Эпизод 2. Начало путешествия.
12 июля 2025 г., 06:13
Оказавшись перед открытой дверью на борт транспортного корабля Майка, девушка внезапно растерялась и долго не могла решиться переступить через порог. Вся её смелость и решимость куда-то улетучились. Заметив это, успевший уже пройти внутрь мужчина обернулся.
— Первый раз покидаешь планету? — понимающе поинтересовался Майк.
— Нет, — опасливо произнесла девушка, — это не первый мой перелёт. Просто мне никогда раньше не приходилось пользоваться услугами чартеров.
Услышав последнее сказанное слово, мужчина удивлённо поднял брови и сделал шаг навстречу девушке. Остановившись перед ней, он мягко улыбнулся.
— Услугами чартеров, говоришь? — он заметно развеселился, положив руку на стену шлюза. — Не переживай, мой корабль хоть и не роскошный лайнер, но свою работу выполняет. Главное — держись подальше от левого грузового отсека, там живут существа, которые… Хм, скажем так, не самые дружелюбные пассажиры.
Мика недоверчиво взглянула на него, не решаясь сделать шаг.
— Шучу! — громко рассмеялся Майк, заметив выражение её лица. — Там только запчасти, старое оборудование и пара скучных контейнеров. Ты расслабься, Кис… Мика. Я забочусь о своём экипаже.
Он подбодрил её лёгким кивком, протянув руку, чтобы поддержать.
— Так что, идём? Или, может быть, ты уже передумала? — Майк подмигнул, но на этот раз его голос звучал мягче, без поддразнивания.
Мика вздохнула, собрав все свои силы, и сделала первый шаг через порог, невольно сжимая в руках свою сумку. Её решительность снова загорелась, когда она подняла взгляд на Майка.
— Я готова, — уверенно произнесла она. — Покажите, куда идти.
Майк улыбнулся ещё шире.
— Ну, вот и отлично. Добро пожаловать на борт, Мика. Теперь ты в надёжных руках.
С этими словами он лёгким жестом указал ей путь дальше в корабль, внешняя переборка медленно закрылась за ними. Кажется, это было началом необычного путешествия.
* * *
Как только дверь каюты закрылась за ней, Мика наконец позволила себе глубоко вдохнуть. Сумка безвольно упала на пол, а сама девушка прислонилась к стене, прикрыв глаза. Она не могла поверить, что действительно оказалась на борту частного корабля, летящего в неизвестность. Хотя, почему в неизвестность? Ведь она сама выбрала место назначения. Однако эта мысль помогала слабо. Тишина каюты была почти оглушающей после всех шумов космопорта и напряжённого пути сюда. Медленно оглядев помещение, она отметила скромную, но функциональную обстановку: небольшая кровать, закреплённый на стене экран, тумбочка с несколькими ящиками и узкое окно, через которое сейчас можно было увидеть здание космопорта и аккуратные парковки шатлов вокруг него. «Что же я делаю?» — промелькнуло в голове. Волнение не отпускало её, но вместе с тем здесь, в этой крохотной каюте, она чувствовала себя в безопасности. По крайней мере, пока. Корабль внезапно дрогнул, давая понять, что началась подготовка к запуску. Мика рефлекторно схватилась за край кровати, сердце забилось быстрее, а где-то далеко, в пилотской кабине, Майк с довольной улыбкой проверял последние системы перед выходом на орбиту. Это было началом совершенно новой главы её жизни. Хотела ли она этого? Теперь уже не было пути назад. Первые мгновения после запуска корабля прошли в напряжённой тишине. Мика крепко держалась за край кровати, пока корпус судна слегка вибрировал, выходя в космос. Постепенно ощущение вибрации, сопровождавшее старт, утихло, и она смогла расслабиться. Сделав несколько глубоких вдохов, девушка осторожно разжала пальцы и поднялась на ноги. Её первым импульсом было проверить корабль — убедиться, что всё вокруг надёжно и безопасно. Переведя взгляд на узкое окно, она увидела звёзды, которые теперь казались неподвижными –как будто они всегда были рядом. Мика решила осмотреть каюту более внимательно. Она подошла к тумбочке, открыла один из ящиков и обнаружила несколько предметов первой необходимости: небольшую аптечку, мультитул и аварийный коммуникатор. Затем она подошла к закреплённому на стене экрану — возможно, здесь была карта полёта или информация о маршруте. Вдруг корабль снова слегка вздрогнул, и по внутренней связи прозвучал голос Майка: — Ну, что скажешь, Мика? Всё в порядке? Как самочувствие? Она на секунду замерла, прежде чем решиться ответить: — Пока да… — с трудом скрывая неуверенность, произнесла девушка. — А мы уже выходим на курс? — Да, всё по плану. Но если тебе хочется осмотреть корабль или выпить что-нибудь в кают-компании — милости просим, — с лёгким смехом добавил Майк. Мика задумалась. Остаться здесь и переварить всё происходящее или пойти изучить судно? Она чувствовала, что от этого выбора могло зависеть многое…* * *
