Смертельный брак

— Булл, для чего тебе пистолет? Зачем тебе на нашем первом свидании пистолет? От кого ты собираешься защищаться? — Кольт с трудом остановил поток вопросов, хотя в голове их становилось только больше. «Он убивал? Ему есть, кого убить? Он собирается убить меня?» — на задворках сознания горела мысль о второй поправке, но у потенциального партнера в иерархии сознания Кольта не было места оружию. Он во все глаза таращился на мужчину, держа пистолет в руках. Он был тяжелый, угрожающий и, кажется, становился еще холоднее в его оледеневших пальцах. Возбуждение испарилось. Вино выветрилось. Тяжелое осознание пало на плечи непосильным грузом. Булл, будто не волнуясь, сохранял молчание. Необычно для ситуации теплыми руками он мягко забрал пистолет, отбрасывая на сидение, и полностью обхватил ладони Кольта своими, пытаясь окутать спокойствием, а тот сопротивлялся, но так слабо, что это едва ли можно было заметить. Далеко не любой человек на его месте сообразил бы, что делать, да и что вообще думать. Не каждый день сталкиваешься с оружием. И не всякий раз это оружие принадлежит твоему фавориту. — Я никого не убивал, не собирался и никогда не убью. Понимаю, я могу создавать неоднозначное впечатление, но, уверяю, никогда. Успокойся, — вкрадчиво, будто ребенку, объяснял Булл, смекнув, к чему ведет рыжий. Ошеломленный, Кольт не понимал смысл слов, слышал только обрывки, которые не хотели собираться в осмысленное предложение. Снова все пошло не по плану, снова Судьба пытается послать ему знак, пытается достучаться до глупого маленького Кольта, что этот мужчина — не тот, кто ему нужен, не его родственная душа, не тот, кого он себе напридумывал, так старательно усаживая розовые очки на нос. А он не замечал, глупо радуясь, когда появляется возможность прыгнуть на мужчину. Каким же неотесанным дураком он себя чувствует. Пока Кольт таращился на Булла, его посетила мысль, что, скорее всего, он придавал этому излишнее значение. Тот же был, как ледник, спокоен и непоколебим. — Правда? Тогда зачем он тебе? — не унимался Кольт. — Согласно второй поправке конституции нашей страны, я имею право хранить оружие. А вообще, если тебе интересно, я в тир хожу. — Банально, я уже подумал об этом — рыжий усмехнулся этой дурости. Такой отговоркой его точно не проймешь. — Ты как всегда прочитал меня, как открытую книгу. Попробуй тоже сходить в тир, тебе понравится, — Булл не позволял себе сбавить обороты, настаивая на своем. — Да я вообще против оружия! Как ты не понимаешь? Булл платонически сжал парня, обнимая всем телом, стараясь успокоить тремор тихим и строгим голосом: — Ты же знаешь, какой у тебя длинный язык. Неужели так тяжело понять, что у людей на уме сегодня черти-что? Я ношу пистолет, чтобы защитить тебя, — обыденно выдал он. — Меня?.. — Да, Кольт, тебя. Ты часто нарываешься на неприятности, даже не замечая этого за собой, — выдержав паузу, Булл продолжил. — Не хочу, чтобы кто-то тебя ранил. Кольт высвободился из тисков его объятий, чтобы прижаться к щеке губами и оставить соленый поцелуй, мокрый из-за слез. Он не замечал за собой ничего подобного, но с этого дня пообещал себе стать потише. А то вдруг Буллу и правда придется его защищать. Это забавило Булла — насколько доверчив был его амант. Как он богат на эмоции и не скупится показывать их, а мужчина слишком долго этого ждал и теперь наслаждался каждой победоносной секундой этого зрелища, наслаждался своим триумфом над сердцем Кольта. Несмотря на это, Бланко был расстроен, что в очередной раз какая-то глупая мелочь встала между ним и вожделенным телом. Зато, когда Кольт окажется в его руках целиком и полностью — выбраться из отношений ему будет непросто. Такого, как Кольт, он никогда не отпустит. Освещаемый прожекторами со спины, Кольт был подобен ангелу своей сияющей кожей. Не хватает