Восхитительный Агриче

      У берега реки стоял хрупкий парень альбинос, его белые, свободные одежды нежно развевались на ветру. Солнце, сквозь легкие облака, создавало игру света на поверхности воды, а его бледная кожа отражала эти теплые лучи, словно нежное полотно. Он смотрел на реку, погружаясь в свои мысли, а вокруг него царила тишина, лишь изредка нарушаемая щебечущими птицами.       Вода блестела, словно драгоценный камень. Он был в своем мире — мире, где красота природы переплеталась с его внутренним состоянием. С каждым вдохом он ощущал свежесть, а легкий запах трав и цветущих деревьев окутывал его, словно мягкое одеяло.       На фоне зелени и голубизны реки его хрупкая фигура выглядела особенно уязвимой, но в этом была своя прелесть. Он словно воплощал собой чистоту и невинность, которые так редко можно встретить в суетном мире.       Асиль на мгновенно даже залюбовался им, прежде чем вежливым покашливанием привлёк внимание. Эстель мягко улыбнулся, бесшумно шагая по траве. Следом за ним скользила его анаконда, которую он уже не закидывал на плечо.       — Рад, что ты согласился уделить мне время, — светским тоном начал он, протягивая руку.       Бледная рука с длинными пальцами, где чётко виделись сухожилия и голубые вены. Асиль пожал его, отметив про себя то что там не было даже мелких мозолей.       — Прогуляемся?       Во время прогулки, в основном говорил Асиль. Он начал издалека, спрашивал про здоровье, не повторялись ли припадки, но быстро понял что Эстель не любит эту тему. Он каждый раз стыдливо отводил взгляд, когда речь заходила о его здоровье. Поэтому пришлось быстро менять тему, благо психологии и поддержании разговора в Агриче учили, да и он сам этими навыками отлично владел.       Тема перешла на книги, Эстель говорил о любимых писателях и жанрах, но Асиль читал их лишь для общего развития и по наставлению мадам Флер, чтобы не быть скучным собеседником. А сам размышлял что ему то рассказывать? Инструкцию, как аккуратно добывать жвалы мантикоры? О справочнике по анатомии? Или может об уроках соблазнения мадам Флер?       — Отец недавно подарил мне несколько яйц ядовитых тварей, — в итоге определился он с темой.       Да и именно за этим он и приходил. Получит советов.       — О, да? Каких именно? — ожидаемо заинтересовался Эстель.       — Птички такие, калибри, только они никак не вылупятся.       — Ууу, мерзкие создания, если честно, — скривился на это парень.       — Почему?       — Они питаются глазными яблоками.       Он конечно это знал, но постарался сделать лицо как можно удивленнее.       — И что с этим яйцом делать?       — Корми в одно и тоже время, про кровь с высоким количеством яда говорит не буду, сам хорошо знаешь. На ночь оставляй в тёплых местах, и по пол часа в день держи на раскаленых углях. Главное - не переборщи.       — А это точно птица, а не дракон?       — Для яйца нужны благоприятные условия, как если бы их высаживала самка.       — Может ещё гнездо для них построит?       — Ты у меня дошутишься.       Закатив глаза, Дмитрий глянул на анаконду, которая плелась вокруг хозяина и зашипела на него, обнажая клыки.       — Я ей не нравлюсь, — пожаловался он Эстелу.       — Поверь, если бы не нравился, она бы тебя давно сожрала. — покачав головой, Хваферион опустил руку, чтобы провести по белой головке змеи, которая сразу стала самым милым созданием в мире.       — Подавится.       Поддавшись порыву, Дмитрий тоже протянул руку к змее. До этого ему гладит змей не приходилось. И в этот раз судьба его обломала, так как он чуть не лишился его как минимум по запястье. Только привитые бесконечными тренировками и спарингами рефлексы спасли конечность. Змея укусила воздух, недовольно клацнув клыками.       — Тише, моя девочка, он не хотел тебя обижать, — заворковал со своей змеей Эстель, он ещё немного, и заласкал бы ее.       И та отвечала тем же. Подставлялась под действия худых рук, довольная жмурилась, даже спрятала клыки и замурчала бы, если бы была кошкой.       — Смотрю я на вас, и мне все больше хочется зверушек, — солгал он, не моргнув и глазом.       Эстель мягко рассмеялся, а змея, будто поняв его слова, самодовольно оскалилась. Дмитрий не сильно силен в биологии, из-за этого и провалил экзамен в психологический вуз, но насколько он знал, змеи не умеют выражать эмоции так, как может эта. Это потому что она волшебная или потому что мир этот дурацкий?       — Они у тебя будут, — кивнул Эстель, оставляя змею, на что та недовольно обернулась вокруг его ноги, — Пиши если нужен совет.       — Слушай, тебе удобно волочь её на своей ноге или таскать на плечах? Она же весит почти с тебя точно, даже больше, — все-же не удержался от вопроса.       Эстель вновь заливисто рассмеялся и покачал головой.