Мика глубоко вдохнула и решила, что ей необходимо немного времени для себя. Корабль уверенно летел по заданному маршруту, а она наконец могла позволить себе расслабиться. Открыв небольшую встроенную душевую, она включила воду, почувствовав, как тепло струй смывает остатки напряжения и тревоги. Этот момент покоя был для неё чем-то редким за последние дни, и она на мгновение закрыла глаза, стараясь не думать о том, что ждёт её впереди. Приняв душ, она переоделась в более удобную одежду и села на кровать, задумчиво глядя в окно на звёзды. Глубокий космос был бескрайним, полным загадок, и ей предстояло выяснить, какую роль она теперь играет в этой истории. Прошло некоторое время, когда раздался осторожный стук в дверь, но даже этого тихого внезапного звука оказалось достаточно, чтобы девушка рефлекторно дёрнулась. — Эй, Мика, — голос Майка был чуть приглушённым, но в нём звучала нотка беспокойства. — Ты там? Я принёс тебе еду. Думал, что ты присоединишься в кают-компании, но решил не ждать, раз уж ты не пришла. Она задумалась, прежде чем ответить. Открыть дверь и впустить его? Или сказать, что ей нужно ещё немного времени? Её сердце забилось быстрее. Майк явно заботился о её комфорте, но могла ли она доверять ему полностью? — Эм… Да, я здесь, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Просто решила немного отдохнуть. За дверью послышался вздох облегчения, а затем лёгкий смешок. — Ну, ясно, после всех этих волнений я бы тоже решил затаиться, — ответил Майк, и затем добавил мягче: — Но ты ведь всё-таки поесть не забыла, да? Мика перевела взгляд на своё отражение в зеркале, укреплённом напротив кровати. Её кошачьи уши чуть подрагивали, улавливая малейшие звуки, а хвост нервно завился в кольцо за спиной. Она могла просто отказаться открыть дверь, но тогда не покажется ли подобное поведение подозрительным? Девушка действовала быстро. Одним движением она встала с постели, схватила в душевой длинное полотенце и крепко обернула его вокруг тела, скрывая наличие хвоста. Другим полотенцем замотала голову, убедившись, что её уши надёжно скрыты. Ещё раз проверив себя в отражении, она глубоко вдохнула и открыла дверь. Майк, не теряя ни секунды, шагнул внутрь с подносом в руках, явно намереваясь поставить еду на ближайшую поверхность. Но как только его взгляд упал на Мику, он мгновенно замер, глаза слегка расширились. — Ой… Эм… — он отвёл взгляд, чуть повернувшись в сторону. — Прости, не знал, что ты… Эээ… Мужчина торопливо поставил поднос на столик у двери, затем нервно провёл рукой по затылку и с лёгкой усмешкой посмотрел в сторону стены. — Я просто подумал, что ты проголодалась, — добавил он, явно пытаясь вести себя естественно, но нотка замешательства всё же проскользнула в голосе. — Не хотел мешать… Мика, всё ещё держа полотенце плотно прижатым к телу, хмыкнула, с трудом скрывая лёгкую улыбку. — Спасибо, — спокойно ответила она, сделав шаг к столу. Майк, всё ещё немного не в своей тарелке, шагнул назад, словно давая ей пространство. — Ладно, не буду тебе мешать… Эм… Приятного аппетита, — бросил он, слегка махнув рукой, и поспешил ретироваться за дверь, закрыв её за собой. Оставшись наедине с едой, Мика, в который уже раз, позволила себе расслабиться. С одной стороны, ситуация была неловкой, но с другой — Майк явно уважал её границы. Это, как ни странно, было приятно. Она тихо усмехнулась, присаживаясь за стол и разглядывая поднос. Кажется, её путешествие становилось всё более интересным.* * *
