Всему свое время.

Твой отец когда-то поставил на кон все, и решил сформировать группу из семи парней. Именно так ты обрела лучшего друга в лице Чон Чонгука. Тебе было семнадцать на тот момент, а ему всего лишь четырнадцать. Ты и сама с трудом могла объяснить, почему именно с этим крольчонком смогла подружиться в первую очередь. Различные падения и неудачи заставляли тебя оказаться рядом с парнями, и приободрить их. Став менеджером в компании, что только развивалась, ты также стала другом, помощником, и опорой всех парней, и отца. Ты верила в него, верила, что у них все получится. Годы шли, а ваша дружба с Чонгуком крепла. Он рос, и становился все совершеннее, учился разным вещам, и во всем преуспевал. За чтобы не взялся — все делал идеально. Когда парень стал старше, то у него появилась девушка, которая безумно ревновала тебя к нему. Возможно, обоснованно... Вы очень много времени проводили вместе, но, это был вполне ожидаемый плод вашего общения. Складывалось такое впечатление, что вы с ним знаете друг друга всю жизнь. Однако, ты никогда не чувствовала к нему симпатии как к парню. Исключительно друг, даже нет, не так. Брат. Младший, очень милый, братик, которого ты любишь как часть своей семьи. Ревность девушки Чонгука на мгновение заставила тебя задуматься и присмотреться к тем вещам, на которые раньше твое внимание не было обращено. Чон действительно, порой, задерживал на тебе взгляд дольше, чем положено. Случайные прикосновения, которым ты даже значения не придавала, у него вызывали улыбку на лице. А когда твое внимание приковано только к нему в компании парней, то в глазах читается явная гордость, и довольные чертики пляшут ламбаду. Постаравшись стереть все это из памяти, ты продолжала работать в компании, усердно трудясь для ее развития. Не могла ты взглянуть на Чонгука, как на мужчину, хоть убейте. Твоя личная жизнь заключалась в работе, и нет, ты не была заядлой карьеристкой, просто действительно была влюблена в свое дело, а когда видела достижения парней, и их награды, что росли с каждым годом, то подсознание тебе шептало, что все это не зря. И ты уверенно шагала в верном направлении, не оглядываясь на возможную симпатию, которую к тебе испытывал Чонгук. Решила списать все это на паранойю, от которой избавилась. До тех пор, пока Чона не бросила девушка. Он лежал на твоих коленях, и смотрел в одну точку. А ты сидела на кровати, и осторожно гладила парня по волосам, пытаясь утешить, и заполнить пустоту, образовавшуюся внутри него. — Все будет хорошо, Чонгук-и. Видимо, это просто не твой человек по жизни, — говоришь ласково, спокойно, чтобы не нарушать атмосферу, воцарившуюся в комнате общежития. Он лишь слабо кивает в ответ, и обнимает твою ногу, ловко просунув руку под коленом. Кажется, ты слышишь как довольно тот мурлычет. А Чонгук и сам не понимает, он действительно подавлен после расставания или же ему просто нравится делать вид, чтобы ты подольше побыла рядом? Ты старалась быть рядом с ним и дальше. Боялась, чтобы он не ушел в депрессию после этого разрыва, но, работа не позволяла ему грустить, и тратить время на воспоминания, чему ты была безгранично рада. В последнее время нахождение рядом с Чонгуком для тебя стало немного проблематичным. Всему виной были его взгляды на тебя, они стали намного увереннее, и открытее. Ты смущалась, и это совершенно новое чувство, которое тебе вовсе не нравилось. Два года пролетели незаметно. Ты ушла в долгожданный отпуск впервые за... за сколько лет? Так трудно ответить на этот вопрос. С парнями ты продолжала поддерживать связь двадцать четыре на семь, казалось, что вы уже не можете друг без друга. Лично смогли встретится снова на День Рождении Намджуна. После того, как парень провел трансляцию, пообщавшись с фанатами, была устроена грандиозная вечеринка, что собрала весь ваш огромный коллектив у Намджуна