Опиум

Аура любви заполнила лабораторию. Омега таял в руках брюнета, обвив его шею для объятий. Тэхён наконец-то уловил то самое чувство внизу живота. Тот тугой узел, посылающий табун мурашек от поясницы до самой шеи. Чонгук медленно скользил по лицу омеги, специально оттягивая как можно больше времени перед поцелуем. Рукой нежно массировал спину, притягивая к себе с каждым разом всё ближе и ближе. Улавливая грудью бешенный стук сердечка юноши. Он заманивал его, но не так, как остальные. Не похотью, не чувством жажды, а чем-то иным. То, что находится на вершине айсберга. Неподвластное никому, но несознательно руководящее самим Тэхёном. Кучерявый расплылся в искренней улыбке, пальцами касаясь чёрной оправы очков. Снимая их, он приметил, как альфа прикрыл глаза. Аккуратно сложив их в руке, омега неторопливо потянулся к заветному. К приоткрытым губам брюнета. — Не боишься? — прошептал Чонгук, прищурено наблюдая за действиями парня. — Чего?.. — растерянно приостановился Тэхён. — Мы ведь одни здесь, — брюнет резко притянул к себе вплотную омегу, слегка приподняв его за талию. Жадно следил за испугом и растерянностью на лице, улавливая каждую деталь. Каждую проявленную эмоцию. Изучал его так, как никогда никого не изучал. Омега томно набрал воздух, а после громко сглотнул собравшуюся слюну. Руками обвил шею вновь, оказавшись ещё ближе к лицу мужчины. — Ты хочешь заняться со мной этим? — на рваном выдохе спросил Тэхён. Альфа никак не отреагировал, приподняв острую бровь со шрамом вверх. Молча оттолкнулся от стены, передвигаясь с юношей в руках по коридору дальше. Омега нервно задышал, не отводя зелёных глазок от карих Чонгука. Неужели он сболтнул лишнего? Мужчина зашёл в более маленькую комнату. В ней так же стояли книжные полки, а ещё было невыносимо жарко. То ли от слабой циркуляции воздуха, то ли от возбуждения, нахлынувшего на мальчишку. Подойдя к свободному высокому столу, он усадил омегу на него. Плавно раздвинув ноги, которые мальчишка сводил до последнего, Чонгук пристроился между, соблюдая зрительный контакт. Руками подмял под себя Тэхёна, а после навис над безумно обескураженным парнем. — Я что-то не так сказал?.. — аккуратно поинтересовался омега, содрогнувшись от развития событий. — Т-с-с, — брюнет медленно провёл большим пальцем по губам, через несколько секунд проходя по нижней и легко оттягивая ее вниз. Двинулся ближе, нежно касаясь тыльной стороной руки по выраженной скуле, после чего за подбородок поднимая голову вверх. — Ты такой красивый, — искренне прошептал мужчина, — такой влекущий и соблазняющий. Тэхён покладисто смотрел снизу, ощущая слегка неприятную жгучесть между ягодиц. — Я бы взял тебя прямо на этом столе, Тэ, — прямолинейно промолвил на ухо Чонгук, коснувшись кончиком носа мочки, — я бы хотел это сделать, потому что невыносимо хочу тебя. Брюнет прошёлся языком по краям ушной раковины, тянуще проводя условную линию по шее. Доходя до приоткрытых ключиц, он слегка приоткрыл рот, всеми лёгкими вдыхая ярко выраженный карамельный запах. — Мне так хочется сделать тебя своим, — он одной рукой удерживал омегу за спину, который еле дышал, шумно вбирая кислород. Его невыносимо не хватало. Катастрофически. — Мне так хочется показать, кому ты принадлежишь. — Хочу ли я принадлежать тебе?.. — задумчивое вырвалось из уст омеги. Тэхён захотел поиграться, но вмиг сжался. Чонгук остановился. Заострил взгляд, устремив его в перепуганные глаза. Омега на секунду увидел в чёрных отблесках себя. Чертовски похож. Чертовски пугающе. — Хочешь ли ты? — Хочу. Тэхён без раздумий впился в чонгуковы губы, не выдерживая такой сказочной пытки. Не дал даже опомниться, как почувствовал жадную взаимную тягу. Знал, что Чонгук не даст ему передышки. Весь горел от такого властного и интенсивного поцелуя. Полностью расслабился, когда брюнет придавил его своим весом, заставляя окончательно лечь на спину и почувствовать деревянный твёрдый стол лопатками. Ты ничтожество. Тэхён сбавил обороты, когда в его мыслях пронеслись последние слова Ёнсу. А с ничтожеством так и поступают. Немного надавил на грудь, подавая знак остановиться. Альфа неохотно отстранился и застыл, увидев вмиг помрачневший взор на любимом