«Ради чего я живу» и «Ради чего я умираю» – один и тот же вопрос

Твоё имя не скопление букв, Это – цепь, коей я намертво скован.

Тэхёну стыдно за всё, и даже очень, ему нестерпимо хочется наружу. Куда-нибудь, где он не будет иметь возможность хотя бы глазком взглянуть на Чонгука, где есть воздух свежий. Тэхён заходится сухим кашлем, его рыдания душат его же, кажется, будто спустя секунду и вовсе потеряет способность дышать. Лучше бы так и было, – думает Тэхён, – лучше бы я задохнулся, захлебнулся своей болью. Неожиданно приходит осознание, что захлёбывается он не болью, что дышать тяжело не от недавней истерики, – ему тяжело дышать из-за космоса Чонгука. Гука рядом нет, (наверняка он сейчас мечется, переживает о тебе одном) но ты словно ощущаешь его. Он где-то рядом, думается тебе, и ты судорожно оглядываешься по сторонам, заглядываешь в лицо каждому прохожему, кто хоть немного похож на него. У тебя покалывают кончики пальцев, дрожат губы и в целом всё тело. Бьёшь себя по щекам, пытаешься прийти в нормальное состояние и, наверняка, выглядишь так, словно сошёл с ума. Замечаешь косые взгляды и злишься, злишься. Ты думаешь о том, что было бы не так плохо остаться слепым – не пришлось бы видеть все эти мерзкие рожи. И Чонгука видеть не пришлось бы. Нет, – твёрдо говоришь ты себе, – я не готов лишиться такого. Не готов лишиться Чонгука. Тебе кажется, будто ты обязан видеть всю глубину чонгуковского космоса. Зависимость. Тэхён никогда не имел вредных привычек. Он не курил, не злоупотреблял алкоголем и в целом следил за собой. Выглядел так, будто сошёл с обложки модельного журнала. (так и было, его время от времени приглашали в качестве модели некоторые агентства, Тэхён и не отказывался никогда – грех жаловаться, когда предлагают кругленькую сумму) Жизнь без Чонгука – не жизнь. Это настоящая проблема, она настолько велика, точно как и величие чонгуковской вселенной. Колоссальная проблема. У Тэхёна всегда так было: он любил Чонгука до дрожи в коленях, ровно настолько же ненавидел. У Кима избегающе-отвергающий тип привязанности (невооружённым глазом видно), но он, тем не менее, смог позволить себе подпустить Чонгука. Ну конечно, – думаешь ты, – он же такой потрясающий. Кажется, ты готов даже пристегнуть его наручниками к батарее, лишь бы никто не видел его глубоких, как озеро, глаз, не слышал его сладкого и тягучего, как мёд, голоса. мой, мой, мой. Ты зависим, Тэхён, тебе лечиться надо. Только вот... ты понимаешь, что болен, (чонгуком) но лечиться не хочешь. Неизлечимо болен.

