Ты моя надежда. Ты из моих снов.

Мью       Уже лёжа в постели, я вспоминал сегодняшний день. Как он начался и как закончился. Совершенно разные чувства наполняли меня. От этих воспоминаний я был на седьмом небе от счастья, ведь парень из моих снов стал реальностью, моей прекрасной реальностью.       Вспомнились наши разговоры с ним. Как же легко общаться с ним! Он такой умный, несмотря на свою молодость, и такой прямолинейный. Мне это очень нравилось и приводило в восторг, ведь я привык к лицемерию вокруг, а он был как глоток свежего воздуха.       Наш ужин, который я приготовил для него. Как искренне он выражал свой восторг от того, что я так хорошо умею готовить! Мне хотелось провалиться от смущения. Во время ужина я узнал, что у него аллергия на креветки, и в своей голове я отметил их жирным красным маркером — креветки под запретом!       Наш сладкий поцелуй на прощание на крыше. Так не хотелось его отпускать, хотелось держать его в своих объятьях и слышать, как моё сердце начинает подстраиваться под стук его, звуча как одно целое. Мои глаза закрывались, вспоминая образ милого мальчика, и на губах чувствовался след его сладких губ.        Галф       Когда я вернулся в свою комнату, мне показалось, будто я осиротел во второй раз, но чувство полной эйфории не покидало. Это был самый прекрасный день в моей жизни. Как же долго ждал этого дня, лишь жалею теперь, что из-за своих страхов потерял столько времени. Но теперь, когда он рядом, я поборю все страхи! Хочется сделать его только моим, и желательно навсегда. Я пошёл на кухню выпить воды, и, стоя со стаканом в руке, вспоминал наш поцелуй, который был словно живительная нектар, исцеляющий мою душу и тело.       — О, Галф. А ты что тут делаешь? — спросил меня Бум, появившиеся на кухне, тем самым вырвав меня из столь сладких воспоминаний.       — А ты уже забыл? Я, вообще-то, здесь живу, — я был крайне удивлён его вопросом, а ещё был немного раздражён его появлением. Мне хотелось побыть одному со своими мыслями.       — Помню, конечно, просто, я думал, ты останешься у него на ночь, — сказал Бум, забирая из рук Галфа бутылку с водой и наливая в свой стакан.       — Мы только познакомились, и ты хочешь, чтобы мы уже спали вместе? — иногда его распутность переходит все границы, или он думает, что для всех такое поведение приемлемо?       — Ну, ты его уже одиннадцать лет знаешь, так что харе из себя скромняшку корчить-то.       — Я не корчу из себя скромника, как ты выражаешься, это просто неприлично.       — Галф, покажи мне, пожалуйста, где это написано, что спать со своим любимым человеком неприлично в первый день знакомства? И выброси ты уже из своей головы эти шаблоны приличия. Тебе, как никому, должно быть известно — нужно жить сегодняшним днём, и, если тебе сегодня хочется оказаться в постели у своего парня, так вперёд, действуй, и к чёрту все эти условности.       — Он мне ещё не парень, ну, пока, — я, конечно, представил его Сумали своим будущим парнем, и Мью вроде не против, но официально он ещё не предложил быть его парнем, — рассуждал мысленно Галф.       — Отлично, значит по поводу того, что ты хочешь оказаться в его постели возражений нет. А то, что он тебе ещё не парень, так это тоже условности, которые нужно отправить в зад.       — Ты думаешь? — как всё у него легко и просто, вот бы и мне так: плюнул на всё и сделал то, о чём мечтал пол своей жизни.       — Я не думаю, я так считаю. Так что, дуй в душ и в постель к нему, чтобы я тебя завтра в твоей постели не видел. Ладно, пошёл спать, желаю сладких снов в постели у Суппасита, — он развернулся и пошёл в свою комнату, но на полпути развернулся:       — Галф, я прям слышу сейчас драку в твоей голове между желанием и сомнением. Попробуй отключить совесть и сделать хоть раз, так как хочет душа, она плохого не пожелает. Спокойной ночи, — и ушёл, оставляя меня наедине с мыслями, которые никак не хотели прийти к одному решению.       — Вот гад, пришёл здесь, крикнул вперёд: делай, что хочет душа, и свалил. А я стой тут и ломай себе голову — могу ли я в действительности так сделать: просто пойти и провести ночь в постели Мью, или это будет сверхнаглостью. Вот блин, мне что, проблем было сегодня мало по его вине, так он решил ещё подбросить. Вот не гад он после этого? — стоя со стаканом в руке, я мысленно вел войну в своей голове, — а может он прав, к чёрту эти стереотипы. Я ведь действительно хочу сейчас быть с ним. Я так долго ждал нашей встречи, что сейчас мне хочется быть с ним каждую минуту.        Простояв на кухне ещё какое-то время и приняв решение идти ночевать к Мью, я пошёл в свою комнату. Для начала нужно принять душ, поэтому я отправился в ванную.       Стоя под струями теплой воды, я всё думал над этой идей, но с каждой минутой моя уверенность в том, чтобы пойти к нему угасала. Ведь как бы Бум не утверждал, что нужно ломать стереотипы, всё же не хотелось, чтобы Мью подумал обо мне плохо. Не хочу разрушать эту тонкую, ещё неокрепшую связь, которая образовалась между нами. И я ещё успею насладиться сполна нашими совместными ночами.       С такими мыслями я вышел из ванной и лёг в свою постель. Проворочавшись в ней, понял, что никак не могу уснуть из-за мыслей о том, что мы наконец-то вместе. Пролежал без сна, наверное, больше часа и, потеряв последнею надежду на сон, решил прогуляться по саду. Может, получиться привести свои мысли в более спокойное состояние.       Гуляя по дорожкам сада и вдыхая ночной воздух, я постепенно приходил в более умиротворённое состояние души. Глядя в ночное небо и думая о нём, я резко развернулся в сторону спуска в квартиру Мью и быстрым шагом пошёл в том направлении. Мне просто было необходимо его увидеть, нет, не спать с ним вместе, хотя бы увидеть/        Я прошёл по знакомому мне маршруту и, стоя уже у его кровати, посмотрел на того, кто заставлял моё сердце стучать так быстро только одним своим появлением. Опускаясь на пол возле той стороны кровати, где он спал, я решил немного побыть с ним, а затем вернуться в свою постель. Мне нужно обязательно выспаться, а то завтра буду клевать носом.       Лунный свет падал на его лицо и позволял наслаждаться зрительным ласканием его прекрасного лица. Мой взгляд скользил по его закрытым глазам, опускаясь ниже на его чудесный носик. Пройдясь по его контуру, взор опустился на самое вожделенное — его губы. Я уже знаю, какое они могут дарить наслаждение, унося меня в рай блаженства. При воспоминании о наших поцелуев, я начал возбуждаться и, боясь в таком состоянии натворить дел, решил уходить немедленно.        Встав с пола, уже хотел уходить, как вдруг — резкий рывок за мою руку, и оказываюсь лежащим на кровати, а надо мной навис Мью. Он смотрит на меня своими прекрасными глазами.       — Что ты здесь делаешь? — спросил меня Мью, хитро улыбаясь. А я так был напуган таким резким поворотом событий, что только и смог сказать:       — Прости.       — И часто ты такое проделывал? — Я не знал, что ему ответить. Мой страх, что он рассержен на меня за мою наглость, заставил сказать правду.       — Сегодня третий раз, — ответил я, наблюдая как глаза напротив расширились от удивления.       — Будда, ты был так близко всю эту неделю, а я этого не знал, — его голос звучал с таким отчаяньем, что я спросил:       — Ты разочарован во мне? — мне жутко не хотелось его разочаровывать, и я уже проклинал себя за своё желание увидеть его.       — Нет, что ты, я рад тебя видеть, поверь мне, даже очень рад. Просто…— он замолчал, словно продумывая в своей голове, стоит ли говорить то, что начал.       — Просто — что? — решил я его спросить. Мне очень хотелось узнать, что скрывается под этим словом — «просто». Он освободил меня и сел рядом, подняв подушку на подголовник кровати и лёг на неё спиной. Я сделал то же самое и приготовился слушать. Небольшая пауза повисла между нами, словно он взвешивал все «за» и «против». И, когда он повернулся ко мне, я понял — он решил всё-таки рассказать мне.       — Ты, наверное, посчитаешь меня сумасшедшим, но… — он сделал паузу и продолжил, — в общем, я переехал в этот дом год назад от родителей, решил, что пора жить самостоятельно, — он словно специально тянул с главным, как будто всё ещё сомневался — стоит ли говорить, — вот с тех пор, как сюда переехал, я начал видеть странные сны, — он замолчал и посмотрел в глаза Галфа.       — И в чём их странность?       — Я видел в них тебя, — Мью сделал небольшую паузу, — весь этот год я видел только тебя, — Мью продолжал смотреть в мои глаза, наверное, он думал, что я испугаюсь его рассказа, и искал тому подтверждение в них. А я думал лишь об одном, что слова Бума о возможности нашей связи были тогда совсем не бредом. И моё предположение о том, что Мью видит меня в своих снах, оказались совсем не чушью. Вот и причина, почему он бежал тогда за мной в торговом центре. Я поспешил его успокоить:       — Я совсем не считаю тебя сумасшедшим. Этот мир настолько непредсказуемый, в нём может произойти всё, что угодно, — после моих слов, я увидел, как его взгляд стал более спокойным.       — А ты?       — Что — я?       — Как давно ты знаешь меня? — его вопрос загнал меня в тупик, как-то я не готов был сейчас ему раскрыться. Заметив мой настороженный вид, он добавил, — надеюсь, ты не мой чокнутый сталкер, — сказав это, Мью улыбнулся, а я понял, что отмолчаться не получиться.       — Нет, я не чокнутый, но после того, как ты поймал меня на месте преступления, вряд ли мне удастся переубедить тебя, что я не сталкер. Но, уверяю, совершенно безобидный, — улыбнулся ему, — я давно знаю тебя, но откуда и как давно: расскажу чуть позже, — Галф сделал самое просящее выражение лица и добавил, — надеюсь, ты не обидишься на меня?       — Нет, конечно, но я обязательно дождусь то время, когда ты будешь готов мне всё рассказать, — Мью взял меня за руку и погладил её, как бы пытаясь успокоить и донести, что он действительно не будет требовать от меня сейчас признаний во всем.       — А сейчас давай спать, уже поздно, — он потянул меня к себе, давая понять, что меня сегодня не куда не отпустит. А я очень даже счастлив от этой его идеи. Мью.       Я проснулся от ощущения тяжести, которая давила на моё тело. Открыв глаза, я увидел, что на мне лежат чьи-то руки и ноги. Эта новость сначала меня немного напугала, но, повернув голову в сторону их обладателя, я вспомнил, как они здесь оказались.       Осторожно, чтобы не разбудить его, я повернулся к нему лицом, чтобы насладиться этим утренним чудом, наблюдая за его спящим видом.       — Малыш, ты продолжаешь меня удивлять. Ты как киндер-сюрприз: никогда не знаешь, что ты выкинешь в следующий раз. Но именно это мне в тебе и нравится, потому что ты будоражишь моё сознание.       Вчера мне и самому хотелось, чтобы он остался на ночь у меня, но я боялся предложить. И, видя его рядом, я понимаю, что зря боялся.       