только нимба над головой. Кончики рыжих волос будто пламенели, прозрачные волосы на лице подсвечивались. Его хотелось съесть, как мягкий сочный персик. В эту секунду Булл постарался сморгнуть наваждение, концентрируясь на Кольте. У парня же в голове был туман, и единственный ориентир из дебрей, через которые он тщетно пытался пробраться весь день, — лицо Булла. Кольт искренне хотел ему доверять. Булл был мужчиной, чье слово имело вес. Если он сказал, что влюблен, сказал, что будет защищать, значит это правда. Уверовавши в добродетели Булла, Кольт погружался в теплую негу, исходящую от мужчины. Вскоре веки его потяжелели и он осознал, что, несмотря ни на что, он уже был готов спать в его машине далеко от дома, лапками вверх. Серое вещество упрямо советовало быть осторожнее, наблюдать, ждать. Они возвращались в тишине, Кольт делал вид, что дремлет, избегая разговоров: рот не открывался из-за в одночасье навалившейся усталости. Он был полностью отрешен от мира, погруженный в собственный. Все происходящее походило на кошмар, и Кольт не смог бы проснуться, даже если бы очень захотел. Все казалось таким искусственным, будто прописанным ранее сценарием, ускоренным вдвое. Все надежды были лишь на то, что, войдя наутро в свой кабинет, он все же смог бы проснуться. Оглянуться назад и понять, что этого никогда не существовало. Он не был влюблен в своего начальника, не было никакого пистолета, не было никакого раскрытия душ, не было доверия, а значит, не было и неуверенности, не было бы ничего, что связывало их друг с другом. Ничего, кроме работы. Мысли Булла темнели, подобно ночному небу города Ангелов над их головами. Не разбирая дороги он копался в собственных планах. Опять не удалось сделать все без ошибок. Как можно было так облажаться? За рабочую неделю необходимо все исправить. Кольт все еще делал вид, что спит, а Булл все еще притворялся, что верит в это. Руки сжались на руле до побеления костяшек. Поправив зеркало заднего вида, он пробежался взглядом по отсветам на лице парня. С каких пор Булл принимал поражение? Может и в эту ночь получилось бы все изменить? Резкий поворот — они ехали к нему домой. Раз уж он играл по правилам игры, которую придумал Кольт, то у спящих мнения не спрашивают. Рыжий заворочался, осознавая, что не узнает местность за окном. Все еще не показал, что бодрствует? Хорошо. Придется подождать в машине, пока Булл, прихватив пушку, сходил бы в единственный открытый такой поздней ночью магазин в округе: спасибо русским. Что он взял? Две бутылки хорошего виски — он же не хотел отравить парня — разумеется, с колой зеро в придачу. Веревка, на случай попытки побега, две упаковки свеч, на случай, если все пошло бы гладко, анальгин, нашатырь, бутылка воды, ведро, три новых полотенца. Да, еще зубная щетка, сигареты, которые постоянно курил Кольт. На кассе крошечная блондинка встрепенулась, когда заметила надвигающегося бесноватого Булла с огромной тележкой странных вещей. Не заглядывая в черные глаза мужчины, она быстро пробила товары и озвучила цену. — Еще два черных пакета. Непрозрачных. Захлопывая дверь нарочито громко, Булл сел за руль и, не обращая на Кольта своего внимания, нажал на газ. — Долго еще до моего дома ехать? — будто сквозь толщу воды услышал мужчина знакомый голос. — Недолго, — не узнавая себя, ответил глухо Булл. *** Брюнет заглушил машину возле своей виллы и повернулся в сторону Кольта, разглядывая умиротворенное лицо. — Приехали, выходи из машины, — безэмоционально выдал он. — Это не мой дом, — не меняя положения, грустно откликнулся Кольт. — Ты соврал, что не собираешься убить меня? — Не соврал, но я хочу, чтобы ты провел эту ночь со мной. «Если для этого придется приложить дуло к твоему виску — я не побоюсь это сделать,» — хотелось добавить к реплике Буллу, но он испуганно всмотрелся в