флешбэк

Ты впервые понял, что зависим, когда бегал за Чоном по коридорам незаметной тенью, когда безотрывно смотрел на него в столовой, даже не обращая внимания на еду, когда на уроках пялился на его макушку, забываясь в своих мечтаниях. Ты впервые понял, что Чонгук чертовски сексуален и тебя к нему влечёт, когда погода стала едва ли выносимо жаркой. Ты увидел его в шортах и майке и потерял дар речи, потому что, боже, он только выглядит таким тощим в своих безразмерных вещах. Ты впервые понял, что сильно ревнуешь его, когда Чонгук мило улыбался какому-то парню и смущённо беседовал с ним, пока тот уложил свою руку на его. Ты бесишься так, что у тебя трясутся руки, сжатые в кулаки. Хочется дёрнуть Чонгука на себя и спрятать за крепкой спиной, а на того парня рявкнуть, чтобы подходить не смел. (читай как "он мой") Ты думаешь, что это через чур, (только не при Чонгуке) поэтому после школы ловишь этого мальчишку за шкирку и сразу же тащишь за угол. Твои эмоции, как и всегда, прут через край; грубый толчок негоднику в грудь, и малец сразу же валится наземь, сдирая ладони об асфальт и больно ударяясь копчиком. Тебе не хочется ничего объяснять, ты только злостно пинаешь парнишу куда попало ногами, (ещё после первого твоего замаха он сам валится на асфальт полностью, потому что, очевидно, боится), а в конце "драки" говоришь, чтобы к Чонгуку подходить не смел, чтобы даже не смотрел, иначе получит так, что ходить не сможет. (все знают, что Тэ может себе такое позволить, потому что добрый папа-полицейский всегда отмажет). У Тэхена явные проблемы с агрессией. И пониманием того, что правильно, а что – нет. На следующий день Чонгук находит его в коридоре и уводит под локоть в туалет, запирает дверь и с диким негодованием глядит на Тэхёна. Взгляд у него колючий, даже молниями стреляет. Вы ругаетесь, хотя даже толком общаться не начали. Ты говоришь, что поступил правильно, несёшь какой-то бред про то, что ты хотел его защитить. Чонгук говорит, что бить людей – плохо, говорит, что насилие порождает насилие и тэхёновский поступок им не был оценён. Он тебя осуждает, по взгляду видно. Ты злишься. (всё ещё считаешь себя правым) Чонгук обречённо вздыхает, будто это самый тяжёлый день во вселенной, трёт пальцами переносицу и думает, думает. Долго молчит и начинает говорить только спустя мучительную минуту. Говорит много, пытается втемяшить ему, Тэхёну, что это всё неправильно, что он, Тэхён, не должен мешать ему строить взаимоотношения с кем бы то ни было. Тэхён круто так подвисает, сжимает желваки и хмурит брови, но молчит, а в конце всей тирады выдаёт простое "а что, если помешаю?" Чонгук смущённо опускает глаза и теребит края рубашки. Нервничает. Ты, Тэхён, вдруг неожиданно набираешься смелости и говоришь, что влюбился. Ты очарован. Чонгук в недоумении приоткрывает рот, хочет что-то сказать, но в итоге молчит, так и не собрав мысли в кучу. Вид у него как у выброшенной на берег рыбы: только и может, что хватать ртом воздух. – В меня?... – тихо уточняет Гук и не смеет поднять глаза, сжимается всем телом и желает максимально вжаться в стену, слиться с ней и потихоньку неосознанно шагает назад. Ты смущён. Удивительно, что один человек вызывает столько эмоций. Тэхён наступает на Чонгука, который в миг почему-то становится в разы меньше. Идёт и идёт, пока новенький не впечатывается в стену окончательно. Тэ подцепляет его подбородок и вздергивает вверх, заставляя смотреть в глаза. И Гук, словно влюблённая школьница перед старшеклассником, краснеет на глазах, сжимает ткань чужой футболки на уровне груди в кулачки. Пытается сначала мягко оттолкнуть, но Тэхён наступает дальше, только сильнее хочет вжать в себя, и Чонгук начинает по-настоящему паниковать, судорожно отпихивать нарушителя личного пространства и нечаянно вскрикивает "я не гей". Паникует уже Тэхён. Как так? – думает старший, – Он мне действительно отказал? Тэхён звереет за один миг, нервы летят к чёрту и он грубо вжимает хрупкого парня в стену, расцеловывая шею, хочет