Маски

      Гэвин проводил задумчивым взглядом чужую спину.       Вернулся к своим записям и размашисто написал на всём свободном пространстве: «Заносчивый гондон». Да, по-детски, но Гэвин ничего не мог с собой поделать. Он бы ему и на спине такое написал, чтобы любимые слепошарые коллеги не обманывались на чужой счёт.       Декарт был странный. Неправильный. Нелогичный. Слишком дружелюбный, словно стал реинкарнацией золотистого ретривера и так и норовил облизать чужие руки и заглянуть в лицо. Хотя Гэвин был уверен, что этому говнюку куда как больше подошла бы роль адской гончей. Эх, знание, что нужно смотреть не на умильную мордаху, которая умела очаровательно улыбаться, а на стальные глаза отмороженной наглухо суки, далось ему слишком большой кровью.       Поэтому Гэвин не имел права обманываться на его счёт. Просто не имел. Однажды он уже подпустил его слишком близко, и это принесло ему первые шрамы на шкуре. И разочарование в людях.       Гэвин разозлился сам на себя: в его голове снова поселился Декарт, а это предвестник тотального пиздеца.       Нахуй его. Нахуй мысли о нём. Нахуй самого Гэвина, который, очевидно, не справлялся со своими же установками.       Через час этот уёбок снова вернулся к столу Гэвина. До конца рабочей смены оставалось ещё пятнадцать минут, но мало кто уходил вовремя. Гэвин бы тоже засиделся допоздна, как обычно, но неотложных дел не было, все срочные отчёты сданы, так что можно было собираться домой, чем он и занимался, с довольной физиономией закрывая все вкладки и документы на терминале.       Декарт опять притёрся бедром к его столу и растянул губы в дружелюбной, как у акулы, улыбке. И как ни в чём не бывало потребовал:       — Дай мне свой номер телефона.       Гэвин опешил от такой наглости и мгновенно вспылил.       — А потрахаться тебе не завернуть?       — О, а у тебя день открытых дверей? — похабно улыбнулся Декарт, пройдясь оценивающим взглядом по всему Гэвину. — Мне нужно становиться в очередь?       — Охуел? — прорычал Гэвин, непроизвольно повышая голос.       — Ты первый начал это сюр, — равнодушно пожал плечами Декарт и уставился на Гэвина в упор, явно ожидая от него следующего шага.       — Да ладно? А это не ты припёрся ко мне и требуешь номер телефона? — взять себя в руки было сложно, но Гэвин не привык пасовать перед трудностями. Поэтому голос старался не повышать, чтобы не плодить по отделу слухи, гася злость и уговаривая себя, что осталось всего десять минут, а потом два выходных без напарничка, который успел стать занозой в заднице.       — Исключительно по работе, Гэвин. Не обольщайся — оскалился Декарт, а Гэвин почувствовал, как у него закаменели мышцы челюсти, так сильно он их стиснул.       — На-ху-я?       — Ну а вдруг мне с тобой потребуется связаться в выходные? Мало ли, обстоятельства бывают разные… Трупы там всякие… Ты же детектив, тебе ли не знать.       — Для этого есть дежурный, — зло бросил Гэвин, выключая терминал и собирая распечатанные листы и собственные корявые записи. Пора сваливать и заканчивать этот балаган.       — Но напрямую же всегда быстрее, зачем терять время и звонить дежурному, — продолжал упорно стоять на своём Декарт.       — «Напрямую» ты сейчас идёшь нахуй и отъёбываешься от меня со всякими дебильными инициативами.       Гэвин встал со своего кресла. Как же его бесила эта разница в росте в пару дюймов — не передать словами. Декарт и не думал отодвигаться: стоял и задумчиво пялился на Гэвина, словно что-то для себя решая.       