смирившееся лицо партнера и не сумел выдавить из себя эти слова. — Извини, что так. Ты и так понял, что мне тяжело объяснять свои чувства, — вместо этого буркнул он. — Да, понял, — от безвыходности выдохнул Кольт, открывая дверь машины. *** Утро понедельника Парни сидели на задних креслах в такси в напряженной тишине. В офис они вошли вместе, но, будто совершенно незнакомые люди, разбежались по своим кабинетам. У обоих головы трещали по швам, а Булл, ко всему прочему, еще и не помнил, что было прошлой ночью. Обрывками появлялись кадры и сразу пропадали: он купил веревку, алкоголь, что-то еще, привез Кольта в свой дом, разделся, они лежали на ковре в гостиной, проснулись голые в кровати… Все как в тумане. Булл умирал одновременно от желания излечиться от похмелья, никогда ничего не знать о вчерашнем вечере и узнать все до мельчайших подробностей. Но для осуществления последнего пункта необходим Кольт. Он либо свидетель, либо соучастник, либо… жертва. Нужно было срочно с ним поговорить, но как же стыдно даже думать об адвокате, так стремительно убежавшего от него. Может, ему тоже было стыдно? Идеально, если он, как и Булл, ничего не помнил. Или это плохо? Как тогда докопаться до истины? Спустя несколько часов, когда все сотрудники сонными кучками плелись кто в буфет, кто в кафетерий, Булл перехватил Кольта, выходящего из кабинета, за руку и потащил к себе, воровато озираясь. — Булл, что опять происходит?! Я голодный! — скрещивая руки на груди, парень сел за рабочий стол директора и стал ерзать на черном кожаном кресле. — Кольт, не мог бы ты… рассказать, чем вчера закончилось наше свидание? — вкрадчиво начал мужчина. — А, так ты ничего не помнишь? А корпоратив помнишь? — он покрутился в кресле медленно из стороны в сторону, заинтересованный. — Смутно, — признался Булл. — Превосходно, — Кольт остановился, положил локти на стол и сложил пальцы домиком, внимательно разглядывая провинившегося мужчину. — Я могу сказать тебе любую версию, и ты в нее поверишь, правильно я понимаю? — Нет, я вспомню, когда ты расскажешь. И я надеялся, что врать ты мне не станешь, — он улыбнулся своей обаятельной красивой улыбкой, в надежде задобрить. — Хорошо, я не буду врать тебе и подменять факты, но за это я требую выслушать меня целиком, не перебивая, — отзеркалил улыбку Кольт. — О чем вообще речь, договорились! — Булл посчитал сделку неравноценной и развесил уши, довольный. — И еще одно желание. — Хорошо, какое? — Потом загадаю. Уже вспомнил что-нибудь? — Ты же ничего не расска… — в голове вспыхнуло, как они играли в желания и правду или действие. — Вспомнил, да. — Замечательно. Если кратко… — Можно подробно? — прервал Булл. — Я просил не перебивать меня, — глаза брюнета наполнились мольбой и сожалением. — Но, так уж и быть, единственную поблажку сделаю. Кольт встал с кресла руководителя, жестом приглашая его заменить, сам облокачиваясь бедрами на стол. — Мы подъезжали к тебе, но ты вышел раньше и купил много странных товаров в круглосуточном русском магазине. Спойлер: я знаю, что именно ты купил. Только ты сел на водительское, как откупорил виски и начал пить из горла. На пороге дома ты упал, чуть не разбив нос, но все обошлось, и я последовал за тобой, ожидая жестокой участи — выглядел и вел ты себя так, будто собираешься изнасиловать и убить меня, а может в обратном порядке, но точно что-то нездоровое. В общем, до второго этажа ты не добрался, остался сидеть на ступенях и бубнить что-то про то, какой ты мудак и как тебе стыдно, мне, соответственно, стало жалко. На тот момент в бутылке оставалось уже около половины, так что связывал слова ты с трудом, а двигался еще хуже. Я, как добропорядочный гражданин, занес пакеты, которые ты бросил у открытой входной двери, в дом и начал их распаковывать. Могу предположить, что веревка нужна была тебе для