личике. Аккуратно запустил руку в волосы, хватаясь за кудри и постепенно начиная массировать макушку. — Карамелька, ты чего? — ласково прозвучал брюнет. Тэхён устало прикрыл глаза. Я такой беспомощный. Жалкий. Я не заслуживаю его. — Прошу, — омега шёпотом обратился, — давай остановимся. — Я не планировал переходить к чему-то более серьезному, Тэ, — по-доброму пояснил Чонгук. Всё не так. Всё не то. Мы не готовы. Мы едва ли знаем друг друга. Наши чувства — это всего лишь спонтанный эмоциональный порыв. — Просто… — парень прикрыл глаза, — наши чувства — он зажмурил их до звёздочек, — это всего лишь спонтанный эмоциональный порыв. Чонгук удивился. Затем разозлился, сжав руки в кулаки. Но умело скрыл это. Мужчина догадывался, что это не истоки его испуга, это нечто глубже. То, что засело в душе парня, намертво запустив свои щупальца в самое сердце. Он оставил ласковый и короткий поцелуй на раскрасневшихся губах, а после плавно поднялся вместе с юношей. Увидел, как на лице у омеги промелькнула злость, вперемешку с обидой. — Слушай, — мужчина сразу нашёл выход из сложившейся ситуации, — тебе нравилось изучать химию в школе? — Немного, — парень со слабой улыбкой взглянул куда-то вбок. — Пойдём, я покажу тебе кое-что, — Чонгук подал руку вперёд. — Ты не спалишь тут всё? — кинул смешок кучерявый. — После такого опыта, как у меня, я спалю здесь всё разве что намеренно, — уточнил брюнет. Аккуратно спустив Тэхёна со стола, он крепко сжал руку младшего и повёл обратно в лабораторию. Его надо было отвлечь, а ещё попытаться понять. Ибо то, чем поделился с ним Чимин на днях, ввело в дикий ужас и замешательство. Этот человек глубоко травмирован, но Чонгук точно знает, что шансы на спасение ещё есть. И он их не упустит.

⸻

Судорожно хватая воздух, омега упал коленями на холодный деревянный пол. Напротив лежал его смартфон, по частям разлетевшийся от замаха отца. Родители так тяжело трудились, чтобы купить ему сенсорный телефон, а в итоге свой труд сами же и разбили. Слёзы капали на колени, оставляя после себя новые ожоги на нежных щечках. Тэхён не мог прекратить плакать. Не мог сдержать в себе печаль, обиду и злость. Они медленно душили его, оставляя фантомную странгуляционную линию. Дрожащими бледными руками он собрал до кучи мобильный аппарат, за который его долго дразнили в школе. Недостаточно новый выпуск. Такие модели устаревшие. Омега нервно вздёрнул плечами, когда в мыслях пробежались прошлые реплики одноклассников. Ну да, у тебя ведь всегда всё устаревшее. Ты ведь отсталое чмо. Подросток резко схватил рюкзак и выбежал на улицу, не предупредив отца, сидящего на кухне с чашкой успокоительного. Брови нахмурились, а сердце зашкалило. Ноздри раздувались от злости, а тело в буквальном смысле тряслось. Он быстрым шагом направился в нужную сторону, в то время как отец показался на крыльце, смотря вслед уходящему сыну. Его глаза залились кровью и на гневном выражении лица промелькнуло сожаление. Он обидел родного сына. Он предал и кинул его. И он себе этого никогда не простит. В то время, мальчишка добрался до самого ближайшего сервисного центра. Не оценив престиж и вероятные цены, Тэхён забежал во внутрь здания, подходя к стойке с несколькими альфами. Достав из кармана аппарат, он выложил его по частям и исподлобья чётко проговорил: — Сможете починить? Мужчины рядом несдержанно и неподобающе засмеялись, а когда омега перевёл на них злые опухшие глаза, то альфы вмиг заткнулись. Мастер серьезно осмотрел разбитый телефон, покрутив части в руках. — Думаю, что да, но… — Сколько? — бесцеремонно поинтересовался парень. — Мы берём пятьдесят долларов за это. Стекло восстановить дорого, лучше уж добавить и купить новый телефон. Парень сосредоточенно рылся в рюкзаке минуты две, находясь в полном молчании перед двумя бестактными клиентами и мастером, который с пониманием ожидал. Достав мятые купюры в руки, он пересчитал их несколько раз прежде, чем понял, что ему не хватает аж целых сорок долларов. Робко закинул побитый телефон себе в сумку и без колебаний молча вышел из сервисного центра. Дойдя до остановки, омеге хотелось лишь одного — умереть. Быстро и безболезненно. Но одного он желал больше. В последний раз увидеть папу.