Гэвин раздражённо уставился в ответ. Бесполезно орать на этого барана, только ещё больше раззадорит коллег, которые уже заинтересованно поворачивали головы в их сторону. Снова. Господи, как же он устал быть клоуном в этом цирке уродов. Всего-то прошло три дня, а нервов никаких не осталось. Если бы можно было выписать новую нервную систему, он бы сделал это с огромным удовольствием.       — Гэвин, ты продолжаешь на меня злиться? За то, что мы не ладили в школе? — «родил» Декарт.       Гэвин замер на секунду, переводя дыхание. Это было похоже на удар под дых: резко и очень сильно. Так что самоконтроль, и так трещавший по швам, грозил осыпаться прахом.       — Нет, с чего ты взял? — совершенно неискренне удивился Гэвин. — Прошлое должно оставаться в прошлом, так?       — Так, — осторожно согласился Декарт.       — Вот и не вылезал бы ты оттуда, — рыкнул Гэвин, проходя мимо и с силой ударяя в чужое плечо.       — Всё течёт, всё меняется, — крикнул ему в спину Декарт, Гэвин даже оборачиваться не стал, молча продемонстрировал средний палец.       Плечо от удара ныло, и настроение Гэвина испортилось окончательно. Вот же гондон! С какой стати Гэвин должен перестать злиться? Может, Декарт перед ним публично извинился за все унижения? Может, сделал что-то действительно хорошее лично для него, Гэвина? Так нет же, просто ворвался в его жизнь, сияет насмешливой улыбочкой и делает вид, что ничего не произошло. Нет, Декарт не гондон — гондонище. Первостатейное.       Гэвин полыхал от злости, которая поднималась волнами и слабо поддавалась контролю, потому что этот напарничек разъедал всё, словно соляная кислота органику. Эмоции клокотали внутри, как вода в кипящем чайнике, и с этим нужно было что-то делать. Возвращаться домой, в пустую квартиру, Гэвин не хотел. Сейчас его иррационально тянуло к людям. Желательно совершенно незнакомым, хотелось напиться и поорать песни или просто поорать, делая вид, что он такой же отъявленный болельщик футбола. А ещё лучше подцепить кого-нибудь и вволю потрахаться.       Гэвин всегда считал, что лучший способ сбросить стресс — это как следует подраться или потрахаться. Но после последней драки ещё не сошли синяки, значит, стоило воспользоваться вторым по эффективности способом. Так-то он выносливый, и бок сегодня вёл себя прилично, а то, что шкура пятнистая, так можно целиком не раздеваться… Чёрт, этот вариант с каждой секундой был всё заманчивее. К тому же у него уже была девушка, которая явно хотела познакомиться с ним поближе, так почему бы не воспользоваться шансом, который подкинула сама судьба?       Гэвин дождался такси, удобно устроился, достал телефон и написал Стейси, что хочет сходить в бар и будет рад, если она составит ему компанию. Если хочет. Гэвин сам был не очень уверен в своём желании встретиться именно с ней, отдавая решение в чужие руки. В конце концов, если она приедет, это будет говорить о том, что она совсем не против сделать их знакомство куда как ближе. Возможно, Стейси будет к нему благосклонна и сама прыгнет к нему в постель, с её-то активностью.       Стейси раздумывала недолго и попросила адрес, где он планировал зависнуть. Гэвин прикинул обстановку в городе и сбросил ей адрес одного из любимых баров, в которые раньше заглядывал куда как чаще. Плюсом было и то, что бар находился всего в двадцати минутах ходьбы от дома Рида, это весьма удобно, чтобы потом не тащить свою тушку через полгорода, если девчонка решит, что слишком засиделась, и рванёт домой.              Стейси подтвердила, что приедет к нему, как только закончит с девочками. Гэвин фыркнул, насколько он знал девушек, когда они собирались вместе, то время для них переставало иметь значение. А следовательно, он мог её и не дождаться… Не то чтобы его это сильно расстраивало, по хрену вообще, он достаточно коммуникабельный, найдёт, с кем пообщаться.       