Рапсодия в стиле блюз

📀📀📀

      … — Мы можем сходить в клуб к Намджуну, я тебе говорил о нём, это мой друг со времён трейни.       — Я пока не готов знакомиться с твоими друзьями. Я и с тобой-то не очень хорошо подружился ещё. — Чонгук рад, что по телефону не видно его хитрой морды. Вообще, он более раскован и фриволен, когда не видит Тэ — его лицо, его запах заставляют смущаться.       — Оу… — явно Ким почувствовал игривость момента. — А как бы ты хотел подружиться со мной получше? — К концу фразы он сильно понижает тембр и громкость. Знает, красавец, что его низкий шёпот кого хочешь загонит в клинч так, что не вырваться.       Чон нервно сглатывает, бессознательно поглаживая себя по груди, его дыхание становится чаще:       — Есть пару мыслей на этот счёт, — он совсем осмелел.       Они знакомы с Тэхёном две недели: ещё несколько раз были в кафешках, постоянно переписываются в чате, созваниваются и говорят обо всём. Вернее, почти обо всём: Гук с удовольствием рассказывает о своей учёбе, об истории архитектуры, но на вопросы о работе отвечает расплывчато, типа «да ничего особенного». У них бесконечное множество тем для разговоров, поэтому не обязательно фиксироваться на этой.       — У меня тоже есть что тебе предложить, — так же низким шёпотом продолжает пытку Тэхён.       — Говори… — Гук сейчас допрыгается, ей-богу, такими темпами.       — Ха! Размечтался! — резко начинает веселиться Тэ. — До свадьбы ни-ни!       Гук ржёт и чувствует облегчение, потому что при всей его влюблённости он не может пока переступить через свою же стеснительность и сделать шаг из дружбы в более близкие отношения. А Тэ видит, что его новый приятель вроде и относится к нему с большой симпатией и даже немного более чем, но почему-то тушуется, когда Тэ позволяет себе его приобнять или взять под руку. А как же, блин, хочется его поцеловать! Эти губы и шея такие нежные, так и зовут! Может, сграбастать его в объятия, не спрашивая, и поцеловать уже, наконец, как следует? Они ведь точно нравятся друг другу, но типа «дружат».       — Гук, заходи сегодня ко мне вечером, часа через полтора после закрытия, а? Я все дела подобью и буду весь твой, — нравится ему так ласкать слух Гука. — Придумаем, куда сходить.       — О, подходит, как раз с чертежами сейчас разберусь. Я приду, Тэ! — «весь мой он будет, надо же…»       — Я буду ждать, Гук-и, — шепчет коварный Тэхён. «Я его сегодня поцелую, это уже невыносимо», — решает он.       Чон любит заходить после учёбы по дороге домой в магазин Кима, чтоб просто ещё раз поздороваться с ним — это так мило. И при этом Гук почти не смущается: обычно после обеда посетителей довольно много, поэтому он быстро и с улыбкой пожимает руку Тэ, говорит что-то весёлое вроде «Добрый день, коллега!» или «Моё почтение, господин Ким!» и всё. Яркая улыбка Тэ в ответ — и можно идти домой.       Сегодня эту маленькую сцену Гук пропустил, поэтому предвкушает встречу вечером.       «Ну всё, вечером я его поцелую, сколько можно дружить?!» — объявляет он сам себе и принимается за учёбу. А в сердце и в паху так сладко тянет…       ***       Чон Канин почти закончил свою работу на сегодня: мусорные мешки готовы, осталось только домыть пол. Он заметил, что в последнее время Тэхён стал просто до невозможности красивым, он источает такие феромоны, что Канин задыхается. Ну и прекрасно — такой привлекательный малыш, как игрушка. «Я скоро с тобой поиграю, милый. Мы очень хорошо поиграем…»       — Канин! — неожиданно зовёт Ким. — Вы не закрывали дверь?       — Нет.       — Я жду одного человека. Если он придёт, когда я буду в кладовке, не волнуйтесь, — в его голосе улыбка.       «Один человек?» Канин любит, когда они с Тэхёном только вдвоём в магазине, тогда ему спокойно и хорошо, насколько это возможно. Он даже не злится и ему не нужно фантазировать какие-то картины, ему достаточно быть вдвоём. И зачем портить такой хороший вечер приходом какого-то человека? Канин начинает раздражаться.       На полу у стеллажей размазана и плотно приклеена жвачка, её надо оттереть. Канин присаживается на корточки и начинает аккуратно царапать гадость металлической мочалкой, изредка незаметно смотрит на Тэхёна снизу вверх. Тот работает на компьютере: что-то быстро печатает, перекладывая чеки и поглядывая на дверь. Но всё-таки пропускает ту секунду, когда колокольчик звенит о приходе «одного человека».       Взгляды Чонгука и Тэхёна — горячие, искрящиеся — пересекаются над всеми событиями, поверх всех смыслов скандируют один общий смысл: «Как я рад! Это ты!»       Гук не отпускает глазами Тэ: держит своими зрачками, улыбкой. Он стремительно идёт к другу и…       … и врезается в человека, который сидел на корточках, а теперь упал от удара ноги.       Ох!       — Оу, простите! Я вас не заметил! — Он тут же присаживается на корточки и помогает подняться уборщику. — Вам не больно? Я вас не сильно ударил? Простите, простите меня, я был невнимателен! — Гук заглядывает в глаза человеку и касается его предплечья.       …То, что сейчас видит Канин, невозможно. Этого не может быть, но это так. Парень, что опустился на корточки рядом с ним — его мёртвый брат. Это он… Это его чёрные глаза, его яркие губы и широкие плечи, его дыхание и голос! Этот голос не спутать ни с чьим! Он его никогда не забудет, но думал, что никогда больше не услышит. Только сейчас этот голос ласковый, таким Чхоль никогда не разговаривал с младшим братом. На глазах Канина выступили слёзы, у него так пересохло горло, что он не может глотать. Он трясёт головой, из горла вырывается сип:       — Чхоль?.. — едва слышно шепчет он. — Чхоль… Ты же умер…       Но как же? Вот он — только протяни руку и почувствуешь кожу брата.       Теперь очередь Чонгука быть в шоке от слов этого некрасивого человека:       — Ч-что?.. Я не… Меня зовут иначе! — резко заканчивает он и поднимается на ноги, а человек на корточках смотрит на него с каким-то слезливым собачьим выражением.       Тэхён не может понять, что происходит: глаза Чонгука ещё больше почернели, челюсти его сжаты, а уборщик находится в каком-то обморочном состоянии.       — Вы его знали? — так же зло спрашивает Гук, глядя в слезящиеся глаза без ресниц.       — Что?.. К-кого знал? — заикаясь, всхлипывает уборщик.       — Вы знали моего отца, Чона Чхоля?       Канин мотает и трясёт головой, он в шоке, почти в прострации.       — Гук-и, перестань! Я не знаю, что происходит, но остановись! Посмотри, он плачет! — Тэхёну не нравится, что он видит, он присаживается на корточки перед Канином и держит его за плечи. — С вами всё в порядке? Я помогу вам подняться. — И покрепче ухватывает Канина за подмышки.       О не-ет! Тэхён так близко, он никогда не был так близко — Канин чувствует его дыхание, его запах, видит каждую волосинку на его мягких щеках. Как это вынести?!       Уборщик пятится на заднице, оскальзываясь руками на ещё влажном полу и истерично шепчет:       — Нет… Нет, нет… — и теперь не отрываясь смотрит уже на Тэхёна.       — Что «нет»? — Тэ не на шутку обеспокоен, он опять пытается взять человека за плечи.       — Не трогай меня! — неожиданно взвизгивает тот и на ослабевших ногах, хватаясь за стеллажи и роняя пластинки, вываливается на улицу.       Тэхён стоит с полминуты, глядя на захлопнувшуюся дверь. Затем медленно поворачивается и спрашивает ровным голосом:       — Ты сможешь что-то объяснить, Гук-и?       — Нет, Тэ. Не сейчас. Боюсь, я не готов об этом говорить. Прости меня…       И тоже быстро выходит из магазина.       ***        Канин не понял, как он оказался в своей квартире, просто не помнил. Он осознал, что существует и соображает, когда обнаружил себя стоящим на коленях перед кроватью. Его била крупная дрожь. Ощущение, словно из его лёгких высосали весь воздух, а из черепа — весь мозг. Только одна мысль его держала на плаву: «Моего отца… Моего отца…» Как?! Неужели можно быть настолько похожими?! Ведь ему действительно почудилось, что это его умерший брат! Он думал, что сошёл с ума, когда услышал этот голос и заглянул в чёрные глаза. Дар это или проклятье — знать, что сын Чхоля живёт в этом же городе, что он именно в том возрасте, когда Канин любил и ненавидел его больше всего? И этот парень близкий знакомый его Тэхёна?! Он любит и ненавидит их обоих!       Канин бросается на кровать и рыдает, и воет зверем, раздирая себе лицо и безгубый рот…       ***       Чонгук нарезает круги по тёмному парку. Кто этот человек? Он явно знал отца, ведь он увидел в лице Гука черты Чхоля. И почему в его взгляде был не просто шок — его взгляд был полон страдания? Кто он? Странные чувства овладели Чонгуком: смесь мучительного стыда из-за тайны его родителей и желание узнать что-нибудь об отце. Чем связаны уборщик в магазине и его умерший отец? Ответов не было. Ответ мог дать Тэхён, но сейчас Гук совершенно не был в состоянии с ним говорить.       ***       Это понимает и Тэхён. Он не звонит Гуку, потому что точно знает: ответа не будет. Поэтому он просто старается проглотить горький ком в горле: словно в глотке застряли слова и эмоции, которые вызрели, но не могут выйти. Он выключает свет в магазине, не глядя берёт какую-то пластинку с пола из тех, которые уронил Канин, и ставит её на проигрыватель. С тяжёлым вздохом опускается на диван и слушает — это Равель, «Дафнис и Хлоя». Прекрасная музыка. Он закрывает глаза и отдаёт своё сознание тихому звучанию струнных. Он сам не заметил, как заснул…       ***       Чонгук, успокоившись и немного замерзнув, возвращается к магазину и смотрит через стекло витрины: в слабой подсветке стереосистемы видно, что Тэ расслабленно сидит на диване и, скорее всего, успокаивается под музыку. Гук как можно тише, чтобы не потревожить его, почти не задевая колокольчика, входит внутрь.       Тэхён спит: он оперся на мягкую спинку, руки разбросаны по дивану, ноги чуть вытянуты. Умиротворённое лицо, волнистые волосы. Влажные губы немного приоткрыты. Какой же он красивый…       Чон не знает, как он будет рассказывать Тэ о своей семье, ведь после того, как Гук сказал, что его воспитывала бабушка, друг деликатно обходил эту тему. Но он знает, что хочет сделать сейчас. Он садится перед спящим Тэ, утыкается лбом в его колени и обвивает руками талию. Через несколько мгновений он чувствует тонкие сильные пальцы, вплетающиеся в его волосы. Тэхён гладит Гука по голове и по шее ласково, заботливо — как старший брат. Как лучший друг — не спрашивая ни о чём, не докапываясь до причин, а просто чувствуя, что человеку нужна поддержка.       Время остановилось этим вечером, но где-то на границе сознания Чон понимает, что ему надо как-то собираться поближе к дому. Он отрывает лицо от колен Тэ:       — Эй, — шепчет он.       — Чш-ш-ш, — друг невесомо прикладывает пальцы к его губам. А потом Тэхён просто наклоняется и очень нежно целует Гука в губы.       — Я отвезу тебя домой, — тихо говорит он, переплетая их пальцы.       — Спасибо, — всё ещё шёпотом отвечает Чонгук.       ***       — Спасибо, — говорит он ещё раз, выходя из машины возле своего подъезда.       — До завтра, — мягко улыбается Тэ.       — Да.

📀📀📀