Дарья. Начало новой жизни.

— Я действительно не знаю своих дочерей… — вздыхает Джейк из-за газеты. Дарья не реагирует — Джейн рядом, за одним столом и плевать на всё остальное. Сильно изменившаяся Квин — новая причёска, строгий костюм. Ребёнок готовится к взрослой жизни. Самое главное — нет уже привычной телефонной трубки у локтя. Дарья думает, что сестрёнка будет немного разочарована, когда поймёт, что колледж мало чем отличается от старшей школы — но сама Квин стала другой. Она и за завтраком не отрывается от учебника. К огромному неудовольствию Сэнди, Квин превратилась в заучку, пропадает в библиотеке часами, а Сэнди вынуждена терпеть рядом с собой законченный тормоз Тиффани, разговаривать с которой всё равно, что вести содержательные беседы с табуреткой. Но иначе Гриффин почувствовала бы себя окончательно заброшенной и одинокой, а так какая никакая свита — как у Королевы в изгнании. — Ты сам не знаешь себя, — важно произносит Дарья, — а тем более других. Кто думал, что Стэйси так увлечётся гонками? А мне самой так не хватает прежней Квин… Джейн не может удержаться от смешка, Хелен удивлённо приподнимает брови, Квин даже головы не повернула: — Ты сейчас о чём, сестрёнка? — Я задумалась о твоих словах и… Квин закрывает учебник и откладывает карандаш: — И пришла к мысли, что тебе таки стоит сменить имидж? Ты не будешь против, если я попрошу о помощи Стэйси? Она ещё в школе мечтала до тебя добраться и переделать. А так как ты и Джейн теперь пара… Джейн обречённо вздыхает, но кивает — «мол, чёрт с вами, но в случае чего, я вам обеим это ещё припомню»: — Ладно. Главное, чтобы Сэнди не присоединилась к нашей команде. На Стэйси я ещё согласна. Не такая стервозина, как ваш бывший Председатель… Кожаная куртка, чёрные джинсы, тяжёлые ботинки — от прежней Стэйси только задорные и смешные хвостики. Ногти обломаны и от куртки несёт, как из дверей автомастерской. Стэйси с трудом тащит, прижав к груди, целую охапку модных журналов, со вздохом облегчения сваливает их на кровать. — Так, посмотрим… — Дарья и Джейн теперь пара, — сообщает Квин подруге, но Стэйси равнодушно отмахивается: — Про них всё всем было ясно с первого дня их знакомства. Давно не новость и никого не удивит. Примерно через час вердикт был вынесен и Хелен, которая присоединилась к обсуждению чуть позже, объявила, что завтра они все отправляются в тот самый «Молл! СУПЕР Молл!», Квин тут же вытащила из кармана листок — список книг, которые следует приобрести, Стэйси припомнила, что ей тоже надо будет заглянуть в книжный, а ещё в аптеку — один палец Роу был не очень аккуратно заклеен. — Шрамы украшают мужчин, а не молодых женщин, — проворчала Хелен, заклеивая Роу палец по новой. В торговый центр вошли вчерашние школьницы, а вышли две молодые женщины, студентки колледжа. На носу у Дарьи красовались новые очки — последняя, сама модная модель оправы этого сезона, а Квин и Стэйси с трудом доволокли до автомобиля сумки с книгами, Хелен утешила Джейка, который с большим удовольствием остался бы дома, разрешением посетить магазинчик сувениров и купить там пару безделушек — из тех, что не страшно разбить или выбросить по тихому — всё равно никто про них больше не вспомнит. Дарья, с облегчением, выдохнула — того самого рекламного плаката у входа они не увидели. Лавка орехов стояла на прежнем месте, как и зоомагазин, который Квин тогда поставила с ног на голову. Удав боа спал в террариуме — желающих приобрести в качестве домашнего питомца змею, пока не нашлось. … — Старая Дарья, издание 2, переработанное и дополненное, — пробормотала Джейн себе под нос. Дарья проследила за взглядом подруги — незнакомая девочка, которая внимательно изучала карту. Джейн заехала за Дарьей и девушки направлялись к стоянке, когда Джейн обратила своё внимание на незнакомку. — Ты её знаешь? — Нет, — качает головой Дарья, — никогда не видела