оставить багровые засосы, но и тут его снова пытаются оттолкнуть. Тэхён злится ещё сильнее, когда слышит жалобное, на грани плача " ТэТэ, пожалуйста, не трогай меня..." постоянно хочется поколотить спокойного Чонгука; хочется так, чтобы он выл, ревел навзрыд, чтобы по его мягким щекам стекали горячие слезы, чтобы он стоял на коленях, а его руки тряслись от бессилия. Первый удар приходится в живот, и Гук сгибается пополам. (всё ещё не плачет) Тэхён хватает мальчишку за горло, поднимает выше и смыкает пальцы на шее, грозится сильно избить, но предлагает свободу за отсос. Чонгук сильно пугается, ему больно и нечем дышать, даже соображать не получается здраво, поэтому он судорожно кивает, соглашаясь. Гук хватает ртом воздух, когда руки с его горла исчезают, кашляет и едва ли не валится на пол коленями на холодный кафель, а Тэхён ему, уже ослабшему, даже отдышаться не даёт: уже слышны звуки расстегивающегося ремня, после ширинки. Ким грубо давит на плечи обеими руками, и Чонгук падает на колени, сильно ударяясь ими. (останутся синяки) Чонгуку страшно так сильно, что он даже не может посмотреть в глаза обидчику. (ему страшно и обидно за униженную честь) Тэхён жестокий, безбожный эгоист, и Чонгук даже не понимает, как он умудрился обратить его внимание на себя. Чонгуку, по-хорошему, считать бы Кима отбросом общества, скотиной. У него в мыслях только "я рад, что это сделает со мной Тэхён" Противоположности притягиваются. Всё получилось так, как и желал Тэхён: по мягким щекам Гука стекают горячие горькие слёзы, он что-то неразборчиво шепчет и сам спускает с Тэхёна штаны, боксеры, обхватывая чужой член рукой. – Ты больной... – едва различимо шепчет младший, начиная поступательные движения рукой, – больной... А Тэхён внимания не обращает, только командует "соси" и хватает за волосы мальчишку, откидывая назад голову и кусая нижнюю губу. Предвкушает. И доставляет удовольствие лишь одна мысль о том, что только он знает чувство, когда его губы смыкаются на твоём члене. Всеми правдами (и неправдами тоже) Тэхён намеревается украсть девственность Гука, хотя бы её кусочек. Видно, что нетронутый. Желание испортить его доходило до безобразных мыслей, Тэхён обязан что-нибудь сделать. Гук слушается и берёт в рот головку члена на пробу, ведёт языком по длине ствола без особого удовольствия, максимально давит рвотные позывы, когда полностью берёт в рот. Схватываешь на лету, Чон Чонгук. Гук смачно причмокивает, и вообще очень старается сделать так, чтобы Тэхён кончил побыстрее. (не хочется быть ещё больше униженным за то, что не смог как следует отсосать) Тэхён старается не застонать в голос, когда Чонгук полностью заглатывает с характерным звуком. (честно старается) И, как только Гук собирается отстраниться, Тэхён крепко держит его за волосы, будто только этого момента и ждал. Чонгук мычит и у него снова выступают слёзы на глазах, он явно недоволен, возможно ему даже больно. Тэхён, оказывается, искусный мучитель: на мгновение отпускал, ослаблял руки и голова Гука тут же плавно, хоть и торопливо, отдалялась, и как только губы спешили выпустить разгоряченную плоть, Тэхён вновь тянул за волосы обратно. Затем опять как будто давал шанс на освобождение. Чонгук устал. Это чувствуется по отсутствию сосредоточенности в действиях, он хотел уже поскорее сомкнуть затекшие челюсти и влажные раскрасневшиеся губы. И, кажется, он не настолько эмоционально зрел, потому что скоро разревётся в голос, как девчонка. Тэхён ускоряет темп, вдалбливается в чужой разгорячённый рот, а после того, как кончает, похлопывает по щеке младшего. Унизительно. И отвратительно. Чон оседает на пол побитым котёнком и вытирает капли спермы с уголков губ, и по-прежнему взгляда поднять не смеет. На удивление, Тэхён не бросает, но и не помогает собрать себя воедино. (молча наблюдает) Тэхён на какой-то период отравил всего Чонгука и лишил почвы под ногами, у последнего что-то внутри сжимается вплоть до ощутимой боли, его накрывает тоскливая злость.

Конец флешбэка