О каплях пролитой крови.

      

Холод пробирает до костей. Неудачу испытает наш герой. Смерть в виде непрошенных гостей Впустит он к себе домой. Мы не будем сострадать ему. Будем также ледяны. И погрузиться герой во тьму — Ждать прихода девицы-весны. Чуть позже нам вернётся всё. Но мы будем более чем одиноки. Так сбереги же меня до весны! Уж если твои чувства так глубоки.

      Хогвартс — былой дом. Раньше здесь было тепло, уютно. Раньше.       — Гойл! — девушка заливалась слезами. — Пойдём уже! Пожалуйста…       — Нет! — парень на коленях сидел у могилы покойного Крэбба, зарываясь пальцами в ледяную землю. — Я никуда отсюда не уйду! Я знаю, что он не мёртв! Он жив! — он даже не оглядывался на остальных. А больно было всем. Драко вновь стоял в стороне: позже это станет обыденностью. Панси с отчаянием глянула в его сторону, ища поддержки, но в его глазах… Не было ничего? Он казался приведением. Девушка взглянула на Блейза, ловя на себе его взгляд. Она одними глазами попросила его помочь. — Отпусти меня, Забини! Я не уйду! — Блейзу пришлось силой оттаскивать Гойла, благо сил хватало. Забини вообще держался молодцом, хотя его родители не выбирали ни одну из сторон, поэтому он помогал остальным. Панси была ему очень благодарна.       — Панс, — к девушке подошёл Теодор и положил свою руку ей на плечо. — Иди к нему, пожалуйста. — парень кивнул в сторону Малфоя. — Помоги ему.       А Панси не знала как ему помочь. Она не знала как помочь самой себе, а Драко был самым трудным человеком в её жизни. Но она кивнула Нотту, чтобы тот ушёл вслед за Блейзом. Девушка судорожно выдохнула, чувствуя, как глаза щиплет из-за слёз.       — Панси? — Блейз вывел девушку из воспоминаний. — Всё в порядке? — она видела беспокойство в его глазах. Паркинсон хмыкнула и отвернула голову в другую сторону. В Большом Зале было пусто, не как обычно. Все ушли смотреть Квиддич. Кроме слизеринцев. Они не играли.       — Нашёл о чём спросить, болван. — девушка уткнулась в тарелку, делая вид, что там есть что-то жутко увлекательное увлекательное. Со стороны послышался вздох, а затем Блейз поднялся из-за стола, бросив мимолётный взгляд на сокурсницу. Парень покинул Зал, уходя в сторону гостиной. Панси подняла взгляд, видя за столом Когтеврана одиноко сидящую соседку по парте. Полумна Лавгуд. Та сидела за какой-то настольной игрой.       Оглядевшись, Паркинсон убедилась, что осталось всего около трёх человек, поэтому осторожными грациозными шагами она подошла к Полумне. Когтевранка не подняла головы, но в следующую секунду поздоровалась.       — Привет, Панси Паркинсон. — Лавгуд всё так же улыбалась, продолжая игру сама с собой. — Почему ты вновь сидишь одна? — так и хотелось по привычке ответить что-то вроде «не твоё дело!», встать и уйти. Но это будто бы была какая-то магия. Потому вместо очередной колкости Панси захотелось поговорить. Просто поговорить.       — Теперь мы все одни. — конечно же она имела в виду слизеринцев. — После смерти… — она запнулась, укутываясь в свои воспоминания.       — Он был… — Минерва стояла рядом с несколькими слизеринцами, которые пришли проведать могилу Снейпа. — Пожалуй, самым лучшим деканом. Вам очень повезло с ним. — очередные слёзы полились по щекам. Было ужасно больно.       — Когда от нас все отвернулись, — начала девушка. — Он защищал нас. Становился отцом нашей семьи. — Панси не смела поднять головы. Не смела показать свою слабость. Интересно было то, что для Драко он и правда был семьёй — он был его крёстным. Этого хватало более чем, чтобы окончательно сломать парня. Добить его.       Панси опять проснулась, вспоминая, что говорила. Но Полумна лишь продолжала играть.       — Ничего страшного, — девушка отвлеклась от игры. — Я понимаю вас. Профессор Снейп и вправду был хорошим учителем. — она взглянула на Панси, и в этот момент девушка почувствовала, будто её прочитали. Так легко. Панси уже хотела злиться и опять выпускать иголки, но поняла, что это было ни к чему, ведь Полумна ничего не сделала. Паркинсон подняла уголок губ.       — Знаешь, — девушка осмотрела когтевранку. — Ты странная, но с тобой так легко. — Полумна улыбнулась. Так… Искренне? Мурашки пошли по коже. Панси так давно не видела таких улыбок в свою сторону.

