деле это два дня назад было, но я не хотел ещё больше портить тебе настроение. — Да что произошло? Я волноваться начинаю..... — Помнишь, когда я 2 часа в ванне зависал? — я кивнул, — Это я разговаривал по телефону с одним альфой. — Аль...фой? У тебя появился… — Да нет же! Почему сразу думаешь об этом? Этот тот… Косичка… Точнее Ран Хайтани. — До сих пор не могу поверить в это: мы с тобой теперь знаем самих братьев Хайтани. Нахоя засмеялся после моих слов «самих братьев Хайтани». Но узнав их получше, они кажутся мне не такими уж и жестокими, какими казались по слухам. А может я просто плохо знаю их… конечно, я почти и не знаю Риндо. — Ну так вот, я, во-первых, совершенно не знаю, как он нашёл мой номер, ибо я не давал. — Оу… и вправду интересно. — Ну так вот, — продолжил брат, — этот звонок для меня был каким-то странным… обычно мы с ним общаемся как-то раздраженно и с его погаными шутками, а в этот раз мы спокойно говорили. — И о чём? — О том, что убили именно того кассира, которого мы видели. Я замолчал. Да, там говорили улицу и всё такое, но мы почему-то не предали значение, тому кто это был и где это произошло. А сейчас если Нахоя говорит так, то… убили человека близко к нашему дому. От этого стало ещё более не по себе. Я грустно посмотрел на старшего брата. — Мы говорили об этом старике, и прикинь, он ему тоже деньги вернул в конверте, начали говорить, о том почему и как он нашёл наши адреса. И я, честно, схожу с ума, — он положил свою голову мне на плечи и от усталости прикрыл глаза. — Это какой-то дурдом… — проговорил я, — у меня голова болит от всего этого. Нахоя обнял меня за плечи и, улыбнувшись мне, проговорил: — Мне кажется, мы слишком паримся. Нам нужно отдохнуть, а то, что с нами какие-то странности случаются, то это потому что этот город сумасшедший. — А? — Я слышал, что тут такое уже случалось, для этого города это нормально! Сюда же приезжают все бывшие зеки за «новой жизнью». Да и мы сюда приехали, потом что скрываемся. — А… я уже и забыл причину переезда сюда. Нахоя, знаешь, раньше мне нравилось это место: оно было таким спокойным, тихим, загадочным и тут есть люди, которые к нам нормально относятся, впервые мне понравился наш класс, — я искренне улыбнулся, — но сейчас мой страх растёт с каждой секундой. — Я понимаю, — он крепче меня обнимает, — но что бы не случилось, мы будет рядом и вместе всё преодолеем, хорошо? — Хорошо. И что же я мог сделать, если брат мне всё рассказывает, а я ему нет. Про разговор с Риндо и про наши одинаковые сны я ему так и не сказал. Но это такой бред, что он не поверит даже. Он реалист и во всё такое не верит. Надеюсь, что когда-нибудь мне не обернется это боком, но… мне нужно ему рассказать. — Нахоя… — Мм? — Слушай, мне тоже нужно тебе кое-что рассказать…

***

— И что вы будете делать? — спросила мама Мацуно, в спешке одеваясь, — а хотя и без разницы, только не шалите, вы меня поняли?! — Мамм… — протянул Чифую и скрестил свои руки, — да о чем ты говоришь? Ты же знаешь, мне будет с ними спокойнее. — Я понимаю и мне тоже будет спокойнее, если с тобой будет кто-то до вечера, но я не забываю тот факт, что оба твоих лучших друга альфы, которые уже достаточно выросли… и… Чиф окончательно покраснел. Но мама думала в правильном русле, тем более, она уже давно начала догадываться, что к кому-то из своих друзей он неровно дышит, но она не могла понять к кому именно. И вот по этому поводу она позвала посидеть со своим сыном его двоих друзей. А Чифую особо против и не был, но… на душе у него кошки скребли, ибо смотря на то, что случилось между альфами, ему стало тяжело находиться с ними, особенно с Казуторой. Но с другой стороны, мама целый день на работе, хотя иногда она берёт отгул и проводит целый