***

      Вернулся в Агриче Асиль в приподнятом настроении. Он получил полезную информацию о ядовитых тварях, и приятно провел время далеко от прогнивших стен Агриче. Что может быть лучше?       Проходя сквозь длинный балкон, который соединял два крыла поместья, он вдруг стал свидетелем одной крайне интересной сцены. Сначала он услышал громкие ругательства и проклятия, а потом заметил источник звука.       Это кричала довольно молодая женщина с тёмными волосами и глазами, словно два океана. Очень красивая, но её прекрасное лицо исказилось от гримасы страха пополам с ненавистью. В её руках была кочерга от камина.       На полу сидел Джереми, который будто упал, оперившись на локти и в ужасе смотрел на мать. Неподалёку валялись не аккуратно срезанные, или скорее вырванные, стебли голубых и жёлтых цветов.       — Они ядовиты, да?! Ты отравить меня решил! — завопила женщина.       Нахмурившись, Дмитрий ускорил шаг, когда она замахнулась кочергой в своих руках. Сорвавшись на бег, он успел перехватить руку с кочергой в последний момент.       — Вы что делаете?! — зло спросил он, силой отбирая кочергу и откидывая в сторону. С громким стуком кочерга упала об мраморный пол.       — Ты ещё кто такой?! — она ошарашенно глянула на меня снизу-вверх, попятившись.       — Ты больная что-ли? Какого черта ребёнка бьёшь?       — Мой сын, что хочу, то и делаю!       — Слушай меня, женщина, – его тон угрожающий понизился, словно он прикладывал все силы, чтобы держать себя в руках, — Еще хоть раз я увижу, что ты поднимаешь на него руку, и поверь мне, тебя даже лучшие псы отца не найдут.       Она тяжело сглотнула, провела языком по сухим губам и бросилась прочь, скрывшись за первой же дверью.       Проводив взглядом, он обернулся к сидячему все так же на полу Джереми, глаза которого блестели от слез. Он потерянно смотрел на разбросанные по полу цветы.             — Ну и что это было? — спросил Дима, одним рывком поднимая мальчика на ноги.       Тот недоверчиво глянул снизу-вверх, думая, стоит ли рассказывать.       — Тетушка Сиерра сказала, что маме будет приятно, если я соберу для неё цветы… — коротко поведал тот, больше не поднимая головы.       — Тетушка Сиерра? Всмысле четвёртая госпожа-мать?       — Да, твоя матушка, — подтвердил тот коротким кивком, — Но… мама решила что я хочу её таким образом отравить… Дурацкая тётя! Дурацкие цветы!       Мальчик пнул ногой по цветам и те разлетелись в воздух.       — Так, во первых, без оскорблений в сторону моей матери, — холодно велел Дмитрий, а потом все-же опустился на одно колено, — А во вторых, ты не думал что у неё аллергия там?       — Нет у неё никакой аллергии, я видел как она велела каждый день ставит новые букеты, — мальчик встретился с ним взглядами, и в них начали появляться новые капли слез, — За что? Я видел месяцы три назад, как ты дарил своей матери цветы! И ей все нравилось!       Новый град слез и истерика была на подходе. Решив, что нет никакого желания терпеть чужую истерику, Дмитрий вздохнул, положив руку на плечо ребёнка.       — Значит твоя мать просто плохой человек, как и все в этом доме.       — Кроме твоей матери, — со всхлипом напомнил Джереми, вытирая слезы.

      — Ладно, кроме моей матери. Тогда дари ей цветы! — предложил Асиль, — Уж она то по благодарнее этой женщины будет.       — Она же моя мать…       — Запомни : мать не та что родила, а та что воспитала. Не думаю что эта женщина когда либо занималась твоим воспитанием.       Вместо ответа, Джереми просто сделал шаг ближе, и неуверенно приобнял. И при этом напряженно смотрел ему в глаза, будто спрашивая разрешение. Дмитрий одной рукой прижал крепче, давая уткнуться себе в плечо. Тонкая рубашка быстро промокла, пока он поглаживал мальчика по голове. Что за странная привычка плакаться в плечо?

