girl in gold

— Завтра коронация Небулы. — Что? Моргана все-таки решила посвятить свою жизнь лавке в Гардинии? Дафна следила за тем, как перстнями украшенные пальцы Фарагонды придерживают крышку фарфорового чайника: журчание поглощается шумом водопада, подле которого они устроили пикник. — Полагаю, причина гораздо серьёзнее. — Вздохнула Фарагонда, наполняя чашку Дафны ароматным отваром. — Так или иначе, грядут перемены. После победы над Чёрным Кругом Моргана позволила себе, наконец, исполнить мечту. И как это парадоксально! Пока люди мечтают хотя бы крылья иметь, могущественная земная фея бросает свое Королевство ради двухэтажного домика в самой глуши мира, фруктового сада и… мужчины. Дафна посмотрела на Фарагонду исподлобья, едва заслышав в неторопливом голосе феи уязвлённую нотку. — По-моему, это прекрасно. — Ответила Дафна деликатно. — Бросить все ради большой любви… — Сомневаюсь, госпожа, что Вы бы сделали так же, — улыбнулась Фарагонда, рукой расчёсывая свои дымчатые волосы, густые и короткие. — О, это правда, — согласилась Дафна смешком, — ради мужчины — ни в коем случае. А вот насчёт фруктового сада… можно и подумать. Фарагонда, не особенно щедрая на эмоции, рассмеялась. Безусловно смешно слышать такое от принцессы, надевшей доспехи и без колебаний ринувшейся в бой при осаде графства Клеир на Домино. Сложно даже подумать, чтобы Дафна предалась безмятежной жизни, где из приключений случается поход в лес за грибами и ягодами, а сражения — с паразитами, атакующими рассадник помидоров и огурцов. — Скоро ведь и твоя «коронация». — Напомнила Дафна, поправляя лямку платья и намеренно замедляя движение. — Только годик подождать — и ты займёшь кресло Мавиллы. «Директриса Фарагонда»! Как звучит!.. — Ну перестань… — Я буду там — обязательно почетным гостем! — Дафна подавила смех, заметив, каким пунцовым стало вытянутое лицо подруги. — Меня распирает гордость, Фара, ведь твоей первой ученицей станет моя дражайшая сестричка. — Ты о Блум? — Фарагонда скрестила ноги. — Чтобы она оказалась первой, королю и королеве придётся кропотливо высчитать время. — Да я уже занялась этим. Причём здесь вообще родители? Не они будут сопровождать её. — И не ты, судя по всему. — Предваряя возмущение Дафны, Фарагонда добавила вкрадчиво. — Он. Дафна хлопнула глазами в недоумении, а когда догадалась, чьё имя подруга не желает даже произносить, захохотала громко и с наслаждением. — Вот где она сейчас, можешь сказать? Нимфа уперлась рукой в землю, склонила голову к плечу. — Не понимаю, почему это так тебя тревожит. Валтор… знаешь, Валтор многому её научил. О Дракон, у неё даже голос окреп за все время их общения! — Но не общением это должно было быть. Его приставили как учителя. Как мастера. — Если ты думаешь, что Валтор флиртует с Блум, ты ошибаешься. — Дафна выдержала недолгую паузу, шумно отхлебнула чай и прохрипела. — Это она флиртует с ним. Фарагонда пустилась в рукоплескания. Более саркастичных аплодисментов Дафне ещё не доводилось видеть и слышать. — Признайся, Фара, ты завидуешь его волосам. — Меня не волнует шампунь этого… — Не волнует? — Искренно удивилась Дафна. — Лично мне всегда было интересно, как он ухаживает за такими локонами… Нет, правда. Я даже завидую Блум: у неё есть возможность часами расчесывать эту гриву! Фарагонда сурово поджала губы, пронзая Дафну, будто копьём, ледяными глазами. Только нимфа затрепетала от этой ревностной искорки, на минуту блеснувшей в вечно сдержанной и степенной фее. Ей совсем не хотелось продолжать пытку, наоборот — перепрыгнуть через плед к Фарагонде, обнять ее ласково, поцеловать нежно, опаляя кожу шёпотом: «Ты недооцениваешь свою власть надо мной». — Валтор от огня дракона, — произнесла Дафна уже спокойно, — существо он, конечно, таинственное и, вероятно, опасное, но для Блум не нашлось бы наставника лучше. — Я лишь надеюсь, что это не закончится плохо. Дафна втянула носом воздух. — Не знаю, что значит плохо в данном случае. Что? Блум отречётся от своего наследия и станет охотницей за головами на пару с Валтором? Хм, вряд ли родители придут в восторг от этой новости… Ну, погневаются пару лет и перестанут. — Ты прекрасно знаешь, что значит плохо в данном случае, — отрезала Фарагонда. — И это все ещё не касается меня напрямую. Жизнь Блум принадлежит ей безраздельно. Что бы она ни выбрала, на что бы ни решилась, я поддержу её. Не столь потому, что обязана, сколь потому, что люблю и дорожу ею. Дафна повернулась к водопаду, подобравшись, прикрыла глаза и выдохнула: — Даже если душа моя покинет тело — я буду вечной стражницей Блум, как целого мира, как целой Вселенной. — От чего такие мысли? Дафна пожала плечами. — Пустяки. Просто настроение романтичное. Губы Фарагонды, тёмные как ежевика, расплылись в улыбке. Чай оказался душистым и сладким — а может, таким его делало присутствие нимфы? Особенно энергия, которую она источала сегодня. Сердце феи плясало в такт каждому движению нимфы — когда она макала фрукты в растопленный белый шоколад или же просто чесала кончик носа. Волнение дурманом застилало умственный взор Фарагонды, но сопротивляться не хотелось. Возможно, с этим нужно было что-то сделать, только фея, такая взрослая и всего повидавшая, не знала наверняка, что именно. — Были недавно в таверне. Я спросила Валтора без обиняков: «Друг, ты положил оба глаза на мою сестрицу?». А он фыркнул чуть не брезгливо и потребовал вторую кружку эля. Бедняга — как ему сложно признать и принять собственные чувства! — Ты выдумщица. Ему нечем чувствовать. — Почему же? Ой, да брось, Фара… Разве ты не такая же закрытая, как он? — Собираешься свести нас? — Вот ещё! — «Ты моя». — Златовласка уже занят. — А я? Дрожь пробежала по сердцу нимфы, словно мягкий ветерок — легко и приятно. — Ты меня спрашиваешь? — Мы здесь только вдвоём. — Поняв, насколько интимно прозвучали эти слова, Фарагонда прочистила горло и добавила поспешно. — Кого же ещё мне спрашивать? — Не знаю, — Дафна поднялась на ноги. — Может, сердце своё? Она подошла к краю обрыва и потянула руки к солнцу. Её полупрозрачное платье собралось на плечах и талии, а потом, когда нимфа уронила руки, рассыпалось яркими звёздами. Абсолютно нагая, она стояла к Фарагонде спиной и чего-то ждала. Атласная кожа Дафны светилась, дразнила и манила. Вообразить только, как рука касается бедра или поясничной ямочки… и Фарагонде сразу становилось жарко и неуютно во всем теле. — Ну так что там? Спросила? Фея спрятала глаза в тарелке с орехами. Липкие мурашки пробрали её всю — от макушки до пят. — Спросила. — И что оно сказало? Дафна не дождалась и прыгнула в воду. Было то в мечтах или радужных снах, но она давно уже знала повесть ее сердца наизусть. И убедилась в этом, когда Фарагонда, показавшись на краю, освободилась от одежды.