Вспомнил, как ночью сквозь сон почувствовал чьё-то присутствие. Я и раньше это ощущал, но тогда считал это своим сумасшествием. Но в этот раз я смог вовремя проснуться, чтобы поймать моего ночного гостя.       Будда, он был так близко всё это время! Я смотрел на его спящее милое лицо, и в животе у меня словно бабочки сходили с ума, от которых казалось, будто сердцу щекотно. И хотелось кричать на весь мир о том, как я сейчас счастлив.       Лёгкими касаниями провёл по контуру его лица, наслаждаясь бархатистой кожей, к которой хотелось не только прикасаться пальцами, но и губами. Его губы, Будда, как же я хочу их сейчас поцеловать! Мне казалось, что если я этого не сделаю, то умру.       На свой страх и риск разбудить его и быть пойманным за этим действием, я прикоснулся губами к его, оставив лёгкий поцелуй. Но сделал только хуже, потому что моё тело и сознание возжелали большего, и это чувство усугублялось из-за утреннего стояка.       Я понял, что если сейчас не уйду отсюда, то точно накинусь на него, потому что возникло жуткое желание обладать им, и оно росло с каждой минутой. Поэтому быстро, но так, чтобы не разбудить его, вылез из своей постели, которую не хотелось покидать, ведь там был тот, кого я хотел до дрожи в коленях. Но собрав всё мужество в кулак, быстро ушёл из комнаты.       Оказавшись в ванной, я решил принять душ, чтобы немного успокоиться и охладить свой пыл, но это мало помогало. Холодная вода, стекая по телу, казалось, закипала от моего возбуждения. Взяв свой колом стоящий член, что готов был взорваться от возбуждения, я стал его ласкать, задавая быстрый темп, зажав рот свободной рукой, и готовый кричать от захлестнувших меня чувств. Я быстро достиг финала, изливаясь обильно на стеклянную дверь душевой.       Убрав все следы своего освобождения, помылся и вышел. Вроде немного полегчало. Закончив все утренние процедуры, я решил приготовить завтрак своей очаровашке, которая оккупировала мою постель. Выходя из ванны, посмотрел на соню, которая сладко спала. И лучше бы я этого не делал. Из-под одеяла выглядывала его оголённая нога, а шорты, перекрутившись, плотно облегали его упругие ягодицы, заставившие меня чуть не взвыть от увиденного. Быстро подошёл и прикрыл его наготу, которая так манила взять его сейчас, немедленно.              Я вышел из комнаты, прикрывая за собой двери, и, облокотившись о стену, приводил свои разбушевавшейся мысли в порядок. — Чёрт, это ещё хуже, чем когда видел его во сне. Тогда меня успокаивало то, что его рядом нет, а теперь он здесь, и весь такой сексуальный, и желанный! Надеюсь, сердце выдержит этот лежачий-ходящий секс. Ладно, надо успокоиться и отвлечься готовкой, — сделав глубокий вдох и выдох, я направился на кухню. Галф.       Уже не помню, когда в последний раз удавалось так хорошо выспаться. Открыв глаза, я вспомнил, где нахожусь. Память быстро подбросила воспоминания, как Мью меня поймал, когда я любовался им ночью. Стало стыдно за свою выходку. Я вдруг испугался того, как Мью утром отреагировал, когда вспомнил, как я здесь появился. Надеюсь, он во мне не разочаровался за мою выходку. Лёжа в его постели, я боялся встать и выйти из комнаты, а страшнее всего было встретиться с его осуждающим взглядом, от этого хотелось исчезнуть на всегда.       — Ты опять со своей трусостью, может, хватит бояться, и лучше принять его осуждающий взгляд, чем не увидеть его никогда. Тебе не кажется?- ругал меня мой внутренний голос.       И я понял, что теперь ни за что не откажусь от него. Сейчас я выйду, приму все последствия своих действий и приложу все усилия, чтобы всё исправить, если всё испортил.        