дома. Твой выбор наряда пал на черное, шелковое платье с открытой спиной. Длина выше колен, с соблазнительным разрезом на бедре. Тонкие лямки подчеркивали выпирающие ключицы, а вместо бюстгальтера на твоем теле были тонкие, золотые цепочки, начинающие свой путь с шеи, выполняя роль колье, и загадочно утекали под платье, манящим образом очерчивая грудь. Высокий хвост, несколько выпущенных локонов, и черные босоножки на шпильке. Стоило тебе появится в доме, и снять верхнюю одежду, то у Чонгука непроизвольно отпала челюсть. Пожалуй, никто и никогда не видел тебя в таком наряде. — Слюни подбери, а то сейчас затопишь тут все, — смеется рядом стоящий Чимин, и указательным пальцем стучит по подбородку Чона, вынуждая того закрыть рот. Весь вечер ты ощущала его прожигающий взгляд. Кажется, он ни разу за все время не потерял тебя из виду, просто не мог оторвать взгляда, а когда все разошлись по парочкам, то Чонгук пригласил тебя выйти на балкон. — Ты мне нравишься, — без прелюдий и прочих ненужных разговоров, произносит Чонгук, смотря тебе в глаза. — Чонгук-и... — Нет, даже не так. Я влюблен в тебя. Влюблен, наверное, с первого взгляда. Детские эмоции теперь переросли во взрослые чувства, и я не вижу смысла скрывать очевидные вещи, — он слабо усмехается, видно, что нервничает. Делает глоток шампанского и снова смотрит тебе в глаза. Ждет. Ты чувствуешь, как тебя начало трясти от нервов. Это было совсем неожиданно сейчас, но вполне ожидаемо, если вспомнить твою ту самую паранойю. Черт... Оказалось, это была не она, а твоя прекрасная, женская интуиция. — Чонгук, я... я не могу тебе ответить тем же... — готова заплакать от того, что сейчас причиняешь боль этими словами такому родному человеку. Но, ты не из тех, кто будет обманывать, и надевать маски. Лучше сказать все сразу, — прости. Я ни разу даже не думала о том, чтобы посмотреть на тебя, как на мужчину, ты... Запинаешься, потому что воздуха становится катастрофически мало. В горле встает ком, когда ты сталкиваешься с глазами, что медленно наполняются грустью и разочарованием, с каждым твоим словом... Подходишь ближе к парню, и нежно смотришь на него, в твоих глазах уже блестят слезы, сама не понимаешь почему. Осторожно кладешь свою ладонь на щеку Чона, и гладишь большим пальцем. — Ты всегда будешь для меня младшим братиком, Гуки. Прости... Он улыбается. Так непредсказуемо. Опускает взгляд вниз, и смахивает слезу, отворачиваясь от тебя. — Я все понимаю, не извиняйся. Все нормально. Все будет хорошо, да? — он спрашивает у тебя твою же реплику, повернувшись. А ты чувствуешь, что не можешь сдержать слезы, и лишь киваешь в ответ, тяжело глотая. Покидаешь балкон молниеносно, также, как и эту вечеринку.

***

Ты была уверена на тысячу процентов, что после этого, отношения между вами изменятся. Испортятся. Ты боялась, но, этого не произошло. Чонгук сделал вид, что ничего не произошло. Парень не заставлял чувствовать тебя дискомфорт в его присутствии, не смотрел как-то особенно, будто бы обвиняя во всех грехах. Нет. Между вами все еще царила взаимопонимающая атмосфера, за что ты была безмерно благодарна этому прекрасному человеку. За последнее время Чонгук очень изменился внешне. Он становился мужественнее, привлекательнее, сексуальнее. Регулярные тренировки в спортзале; бокс; постоянные репетиции хореографии; татуировки, что постепенно забивали его тело; пирсинг, на который ты помогла ему решиться. Ему все это до безумия шло. Ты и сама не заметила, как твой маленький крольчонок вырос и стал невероятно красивым мужчиной. Секс-символом, и желанным мужем для многих красавиц. Неизменным осталось в нем только одно — любовь к тебе. Хотя нет. Она тоже изменилась. Стала еще сильнее. Искреннее. Ты уважала его чувства к тебе. Пресекала любую попытку парней на то, чтобы флиртовать с тобой, потому что знала, какую боль это может