⸻

Мужчина, закинув ноги на деревянный стол, смотрел как стрелка на часах постепенно приближается к пяти утра. Рядом уместился Хосок, сонно залипая в одну точку. Вокруг глаза и на скуле прорисовались синяки, образовавшиеся после кулаков Чонгука. — Когда он придёт? — раздраженно прозвучал Хосок. Ёнсу спокойно приподнял бровь. — Пока наши голубки не натрахаются в лаборатории, — спокойно пояснил альфа. — То есть пока они трахаются, мы сидим здесь? Хотя бы омежку притащил. Развлеклись бы перед делом. — Нам ведь не нужны лишние глаза и уши. Верно? — он ухмыльнулся, когда дверь приоткрылась. — Можно начинать. Он вернулся в свою комнату. — Джун где? — Я сделал всё так, как и просили, — уверенно проговорил вертухай, — он нас не беспокоит. Трое альф обменялись удовлетворенными улыбками. — Начинай, — полушёпотом кинул Ёнсу, вальяжно раскинувшись на кресле, — хочу, чтобы к восьми мальчишки здесь не было. Вертухай кратко кивнул и скрылся за дверью. — Чимин птичку приютил, — он сделал длительную тягу, — Чимин птичку и погубил, — мерзко засмеялся Ёнсу, выдохнув пар в пространство. Хосок лишь задумчиво коснулся подбородка. Неужели всё закончится так просто?

♱♱♱

В очередной раз он вернулся под утро. В очередной раз весь полыхал. Но от злости к себе. Омега уселся за стол, едва ли не потеряв равновесие и не свалившись на пол. Тэхён смотрел в зеркало напротив. Вглядывался в почерневшую душу через собственные глаза. Хотел узнать, кто он. Кем стал. В какое чудовище превратился. Он не верит, что его способны любить. Он не верит, что способен любить. Искренне, отдавая себя полностью. Умел ли он? Умел любить? Дверь плавно открылась. Тэхён испуганно повернул голову в сторону. Знакомый вертухай кивнул головой, подозвав к себе. Омега недоверчиво взглянул на спящих Юнги и Джина, а после на цыпочках подошёл ближе. — На выход, Пак Чимин тебя зовёт, — приказным тоном прозвучал Сунхи. — Что стряслось? — осторожно окинул его взглядом омега, интуитивно ощущая внутреннюю тревогу. — Сказал привести, — немного раздраженно ответил Сунхи, — без лишних слов. — Он уже принял смену? — уточнил кучерявый. — Конечно, уже почти пять утра. Он обычно в такое время приезжает, ты ж знаешь его, — тот прищурил глаза, а после отошёл вбок. — Давай на выход, Тэхён. Омега в последний раз взглянул на спящих сокамерников, после чего оказался в прохладном коридоре. Сразу поежился и после указаний вертухая направился прямо по коридору. Неприятное ощущение преследовало до самой лестничной площадки. Им надо было выйти на улицу и перейти в другой корпус. Чимин так бы не рисковал, но мальчишка знал, что тот принимает смены рано и имеет свойство вести утренние разговоры. Как было в их первую встречу. Спустился на первый этаж и остановился, не слыша звука тяжёлой ходьбы вертухая сзади. Медленно обернулся в сторону приглушенной лампочки и застыл, понимая, что от надзирателя и след простыл. В глазах резко потемнело, а воздух будто перекрыли. Парень рефлекторно схватился за шею, которую сдавливали с каждой секундой всё сильнее и сильнее. Лишали остатка кислорода. Силы. Парень выворачивался всем телом, пытаясь руками условно ухватиться за лицо его ката, которого подослали так подло. Со спины. Исподтишка. В глазах омеги на секунду промелькнули картинки из прошлого. Холод. В морге так