Дарья. Начало новой жизни.

Знакомый драндулет. За рулём или скорее на руле — Вещь, как назвала загадочную и очень самостоятельную часть тела, новая подруга. Чемоданы Дарьи и Джейн небрежно забрасываются в багажник, девушки пристёгиваются и оглушительно чихнув, сочащаяся странным синим дымом, развалина стремительно рвёт с места оставив после себя синюю тучу, медленно тающую в воздухе, и лужицу масла на асфальте. Вещь кажется полностью игнорирует само существование каких то там правил дорожного движения, но обходится без серьёзных происшествий. Рука успевает вести машину, одновременно угощаясь кофе из картонного стаканчика и переключая радиоканалы, проделывая всё это на совершенно бешеной скорости. Дарья подозревает, что ещё немного и сам желудок вывалится изо рта вместе с прочим ливером, Джейн слегка позеленела, Уэнзди как всегда совершенно невозмутима, сидит сложив на коленях руки и смотрит в окно. Колымага, не снижая скорости, с рёвом и грохотом выруливает на аэродром и не притормаживая (почти) влетает в чрево самолёта. Рука держит в пальцах у самого носа Дарьи бумажный пакет. — Спасибо… — с трудом просипела девушка. Уэнзди выходит из автомобиля первой и её приветствует не менее странное существо, чем правая кисть руки в роли опытного водителя. Больше всего ЭТО напоминает парик на который кто-то нацепил щегольской котелок и тёмные очки, но у «парика» имеются в наличии две длинные руки в белых перчатках и он довольно бодро перемещается по салону. — Познакомьтесь, — Уэнзди церемонно представляет Дарью и Джейн новому знакомому. — Это дядюшка Итт. Дядюшка, это Дарья Моргендорффер и Джейн Лейн. Мои новые друзья. Дядюшка снимает шляпу, изображает почтительный поклон и издаёт череду странных, высоких звуков, которые Уэнзди, каким то совершенно непостижимым образом, воспринимает, как нормальную человеческую речь. Дядюшка уже в кабине, в кресле пилота. Стюардесса приносит Дарье стакан воды и салфетки, Джейн почти в полном порядке и с блаженной улыбкой тянет сок из стакана через соломинку. Уэнзди пьёт странную дымящуюся жидкость ядовито зелёного цвета. Дым или пар при этом не поднимается вверх, а стекает из бокала вниз и тает в воздухе — Дарье вспоминается сосуд Дьюара с жидким азотом из научно-популярного фильма. Квин думала попробовать новый радикальный способ сведения прыщей… Хелен с трудом удалось уговорить младшую дочь этого не делать. — Вы мне понравились, — говорит Уэнзди. — У меня не так много друзей. — У нас тоже, — улыбается Джейн в ответ. — Особенно у нашей буки Дарьи. — И почему? — удивлённо приподнимает бровки Уэнзди. — Наличие мозгов не является необходимым и достаточным условием для популярности и всеобъемлющей народной любви в наше время, — поясняет Джейн. — Скорее наоборот. Сильно мешает. — Я уже заметила, — кивает Уэнзди, — и намерена это изменить. … Теперь за рулём драндулета сидит дядюшка Итт, который не менее лихой ездок, но, к огромному облегчению Дарьи, поездка занимает не так много времени. Чадящий и гремящий автомобиль пролетает через небольшой городок и Дарья думает о том, что так бы стал выглядеть Лондэйл, если бы за него взялся, почивший в бозе, «Модный клуб». Автомобиль с рычанием и треском вползает на крутой холм, распахиваются железные ворота и драндулет, испустив последнее синее облако, останавливается у самого дома. — Ух ты… — Джейн в полном восторге. Дом огромен, он порядком потрёпан временем, неаккуратен, но у него есть то, что можно назвать лицом. Он совершенно не похож на один из тех аккуратных, почти безликих домиков городка через который они только что пролетели на безумной скорости. Дом, который с порога начинает долгий рассказ о прежних и нынешних хозяевах, счастливых и грустных событиях, что происходили в его стенах. Это был дом семейства Аддамс и жить в таком могли только они, любой, кто прожил бы в таком доме достаточно долго, неизбежно должен был превратиться в члена