***

      С того дня, на удивление, Джереми действительно начал таскать Сиерре цветы. Сначала он просто оставлял под дверью и сматывался, а потом, поняв, что чаще всего их случайно сшибают открывающейся дверью, начал класть чуть в сторону. А спустя три дня цветы появлялись уже в комнате. Никто так и не узнал, как Джереми туда попадает ровно в тот момент, когда там никого нет.             Сиерра с удивлением каждый день обнаруживала на своём туалетным столике гортензии, лилии, розы и кучу других цветов, каждый день разных, будто Джереми не мог понять что ей нравится больше.       Пойман за уши он оказался только один раз, когда Асиль рано утром навещал названную мать. Видимо мальчик не ожидал, что тот придет так рано. В итоге Джереми оказался скручен и сдан в руки Сиерры. Она напоила его чаем, пригласила к завтраку, где он сидел тише мыши и волком смотрел на спокойно завтракающую всей семьёй троицу. Роксана время от времени поглядывала с недоумением, вызывая все больше напряжения. Потом переводила взгляд на родного брата, и решила не обращать внимания. Тем более ей нужно было спешить на уроки.       — Ты можешь присоединяться к нам по утрам, — сказала под конец Сиерра, промокнув губы салфеткой, — А не сбегать каждый раз.       — Больно надо… — пробурчал Джереми, который помимо чая сожрал все печенья. Ни к чему другому он не прикасался.       — Джереми, — позвал его Асиль, на что тот обернулся, — Мы будем рады тебе.       Мальчик с растерянным лицом напоминал кота, дерзкого такого, одичавшего, которого впервые в жизни приласкали, накормили и взяли домой. Теперь тот не понимал, когда ждать подставы и когда его вышвырнут за дверь.       — Спасибо за приглашение, — на удивление вежливо ответил он.

***

      Следующая, с кем он познакомился, была девочка Шарлотта. У неё были густые красные волосы выше плеч, и красивые, большие зеленые глаза. Вполне себе милая девочка.       По воспоминаниям от Лепрекона, Дмитрий знал что это именно она «развлекалась» с Кассисом и в итоге убила его, подписав смертный приговор всему роду Агриче.       Шарлотта была буйная, ещё более дикая чем Джереми, с горячим нравом. Но на данный момент ей всего пять, и ее можно приручить. Чем Асиль и решил заняться. Он сильнее, пока имеет влияние на молодое поколение.       Поэтому поиски Шарлотты были целенаправленными. Он нашёл её, когда она сидела у искусственного пруда и расчесывала свои пока короткие волосы. Решив применить для пробы тактику с Деоном, он взял с собой корзину с разными фруктами. Спустившись к пруду по затоптанной тропинке, он умудрялся оставаться для нее не замеченным.       — Не помешаю? — доброжелательно улыбнувшись, он подходит ближе.       Шарлотта вздрагивает всем телом, резко оборачивается назад и в ее руке будто из воздуха появляется нож. Мужчина приподнял руку, как бы говоря что он с миром. Но настороженности в зеленых глазах меньше не стало.       — Будешь? — приподняв руку с корзиной, предлагает Асиль.       — Там яд?       — Я предпочитаю способы по изящнее.       Шарлотта напряженно смотрела на него, ее рука все еще сжимала нож. Встретившись взглядом, она все же кивнула кончиком ножа указывая на место рядом. Присев рядом, Асиль ставит корзину между ними.       На удивление спокойная реакция девочки подтвердила догадки Асиля о том, что она пока вполне себе вменяема. И неважно, что она незаметно, как она сама думает, прячет нож под подолом юбки.       Девочка лезет в корзину без разрешения, доставая оттуда яблоко. Осматривается в поисках, наверное, ножа, не находит, и достает ту что спрятала под юбку. И принимается очищать от кожуры. При этом, когда она наклоняет голову, чёлка постоянно лезет ей в глаза, на что девочка недовольно фыркает и пытается сдуть.       — Хочешь заплету твои волосы? — предложил Дмитрий, заправляю красные пряди за ухо.       — А ты умеешь?       — Я часто заплетал свою сестру Роксану.       Асиль действительно это умел, разобраться в его памяти будет не трудно, пусть с первого раза и выйдет не очень красиво. Тут главное внимание ведь?       Шарлотта смело кивнула, протягивая свою расчёску. А потом повернулась к нему спиной. Асиль убрал корзину в сторону, сел чуть ближе, и принялся осторожно расчесывать. Волосы были очень мягкими, на ощупь прямо как шелк. И блестели под светом солнца точно как эта ткань.       Процесс расчесывания, как он знал, лучше начинать с конца. Так легче распутать. Но волосы Шарлотты в распутывании явно не нуждались. То ли от того, что она сама их до его прихода расчесала, то ли от того что у неё просто такие послушные волосы.       Разделив волосы на две части, и убрав одну резинкой, он принялся за дело. Это оказалось не так то легко, как он думал. Шарлотта оказалась непоседой, то ли дело хихикала, двигала головой по сторонам, за что он не сильно дёргал её за пряди каждый раз.       Две косички получились нелепыми на его взгляд, но ей шло. Да с такой внешностью ей бы подошла любая прическа, если честно. После того как он зафиксировал их маленькими разноцветными бантиками, Шарлотта вскочила на ноги, подходя ближе к пруду. Осмотрела свою причёску с разных сторон, а потом закружилась вокруг себя, с детским восторгом смотря на то, как взлетают в воздух косички. Она выглядела как маленькая фея.       — Для дилетанта сойдет, — вынесла она в конце концов вердикт, — Я Шарлотта, а ты?       — Асиль, — он аккуратно перехватил перехватил протянутую для рукопожатия детскую ладошку и поцеловал.       Ее щеки забавно вспыхнули и она засмущалась. На детском лицо это выглядело ужасно мило, даже он так считал.       — Асиль!       Тёплую, почти по домашнему уютную атмосферу разрезал холодный голос, точно ножом пройдясь по нежной плоти.       Двоица с удивлением повернулась к Деону, который, в своих тёмных одеждах, не вписывался в атмосферу сада.       — Да?       — Я хочу спарринг.

