За час до встречи - за полчаса до любви

Неделя под эгидой поиска подарков на Рождество обуяла всех вокруг. Магазины просто не вмещали всех желающих протиснуться в них, и урвать кусочек рождественского счастья. Здесь, в Англии, как и повсеместно в Европе и Америке, суета начиналась задолго до декабря. Полки с сувенирами и игрушками пустели на глазах. Но меня это не беспокоило. Я вообще очень спокойно относился к блестящим коробкам под ёлкой даже в детстве. Не бежал стремглав с утра по лестнице, чтобы забрать подарок. Я спокойно стягивал яркую ленту и смаковал каждую минуту, пока открывал коробку. Внутри практически всегда было то, что я хотел. Я верил и в летающих оленей, и в пухлого старика, который неведомым мне способом протискивался в дымоходы каждого дома. И сейчас я проходил мимо всего этого ажиотажа и ухмылялся, я не подойду к этим толпам до конца праздников, даже не надейтесь. В куртке завибрировал телефон, и я нехотя стянул наушники, в которых заиграл любимый трек. — Да, — ответил я, отходя от шумной городской остановки. — Привет, Эйса. Надеюсь, ты будешь на месте вовремя, не забыл про мероприятие? — Интересовался Шути. — Как раз иду к портному, заберу костюм и поеду приводить себя в порядок. — Отлично, за тобой заехать? — Нет, не волнуйся, я возьму убер недалеко от дома. Я отключился и зашёл в уютный магазинчик, где к моему приходу всё упаковали. Забрав свёрток, я сел на такси, так будет быстрее. Не хотелось терять время по пробкам в центре Лондона. Я не решился заезжать к стилисту, а уложил волосы дома, немного сбрызнув их лаком. Примерил свежесшитый костюм, покрутился и подобрал к нему рубашку с галстуком. Сообщений в общем чате было уже столько, что я и не следил за ними, лишь изредка выхватывал из контекста отдельные ключевые моменты — программа вечера, номера столиков и списки к ним. Меня посадили к Шути, Патриции и Коннору с Эйми. Вполне неплохая компания. Где в этих списках была Эмма, я пока не искал, разберусь на месте. Еще немного сборов возле зеркала, пару селфи и я, накинув дутый пуховик, спустился на улицу. Припарковавшись возле заведения, я в нерешительности осмотрелся и отстегнул ремень. Возле входа мелькали знакомые силуэты, я заметил Шути, который размахивал руками и рассказывал что-то Сами. Наверно, очередную невыдуманную историю из жизни. Таких у этого забавного темнокожего парня было хоть отбавляй, а его умению рассказывать и поднимать настроение своим позитивом можно было только позавидовать. Я подошёл к толпе и сзади закрыл его глаза ладонями. Он тут же перестал жестикулировать и, засмеявшись, откинул мои руки и заключил в объятия. Я охотно похлопал его по спине, радуясь встрече. Дальше всё было в суматохе, я только и успевал, что приветствовать всех ребят, сбоку неожиданно подкралась Эмма и кинулась на шею, повиснув на мне. — Сто нахрен лет, Эйса! — она эмоционально сказала мне это прямо в ухо и чмокнула в щёку. — Не бойся, помада стойкая, — она провела ладонью по щеке в месте поцелуя, и я чуть было не залился краской. Эмма отпрянула, и позади неё показался ее парень. Он был сосредоточен и скользил взглядом по макушкам в толпе. Она познакомила его с несколькими ребятами, которых он ещё не видел. Он сухо приветствовал их без явного энтузиазма. *** Шёл второй час вечеринки в этом шумном месте, прошла большая фотосессия всего каста, все до отвала наелись и болтали группками по углам, некоторые веселились на танцполе. Я же сидел за своим столом со скучающим взглядом, закидывая очередной бокал виски. Я знал, что, возможно, мне уже хватит, но не мог остановиться. Зачем я накидываюсь? Может быть, чтобы набраться побольше смелости, пригласить Эмму на танец и увести её из поля зрения её странного парня. И вот я вижу её, она вынырнула из толпы со стороны своего столика, подошла ко мне и вытянула за руку. — Пошли танцевать, долговязый, — игриво сказала она и, оказавшись в зоне для танцев, закинула руки мне на плечи, не давая опомниться. — Пока Дан раздумывает, что ему взять на десерт, я могу хоть немного расслабиться. Я приобнял