Слишком торопиться Гэвин не собирался, он сходил в душ, полюбовался на синяки, которые уже начали терять интенсивность окраса, подравнял триммером щетину, не рискуя бриться и украшать лицо ещё и свежими порезами. Желудок напомнил ему, что ел только в середине дня, поэтому Гэвин тяжело вздохнул и достал очередную порцию полуфабрикатов. Аппетита не было, но пить на голодный желудок — максимально херовая идея. А Гэвин не собирался ограничиваться парой шотов. Хотелось полноценно расслабиться, чтобы все идиотские мысли со свистом покинули его голову.       Он вяло пожевал куриную котлету с овощами и гарниром из риса и пошёл собираться. Постоял, порефлексировал, разглядывая недра шкафа, но решил, что свободный лонгслив и тёмные джинсы уже отличный вариант. Снова натёрся мазью, дождался, пока она впитается, погладил Эльзу, которая заскочила к нему на огонёк, и наконец оделся. Иногда ему казалось, что у него жизнь какого-нибудь престарелого пенсионера, у которого всё счастье — сидеть дома на диване и смотреть телик. Ему не стоило забывать, что так-то он ещё молодой мужчина в самом расцвете сил. Гэвин фыркнул, брызгнулся одеколоном на выходе, почему-то ощущая себя крайне глупо, и поспешил по давно знакомому адресу.       Пятница, народу было под завязку. Последний раз он был здесь полгода назад, может, чуть больше, антураж совсем не изменился, как и контингент, а вот бармен был новеньким, приветливо ему улыбнулся. Гэвин устроился на свободном барном стуле и заказал виски с содовой. Скоро ему должно стать хорошо, главное, не перешагнуть черту, к тому же он пригласил сюда даму. Наверное, стоило выбрать какой-нибудь ресторан, но Гэвин не хотел пускать пыль в глаза, он за то, чтобы оставаться собой. Не строить лучшую версию себя, за которую его потом будут пилить, что раньше он был лучше и успешно прикидывался нормальным. Надоело. Пусть сразу видят, какой он: грубоватый, местами диковатый коп, который женат на своей работе и пафосному ресторану предпочитает душевное место с хорошим алкоголем, который не бадяжат за барной стойкой и от которого не придётся не мучиться с похмелья.       Гэвин собирался немного расслабиться, побыть в толпе, чтобы его не так активно сжирали мысли и воспоминания. У него почти получилось избегать этого два дня, но они постоянно набегали приливной волной, и прятаться от этого было проблематично, но Гэвин пока справлялся. Похеру, что это привело его в бар, он сказал, что справляется, значит, справляется. Как он сказал Декарту: прошлое должно оставаться в прошлом. Он не собирался его ворошить и предаваться воспоминаниям, даже если они сами прорываются. Он найдёт на них управу. Всегда находил.       Бармен оперативно поставил перед Гэвином его заказ со словами:       — Пусть этот вечер будет приятным.       Гэвин приподнял стакан, словно это был тост, и сделал быстрый глоток. Что ж, этот бармен оказался неплох и не пытался облапошить клиентов.       Гэвин методично попивал свой напиток, стараясь взглядом зацепиться хоть за что-то, чтобы не проваливаться в свои мысли. Все столы были заняты парочками, которые негромко о чём-то переговаривались. Компания мужиков что-то оживлённо и на повышенных тонах обсуждала возле дальней стены, фоном играла музыка, что-то из классики рока, и было на удивление комфортно находиться в гуле чужих голосов. Мальчик-бармен, кидавший на Гэвина, как ему показалось, заинтересованные взгляды, не лез с расспросами, но старался тереться рядом. Стейси всё не было.       