Покончив с едой и собравшись с мыслями, Мика решила всё же выйти из каюты, чтобы извиниться перед пилотом за возможные неудобства. Девушка снова привела свой внешний вид в порядок — натянула привычную вязаную шапку, поправила волосы и надела куртку. Затем быстро оценила свой внешний вид перед зеркалом. Хвост и уши были надёжно спрятаны — всё под контролем. Выходя из каюты, она ощущала, как волнение слегка сжимает грудь, но решимость возвращалась с каждым шагом. Пустынная кают-компания встретила её ровным гулом системы вентиляции и лёгким запахом свежего кофе. Майка здесь не было. Мика прошла дальше по узким коридорам, пока не оказалась у двери, ведущей в пилотский отсек. Из-за переборки громко доносилась музыка — тяжёлые аккорды, пульсирующий ритм, всё будто бы кричало о свободе и бесконечном космосе. Она занесла руку, чтобы постучать, замерла… И постучала. Дверь с лёгким шипением тут же отъехала в сторону, словно отозвавшись на её колебания. Перед ней открылся полутёмный отсек, освещённый огоньками приборов и экранов. В кресле, повернув его наполовину от панели управления, сидел Майк — один локоть на подлокотнике, в другой руке кружка. Увидев стоящую на пороге девушку, он улыбнулся уголком губ. — А вот и ты, — прокричал он поверх музыки, явно не торопясь сделать её тише. — Решила навестить старого пилота? — спросил он с лёгким смешком и чуть кивнул в сторону кресла второго пилота. Мика шагнула в отсек, чувствуя, как пульс в висках бьёт быстрее, чем хотелось бы. Но в этот момент она выглядела собранной, спокойной — почти так, как и хотела. В помещении по-прежнему звучала та же музыка — ощутимая, как пульс корабля. Бас пронизывал воздух, создавая ощущение живого пространства, наполненного энергией. Мика медленно прошла в пилотский отсек, остановившись всего в паре шагов от предложенного ей кресла. Неуверенно сцепив руки перед собой и не поднимая взгляда, она прокричала с тихой запинкой, надеясь, что пилот её услышит сквозь орущую музыку: — Я… Просто хотела… Поблагодарить! За еду! И за… Заботу! Майк бросил на неё короткий взгляд через плечо, как будто пытаясь прочитать — скольких усилий ей стоило произнести эти слова? — Пустяки, — отмахнулся он добродушно, сделал наконец музыку тише и вновь устроился поудобнее в кресле. — Здесь все равны. Просто зови, если что-то нужно. Он снова кивнул в сторону свободного кресла, жестом предложив ей сесть. Мика колебалась лишь мгновение, прежде чем медленно и аккуратно опуститься на край кресла второго пилота. Она смотрела на Майка из-под шапки — настороженно, но с искренним интересом. В её глазах смешались осторожность и искреннее желание понять, кто же перед ней. Майк откинулся назад, держа кружку между ладонями, и с чуть ленивой улыбкой сказал: — Знаешь… Ты вела себя очень храбро. Не каждый бы рискнул подняться на корабль с незнакомцем. Особенно в такое время. Он сделал глоток и, не глядя на неё, добавил чуть тише: — У тебя есть своя цель и это заслуживает уважения. Поделишься? Или это личное? Мика чуть дёрнулась. Это были простые слова, но в них — как будто что-то большее. Был ли это намёк, проницательность Майка? Или простая человеческая чуткость? Музыка всё ещё звучала — теперь скорее как фон внутреннего диалога, чем как внешний шум. Мика отвела взгляд в сторону обзорного экрана, где за миллионами километров вращались безмолвные звёзды. — Да, у меня есть цель, — наконец сказала она и тут же замолчала. Атмосфера в рубке вдруг стала тише, будто даже корабль прислушивался к этим словам. Майк внимательно взглянул на Мику, уловив в её взгляде ту настороженность и собранность, которая совсем не вязалась с размеренным ритмом полёта и теплом, наполнявшим рубку. Он вдруг громко расхохотался — весело, искренне, так, как смеются люди, уверенные в себе и не склонные к излишней драме. — Да расслабься ты наконец! — прогремел он, взмахнув рукой, будто сдувая с неё всю её серьёзность. — Мы же не на суде галактического совета. Хочешь выпить чего-нибудь вместе? У меня здесь бутылка отличного караванного пойла, прямо с Талассии. Говорят, снимает напряжение лучше, чем гипносон. Мика чуть приподняла брови, а затем, стараясь не слишком сильно обидеть мужчину, сидящего перед ней, ответила: — А… Вам не стоит сосредоточиться на управлении? Я думала, пилоты… Не пьют в полёте. — Ох, — он отмахнулся с лёгкой ухмылкой, — если бы ты знала, как часто мне это говорят. Всё под контролем. Сейчас у нас медленный дрифт в очереди к вратам. Автопилот справляется сам, а вмешиваться — себе дороже. В гипертуннеле вообще лучше никому к штурвалу не лезть, если не хочешь оказаться в соседней галактике… Или на Солнце. Он поднялся, подошёл к небольшому встроенному шкафчику сбоку от пульта и достал две плоские металлические фляжки, затем обернулся через плечо. — Так как, капитан второго кресла? Примем по глоточку — исключительно за спокойный полёт? Мика пристально посмотрела на него, но в её глазах сверкнула та самая искорка, что выдаёт тех, кто пытается не улыбнуться. Стоит ли принимать это приглашение? Не попробуешь — не узнаешь! И девушка согласилась.* * *