её за талию, мои руки сами скользили по её платью с пайетками, и, возможно, спускались немного ниже поясницы, за это я уже был почти не в состоянии ручаться. Выпитый алкоголь всё больше ударял в голову, и я ещё ближе прижал её к себе, отчего она засмеялась, но не отпрянула. — Ты очень классно выглядишь, — шепнул я ей, не в силах подчинять свой разум. Но она и вправду была сногсшибательной. Её немного загорелая гладкая кожа, открытые плечи уводили фантазии о её красоте немного дальше, чем нужно. Я наслаждался её древесным тягучим ароматом, почти что уткнувшись в шею, прижимаясь щекой. Ногами я едва ли поспевал перебирать, согласуя с ней движения танца. А вокруг ещё и шум, болтовня со всех сторон и приглушённый свет, и много-много огоньков, отчего голова начинала кружиться ещё больше. В тот момент, когда я всё-таки не совладал со своими ногами и наступил ей на туфлю, она высвободилась из объятий. — Иди, посиди возле бара, кажется, ты быстро накидался сегодня, — она улыбнулась, потрепала меня за щёку, как обычно это делают бабули, когда видят своих ненаглядных внучат, и отправилась к своему столику. Добравшись до бара, я сел на первый свободный стул, заказал просто содовую, чтобы освежиться, но посидеть в одиночестве мне не представилось. Ко мне деловито подрулил Дан, вальяжно расположившись напротив. Я всё ещё был достаточно пьян и не знал, как буду поддерживать беседу, которую он надеялся затеять. — Играешь ты, конечно, хорошо, но очень надеюсь, что ваших с Эммой сцен в новом сезоне будет поменьше и на интервью держи свои руки подальше от неё — Ты что, ревнуешь её ко мне? — сказал я с вызовом, посмотрев на него в упор, пытаясь сфокусироваться, и тут же получил удар в нос. Повалившись на пол, я почувствовал тёплые струи крови на губах. В глазах помутнело. Позади кто-то протискиваясь отпихнул недовольного Дана, стоявшего надо мной. Это была она. — Баттерфилд! Ты полнейший идиот, — выпалила она и вытащила из крохотной сумочки носовой платок, которым стала вытирать мне следы крови возле носа. Всё это время она бормотала что-то на французском. Не смыслю в нём ничего, но, наверняка это были ругательства. Даже если и так, из её уст они были прекрасны. Я расплылся в идиотской улыбке, но тут же получил от неё звонкую пощёчину. Она терпеливо закончила с этим и посмотрела на меня. — Вы что тут творите, какого хрена тут происходит? — она обернулась назад, там где секунду назад стоял её парень, но того и след простыл. — Шути, помоги ему и отправь домой, ему уже хватит на сегодня. — Окликнула она нашего общего друга, который стоял совсем в растерянности и испуге. Эмма быстро отпрянула, и её блестящее платье растворилось в толпе тех, которые глазели на всё это, а несколько званных репортёров ещё и успевали щёлкать затворами. — Уходите и перестаньте это фотографировать, вы что, не видите, он плохо выглядит, — Шути отмахнулся ото всех руками, и толпа стала расходиться, вспышки прекратились. Он склонился и приподнял мою голову. — Эй, Эйса, ты сможешь идти? Я неуверенно кивнул и стал приподниматься с его помощью. Он вывел меня из клуба, попутно накидывая лёгкое пальто. — Что там произошло между вами? Может, пояснишь? — он был недоволен, но с сочувствием смотрел на меня. — Этот рыжий придурок решил, что нам с Эммой стоит поменьше сниматься вместе, представляешь? — Я ухмыльнулся, всё ещё чувствуя металлический привкус у себя во рту. — Точно придурок, ещё и ревнивый. — Шути поднял воротник и засунул руки в глубокие карманы, поёживаясь на крыльце. — В той машине остались какие-то твои вещи? — Нет, я ничего не брал с собой. — Отлично, пойду поймаю тебе кэб. Он подбежал к обочине и высматривал такси, а я, привалившись, стоял и думал о том, как же классно мы сегодня потанцевали с ней. Я совершенно не беспокоился за свой нос, за свою репутацию, которую может немного подкосить. Абсолютно ничего, только приятное, немного щекотное ощущение круглых пайеток её платья, тёплую кожу шеи и чувство того, что она улыбалась у меня на плече, пока мы танцевали. И всё-таки я накосячил…