Гэвин пожал плечами и в два глотка допил первый стакан. Попросил повторить. Бармен, понятливый малый, сделал всё в лучшем виде, лучезарно улыбаясь Гэвину. Гэвин ответил тем же. А что, если вытряхнуть из головы все заморочки и таки попробовать с парнем? Вот этот явно не против, судя по тому, как он задержал руку на стакане, который передавал Гэвину, и позволил их пальцам соприкоснуться… Гэвин цепко смотрел ему в глаза и сделал глоток виски, не разрывая зрительный контакт. Показательно облизнулся. Парень довольно разулыбался. Гэвин явно его заинтересовал, может, реально шрамы украшали мужчин и не стоило сводить синяки, они словно добавляли ему шарма.       Похрену, что Гэвин самый натуральный натурал, но если не объявится Стейси, то он… уже, похоже, нашёл себе компанию на вечер. Он же хотел попробовать, проверить свои границы дозволенного, и этот парнишка — Гэвин прочитал на бейдже «Бен» — явно не против знакомства поближе. Рид играл с ним в гляделки, пока тот был занят другими заказами, парень молодец, не лез на рожон, пока Гэвин решался. Он допил и жестом попросил повторить. В голове уже приятно шумело, наверное, стоило что-нибудь поесть, но не хотелось. Хотелось расслабиться и забыться, а не соблюдать режим и быть хорошим мальчиком. Хватит. Сегодня он хотел быть плохим.       Гэвин проверил телефон, у него было сообщение с незнакомого номера, которое он решил пока игнорировать. Из знакомых никто не писал, он поскроллил ленту Инстаграма, но ничего интересно не было и там. Что ж, значит, Бен. Ещё одна порция виски, и, кажется, Гэвин будет готов подкатить к нему свои яйца…       Ему было интересно, сильно ли это отличается от флирта с девушкой… Как под пальцами будет ощущаться мужское тело? Не в спарринге, а когда касаются куда как интимнее. Насколько далеко решится зайти сам Гэвин?..       И тут рядом нарисовалась Стейси, тоже слегка навеселе. В каком-то вырвиглазном платье, которое переливалось всеми оттенками радуги, и с куском голубой ткани на голове, которая изображала огрызок фаты. Она по-приятельски обхватила Гэвина за плечи и клюнула в щеку. Парнишка-бармен скорчил недовольную мину, и Гэвин понял, что после появления Стейси ему ловить с этим Беном уже нечего.       — Гэвин, ты отлично выглядишь, — пропела Стейси и попыталась устроиться у него на коленях. Гэвин фыркнул и усадил её на барный стул рядом. Может, и не навеселе она была. Может, чем-то успела по дороге закинуться.       — Детка, ты же в курсе, что я коп? — он взял её лицо за подбородок, пристально всматриваясь в глаза. — Что ты принимала?       — Выпила пару Маргарит с девочками.       — И всё?       — И ещё немного покурили, — она придвинулась максимально близко и доверительно выдохнула ему в лицо, — травку. Но у нас был девичник, и я так нервничала, что мне можно. Можно же?       Она пытливо уставилась в ответ.       — А по какому поводу ты нервничала? — Гэвин не успел одёрнуть себя. В конце концов, он не на работе, а пытается наладить личную жизнь. Ну или её пародию.       — Ты такой… крутой коп, считай, сливки общества, а я всего лишь девчонка из кофейни, знаешь, как я себя чувствую?       Гэвин поболтал льдом в стакане, переключая внимание Стейси на новый звук, и она с лёгкостью на это повелась.       — И как?       — Как та, которой в руки попал джекпот, и теперь главное его не проебать, — она нервно рассмеялась и махнула рукой бармену, что готова сделать заказ. Бен подошел, и Гэвин видел, что тот удерживал вежливо-профессиональную улыбку, а не искренне ему улыбался. Что ж, кажется, он проебал свой шанс попробовать с парнем… По крайней мере, сегодня. — Будьте добры Маргариту.       Бен понятливо кивнул и отошёл.       — Прости, я редко ругаюсь. Хорошие девочки так не делают, я знаю. Я всё испортила, да?       Гэвин кривовато улыбнулся и сделал новый глоток, не чувствуя вкуса.       — Нет. Любой хорошей девочке время от времени нужно побыть плохой, — Стейси довольно улыбнулась, пытаясь пристроить голову у него на плече, Гэвин подавил раздражение и желание стряхнуть её с себя.       Похоже, идея пригласить Стейси, чтобы она составила компанию, была не самой лучшей. Гэвину по большому счёту глубоко плевать на чужие заёбы, да и выступать в роли поддерживающей жилетки ему не привыкать, но… не хотелось. Ему этого более чем хватало на работе. Сейчас ему хотелось ненапряжных разговоров ни о чём, какого-то лёгкого интереса, флирта… без необходимости лезть под кожу.       Помолчали. Стейси только сейчас стала оглядываться по сторонам, прислушиваться к негромкой музыке и обрывкам чужих разговоров.       — А здесь ничего так, миленько.              — Ага, отличное место, — подхватил Гэвин. Наверное, нужно было ещё что-то сказать, но он не хотел вспоминать, что нужно говорить в таких ситуациях. Не хотел… Чёрт, он терялся в собственных желаниях. Желание выпить в компании потихоньку сходило на нет. Стоило остаться дома и лечь пораньше спать, чтобы дать организму полноценно отдохнуть. Ну или попытаться наладить диалог. Гэвин решил, что всегда успеет вернуться домой, к тому же в голове уже приятно шумело, а бармен уже принёс заказанное — понятливый мальчик.       — И как прошёл ваш девичник? — резко решил сменить тему Рид.       — Замечательно, мы классно оторвались, — девушка мечтательно прикрыла глаза.       — Что-то ты рано ушла с девичника, не? — насколько знал Гэвин, на таких мероприятиях зависали до утра, а не расходились в десять вечера.       — Так мы начали в двенадцать и столько всего успели. Мы зависали в СПА. Потом вкусно поели и поехали в караоке. Я так наоралась, — Стейси сделала несколько глотков своего коктейля и счастливая привалилась к его плечу, мечтательно прикрывая глаза. — Знаешь, я порой так завидую девочкам… Они уже нашли своего избранника и готовы связать с ним семью… Выйти замуж… Создать новую ячейку общества…       Гэвин непроизвольно закатил глаза. Эти рассуждения отдавали диснеевскими сказками, а никак не реальной жизнью.       — И готовы потратить кучу бабок на брак, в котором имеют все шансы очень скоро разочаровываться?       Стейси наморщила аккуратный носик.       — Ну прям. Многие живут в браке, и довольно счастливо.       — Да? У меня другая статистика.       — Просто ты рассуждаешь, как все мужчины. А я вот хочу замуж!        — О как. Ну я рад за тебя. Наверное, — Гэвин не знал, что и сказать. На его практике это впервые, когда ему чуть ли не с порога объявляют: «Хочу замуж!». Сто́ит бежать и прятаться или всё можно свести к шутке?       — И почему мужчинам так тяжело даётся этот шаг? — грустно проговорила Стейси, заглядывая внутрь бокала, словно там был ответ на её вопрос.       — Тебя что, парень кинул, так и не позвав замуж? — предположил Гэвин. Насколько он знал, это было второй самой распространённой причиной расставаний. Первой с больши́м отрывом были измены. Фактические или мнимые — кому как повезёт.       Девушка поморщилась и в два глотка допила Маргариту.       — Это времена давно минувших дней.       — Боже, Стейси, говоришь, как будто тебе скоро тридцать и часики тикают, — хмыкнул Гэвин.       — А сколько, ты думаешь, мне лет? — она лукаво улыбнулась.       Гэвин на всякий случай добавил ещё пару лет и неуверенно предположил:       — Двадцать три?       Стейси заливисто рассмеялась и беззастенчиво отпила уже из бокала Гэвина.       — Мне двадцать восемь. И да, часики тикают, Гэвин. Я хочу семью. Может, и детей в перспективе. Я так устала быть одна.       Гэвин в очередной раз попытался просчитать человека, а потом плюнул и покачал головой: даже если эта девчонка решит его наебать, то много взять с детектива Рида у неё не получится при всём желании. Зато в наличии имелся скверный характер, недоверчивость, возведённая в абсолют, и желание простой человеческой близости. Разве он так много просил?       А то, что она хочет семью… Не на первом же свидании обсуждать такие вещи! Хотя это нехило так расставляло акценты…       — А ты не думаешь, что заводить семью из одиночества — это херовая идея?       — Да по хрену, я хочу уже хоть какой-то стабильности. А ты разве ты не хочешь, чтобы тебя с работы кто-то ждал, грел постель?       Она совершенно непрозрачно положила ладонь Гэвину на колено, придвигаясь ещё ближе. А Гэвин серьёзно задумался. Может, алкоголь, а может, вчерашний разговор с Кларисс его на что-то подтолкнул. Хотел ли он семью? В перспективе, наверное, да, ему действительно хотелось, чтобы рядом был человек, который бы понимал и сопереживал, грел постель, и когда надо молчал или поддерживал, а не трахал мозги…       Да, наверное, всё-таки хотел. Проблема только в том, что от своей работы он отказываться не собирался, а самые долгие отношения у него длились одиннадцать месяцев. Почти год, если немного округлить, а потом всё пошло по заданной схеме, и его бросили. Ну или, как в том случае, бросил он, потому что терпеть такие «отношения» стало невозможно.       — Я… Да, наверное, да.       — Ну вот видишь, ты, как и любой нормальный человек, тоже хочешь стабильности. Хорошо есть и вкусно трахаться.       Гэвин невольно рассмеялся. Такие категории ему были понятны.       Стейси стащила с волос резинку с огрызком фаты и растрепала волосы.       — Вот и мне хочется. Кого-то постоянного. Чтобы не париться и быть хоть немного уверенной в завтрашнем дне. Но секс я тоже очень люблю. Уверена, что ты сможешь порадовать девушку.       Она стрельнула в Гэвина порочным взглядом и облизала губы. Если это было не приглашение, то что? Гэвин наклонился в её сторону, ловя её губы своими. От неё приторно пахло клубникой, и на вкус она была сладкая. Стейси и не думала убирать свою руку с колена и непрозрачно повела её вверх, пока не коснулась ширинки Гэвина, не разрывая поцелуя.       — А как же девчачье правило не спать на первом свидании? — усмехнулся Гэвин, который как служитель правопорядка должен пресекать такие действия, а не потакать им.       — А я уже и не девочка, мне можно, — фыркнула Стейси.       — Приятно, когда человек чётко понимает, чего хочет, — Гэвин притянул её к себе, целуя глубоко, но достаточно аккуратно.       — Поехали ко мне? — Стейси смотрела на него поплывшим взглядом. И Гэвин не видел смысла отказывать и ей, и себе в удовлетворении своих потребностей. Он кивнул, и Стейси совсем неэлегантно слезла со стула, но пошла не на выход, а в сторону туалетов, быстро сориентировавшись в пространстве. — Я на пару минут.       Гэвин позвал бармена, чтобы рассчитаться за себя и за чужой коктейль. Бен вежливо улыбнулся, дождался, когда пробьётся чек, и что-то быстро на его обороте написал. Гэвин с лёгким любопытством наблюдал за ним, парнишка пододвинулся к Гэвину, потягивая свой номер телефона, наклонился и жарко выдохнул на ухо:       — Я лучше.       И быстро вернулся к своим делам, больше не бросая в сторону Гэвина никаких взглядов. Гэвин неверяще смотрел на оставленный номер. Что за неожиданные подарки? То его игнорят все со страшной силой, то он так легко получает чужие номера. Просто магия вне Хогвартса?!       