принести Чонгуку. Откровенно говоря, не хотелось ни с кем начинать отношения, возможно, этому виной стала симпатия, что начала просыпаться внутри тебя. Симпатия к тому, кого считала братом... Но ты усиленно прятала ее внутри, не давала вырваться на волю. Однако, у судьбы были другие планы. Сегодняшняя вечеринка была устроена в одном из частных ночных клубов Сеула. Там парни собрались компанией, пригласив своих друзей, а друзья своих друзей... В общем, так и вышло, что половину людей ты и знать не знала. Но, было весело, шумно. Много алкоголя, громкая музыка. Все словно нуждались в этом, поэтому, отрывались по полной программе. Ты выпила совсем чуть-чуть, и отправилась в дамскую комнату для того, чтобы привести себя в порядок. Услышав за собой тяжелые, но уверенные шаги, ты оглянулась в полуоборота, и увидела незнакомого мужчину, что следовал точно за тобой. Не успела ты открыть дверцу туалета, как он дернул тебя за запястье, и потащил на улицу через черный вход. — Отпусти! Какого черта ты творишь?! — кричишь, и стараешься вырваться, но, твоя сила против него ничтожна. Оказавшись на улице, он продолжает волоком тащить тебя за угол, и буквально впечатывает в стену, с твоих уст срывается стон, потому что боль от удара разнеслась по спине моментально. — Если бы ты только знала, как долго я мечтал тебя трахнуть, детка, — он ведет носом по твоей шее, вдыхая аромат. Не теряешься, и бьешь его коленом в пах. Мужчина шипит от боли, и на секунду сгибается пополам, но ты успела сделать только два шага, как тот схватил тебя за волосы, и ударил пощечину, швыряя в сторону. Потеряв равновесие, падаешь на мокрый асфальт, счесав кожу на руке. Во рту чувствуется металлический привкус крови, этот ублюдок разбил тебе губу. Он улыбается, наблюдая за твоей беспомощностью, и надвигается медленно. — Чертов псих! Ты даже не представляешь во что вляпался! — кричишь, и отползаешь назад, ровно до тех пор, пока он рывком не поднимает тебя за руку, и снова вжимает в стену, разрывает твой кроп-топ через плечо, обнажая ключицы, и жадно впивается губами. Одной рукой фиксирует твои руки над головой. Вырываешься, и тем самым бесишь его еще сильнее. — Мне надоело, хочешь быть плохой девочкой? Хорошо, — в темноте сверкает острие ножа, что моментально было приставлено к твоей шее. Дергаешься случайно, и его рука дрогнула, оставляя порез на левой ключице. Шипишь от боли, и чувствуешь как по щекам стекают слезы. — Пожалуйста, не надо... — умоляешь, но он не слышит. Лишь блуждает губами по твоему телу, вызывая рвотный рефлекс. Ты уже мысленно прощаешься с жизнью, когда чувствуешь резкое облегчение, и удар. Сползаешь по стене вниз, вся дрожишь от страха, поджимаешь колени и утыкаешься в них лицом. Плачешь судорожно, хватая воздух. — Ебанный ублюдок! — Чонгук наносит первый удар по лицу, затем второй, третий, и так до тех пор, пока Намджун не оттаскивает его. Чон в бешенстве, не может себя контролировать. Киму приходится привести его в чувства, показывая на тебя, и лишь тогда пелена агрессии спадает. Он бросается к тебе, а ты слишком напугана, пятишься назад. — Малышка, это я. Эй, посмотри на меня. Это Чонгук, иди ко мне. Все прошло, ты в безопасности. Ты со мной. — поднимаешь на него затравленный взгляд, и прекращаешь попытки закрыться ото всех. Парень осторожно приближается к тебе, и протягивает тебе свою ладонь, чтобы не спугнуть. Твоя трясущаяся рука движется навстречу его. Чон замечает, что твоя одежда разорвана, моментально снимает свою куртку, и покрывает ею твои плечи, а после, подхватывает на руки, отправляясь к своей машине. — Разберитесь с этой тварью, он должен получить по заслугам, — на ходу бросает Чон, и ловит одобрительный кивок Джуна. Едите в полной тишине. Чонгук лишь сжимает твою ладонь, и боковым зрением смотрит за твоим состоянием. Когда он рядом — тебе спокойно. Все отошло на