Фляжка в руке Мики ощущалась неожиданно тяжёлой — как будто вместе с ней ей вручали право принадлежать к миру взрослых, решительных, знающих, куда летят и почему. Она осторожно приняла её, взглянув на Майка из-под шапки, будто всё ещё проверяя: точно ли безопасно? Тот, не торопясь, вновь устроился в своём кресле, откинулся назад и наблюдал за ней с невозмутимым выражением. Мика, неуверенно сжав фляжку, преподнесла её к губам и сделала небольшой глоток. Почти сразу крепкая, тёплая волна прожгла ей горло — она закашлялась, невольно прикрыв рот ладонью. — Первый раз, что ли? — весело хмыкнул Майк, опуская кружку. — Эй, я же говорил — по глоточку! Мика не ответила. Глаза слегка защипало, но в голове уже отозвался тихий, почти горячий пульс. Она резко сделала второй глоток, затем третий — и прежде чем успела передумать, допила фляжку до дна. Майк удивлённо приподнял брови. — Ого. Ну ты даёшь, леди. Хотя… — он кивнул с уважением. — В тебе, похоже, больше стали, чем кажется на первый взгляд. Мика, не ожидавшая такого эффекта, уже чувствовала, как её щёки наливаются теплом, а в груди появляется лёгкое головокружительное ощущение чего-то… Похожего на свободу. Она слегка улыбнулась — искренне, почти беззащитно — и впервые за долгое время просто позволила себе быть собой. Майк в это время отвернулся к панели, пробежался пальцами по навигационным огням и лениво добавил: — Лети, девочка, лети. Скоро будут врата… Мика чуть нахмурилась, услышав, как Майк произнёс эти слова. Они, казалось бы, брошенные в воздух, почему-то зацепили. — Девочка? — переспросила она, приподняв бровь. — Это вы сейчас про кого? Майк бросил на неё быстрый взгляд, удивлённо расправив плечи. — А? А, нет-нет, — рассмеялся он. — Я так со своим кораблём разговариваю. Старый трюк — наделяешь его душой, и он вроде бы послушнее становится. Раньше думал, что это чушь… А потом поймал себя на том, что не вылетаю без «прощайки». Мика слабо улыбнулась, но на секунду выдохнула — напряжение немного отпустило. После короткой паузы Майк снова заговорил, уже более задумчиво: — Знаешь, я вот всё думаю… Чего тебе на Айлурос понадобилось? Это ж место… Дикое. На орбите — технопыль, на поверхности — племена с копьями, редкие рейсы, карантин. А теперь ещё весь этот шум в новостях — храм, древние тексты, три последних Неко… Он хмыкнул и резко сделал глоток из фляжки. — А уж эта история про то, что «Неко мужского пола способны выносить потомство» — ну прости, но звучит как галлюцинации шаманов под веществами. Вот серьёзно. Мир рушится, а они ищут способ заставить троих мужиков родить…— он фыркнул и покачал головой. — Мир сошёл с ума. Мика молчала. Взгляд её был опущен, пальцы медленно вертели крышку от фляжки. Эти слова больно задевали — правда, слишком близко. И хотя часть её хотела прямо сейчас бросить: «А если бы ты знал, что одна из них — я?» — она удержалась. Даже алкоголь, согревая щёки и размывая границы, не смог пробить тот панцирь, который формировался годами. Она сделала вид, что задумалась, спрятала глаза и просто тихо произнесла: — У всех свои причины. Музыка играла всё так же — мерно, как шум далёкой звезды. Её ритм продолжал заполнять кабину ровным пульсом. Заметив, как Мика опустила взгляд и замкнулась, Майк словно почувствовал, что атмосфера между ними натянулась. Он не был глуп — знал, когда сказал лишнего. Поэтому, отбросив кружку в сторону и вставая из кресла, он вдруг неожиданно улыбнулся и протянул к ней руку. — Знаешь что? А ну-ка встань. Мы с тобой в корабле посреди чёртова космоса, музыка играет, алкоголь действует… Грех не потанцевать. Мика вскинула на него взгляд — сначала