Но чек зачем-то взял и убрал в задний карман. Даже себе он толком не мог объяснить, зачем это сделал.       Стейси вернулась и снова попыталась устроиться на коленях Рида, пока тот заказывал такси. В это раз он воспринял её куда как спокойнее и даже придержал одной рукой за талию, чтобы она с него не свалилась, пока диктовала свой адрес. Пара минут, и такси оказалось на месте. Гэвин помог надеть Стейси пальто, а потом морщил лоб и пытался вспомнить, куда дел свою куртку. Всё-таки он оказался более пьян, чем думал, но беглянка нашлась, и можно было покидать это чересчур гостеприимное заведение.       Выходя, Гэвин не удержался и обернулся. Бен поймал его взгляд и подмигнул. Внутри разлилось неожиданное тепло, и Гэвин кривовато улыбнулся в ответ.       В Стейси словно демоны вселились: в такси она садилась, как будто ей мешали собственные ноги. И руки. И даже голова. Цеплялась за все поверхности и попыталась прищемить себе пальцы, закрывая дверцу машины. Гэвин устроился вместе с ней сзади, хоть и предпочитал ездить только впереди, но сейчас девушку стоило проконтролировать.       Стейси тут же воспользовалась возможностью и стала перебирать ему волосы, придвинулась максимально тесно и ткнулась губами под ухо, оставляя смазанный поцелуй. Втянула с силой воздух, пробормотала что-то вроде «как-же-вкусно-от-тебя-пахнет», и стала выцеловывать его шею, периодически пуская в ход язык.       Гэвина это в равной степени бесило и заводило.       Но несмотря на выпитый алкоголь, он не собирался позволять себе лишнего при свидетелях в виде водителя, а вот Стейси это особо не парило, и она самозабвенно вылизывала его шею, раз Гэвин больше не давал свои губы, задирая подбородок повыше. В целом он был не против поцелуев, наоборот, часто инициировал, но сейчас нужно оставаться хоть в каких-то рамках. Хоть кому-то из них.       Ехать оказалось не так уж долго, но Стейси успела обслюнявить ему всю шею с правой стороны. Алкоголь притуплял раздражение, но не до конца.       Как истинный джентльмен Гэвин расплатился и помог выйти Стейси из машины, что-то её нехило так растащило в тепле, что она всё пыталась скинуть с себя светлое пальто. Гэвин не мог понять, что конкретно его так раздражало, но недовольство начинало скрести под рёбрами.       — Тебе не смущает, что ты ведёшь домой фактически незнакомца? — аккуратно придерживая её за талию, спросил Гэвин.       — Ты же коп. Что ты мне можешь сделать? — фыркнула Стейси, её шатало, как будто она стояла на палубе корабля в шторм.       Гэвин не стал говорить, что и среди копов попадаются не самые честные люди, к нему это не относилось, понятное дело, но слепо доверять кому-то просто потому, что у него помогающая профессия… небезопасно. Люди порой слишком безрассудны.       Не с первой попытки, но Стейси таки попала ключом в замок, запнулась о низкий порожек и чуть не упала, но Гэвин её придержал. И едва за ними захлопнулась дверь, как началась какая-то дикая вакханалия. Стейси без разбега запрыгнула на Гэвина, саданув макушкой по челюсти и впечатав его спиной в дверь так, что ручка больно впилась в поясницу. Он чудом не разжал руки, удерживая её за бёдра, иначе у неё мог бы быть сотряс, если бы она приложилась с размаху головой об пол.       Он на мгновение дезориентировался в пространстве и почувствовал, как его повело в сторону, чтобы не потерять равновесие и самому не свалиться на пол, он что-то с дребезгом снёс на своём пути, но устоял на ногах. Стейси захихикала.       — Сколько страсти, офицер! Мне нравится!       И полезла целоваться. Гэвин пытался сориентироваться и проморгаться, тут же осознавая, что начал стремительно трезветь.       