холодно. Тэхён издал жалкий всхлип, после чего ему сильнее сжали веревку на шее, по прежнему закрывая глаза чем-то плотным. — Вы узнаете его? Воздух. — Узнаю, — на одном дыхании проронил омега, осматривая своего папу. Его не хватает. Без признаков жизни. Омега судорожно потянулся рукой к щиколотке. Руки в крови. Парень схватился за заточенную вилку. Ты хочешь, чтобы они снова были в крови. Судорожная тряска пронзила его тело. Либо я, либо меня. Замахнувшись назад, омега резко нанес слепой удар рукой. Один. Но меткий. Его шею моментально освободили, от чего парень свалился коленями на бетонные ступеньки. Жадно хватая кислород, Тэхён услышал грохот со стороны спины. Делая глубокие и быстрые вдохи, он ощущал жжение в горле. Громко и несдержанно закашлялся, улавливая нотки рвотного рефлекса. Развернувшись к своему кату, держась за собственную шею, омега моментально прищурился, увидев как из шеи незнакомца хлещет кровь. Из самой сонной артерии. Парень от ужаса считает секунды, прослеживая как тело обидчика постепенно обмякает, а ноги дёргаются в конвульсиях. Глаза того широко выпучены. Они успевают перед смертью словить взгляд суженных перепуганных зрачков. На пятнадцатой секунде веки ката перестают двигаться, а в мыслях омеги звучит: — Я снова убил. — Я снова стал убийцей, — в голос. Буквально через минуту сюда слетаются вертухаи. Чимин смотрит то на Тэхёна, который облокотился головой о стену, умостившись на ступенях возле бездыханного тела, то на труп одного из надзирателей. Придерживая ладонями шею, омега з опущенными глазами выходит на улицу под сопровождение двух вертухаев Чимина. Его ведут очередной ад. В карцер.

♱♱♱

Считанные минуты. Считанные часы. К омеге не заходили уже несколько часов. По его предположениям, ютиться на неудобном матрасе приходится уже третий час. Руки в крови. В чужой крови. Он всё-таки успел перед приходом вертухаев пощупать его пульс. Убедится, что он стал убийцей дважды. Ты ничтожество. Омега уткнулся носом в тухлый матрас. А с ничтожеством так и поступают. Ему противно от себя. От ужаса внутри себя. От того, что он так долго пытался предотвратить. Его кормили жутью, ненавистью и злобой все школьные года. Насильно засовывали ложку за ложкой как невкусную кашу малышу. Но с другой стороны — его хотели убить. Хотели забрать жизнь, на которую он и так не заслуживает. Забрать, чтобы больше не мучался. Не скитался со стороны в сторону как безоружный воин по минному полю. Дверь открылась. В карцер зашёл помощник Чимина. Парень всё понял, но подняться не мог. Мышцы ныли, а голова превратилась в камень. Он не мог поднять ее из-за невероятно тянущей боли в области шейных позвонков. Вертухай подошёл ближе. Тэхён узнал в лице Намджуна, который рано утром сопроводил его в камеру. Куда же он пропал потом? Мужчина присел на корты перед скрутившимся омегой и аккуратно подхватил того за плечи. Помог подняться на ноги, придерживая, чтобы тот не свалился на сырой бетон. — Идти сможешь? — спокойно уточнил альфа. Кучерявый держался за плечо Джуна, с трудом преодолевая уже знакомый подвальный коридор. Чудом, они поднялись на второй этаж. — Дальше сам, — приоткрывая дверцу кабинета, Джун впустил его во внутрь, а сам остался в коридоре. Омега приметил Чимина, стоящего возле окна. Уже был готов к яростному