удивлённый, потом почти испуганный. Но этот порыв, лёгкий и искренний, разбил её внутреннее напряжение. Она с осторожным интересом приняла его руку, встала, стараясь удерживать равновесие, и позволила ему отвести её чуть в сторону от пультов. Музыка была достаточно ритмичной, чтобы задать движение, но и не слишком быстрой — идеальный саундтрек для импровизированного танца в тесной рубке. Майк двигался уверенно, легко, с той самой почти детской непринуждённостью, которая мгновенно обезоруживает. Мика сначала держалась неуверенно, лишь повторяя простые шаги, но алкоголь действовал, голова приятно кружилась, а лёгкость в теле придавала храбрости. Где-то посреди этого неловкого, но тёплого танца она попыталась сделать лишний шаг, но тут же споткнулась — ноги не выдержали ритма, равновесие ускользнуло. Майк успел — крепко схватил её за талию и легко удержал, не давая упасть. Она оказалась почти в его руках, запыхавшаяся, с горящими глазами, тяжело дыша. И на краткий миг между ними повисло напряжение — не пьяное, а какое-то хрупкое, зыбкое. Мика открыла рот, словно хотела что-то сказать… Или сделать. Но веки предательски опустились, и в следующее мгновение она беззвучно выдохнула и обмякла, уснув прямо в его руках. Майк постоял так с минуту, затем усмехнулся, совсем тихо. — Ну что ж, капитан второго кресла… Отбой. Он аккуратно поднял её на руки и направился прочь из рубки.* * *
Тело Мики было лёгким, почти невесомым в руках Майка, и он осторожно нёс её по узким, мерно вибрирующим коридорам корабля. Её дыхание было спокойным, ровным — сон человека, вымотанного тревогами и теплом чужого плеча. На мгновение он оглянулся в сторону рубки, где ещё тихо играла музыка, затем снова посмотрел вперёд и выдохнул. — М-да… — пробормотал он. — капитан второго кресла, говоришь… Алкоголь, приятно гуляя в крови, начал понемногу размягчать мысли, делая их менее прямыми, но более откровенными. Он не считал себя сентиментальным — скорее наблюдательным. Но эта девчонка… В ней было что-то странное. Хрупкость — да. Осторожность — тоже. Но под всем этим пряталась сталь. Он хмыкнул, ступая мягко, так, чтобы не задевать стены. — Только попала на корабль, а уже в отключке. Интересно, куда ты собралась с таким багажом, а? Айлурос… К чертям такую планету. Там что, и правда храмы, способные удерживать равновесие Вселенной?.. — он фыркнул и покачал головой. — А если да, то какого чёрта этим занимаются Неко? На слове «Неко» он вдруг резко остановился. Шапочка Мики сдвинулась, то ли от движения, то ли от того, как он прижимал её к себе. Плотная ткань чуть-чуть приоткрыла висок — и именно в этом месте… Уха не было. Майк замер. Он чуть отстранил лицо девушки, всматриваясь. Там, где у человека должна быть мочка, кожа была гладкой. Идеально чистой. Он моргнул. Потом снова. Сделал полшага назад, чтобы попасть под свет — и убедиться. Молчание. — Так… Подожди… — выдохнул он. — Я что, совсем перебрал? Он ещё раз взглянул на неё, на мягко сдвинутую шапку, затем будто поймал себя за шиворот. Резко вдохнул, отвернулся и, сдержанным движением, аккуратно натянул шапку обратно на место. — Нет-нет, всё… Показалось, — пробормотал он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Это просто выпивка. Старые нейроны шалят. Он снова пошёл вперёд, ещё более осторожно, и даже крепче прижал девушку к себе. «Не хватало ещё отключиться посреди коридора», — пронеслась в голове опасная мысль и мужчина ускорил шаг. Майк локтем прикоснулся к панели, открывающей дверь — замки и сканеры для жилых помещений он уже давно отключил для удобства перемещения по кораблю. Прижимая спящую Мику к себе, он вошёл в её каюту. Тусклый свет автоматически зажёгся, отбрасывая мягкие тени по стенам. Он быстро окинул взглядом помещение: на столике стояла пустая миска и ложка — она действительно поела, значит, голод не мучил. На полу возле кровати валялось мокрое полотенце, а рядом с ним, аккуратно прислонённый к тумбочке, лежал её небольшой рюкзак — тот самый, с которым она пришла. Майк тихо выдохнул и с осторожностью опустил Мику на узкую кровать, поправил подушку под её головой, уложил руки вдоль тела. Она лишь тихо выдохнула, словно почувствовала прикосновение, но не проснулась. Он наклонился, глядя на неё, на её умиротворённое лицо, на лёгкую складку между бровями, которая не исчезла даже во сне. И внезапно, сам для себя неожиданно, тихо пробормотал: — Что же ты скрываешь, девчонка… Он ещё пару секунд постоял, затем, почти машинально, подтянул до конца одеяло, чтобы ей было теплее. Повернулся на пятках и шагнул к выходу. Прежде чем дверь закрылась за ним, он бросил через плечо: — Спи спокойно, капитан второго кресла. Щелчок двери. Свет в каюте постепенно погас, оставив Мику спать в мягкой темноте корабля, где за пределами тонких стен раскидывался беспокойный звёздный вакуум.* * *