прежде. Неизвестную словно вырезали из старой, чёрно-белой фотографии — платье как будто пришло из немого фильма про несчастных приютских сироток, чёрное. Чёрные волосы, тёмные глаза, черные ботинки и белоснежный воротник. Бледное, как у вампира, лицо — словно девочка с рождения не видела света дня. Незнакомка чувствует чужие взгляды своей белой, как дорогой китайский фарфор, кожей, оборачивается и смотрит, недовольно хмурясь, на Дарью и Джейн. — Прости, тебе помочь? — спрашивает Дарья у странной девочки, та пристально уставилась, почти не моргая, в лицо подругам своими тёмными глазами, её взгляд неожиданно очень тяжёл и холоден: — Спасибо, была бы благодарна. Меня зовут Уэнзди Аддамс. — Дарья Моргендорффер, — Дарья слегка робеет перед незнакомкой — с той явно не всё так просто. — Джейн Лейн, — Джейн не таясь разглядывает Уэнзди, что совершенно бесцеремонно и крайне невежливо. Они провожают Уэнзди до одного из корпусов и та, скупо поблагодарив подруг за помощь, скрывается за высокими дверьми. … Дарья и Джейн заглянули в библиотеку, прогулялись до любимого кафе и почти забыли про странную девочку, когда увидели маленькую фигурку, что неподвижно застыла на краю тротуара. — Хочешь, мы тебя подбросим? Куда тебе? — спрашивает Джейн. — Не стоит беспокоиться, — Уэнзди позволяет себе лёгкую улыбку, — Меня заберёт наш дворецкий Ларч. А вот и он. К самому краю тротуара, чудом не зацепив саму Уэнзди, подлетает страшная колымага — «танк» Трента рядом с этим образцом антиквариата, который сочился странного цвета дымом из всех щелей, просто последняя модель «Феррари». За рулём скрючился настоящий великан, похожий на плод чудовищных экспериментов доктора Франкенштейна, а на плече Ларча восседала… рука, точнее правая кисть руки. Без тела. Просто кисть руки, которая перебирала пальцами и кажется переключала радиоканалы, регулировала громкость. Для Уэнзди всё это было не внове, она важно кивнув подругам, проскользнула в автомобиль, и дряхлый драндулет, оглушительно гремя всеми своими частями, удалился в закат на неожиданно приличной скорости. Умудрившись не потерять ни одной детали по дороге. Рука помахала Дарье и Джейн сквозь заднее стекло. Как позже выяснилось, эта странная девочка приехала сдавать выпускные экзамены, без особого труда прошла их все сразу (на каждый курс у неё уходило около недели) и в тот же день получила диплом. Джейн только головой покачала: — Вундеркинд. — Или мы все такие глупые, — пожимает Дарья плечами. — А она нормальная. … — Вы мне понравились, — совершенно равнодушным тоном сообщила Уэнзди Дарье и Джейн. Она была сама невозмутимость. И таким же равнодушным тоном заявила, что буквально вчера получила докторскую степень и ей предложили прочесть курс лекций. — И я хочу пригласить вас к себе в гости. Ларч отвезёт всех нас. Дарья и Джейн переглянулись: — Как ты? — Я не против, но… Уэнзди и бровью не повела: — Я знаю, что вы вместе и мне кажется, что мы в итоге подружимся. … Ларч уехал, странный синий дым, целое облако которого испустил фамильный драндулет семьи Аддамс, растаял в воздухе, Уэнзди попрощалась с новыми подругами и отправилась читать свою первую лекцию. Джейн вздохнула: — По сравнению с этой семейкой, моя просто сборище правильных и скучных зануд. И о чём ты так долго беседовала с Ларчем в его комнате? Дарья улыбнулась: — Не ревнуй. Оказалось, что мы любим одни и те же книги. Не знаю как, но я его понимала. Будем переписываться — как в старые добрые времена слать друг другу письма написанные от руки, а не по электронной почте. — Он ещё и гениальный пианист, — кивает Джейн. — И певец. Думаю уговорить его спеть со «Спиралью». — А матушка нашей новой подруги очень похожа на Дух Хэллоуина и Уэнзди явно пошла в Мортишу. И внешностью и характером. — Ага, — Джейн ехидно улыбается, — Ладно, кара миа, мне пора. — До скорого, кара миа, — улыбается Дарья в ответ.