порыву, продумывая защитные доводы, но как только альфа увидел ослабшего Тэхёна, то в сию минуту приблизился, положив руки на плечи. — Тэхён, прости, — он придерживал его за плечи, заглядывая прямо в глаза. — Мне надо было замести следы, чтобы никто ничего не заподозрил. Парень застыл, в то время как Чимин скользил по его красно синей линии на шее, и нет, это не взгляд альфы на омегу. Это отцовский или братский взгляд. Заботливый и чересчур обеспокоенный. — Послушай, тебе надо в стационар, он мог повредить тебе… — мужчина не успел пальцами коснуться болезненного следа, как из уст омеги вырвалось нервное: — Что произошло? — глаза Тэхёна пылали злостью. — Почему ты позвал меня, а в итоге, меня чуть не грохнули? Что за чертовщина? Я опять замарал руки, они опять в крови, — омега показательно поднял запачканные кровью ладони. — Ты решил меня как и Ёнсу подставить? Мужчина быстро моргал, бегая глазами по отчужденному лицу омеги. Не видел в глазах больше доверия. Не чувствовал того ехидного тона, как в первый раз. — Тэхён, в этом нет моей вины. Тебя хотели убить. — Ёнсу? — подхватил омега. — Думаю, что да. Больше некому. Послушай, сейчас мы сделали всё возможное, мы замели следы, тело увезли, видео из камеры наблюдения нет. По крайней мере, в общем доступе точно. — Как это в общем доступе? — сразу уточнил омега, а Чимин приблизился к нему ещё ближе. — Кто тебя позвал? Что тебе сказали? — Сунхи, — омега пробежался по задумчивым глазам вертухая. — Он сказал, что ты позвал меня к себе. — Чёртов предатель, — тихо прорычал Чимин, а после собрался. — Хорошо, мы с ним разберёмся. Сейчас очень важно пропасть на пару дней, пусть они подумают, что тебя удалось убить. И пока они будут искать твоего убийцу и тебя, мы сможем что-то предпринять… — Чимин, я убил человека, — перебил его омега, тяжело выдохнув. — Я убил снова, — он ткнул в свою грудь пальцем, — на моих руках чужая кровь, а ты мне предлагаешь… — Т-с-с, — успокоил его вертухай, взяв за плечи и слегка сжав их, — ты напрягся. Тебе нужен отдых, знаешь, он очень полезен иногда, — вертухай незаметно протянул руку к загривку, моментально нащупав нужную точку и надавив на нее. Омега потерял сознание, свалившись прямо в руки вертухаю. — Тише, тише, — Чимин придерживал мальчишку, нашептывая на ухо. — Джун, заходи. Вертухай оперативно зашёл в кабинет, ловко подхватывая омегу и поднимая на руки. — Неси его в пятнадцатую палату, с врачом я договорился. Чимин, будто старший брат, бережно поправил тому кучерявую прядь. — Будь осторожен. Ладно? — Неужели вы?.. — слабо улыбнулся вечно хмурый Намджун. — Нет, — сразу предупредил вертухай. — Нет, Джун. Эта свалившаяся драгоценность не для меня, точнее, не я ей распоряжаюсь. Ею никто не может распоряжаться. — Даже Чонгук? — тот ухмыльнулся. В кабинете повисла пауза. — Думаю, что даже ему не подвластна. Этот парень, он, — мужчина осмотрел невинное личико, — он непростой. Никому и никогда не удастся его под себя подмять, боюсь, что это его и погубит. — О чем вы?.. — растерянно спросил Джун. Мужчина замолчал. Отвёл взгляд к окну и медленно подошёл к нему. — Неси его, пусть выспится. Намджун ещё пару минут сверлил одну точку взглядом, после чего аккуратно вышел в коридор. Омегу нёс как настоящую хрупкую драгоценность. Не мог не донести. Не мог покалечить.