этой семьи, пропитаться её духом и Дарья не была сильно удивлена, когда узнала о том, что у этого дома есть свой собственный, довольно ворчливый, Злой Дух, который требует к себе почтительного отношения и любит наслаждаться свежезаваренным кофе по утрам. Такое могло случиться только с домом семейства Аддамс. Ларч подхватил чемоданы и все последовали за великаном дворецким к дверям, которые Ларч, с глубоким поклоном, распахнул перед дядюшкой Итт, Уэнзди и её гостями. — Вххххххооооодиииитееее, — проревел Ларч и Дарье представила себе огромный старый рояль, пальцы бьющие по клавишам и долгий басовитый и слегка надтреснутый гул в тёмных и загадочных глубинах инструмента. Уэнзди не стала дожидаться окончания и вошла, Дарья с Джейн проследовали за ней. … — Это будет ваша комната, — Уэнзди щёлкает выключателем, Ларч с чемоданами маячит за её спиной. На его фоне Уэнзди кажется совсем маленькой, но без дополнительных пояснений сразу становится ясно кто тут хозяин, а кто слуга. Джейн ехидно улыбается и тычет пальцем в стену: — Смотри-ка, эта комната удивительно похожа на твою в Лондэйле. — Этот дом был когда-то психиатрической клиникой, — поясняет Уэнзди для своих дорогих гостей, — а Ларч последним пациентом, которого просто бросили здесь одного. — А в моей комнате, до меня, жила женщина страдавшая шизофренией, но меня всё устраивало и я не захотела ничего менять. — Дарья оглядывается — действительно похоже. Стены обиты мягким, решётки на окнах. — Даже косметический ремонт сделать матери не дала. — Рада, что угадала с выбором, — Уэнзди собирается уходить. — Отдыхайте. Если возникнут какие то проблемы — комната Ларча дальше по коридору. … Дарья усаживается на кровать и наблюдает за процессом переодевания Джейн. — Напомни, Лейн, почему мы согласились на эту, как я теперь вижу, опасную для жизни авантюру? — Дарья решила тоже заняться своим чемоданом. — Не каждый день встречаешь такое чудо, как наша новая подруга, а её семья… Разве тебе не любопытно? — улыбается Джейн. — Тебе то, будущему классику американской литературы или знаменитому и бесстрашному журналисту? — Любопытно? Не то слово, — ворчит Дарья, — но нам ещё предстоит знакомство с остальным семейством… — С последнего сборища нашего клана мы, я и Трент, слиняли на третьей космической на следующее же утро, — припоминает Джейн, — угнав машину тёти Беренис… — А где была я? — В той поездке с родителями и Квин, которая закончилась для вас всех промыванием желудка. — Но не для меня, — возражает Дарья. — Я не стала рисковать здоровьем и пробовать папину стряпню. Как оказалось, интуиция меня в очередной раз не подвела. А Квин, со своей внезапно поехавшей крышей, была даже чем-то мила. Лучше бы их так и оставили. Родители прекратили бы ссориться, Джейк ныть, Квин беспрерывно трещать по телефону. — Это не так весело, как может показаться, — вздыхает Джейн, — У меня большая семья, среди членов клана были и есть настоящие безумцы. — Джейк поругался со своими братьями, его отец, мой дед, давно умер и нас навещала только бабушка Рут, моя мама с собственной матерью на ножах из-за Джейка, когда тётя Рита навещает нас, Джейк скрывается из дома под любым, только пришедшим в голову, предлогом, Квин прячется у себя или тоже спасется бегством из дому. На той самой свадьбе, когда я и Квин были подружками невесты, моя мама и Рита подрались — отношения между ними примерно такие же, какими были у меня с Квин, а я и тётя Эми смылись вдвоём подальше от этого балагана — Квин в это время млела от восторга. Священник и «пара» Квин дрались за каменное сердечко моей младшей сестрёнки. Так что я редко бываю на семейных сборищах. — Ого, — качает головой Джейн, — ваши семейные встречи тоже проходят в практически боевой обстановке. — Жалко, что тебя там не было — ты бы познакомилась с моей любимой тётей Эми, — Дарья обнимает Джейн и целует любимую в щёку, — она самая младшая из сестёр и мы во многом