Мика просыпалась медленно, словно пробираясь сквозь плотный туман. В висках неприятно пульсировало, во рту пересохло, тело казалось разбитым. Она приподнялась, села на кровати и осмотрелась. Узкие стены, знакомое окно, складки на постели — её каюта. Стало чуть легче. Но облегчение длилось недолго. Она прикрыла глаза, пытаясь восстановить цепочку событий. Обрывки всплывали неохотно: ужин, музыка, ритм, смех… Фляжка с напитком… Танец. Глаза слегка расширились. Сначала — лёгкое головокружение, шаг в сторону, руки Майка, удержавшие её… И потом — та короткая вспышка. Она явно потянулась к нему. Попыталась… Мика опустила взгляд, крепче обняв себя за плечи. Было не по себе. Неясность пережитого, пустота вместо чётких воспоминаний вызывали тревогу. Она не могла с уверенностью сказать, что ещё говорила или делала. Только чувство стыда накатывало всё сильнее. «Почему я вообще это сделала?..» Алкоголь отступал, оставляя после себя головную боль и неуютное ощущение слабости. Она села ровнее, провела ладонью по лицу, затем стянула шапку и крепко сжала её в руках. Нужно было прийти в себя. И решить, как вести себя дальше. «Контрастный душ должен помочь», — пронеслась в голове девушки мыль, и она поднялась с постели. Влажный пар наполнял каюту, когда Мика выключила воду. Принятый душ немного прояснил голову, но лёгкая тяжесть в висках всё ещё давала о себе знать. Она вытерлась, снова оделась и проверила — шапка сидит ровно, уши надёжно спрятаны. Хвост тоже был аккуратно закреплён под курткой. Как будто всё в порядке. Когда дверь каюты скользнула в сторону, Мику сразу обдало мягким, знакомым ароматом — крепкий кофе с лёгкой ноткой карамели. Это был запах тепла. Уюта. Домашнего ощущения, которое никак не вязалось с металлическим нутром корабля. Она последовала за запахом, направившись в кают-компанию. Каждый шаг давался с усилием — не от боли, а от скованности. Голова ещё гудела, но теперь — от мыслей, не от остатков алкоголя. Необходимо было держаться естественно, словно ничего особенного не произошло. Всё под контролем. Или хотя бы должно выглядеть так. Войдя в кают-компанию, Мика остановилась на пороге. Было тихо, свет мягкий. Где-то в дальнем углу что-то поблёскивало — возможно, оставленная кем-то металлическая кружка. Пахло жареными зёрнам. Пространство дышало жизнью. Мика шагнула вглубь кают-компании, чуть морщась от слабого головокружения. Пространство было пустым — ни звука, ни движения, только мягкий свет, отбрасывающий спокойные тени по стенам. На столе действительно стояла оставленная кружка. Пар уже не поднимался, но тёплый, пряный аромат кофе всё ещё наполнял воздух — насыщенный, с карамельной горечью. Мика подошла ближе, взяла чашку обеими руками и поднесла к лицу, вдыхая запах. И в этот момент что-то дрогнуло внутри. — …хозяин… — тихо прошепталось где-то на границе мысли. Он всегда готовил кофе сам — несмотря на статус, несмотря на слуг. Утром, когда ещё не светало, она просыпалась от запаха свежезаваренного напитка, и он, в своём неизменном халате, уже сидел на веранде с двумя чашками. Всегда ждал её. Всегда улыбался, как будто только в этот миг чувствовал себя по-настоящему живым. Она стояла так с чашкой в руках, словно держала не металл и керамику, а целую эпоху. Минувшую, ушедшую, но не забытую. В груди защемило. «Почему вы отпустили меня?» — мелькнуло в голове. — «Знали ли вы, что так будет? Или просто верили, что я справлюсь?» Руки слегка дрогнули. Она поставила чашку обратно на стол и выпрямилась, отгоняя воспоминание. Сейчас она на борту чужого корабля, в пути к дикой планете, и назад дороги всё равно