второй план. Чонгук дарит тебе чувство безопасности, и ощущение уюта. — Можно принять душ? — спрашиваешь тихонько, как только вы переступаете порог его особняка. — Конечно, солнце. У меня нет женских вещей, но я сейчас принесу тебе свою футболку, она тебе как раз будет как платье, — слегка улыбается тот, и разувается на ходу, стараясь как можно скорее принести тебе вещь. — Спасибо, — ждешь в гостиной, пока Чонгук летает по дому как умалишенный, в поисках нужного. Это выглядит так забавно, что ты невольно улыбаешься. Запыхавшийся парень возвращается к тебе со всем необходимым в руках, и несмотря на то, что он пытается делать, словно ничего не произошло, передавая тебе в руки вещи, Чон заглядывает в твои глаза. — Пятнадцать минут, хорошо? Если ты не выйдешь в течении этого времени, то я зайду. Понимающе киваешь, потому что знаешь из каких побуждений он это говорит. Боится, что ты сделаешь с собой что-то. Теплые струи воды смывают этот вечер. Усиленно пытаешься отодрать мочалкой прикосновения того ублюдка, игнорируешь саднящую боль в области ранений. Губа неприятно жжет, а содранная кожа на руке краснеет. Порез на ключице выглядит совсем непрезентабельно, и ужасно ноет, стоит воде попасть туда. Тебе хватает того времени, о котором вы договорились с Чонгуком. Выходишь в его футболке, что тебе действительно как платье. Смотришься забавно в этой огромной вещице. Парень ждет тебя в гостиной, разложив на столике медикаменты. Завидев тебя в проходе, он на секунду позволяет себе зависнуть на твоем внешнем виде. Такая домашняя, в его вещах... Невероятно красивая. — Садись, я обработаю твои раны, — жестом приглашает сесть рядом, а ты замечаешь, что парень тоже успел переодеться в более повседневные вещи. Осторожно присаживаешься, а Чонгук смачивает вату дезинфицирующим средством, и приближается к твоей разбитой губе. Слегка шипишь от боли, и замираешь в одном положении, когда Чон начинает дуть на рану, его губы оказываются так близко... Сердце готово покинуть плоть в этот момент. Тебе кажется, что ему слышен стук в твоей груди. — Потерпи немного, малыш, — он говорит, а ты не слышишь. Сидишь как завороженная, и наблюдаешь за его движениями. Не чувствуешь боли, твои мысли сосредоточены на нем. Поверить не можешь в то, что, с парнем, которого считала своим младшим братом, теперь ты ощущаешь себя маленькой маленькой крошкой. — Отдохни немного. — А? — сквозь туман до тебя доносятся слова, но ты никак не можешь вернуться на землю, совершенно растаяв от прикосновений Чонгука, и улетев в свои фантазии. — Поспи, тебе нужен отдых, я пока приготовлю что-нибудь. Идет? — Чон по-доброму улыбается тебе, видимо, заметив твою неоднозначную реакцию на такую обработку ран. Он доволен. Внутри почему-то разливается приятное тепло, когда ты рядом с ним. — Д-да, конечно... Прости, я отвлеклась, — смущаешься, и прячешь взгляд. Он встает на ноги, и убирает все со стола в аптечку, а после, целует тебя в макушку, и уходит на кухню, заблаговременно оставив плед на диване. Стоило тебе коснуться подушки, как ты сразу же провалилась в сон. Сколько прошло времени — неизвестно. Ты проснулась от явного чувства голода, и приятного аромата, что исходил с кухни. Замираешь у входа, облокотившись на лутку, и наблюдаешь за действиями Чонгука. Он что-то увлеченно куховарит, напевая под нос какую-то незамысловатую мелодию. — Чонгук-и, — тихонько окликаешь, хотя на эту картину хочется смотреть вечно. Парень тут же поворачивается к тебе, и улыбается, откладывая готовку. — Ты уже проснулась? — Да. Я совсем забыла сказать тебе спасибо... Чон подходит ближе к тебе, вас разделяет всего пара десятков сантиметров. Выравниваешься в осанке, и набираешься смелости, чтобы взглянуть ему в глаза. Когда ты начала так стесняться этого парня? Господи. — За что? — За спасение. За то, что пришел вовремя. За то, что