того, чтобы развесить мокрое белье, либо ты в тайне занимаешься профессиональным узловязанием или макраме — выбирай отговорку на свой вкус, но правду не говори. Не хочу разочароваться в тебе. В общем, как я разобрал твои покупки и вернулся, на ступенях тебя уже не было, а бутылку я нашел пустой по дороге в ванную. Тебя обнаружил блюющем, соответственно, в ванную. Прямо в ванную, не в унитаз или раковину, в ванную. Даже говорить, что я думаю на этот счет, не стану. Я дожидался, когда ты выйдешь, но ты начал отмывать заблеванное, а затем чистить зубы, поэтому ждать пришлось долго. И да, я подглядывал. На выходе из комнаты ты сразу схватил меня и начал целовать, поэтому сколько точно времени прошло я сказать не смогу, но могу предположить, что довольно долго, потому что очнулся я уже в гостиной на диване, полностью прижатый тобой. Поло на тебе уже не было, не знаю, когда успел снять. Ты заметил, что я почти трезвый, в отличие от тебя, и открыл новую бутылку. Сначала ты приказал пить по твоему подобию из горла, причем на слабо целиком всю бутылку. Естественно, я не согласился и смешал с колой — выпить в целом я был не против. Мы обсуждали, как глупо вышло, что мы просралиабсолютно весь фильм, когда ты вдруг утек с дивана на пол, а затем перекатился на ковер. Помню, проверил тогда время: было ровно два часа ночи. Ты позвал меня к себе, аргументируя тем, что ковер безумно мягкий и приятный. В целом да, могу согласиться. Когда я хорошо поднабрался, мы общими усилиями пришли к выводу, что нужно во что-то поиграть. Угадай, что предложил ты? Правильно, бутылочку, — Кольт многозначительно закатил глаза. — Неважно. В общем, выбор пал на карты, но после второго кона тебе надоело, и ты вспомнил про правду или действие. Сначала ты мне рассказал пару фактов, которые я утаю для себя и подло ими воспользуюсь, когда ты не будешь ожидать. Про свои ответы я не переживаю, потому что ты ничего не помнишь, да и фантазия тогда покинула тебя настолько, что в какой-то момент ты задал вопрос «как тебя зовут?». Проехали. В общем, все перетекло тупо в игру в желания, поскольку выдумывать вопросы под конец бутылки надоело даже мне. Тогда я и пожелал тебе продемонстрировать интимный пирсинг, на что ты согласился с огромным удовольствием и рвением. Хорошо. В целом, ничего криминального не случилось, кроме того, что ты решил не надевать штаны обратно и продолжил сидеть голым, будто так и надо. Вскоре, мы пошли спать, ты бодренько пробежался наверх и отрубился почти сразу. Мне же пришлось поворочаться, а одежду я снимал частями, когда задыхался от нее и просыпался. Не заметил, как остался совсем без ничего. Будильники ставил тоже я, поэтому жду благодарности в самом лучшем виде, мистер Бланко. Все, можешь говорить, — выдохнул Кольт наконец, закончив свой рассказ. — И это все-все правда? — глаза Булла были похожи на два огромных метеорита, готовых врезаться в землю в самое ближайшее время. Парень довольно кивнул. — Пиздец. Кольт еще раз кивнул, пытаясь сдержать смех. — Полный пиздец. — Ну все, я пойду в кофейню? Еще осталось несколько минут до конца обеда. — Я с тобой, мне нужно покурить, — обреченно просипел Булл. *** — Кольт, скажи, у нас после корпоратива было… что-то? — вечером зашел в кабинет замдира Булл. — Нет, а что? — Кольт снял очки, переводя взгляд с ноутбука на руководителя. — Ты носишь очки? — Наследственное, — отмахнулся парень, снова вчитываясь в документ на экране. — Заказать тебе такси? Или… может, поужинаем вместе? — Булл переминался с ноги на ногу. — Думаю нет, мистер Бланко, у меня сегодня есть некоторые планы на вечер, — отрезал Кольт. — Я приготовлю сам, что захочешь, — настаивал Булл. Кольт хмыкнул и закрыл ноутбук, вновь разглядывая брюнета. — Ну хорошо, мистер Бланко, Вы нащупали струну, за которую можно дергать, чтобы мной манипулировать.