нет. Дверь в кают-компанию открылась почти бесшумно, лишь слегка шепнув в направляющих. Майк остановился на пороге, не проронив ни слова. Он смотрел на Мику, стоящую у стола с чашкой в руках, и почему-то не спешил нарушать утреннюю тишину. Девушка вдохнула аромат кофе, чуть задержала дыхание… И аккуратно поставила чашку обратно, будто боялась, что звук будет слишком громким. Только тогда Майк медленно шагнул внутрь. Его голос прозвучал мягко, с хрипотцой и ноткой усталой теплоты: — С добрым утром. Он почесал затылок и направился к автомату, вытаскивая уже привычную кружку. Вид у него был не слишком бодрый, но уверенный — похмелье явно не свалило его с ног, просто сделало голос чуть грубее, походку — чуть медленнее. — Вроде живы, — усмехнулся он, наливая себе кофе. — Уже хорошо. Мика обернулась, краем глаза взглянув на него — осторожно, будто проверяя, всё ли в порядке между ними. Он выглядел спокойно. Не напряжённо. И даже… Почти по-домашнему. Это немного успокаивало. Они сели за стол друг напротив друга, каждый со своей чашкой. Кофе всё ещё парил, заполняя кают-компанию мягким ароматом и почти заслоняя собой неловкое молчание, повисшее между ними. Майк смотрел в кружку, словно ища в ней правильные слова. Мика делала вид, что сосредоточена на напитке, но время от времени украдкой поглядывала на него — настороженно, вопросительно. Обоим казалось, что кто-то должен что-то сказать… но пока ни один не знал, с чего начать. Наконец, голос Майка нарушил тишину. Он прозвучал глухо, но искренне: — Слушай… Извини за вчерашнее. Не стоило уговаривать тебя пить. Не знал, что ты… Он не договорил. Мика чуть наклонила голову, взгляд оставался невозмутимым, но в голосе прозвучала мягкость: — Не надо. Это не твоя вина. Я сама… — она чуть замялась, затем, глядя в чашку, добавила сдержанно. — Ведь ничего плохого не случилось, верно? Майк чуть приподнял брови, изучая её лицо. Его немного удивило, что девушка так просто перешла на «ты», но поправлять её он не стал. Она выглядела спокойной. Но в её голосе звенела тонкая нота, которую невозможно было не уловить — смесь неловкости и осторожного ожидания. Он вздохнул, сделал глоток и слегка усмехнулся, не отводя взгляда: — Ну, если не считать того, что ты чуть не устроила танцевальный мятеж на моём корабле, — он подмигнул. — Думаю, мы в расчёте. Девушка отвела взгляд, но губы дрогнули — словно она сдержала улыбку, прежде чем она вырвалась наружу. Мика сделала ещё один медленный глоток, обхватив кружку обеими ладонями. Тишина между ними больше не казалась неловкой — скорее, она напоминала редкий момент, когда не нужно ничего доказывать. Просто присутствие. Просто кофе. — А… — наконец подала голос она, глядя в напиток. — Как долго ещё лететь? Майк чуть повёл плечом, словно разминая спину, и кивнул в сторону стены, будто за ней был скрыт весь маршрут. — Мы уже в гипертунееле. Системы работают нормально, так что считай — идём по графику. Если повезёт и не случится ничего непредвиденного, будем на месте через трое суток. Мика медленно кивнула, и, прежде чем опустить взгляд, её глаза на долю секунды задержались на лице Майка. — А ты… — он чуть прищурился, глядя на неё через край кружки. — Ты вообще спешишь? Или время прибытия тебя не тревожит? В его голосе не было и намёка на допрос — только искренний интерес. Даже забота, если прислушаться внимательнее. Не как у пилота, спрашивающего пассажира о цели назначения, а как у человека, которому стало не всё равно. Мика слегка пожала плечами, задумчиво покручивая чашку между ладонями. Ответ на вопрос был не таким простым, как могло показаться. — Я… Не знаю, — тихо произнесла она, не глядя на Майка. — Я не уверена, спешу ли. Просто… Было сказано, что я должна туда попасть. Что только я могу… Исправить то, что произошло. Она замолчала на пару секунд, подбирая слова. Потом добавила: — Мой опекун… он… считал, что я смогу что-то сделать. Что у меня есть шанс. Она не поднимала взгляда, но в голосе дрожала честность. То была не прямая ложь — скорее правда, отшлифованная временем и осторожностью. Слово «опекун» далось ей с трудом, но прозвучало достаточно естественно, чтобы не вызывать лишних вопросов. Майк выдохнул и кивнул, не торопясь с ответом. Он