♱♱♱

Проснувшись после короткого сна, омега ещё долгое время пробыл в замешательстве. Тэхён остался один. К нему никто так и не наведался за всё утро. Единственным спасением оставалось обезболивающее, которое дал ему Джун. Окна были чересчур большими, а решётка за ними ещё больше. Он выглядывал на улицу, рассматривая огромные широкие поля и пасмурное небо. Изредка слышал шаги в коридоре медкорпуса. Палата была будто пропитана спиртом, от чего через пару часов он перестал его улавливать обонятельными рецепторами. Шейные позвонки невыносимо болели, что даже когда он ровно лежал на подушке, тело будто само по себе выворачивалось от боли. Парню хотелось волшебных таблеток, спрятанных у него в комнате. В мире галлюциногена не было боли, не было печали. Даже радости не было. Простое человеческое сердце превращалось в каменное. Судорожно смывая кровь на руках, омега смотрел на отражение в зеркале. Омега прикрыл глаза, вспоминая утренние кадры. Слёзы капали одна за одной, а по чистой раковине стекали кровавые струи. На секунду показалось, что это обычная детская акварель. Но нет. Это была человеческая кровь. Тэхён поднял руки перед собой, медленно покрутив в разные стороны. Кожа чистая, но будто покрытая плотной телесной плёнкой, за которой скрываются те же пятна. Он тёр ладони до боли, а кровь так и не отмывалась. И дело было в том, что руки его чисты до предела, просто душа закрыла своей чернотой любые надежды. Он убийца. Дверь плавно открылась и на пороге появился Чонгук. Мужчина молча смотрел на приподнявшегося на локти парня. Сердце заколотилось у двоих. Омега пустил первые слёзы, в то время как брюнет медленно надвигался к койке. Чонгук был сосредоточен на глазах. Зелёных. Он никогда не перестанет про них думать, потому что других и не видит. Присаживаясь на край и продавливая своим весом матрас, брюнет потянулся к щеке, прослеживая за горестной тэхёновой слезой. Омега резко перехватил запястье, сжимая его со всей силы. Чонгук лишь дернул бровью, остановившись. — Уходи, — почти беззвучно всхлипнул Тэхён, оставляя на запястье у альфы едва красные следы, которые вмиг исчезли. — Я не уйду, — уверенно и четко. Чонгук глазами пробежался по линии на шее у парня и потянулся второй свободной рукой. Тэхён успел перехватить вторую руку, не разрешая к себе дотрагиваться. — Я сказал, уходи, — пытаясь злобно звучать, он взглядом молил остаться. Брюнет лишь слабо кивнул, рассматривая дрожащие тэхёновы губы. — Я не хочу, чтобы ты был со мной. Не хочу, — сжимая челюсти, омега попытался со всей силы оттолкнуть альфу, но тот уверенно, сквозь сопротивление, медленно наклонялся к нему. Омега расплакался, из последних сил выдерживая на расстоянии брюнета. — Я убийца, понимаешь? Убийца я, — он резко приблизился к лицу альфы, эмоционально шепотом выговаривая свои мысли. — Со мной невыносимо, — он захлёбывался в слезах, понимая, что потерял контроль и его руки оказались в руках Чонгука, — я не заслуживаю… — Это я тебя не заслуживаю, — строго перебил его Чонгук, вперемешку со злобой и тягой к парню. Одновременно со словами притянул к себе впритык, замечая как тот молча застыл. Омега моментально сжался. — Это я не стою и капли твоих слёз, — рычал прямо в лицо Чонгук, мягко и бережно удерживая в своих руках, — потому что обещал защитить, — пауза и промелькнувшее сожаление во взгляде, — и не смог. — Прошу, просто уйди… — опуская взгляд на сжатые чонгуковы губы, юноша слабо и неуверенно повторил свои слова. — Просто заткнись, — рыкнул альфа и впился резким поцелуем в мокрые тэхёновы губы. Омега секундно замычал, рефлекторно обхватывая руками шею альфы. Мужчина