***

            На арене, освещенной ярким солнечным светом, два совершенно разных человека, словно инь и янь, стоят напротив друг друга, держа мечи в руках. В воздухе витает напряжение. Первые удары звучат, как музыка, смешивая сталь и воздух. Один из них, с легкой ухмылкой, спрашивает:       — С каких пор ты общаешься с Шарлоттой?       Асиль, легко уходя от удара в сторону, отвечает :       — О, ты знаешь её имя?       — Доводилось. Так что ей от тебя надо?       Их движения становятся все более уверенными и динамичными, каждый удар — это не только тест на физическую силу, но и проверка на тактическое мышление.       — Мой дорогой Деон, неужели я слышу ревность в твоём голосе?       — Это не ответ на вопрос, — вместо отрицания, отвечает Деон, делая очередной взмах мечом, который вновь блокируется.       — Если думаешь, что я перестану уделять тебе внимание, то ошибаешься, — с этими словами Асиль ловко перекатывается в сторону, уходя от ударов, — Детки - детками, а ты всегда был у меня в любимчиках.       — Больно надо, — очередной удар Деона чуть не прилетает в голову.       — А мне казалось, мы уже прошли стадию отрицания.       — Прекращай нести ерунду.       Деон делает быстрый рывок вперед, повалив на землю, и больно ударив его головой об голую землю, и его рука тут же хватает руку Асиля с мечом. Он нависает сверху, перехватывая ещё и другую руку. Красные глаза сверкают под солнечными лучами, точно настоящие рубины. На тонких губах легкая ухмылка.       — Я выиграл.       — Ты просто умница.       Асиль был готов поклясться, поспорит на что угодно, что чужие скулы порозовели на пару тонов. Деон испепелил его взглядом, и рывком поднялся на ноги, взглянув сверху-вниз. Асиль протянул к нему руку, чтобы тот помог встать, но младший лишь уставился на него.       — Для того, чтобы показать, что после боя нет обид, принято пожимать руки, — на всякий случай пояснил он, — Ты же на меня не обижен?       Деон резко схватил его за протянутую ладонь и одним рывком поставил на ноги. Они оказались вплотную друг к другу. Привычным движением, Асиль мягко взял его за подбородок и поцеловал в лоб.       — В лоб принято целовать покойников, — его же тоном прокомментировал Деон.       — И куда же мне тебя целовать? Может вот сюда? - он наклоняется и целует в щеку, - Или вот сюда? - губы опускаются в скулы, оставляя невесомые поцелуи.       После минуты молчания, Деон сказал то, что Асиль никогда бы не подумал услышать от него.       — Лучше обними меня.