смотрел на неё с вниманием, но без давления. — Иногда самое трудное — это понять, в чём именно состоит твоя задача, — произнёс он, делая глоток. — Но если кто-то верит, что ты справишься… Это уже немало. Ненадолго повисла тишина, но уже не неловкая. Наоборот — спокойная, как раннее утро, когда разговоры идут шёпотом. Мика, немного помолчав, сделала глоток уже остывшего кофе, а затем, всё же набравшись решимости, подняла взгляд на Майка: — А ты… Зачем летишь на Айлурос? Он усмехнулся и слегка пожал плечами, словно вопрос его не удивил. — А я и сам не знаю, — честно признался он, отставляя кружку в сторону. — Я просто только что выполнил одну работёнку и искал, чем заняться дальше. А потом в зале ожидания я увидел одну растерянную девчонку… С огромными глазами и крошечным рюкзаком. Он взглянул на неё — не насмешливо, а спокойно и тепло. — И подумал: ладно, почему бы не слетать вместе с ней… Майк слегка наклонился вперёд, опёршись локтями на стол. — Выходит, что мы с тобой не такие уж и разные, как кажется. Ты не до конца знаешь, куда именно летишь. А я — почему. Оба просто взяли курс и двинулись вперёд. Мика не ответила сразу. Но в её взгляде что-то изменилось — исчезла натянутость, исчез щит. Она будто признала в нём не просто пилота, а спутника. Пусть и случайного… Но реального. Сделав последний глоток уже остывшего кофе, девушка пододвинула кружку ближе к центру стола и, чуть помолчав, опустила взгляд. — А… Чем здесь вообще можно заняться? — осторожно спросила она. — Всё-таки три дня впереди. Майк усмехнулся, потянулся и откинулся в кресле, сцепив руки за головой. — Ну, скажем так… Это не круизный лайнер. Джакузи и гравитанцы отменяются, — он бросил взгляд в потолок. — Обычно либо дрыхну, либо сижу под музыку, либо разбираю бардак в трюме… Иногда просто гоняю мысли по кругу. Космос в этом помогает. Он снова взглянул на неё, прищурившись с интересом: — А ты? Чем обычно себя развлекаешь? Когда заняться по сути нечем. Что умеешь делать? Вопрос был простой, даже доброжелательный — но застал Мику врасплох. Она немного напряглась, взгляд метнулся в сторону, губы сжались. Перед глазами всплыл белокаменный холл особняка, утренние прогулки по саду, мягкие пледы, книги в кожаных переплётах, музыка, доносящаяся с террасы. Воспоминания о хозяине: как он дарил ей наряды, говорил, что она «должна просто быть рядом». Она выполняла мелкие поручения, читала, училась… Улыбалась. Но всё это — не дело. Не навык. А теперь — даже не защита. «Что я умею?» — мелькнуло в голове. Умею молчать. Прятаться. Быть тихой, вежливой, красивой. Умею слушать. Не мешать. Но как объяснить это пилоту с шершавыми руками и простыми словами? Она чуть напряглась, но сумела сохранить нейтральное выражение лица. — Не знаю, — наконец ответила она, пожав плечами. — Ничего особенного. Читала много. Иногда рисовала. Но в основном… Просто была полезной. Это прозвучало почти буднично, но в голосе скользнул оттенок сдержанности — как будто под этим словом «полезной» скрывалось гораздо больше, чем она готова была раскрыть. Майк, кажется, уловил её тон, но не стал давить. Он лишь кивнул и слегка усмехнулся: — Ну… Значит, научим тебя организовывать инвентарь в трюме. Самое полезное занятие на борту. Почти медитативное. Если не боишься пыли, конечно. Мика кивнула почти сразу — неуверенно, но с искренним желанием помочь: — Хорошо. Я приду. Майк откинулся в кресле и потянулся, хлопнув себя по колену, словно давая команду к действию. — Отлично. А я пока загляну в рубку, проверю, как там автопилот себя чувствует. Никогда не доверяй полностью машине, которая может сбросить тебя в звёздную туманность, — усмехнулся он, поднимаясь. Он сделал несколько шагов к выходу, но на полпути обернулся: — Можешь пока посидеть тут или вернуться к себе, если хочешь немного передохнуть. Через полчаса я буду в трюме. Зайдёшь — поможешь мне навести порядок. А не зайдёшь — ну, будет это твоей самой вежливой формой отказа от складской медитации. Он подмигнул и ушёл, оставив за собой шуршание открывающейся двери. В кают-компании снова стало тихо, и Мика на какое-то время осталась наедине с собой, дымящимся кофейным следом и всё ещё гудящей в голове мыслью: «Значит, я здесь… По-настоящему.»