аккуратно уложил его на спину, нависая сверху и удерживая возле себя. С грубого поцелуя он перешёл в более спокойный и нежный, ощущая как Тэхён полностью расслабился под ним. Постепенно останавливаясь, Чонгук оставил последний лёгкий чмок, далеко не отстраняясь от лица. — Я не хочу больше слышать подобных слов, — шептал брюнет, заостряя свой взгляд на лице Тэхёна, — не хочу. Ты мой омега, — мужчина выдержал паузу, замечая как зрачки кучерявого медленно увеличились, — я хочу тебя оберегать. — Я его убил… — Ты защищал себя, — строго перебил мягкий шепот альфа. — Чёрт, ты мог умереть, Тэ, — оставляя ещё один легкий поцелуй на кончике носа, он уткнулся лбом в лоб Тэхёна, — прошу, не неси на себе это грязное бремя. Оно не твоё. — А чьё же? — нервно выдохнул омега. — Моё, — едва ли слышное вырвалось из уст альфы, в то время как в палату внезапно зашли. Альфа и омега синхронно повернули голову в сторону двери, не спеша отстраняться друг от друга. Чимин прищурено взглянул на них, запирая дверь на замок. — Я же говорил, что если поймаю, то очень разозлюсь, — кинул лёгкий смешок вертухай, беря в руки стул и подставляя напротив кровати. Чонгук аккуратно взял омежью руку в свою, выпрямляясь в спине и тихо приказывая: — Лежи. Оставаясь рядышком, он с трудом перевёл взгляд на Чимина, усевшегося на стул. — Ты ведь знаешь, что я не только хороший химик, Чимин, — раздраженно обратился брюнет. — Знаю, и поэтому в этот раз я разрешаю отомстить, — он по-отцовски взглянул на омегу, — но для начала, нам надо разобраться, что сегодня произошло утром. Альфы перевели взгляд на омегу. Чонгук аккуратно поглаживал большим пальцем ладонь, а Чимин заботливо наблюдал со стороны. — Я знаю, что после вашей встречи, тебя отвёл обратно Намджун, а после его заманил Сунхи и запер в кладовке. Потом, как ты сказал, Сунхи позвал тебя. — Да, он сказал, что ты хочешь со мной поговорить, — подхватил Тэхён. — Значит предатель Сунхи, — заключил Чимин. — Только он пропал, — уточнил Чонгук, уловив во взгляде Тэхёна тревогу. — Думаю, что где-то прячут, — предположил Чимин, — как свидетеля, чтобы дать ложные показания. Чонгук задумался, а омега неуверенно выдал: — Я думаю, что его убьют в ближайшие дни. Вопрос лишь времени. Альфы задумчиво взглянули. — С чего такие выводы? — поинтересовался Чимин. Тэхён на мгновение замолчал. — Это очевидно. Сами подумайте, того, кого они подослали меня убить, они не найдут. Они могут лишь предположить, что он мёртв. Но и моего тела тоже нигде нет. — Ты хочешь сказать, что они попытаются использовать Сунхи как свидетеля? — Конечно. Только у них ничего не получится, — подхватил следом Чонгук, — трупа уже давно нет. — А значит… — Чимин взялся за подбородок. — А значит следом они убьют Сунхи, как ненужного свидетеля, — повторил Тэхён. — В запасе у нас пару дней, — уточнил Чимин. — За это время мы должны быть осторожны, Тэхёна не должны найти. Чонгук сжал свободную руку в кулак. — Здесь опасно его держать. — Я уже сказал своей бригаде, что Тэхён повредил ногу и его отвезли в центральную больницу для преступников, но только ближние знают, что он остался здесь. — Значит в карцер? — уточнил омега. — Нет, — слабо кивнул головой мужчина, хитро улыбаясь. — Шавки Ёнсу повсюду, а это значит… Чонгук заострил внимание на Чимине, потому что ему было важно, чтобы тот послушался его слов. Ведь то, что должен сказать сейчас Чимин, абсолютная заслуга брюнета. — Ты проведёшь два дня на воле, Тэхён, — с выдохом проговорил вертухай. Тэхён застыл, в то время как Чонгук расслабился. Он смог добиться своего. Смог уберечь своего омегу на время величайшей опасности.