Гэвин не назвал бы всё происходящее страстью, скорее, какой-то животной жаждой близости. Но ведь именно этого он и хотел? Так нужно пользоваться, раз так беззастенчиво предлагают.       Гэвин отвечал на слюнявые поцелуи и взял курс на комнату с закрытой дверью, по пути избавляя Стейси от верхней одежды, а себя от обуви. Толкнул дверь и не прогадал: там обнаружилась спальня.       На этом активность Стейси закончилась: стоило ей почувствовать под спиной поверхность кровати, как она расслабилась и решила просто лежать и получать удовольствие, время от времени постанывая, когда Гэвин активно её ласкал. А может, в дело вступили выпитый алкоголь и не до конца выветрившаяся травка?       Гэвин раздеваться не стал, чтобы не получать лишних вопросов, хоть Стейси сейчас явно была не особо внимательна. Он задрал ей платье, под которым обнаружились чулки и весьма миниатюрные трусики, которые можно просто сдвинуть в сторону. Гэвин вытащил дежурную резинку из кармана, раскатал по члену и толкнулся внутрь.       И всё-таки Стейси оказалось не самой отзывчивой партнершей. Он трахал её, но удовольствие было какое-то смазанное, будто фоновое. Гэвин подавил в себе желание укусить за маячившее перед глазами плечо, чтобы хоть как-то вывести на эмоции. Чтобы она задвигалась в ответ. Стала сопричастной к процессу.       Ладно, похеру. Гэвин привык довольствоваться тем, что есть. Вполне возможно, что реакция притуплялась из-за алкоголя, а может, стоило сменить позу…       Он вышел, быстрым движением перевернул её, ставя на четвереньки, и задвинул снова, сильно и резко. Протянул руку и схватил её за волосы, натягивая пряди, чтобы она сильнее прогибалась. И наконец-то Стейси прекратила изображать бревно и тоже стала участвовать в процессе, подаваясь бёдрами назад. Она быстро втянулась, но так, словно училась, как себя вести, по порно, а не ориентируясь на собственное удовольствие, а актрис в постели Рид не любил — он предпочитал видеть живые, настоящие эмоции, а не чужую игру.       Слушать ненатуральные стоны было… неприятно, но Гэвин постарался отрешиться, выкинуть из головы лишние мысли, просто двигаться. И таки получил своё удовольствие, короткое и словно бы вымученное.       Стейси что-то пробурчала и снова обмякла. Да блядь! Гэвин прекрасно знал, что трахаться пьяными — херовая идея, но он к этому моменту, кажется, окончательно протрезвел. Стянул резинку, заправил опадающий член, тихо порадовавшись, что решил не раздеваться. Уложил Стейси на бок, подперев голову подушкой, чтобы, если её начало тошнить, она не захлебнулась собственной рвотой. Огляделся по сторонам. Забрал использованную резинку и упаковку от неё и пошёл домой, захлопнув за собой входную дверь.       На улице похолодало, или Гэвин окончательно протрезвел. Но пришлось застегнуть куртку, поднять воротник и прятать руки в карманах, чтобы не мёрзнуть. Можно было вызвать такси, но хотелось пройтись, подышать условно чистым воздухом, привести мысли в порядок. Машин на улице почти не было — неудивительно, ночь на дворе, поэтому Гэвин шёл и думал, что его жизнь — какой-то театр абсурда. Вот вроде бы и секс был, но по ощущения он словно и не кочил… а ещё не понял, получила ли удовольствие его партнёрша…       И вообще, стоит ли с ней продолжать общение. Он не хотел быть тем, кто растворялся в ночи, получив то, что нужно «всем мужчинам». Получил не получив. Он невесело рассмеялся. Стейси не тянула на человека, который мог бы его понять, так, может, и не стоило терять с ней время?       М-да, хотел разгрузить голову, но, кажется, загрузился ещё больше.