почувствовал, видимо... — Не совсем уж и вовремя, — он грустно усмехается, проводя указательным пальцем по твоему порезу на ключице, а после, берет твое лицо в свои ладони, — я так испугался за тебя, — обнимает крепко, но осторожно, не забывая о твоем состоянии. Вы стоите так минут пять, может меньше... Когда Чон отпускает тебя, приложив немало усилий, чтобы оторваться от столь прекрасного жеста, ты заглядываешь ему в лицо, и хватаешь на край футболки, как только парень собирается отойти. — Чонгук, — получается громче, чем ты хотела. Парень замирает напротив тебя, вопросительно вскидывая брови. Ждет. А ты чувствуешь, как во рту пересыхает от волнения, и сердце ухает. Думаешь... Не решаешься. Чон терпеливо смотрит на тебя, сам не понимает, что происходит. — Поцелуй меня. Разжимаешь его футболку, и ощущаешь дрожь в руках. Зря ты это сказала... Тебе так начинает казаться из-за того, что парень бездействует. Всего несколько секунд прошло, а для тебя целая вечность. Ты уже успела себя обвинить во всех смертных грехах. Чон смотрит тебе в глаза так пронзительно, словно безмолвно спрашивает, уверена ли ты? Приближается вплотную, и снова обхватывает ладонями твое личико, накрывая твои губы своими. Аккуратно так. Помнит о ранке, которую недавно обрабатывал. Становишься на носочки из-за разницы в росте. Он улыбается в поцелуй, почему-то именно сейчас находя это очень милым. Одной рукой обнимает тебя за талию, прижимая ближе к себе. Раскрываешь губы, пропуская его язык в свой ротик. Чон с особым трепетом сминает такие желанные уста, и чувствует себя самым счастливым мужчиной на планете. Хватаешься за ворот его футболки. Ты действительно такая крохотная по сравнению с ним. Его спина как стена, за которой он позволит тебе спрятаться от всех проблем. С огромным нежеланием парень разрывает поцелуй. Соприкасаетесь лбами, дыша так часто. — Я больше никому не позволю прикоснуться к тебе даже пальцем. Улыбаешься. Не хочешь его отпускать больше. Не хочешь расставаться даже на секунду. Парень помогает тебе разместиться за столом, и ставит уже готовые блюда, что ароматно пахнут, и заставляют желудок громко урчать. Взяв немного рамёна, случайно роняешь прямо на футболку из-за того, что руки дрожат. — Прости, я все исправлю, — хватаешь салфетку, пытаясь оттереть оранжевое пятно. Такая неуклюжая. Чонгук лишь улыбается, и протягивает тебе руку. — Это пустяк, иди сюда. — Что? — на секунду перестаешь суетиться, и бросаешь на него непонимающий взгляд. Тебе очень стыдно, ты умудрилась запачкать чужую вещь. Смотришь на протянутую руку Чонгука. — Иди ко мне, малыш, — жестом руки приглашает, и как только ты встаешь, парень сажает тебя на колени, — позволишь мне накормить тебя? Он выглядит настолько сексуальным сейчас, в этой обыденной обстановке, говоря обычные слова, но тебе крышу сносит от каждого жеста парня. Удобнее усаживаешься на бедрах, случайно задевая то, что не стоило бы... Чонгук вздрагивает, гортанно выдыхая, и на секунду прикрывает глаза, сильнее сжимая палочки в своей руке. — Прости, я не специально, — как-то испуганно смотришь на него, но сталкиваешься с неоднозначным взглядом, от которого внизу живота завязывается тянущий узел. Чонгук кладет палочки на стол, и одним движением руки вынуждает тебя сесть на его бедра, расставив твои ножки. Ладони оказываются на его груди, ты чувствуешь как бешено стучит его сердце сейчас. — Мы ведь можем насытиться чем-то еще, кроме еды, чтобы почувствовать удовлетворение, ведь так, маленькая? — убирает твой локон волос за ушко, смотря таким развязным и похотливым взглядом, что ты уже готова умолять взять тебя прямо на этом столе. Черт. — Разве я могу не согласиться с любимым мужчиной? — шепчешь ему на ушко, а у него крышу сносит от этих слов. Наконец-то, он дождался.

«Она станет испытанием твоего терпения, а если выдержишь — причиной твоего счастья»