похожи… Из коридора доносится удар гонга — Ларч лупит от всей широкой души, в дверь деликатно стучат — Уэнзди: — Идёмте. Обед. … — Это Пагсли. Мой младший брат и его любимый питомец. Любимым питомцем оказался самый настоящий лев, который попытался проглотить мальчика, но поспешил выплюнуть младшего Аддамса обратно, скривившись от отвращения. — Моя мама Мортиша, папа Гомес, его старший брат Фестер и бабушка, — заканчивает представлять членов семьи Уэнзди, — с дядюшкой Итт вы успели познакомиться. Мортиша, высокая и необыкновенно худая женщина с бледным лицом — Уэнзди явно пошла в мать. Гомес походил на главаря мафии из мексиканского сериала, толстячок Пагсли не отличался здоровым цветом лица, а дядюшка Фестер был даже слишком жизнерадостен и прыгуч. Дарью эта активность слегка напрягала и даже Уэнзди смотрела на дядюшку немного сердито. … — Нас прогнали, — высокомерно вздёргивает бровь Мортиша, — из тех мест, чуть не сорвали нам свадьбу. Этим глупым людям был не по душе наш образ жизни. — Какое им было дело?! Если вы только не питались прохожими, — говорит Джейн и краснеет от смущения, — простите… — Я так давно не делаю! — возмущается бабуля, — ну почти не делаю… — Мы уехали подальше от этих негостеприимных болванов и здесь, в Нью Джерси, нашли этот прекрасный дом, а по дороге подобрали Ларча, которому просто некуда было идти. Он почти всю жизнь прожил в этом доме, когда в этом здании располагалась психиатрическая клиника. Его бросили здесь одного, как Фирса. — Я и Пагсли родились в этом доме, — добавляет Уэнзди, — я получала домашнее обучение и никогда не покидала территорию дома до недавнего времени. — Этот дом стал нашим родовым гнездом, — продолжает Мортиша, — настоящим домом Аддамсов делаем его мы, как семья Аддамс. Тут царит дух нашей семьи. Не важно сколько времени мы сами прожили в этом доме или сколько предшествующих поколений родилось и умерло в этих стенах. — Мне нравится здесь, — вежливо произносит Дарья. — Этот дом и обстановка внутри. — Немного похоже на музей, — говорит Джейн. — Простите… — Не извиняйся, — покровительственно улыбается Мортиша. Уэнзди кивает: — Если хотите, я устрою вам экскурсию по дому. Чуть позже. — Хотим, — улыбается Джейн. — Будем признательны, — говорит Дарья. … — Так ты собираешься стать художником, Джейн? — спрашивает Мортиша. — Да, а Дарья — писателем или журналистом. — У нас собрана прекрасная библиотека, — Гомес сама любезность, — и есть неплохое собрание картин, а наш Ларч одарённый живописец. Не смущайся, парень. — Я прихватила этюдник с собой, — говорит Джейн. — Можем устроить пленэр. … — Родители захотели учинить настоящий праздник в честь «моих успехов на ниве просвещения», — Уэнзди недовольно морщит носик, — я не думаю, что стоит делать столько шума, но буду не против если вы будете моими гостями на этом празднике. Джейн внимательно смотрит на Дарью, та вздыхает: — Ладно. Я не великий любитель вечеринок, но в этом случае я совсем не против. Уэнзди одобрительно кивает и выходит из комнаты, аккуратно прикрыв дверь за собой. — Вы очень на самом деле похожи, — ехидно улыбается Джейн. — Уэнзди очень одинокая девочка. Она в семье своей родной Казалась девочкой чужой. Она ласкаться не умела К отцу, ни к матери своей; Дитя сама, в толпе детей Играть и прыгать не хотела И часто целый день одна Сидела молча у окна. (*) — Домашнее обучение… — задумчиво произносит Дарья. — Уэнзди настоящий гений. — Угу. Ну, что ты наденешь на праздник? — Для начала я должна кое-что с себя снять, — лукаво улыбается Дарья, — но не только с себя… — Намёк понят! … Где-то внизу, в глубинах дома кто-то играл на рояле и прекрасно играл. Джейн оторвала голову от подушки: — Кто бы это мог быть? — Не знаю, — недовольно буркнула Дарья в подушку, — может быть это любимый питомец Пагсли? Совершенно незнакомый голос. Высокий, но несомненно мужской. Oh no not I! I will survive! Oh, as long as I know how