С решимостью я поднялся с кровати и отправился в ванную, чтобы привести себя в порядок. Подойдя к умывальнику, я обнаружил новую зубную щётку, взял её в руки и, рассматривая, улыбнулся, тому, что, возможно, всё не так ужасно, как я себе накрутил.       Вспомнил, как ночью Мью сказал, что он рад моему появлению в его комнате, и от этих воспоминаний немного успокоился.       Умывшись, я решил найти Мью. Как только я вышел из комнаты, меня встретил приятный аромат, доносящийся из кухни. Зайдя туда, я увидел чудесную картину: Мью, стоя спиной ко мне, напевала песню и слегка пританцовывала, что-то нарезая на разделочном столе.        От этого вида улетучилась тревога за мой незваный приход ночью. Наблюдаю за ним почти не дыша, чтобы не вспугнуть и не смутить его своим появлением. Но он развернулся и, увидев меня, всё-таки немного засмущался. Он улыбнулся самой прекрасной улыбкой, которую я только мог видеть. От его улыбки моё глупое сердце застучало так быстро и громко, что мне казалось, его слышит даже Мью. Галф и Мью       — Привет, вкусно пахнет, — сказал Галф, немного зависшему от смущения Мью.       — Привет, — Мью подошёл ко мне, положил свою руку на мою талию и притянул к себе, — я счастлив видеть тебя, — и чмокнул меня в губы.       Я почувствовал как мои щёки покраснели, он провёл по ним своими длинными пальцами и, улыбнулся. — Давай завтракать, — предложил Мью, заметив как нервничал Галф.       А вчера я что-то не заметил в его откровенных выходках, из-за которых чуть не сдох, ни капли нервозности. Или у этого малыша всё-таки есть границы наглости. Хотя, что греха таить, мне чертовски нравится его свободное умение высказывать свои мысли, это облегчает общение, — думал Мью, рассматривая покрасневшие лицо Галфа.       — Хорошо, — согласился Галф, он был рад, что Мью не поднимает тему его появления ночью у его кровати.       Сев за стол, Мью поставил на него салат из овощей, рис и тушёное мясо. Мы приступили к еде, он неплохо готовит для человека, который вырос в богатой семье. Наш завтрак проходил в полной тишине, и это странно, но меня совсем не напрягало, даже приятно вот так есть, глядя друг на друга. После еды я предложил Мью помыть с ним посуду, и он согласился. Такое простое домашнее совместное действие наполняло моё сердце теплом и умиротворением.       Мью взял меня за руку и повёл в комнату, где на стене висел плазменный телевизор, мы сели на мягкий диван, он был не такой большой, и не было столько подушек. Теперь они мне не нужны, когда у меня есть он. С этими мыслями я посмотрел на Мью, тот в ответ посмотрел на меня и спросил:       — Галф, может, посмотрим какой-нибудь фильм? Ты не против?       — Я не против. А какой?       — У тебя есть любимые фильмы?       — Знаешь, я как-то очень редко смотрю фильмы, больше предпочитаю книги, да и в последнее время было особо не до фильмов.       — А чем ты был занят? — интересно, мы вчера много говорили, но я так у него и не узнал, чем он по жизни занимается. Понятно, что он вряд ли сейчас работает, наверное, только закончил учёбу, но всё-же хотелось знать чем дышит мой мальчик, — думал Мью, ожидая ответа Галфа.       — Учёбой, в этом году закончил университет.       — Здорово, и на кого ты выучился?       — Бизнес управление.       — А где учился?       — В Швейцарии, городе Лозанна.       — А почему так далеко?       — Там живут мои бабушка с дедушкой, ну, и я живу там уже почти десять лет.        — В Швейцарии, Будда, как же это далеко от Таиланда, — подумал Мью, ему стало грустно от того, что есть маленькая вероятность их разлуки. — Никакой разлуки, я сделаю всё, чтобы он остался со мной, — с этой уверенной мыслью Мью решил продолжить их разговор.       — Так ты хочешь иметь в дальнейшем свой бизнес? — надо же, я бы ни за что не подумал, что в будущем он может управлять каким-нибудь бизнесом. Я почему-то думал, что он подходит больше для фотомодели, ну, или актёрского бизнеса, а он выбрал трудный путь, он меня опять удивил, — размышлял Мью.       — Да, нам с братом от родителей остались их компании, сейчас ими управляет мой брат, — мне не хочется ему говорить, какая компания досталась мне, а он точно спросит. Нужно как-то переключить разговор, — а у тебя есть какой-нибудь любимый фильм? — спросил Галф, пытаясь повести их беседу в другое русло.       — Да, есть, но я люблю больше мультфильмы, — странно, он переводит разговор. Или он что-то скрывает, или ему настолько больно говорить о родителях, — подумал Мью, но не стал заострять на этом внимание.       — Иногда мне тоже больше нравится смотреть мультфильмы, они не напрягают, —сказал Галф.— Я знал о его любви к мультфильмам, и ещё мне нравится, что он говорит это мне, это заставляет меня больше ему доверять, — думал он.       — Я подумал, что ты удивишься и будешь смеяться над моими предпочтениями, подумаешь, что такой большой мужик, а любит мультики, — мне почему-то захотелось быть перед ним открытым и не выделываться, строя из себя того, кем не являюсь, — размышлял Мью.       — Глупости, почему я должен смеяться над твоими предпочтениями? Как говорит мой брат, мы — те, чем себя заполняем, и мне нравиться детская сторона твоей натуры. Мью придвинулся к нему ближе и остановившись буквально в нескольких сантиметрах от его губ сказал.       — Ты потрясающий, малыш, — и припал к его губам своими, затягивая его в поцелуй. Это был поцелуй благодарности за то, что он наконец появился в его жизни, сделав её более значимой и яркой.        Мне так нравится целоваться с Мью! Я ощущаю его нежные губы на своих и с удовольствием принимаю его настойчивый язык, который уже вовсю хозяйничает у меня во рту. И я позволяю ему это, ведь хочу, чтобы он был хозяином моей жизни. Я мечтал об этом целых одиннадцать лет!       Наш поцелуй становится всё более страстным, и я постепенно теряю связь с реальностью. Его руки нежно скользят по моему телу, вызывая дрожь. Возбуждение нарастает, и я не могу сдержать стоны удовольствия, которые вырываются из моего горла. Я почти на пределе, ещё немного — и я перейду эту черту.       Внезапно он останавливается и прижимается своим лбом к моему. Мы оба тяжело дышим, словно пробежали несколько километров.       — Мне трудно рядом с тобой контролировать себя, ты словно божественный нектар для неизлечимо больного. Тебя хочется пить, не отпуская.       — Так и не отпускай, пей меня, пока ты не скажешь довольно.       — Что ты со мной делаешь? Маленький искуситель, я впервые в жизни хочу сделать всё правильно, не спеша. Хочу наслаждаться с тобой, купаться в наших чувствах. Поэтому приглашаю тебя на свидания.       — Ты приглашаешь меня на свидания? Это, значит… — глаза Галфа округлились от удивления, не веря в то, что он всё правильно расслышал.       — Да, это значит. Ты будешь моим парнем? — Мью отстранился и посмотрел в его глаза. В них плескалось такое счастье, а сам, затаив дыхание, ждал его ответа, словно от этого зависела его жизнь. Оно так и есть, отныне его жизнь в этих маленьких, прекрасных ручках.       Галф не мог поверить в то, что происходило. Ему казалось, что он спит и видит прекрасный сон. И если это так, то он не хочет просыпаться. Ведь напротив него сидит его персональное солнце, которое с затаённым дыханием ждёт его ответа. И он обязательно скажет…       — Да.