день со своим сыном, но сейчас ей нужно уйти, а сына придётся оставить одного, поэтому она позвала его лучших друзей. — Пока-пока, — мать целует в щеку сына, — и когда они придут? — Скоро, сказали даже через пару минут. — Ну хорошо, — женщина была радостной и с таким прекрасным настроением было трудно не увидеть поникшее состояние своего сынули. Как в принципе и всегда: Чифую всегда был таким, как открытая книга. — Милый, а что с тобой? — она выпрямилась, давая понять, что внимательно слушает его. — Всё нормально мам, ничего со мной… — А мне каж… — Здравствуйте! — к ним спешно ввалился Кейске и улыбнулся матери своей омеге, — как вы? — О, Кейске! — она обернулась и посмотрела на него, — Приветик, я хорошо, а ты как? — Прекрасно, — Кейске был видно на веселе, что не скажешь о хмуром Ханемии, который скромно и тихо подошёл к двери. — Проходите внутрь, а я побежала! В холодильнике еда, — она аккуратно затолкнула мальчиков внутрь и, выйдя, закрыла за собой дверь, но напоследок Чифую успел крикнуть ей «пока». И вот после хлопка входной двери и продолжительной тишины, он понял окончательно, что теперь он один на один с ними. — Привет, Чиф, — Баджи подходит к омеге, обнимает его, а потом целует в щёчку. В этот момент Чифую замечает странный взгляд Казуторы. — Привет, Баджи. Он обнял его в ответ, а Тора оставался таким холодным, что становилось невыносимо. Баджи отпустил парня из своих объятий, и сейчас Чиф должен был подойти к Казуторе и его обнять. Но… Они стоят напротив друг друга и молчат. — Привет… — тихо и спокойно произносит Казутора. — Привет, — так же спокойно отвечает ему Чиф. Напряжение. Хочется потеряться. Баджи смотрит на них пристальным взглядом, а потом улыбается. — И что вы встали как неродные, Чифую… обними его. Чиф поворачивает голову к нему и растерянно смотрит на альфу. Баджи подходит к омеге чуть ли не в плотную. — Что с тобой? — Я… — Почему ты не хочешь его обнять? — А… — он ничего не мог произнести. — Или сделаешь это, когда меня не будет? Сердце Чифую ушло в пятки. Он стоит вплотную к Баджи и чувствует в свою сторону пристальный взгляд Ханемии. Что происходит? Смотря на такой взгляд Баджи, взгляд… Чифую прекрасно знал этот взгляд, и он пугал омегу больше всего на свете. Это опасно. — Ханемия… — вдруг резко говорит Баджи и смотрит уже на друга, — закрой дверь, мама Чифую вечно забывает это сделать. Ханемия подошёл ближе к двери и закрыл её на все замки. — Ребята, что вы… — Это чтобы принцесса не сбежала… — улыбаясь, говорит Баджи, он берет резко, но аккуратно за руку омегу и начинает тащить его внутрь дома. — Баджи, да что с тобой?! Объясни… — уже не на шутку испугался омега: слишком всё странно и напряжённо. Одним глазком он видит, как за ними идёт Ханемия. — «Мам… мне страшно, пожалуйста, вернись! Неужели Баджи узнал про поцелуй?!» Они идут прямиком в комнату омеги, и от этого Чифую опешил сильнее. Он хотел было вырваться и вообще потребовать объяснений странному поведению друзей, но прекрасно знал, что не сможет. Баджи намного сильнее его. Когда они зашли в комнату, Кейске буквально кидает парня на кровать. Чифую резко встаёт и принимает сидячее положение, упираясь взглядом в альф. Желтые и карие глаза парней как-то хищно смотрели на него. Было страшно. Хотелось закрыться от них. — Не пугай его так… — наконец-то говорит Ханемия и начинает подходить к кровати, — мы же просто поговорить хотели. Он сел на край кровати и посмотрел на испуганное личико парня напротив, а Чифую же, благодаря тому, что Ханемия подошёл, заметил ссадину на его губе или даже синяк. Баджи тоже подошёл к кровати, но не сел, а лишь встал рядом и скрестил свои руки. Костяшки пальцев Баджи были красные. — Вы что… подрались? — вдруг спрашивает омега.