to love, I know I'll stay alive. I've got all my life to live, And I've got all my love to give, I'll survive, I will survive! Hey hey… Тут уже Дарью начало разбирать любопытство. Она и Джейн поднялись и почти на цыпочках выбрались в коридор, прошли к лестнице и перегнулись через перила. Ларч. Великан дворецкий сидел за роялем и самозабвенно пел, его пальцы буквально порхали над клавишами. Дарья и Джейн, придерживая челюсти и стараясь не шуметь вернулись в комнату. — Нет, ну это же надо! — Джейн не выдержала первой — молчание что-то затянулось. — Этот дом просто полон сюрпризов. — Эта семья, — поправляет Дарья. — Прекрасная библиотека, великолепное собрание картин, дворецкий, который поёт, что твой Карузо, а если он ещё и талантливый художник… — Проникаешься потихоньку атмосферой? — улыбается Дарья. — Смотри, станешь Аддамс и сама не заметишь как. — Я не против, — говорит Джейн. — Немножко почерпнуть. Духа Аддамсов. — Бойся своих желаний, — строго произносит Дарья. — Но и я, если честно. Совсем не против. … Уэнзди зашла за подругами ближе к вечеру. Ларч и его глыбообразный друг (Дарья видела, как Понго помогал бабушке Аддамс в саду — они то ли что-то вырывали из земли, то ли наоборот — кого-то закапывали или перепрятывали — Дарья не разобрала) завершали последние приготовления. Крохотный, рядом с гигантом Понго, дядюшка Итт командовал. Сама вечеринка была похожа на обычные студенческие вечеринки, но были и отличия — масштабы и то, что больше всех зажигала… бабуля. А дядюшка Итт лихо читал рэп — и на этот раз подружки его хорошо понимали. Бабуля появилась рядом с Дарьей и Джейн, лукаво улыбнулась и подмигнула: — Хотите проникнуться настоящим духом семьи Аддамс, девочки? На подносе курилась паром два бокала с ядовито зелёной жидкостью. — Почему бы и нет? — пожала Джейн плечами и пригубила. — Вкусно… Дарья поколебалась секунду и тоже взяла бокал. … — Дарья?! — Тётя Эми? А что вы… Прости, я конечно рада тебя здесь видеть, но… — У нашей семьи есть общие дела с Гомесом, — Эми удивлённо качает головой. — И твоя бабушка делегировала меня для деловых переговоров. Ты пьёшь эту отраву? Я больше твоего удивлена, что застала тебя здесь. — Проникаюсь духом семейства Аддамс. — улыбается Дарья. — Мы помогли Уэнзди найти дорогу— мой колледж, для любого новичка, настоящий лабиринт. Даже карта не великий помощник. Девочка считает, что мы родственные души. — Вы действительно чем то похожи, — кивает Эми. — Дарья, я не знала, что у тебя есть ещё одна сестра, — Джейн вручает своей девушке полный бокал. — Это моя тётя Эми, — смеётся Дарья, — а это Джейн Лейн. Она… — Её девушка, — Джейн сияет во все тридцать два. — Хм. Хелен в курсе? — спрашивает Эми у Дарьи и с лёгким удивлением наблюдает, как племянница с явным удовольствием отпивает из своего бокала. — Да. Она, конечно, не прыгала от восторга, но быстро смирилась. Тут дядюшка Итт взял в руки микрофон и издал несколько странных звуков больше похожих на скрип от несмазанного колеса, чем на нормальную человеческую речь, но Ларч дядюшку прекрасно понял. Ларч вышел на сцену с саксофоном и… — После такого мне просто необходимо выпить… — вздыхает Дарья. Бабуля с подносом выныривает откуда то из-за спины, а тётю Эми, как назло, увёл Гомес. Дальнейшее Дарья помнила крайне смутно. Руку Джейн в своей определённо. … — И где вы обе пропадали целую неделю? — хмурится Хелен. — В свадебном путешествии, мама, — Дарья сейчас думает только о воде. Много много холодной воды… И кофе. Джейн разводит руками. — Мы зависали у Аддамсов и тут совершенно случайно оказалось, что у одного из семейства есть лицензия… — Так что теперь наша семья породнилась с Лейнами. — А я должна поставить в известность Трента. И маму… — вздыхает Джейн. — Мне тоже необходимо выпить… — Хелен с трудом поднимается со стула. — Кажется тётя Эми поздравила нас… Или это была Уэнзди? Чёрт, у Аддамсов подавали такие крепкие коктейли!