***

      Панси и Драко сидели в саду Мэнора. Малфой смотрел куда-то вниз, пока Панси что-то увлечённо рассказывала ему.       — Драко! — на очередной шум со стороны девочки Малфой оглянулся. — А если мы в прошлой жизни были богами? — она широко улыбалась, явно ожидая хоть какого-нибудь ответа. Драко скривил рот.       — Не неси чушь. — мальчик отвернулся обратно. — С чего бы это?       — Ну, мы же волшебники. — Панси сдвинула брови к носу. — А ещё чистокровные. Тее не хватает этого?       — Нет. — он выдохнул, недовольно глядя на Панси. — откуда ты вообще берёшь это всё?       — В отличии от тебя, Драко, — девушка сердилась. — Я хотя бы думать не разучилась.       — Если мечтательные бредни можно назвать чем-то, о чём могут думать — поздравляю, Паркинсон, ты дура. — парень взмахнул рукой, как бы приказывая уйти. Но это Паркинсон. Она его так просто не оставит.       — Придурок, во что ты себя превратил? — Панси сделала ещё пару шагов к нему, доставая палочку. — Только посмотри на себя! Ты уже не отступаешь, ты стал самым настоящим трусом! Ты боишься кучки безмозглых гриффиндорцев? — она шагнула, находясь в паре сантиметров от Драко. — Трус. Слабак.       — Не смей… — Малфой резко достал палочку, делая шаг назад, выкидывая руку с ней вперёд. — Ты даже не осознаёшь, о чём говоришь. У самой ни единого намёка ни на мозг, ни на хоть какое-то будущее. С таким то характером.       — Оглохни!       — Протего! — Малфой сделал шаг назад, но палочку не убрал. Панси отскочила и нацепила кривую усмешку.       — Ну же, Драко, — девушка оказалась ещё ближе. — Докажи, что у тебя есть будущее! — она сделала акцент на слове «тебя». — Докажи, что ты не трус! Эверте Статум!       — Протего! — Драко нахмурился. Он не собирался сражаться с Панси. — Экспеллиармус!       — Редукто! — Паркинсон начала двигаться вперёд.       — Протего Дуо! Паркинсон, я не собираюсь сражаться. — Драко развернулся и быстрым шагом удалился из коридора, оставляя Панси одну. На щеках снова появились солёные капли, которые быстро бежали вниз. Кажется, Панси уже опоздала на урок.

***

      Ветер декабря не согревал, как и всё остальное в этом мире. Панси помнила каждый промах, каждую неудачу, но это тепло приходилось хранить чуть ли не в крестражах. От него будто бы зависела жизнь Панси. Потому находясь в Хогсмиде она старалась впитать эту уютную атмосферу. Все веселятся, выпивают, болтают и шутят. Девушка сидела одна, впрочем, как обычно — она же слизеринка, дочка пожирателя смерти, воевавшая на тёмной стороне. Если этих фактов не хватает, чтобы описать всё отвращение, которое испытывали окружающие, то можно дополнить это скверным характером.       Неожиданно для девушки к ней подсел сокурсник: Блейз Забини. Пожалуй, единственный, кто хотя бы немного заботился о Панси. Он сел напротив, на стол ставя стакан чая. Было странно, что парень умел пить то, что не умело гореть. Паркинсон усмехнулась с подобной шутки у себя в голове.       — Забини, ты можешь быть тише? — Панси обернулась и недовольно оглядела его. — Если ты разобьёшь хоть одну… — она угрожающе заглянула парню в глаза. Тот выгнул бровь и рассмеялся над выражением лица Панси. — Чего ты смеёшься? Мы еле это достали! — речь шла о нескольких бутылках огневиски.       — Чего вы там отстали? — из-за угла показалась голова Малфоя. — Побыстрее.       Паркинсон и Забини переглянулись и быстро прошмыгнули за Драко. Они собирались в кабинете астрономии, собираясь устроить небольшую тусовку. Вместе с ними были ещё и Теодор и Дафна. Добравшись без приключений, они заперли дверь заклинанием, открывая те три бутылки алкоголя.       — Забини! — рассмеялась Дафна. — Ты куда столько пьёшь? Мы тебя не донесём обратно! — Блейз хмыкнул, отрывая бутылку от горла. Драко усмехнулся, смотря на Панси, как бы договариваясь с ней глазами. Они в один миг взяли стаканы и осушили в один миг, успевая поморщиться от вкуса. Дафна оглядела их двоих с возмущённым и дружеским «Эй!».       — Панси? — Блейз вернул её в реальность. За сегодня слишком много человек успели это сделать. Стоп, всего два. Опять Блейз. Панси закатила глаза, в следующую секунду отпивая свой чай, не отрывая взгляда от сокурсника, как бы говоря «Я тебя слушаю». — Хотел спросить тебя. Не хочешь сходить со мной в Писарро? Мне нужно купить себе новоё перо.       Паркинсон вновь застыла, начиная вспоминать, как на третьем курсе она с Драко разнесла половину этого магазинчика. Тогда их с Малфоем заставили драить все котлы в кабинете зельеварения, но им было настолько весело, что по итогу эти двое просто просидели на партах всё время наказания. Снейп решил ничего не делать с ними, сделав вид, якобы он не заметил, что ничего не изменилось.       Хватит на сегодня воспоминаний.       — Больно надо, Забини. — девушка вновь отпила чай, на этот раз делая вид, что ей абсолютно всё равно. Блейз вздохнул.       — От дружка своего набралась? — он сощурил глаза, рассматривая постепенно краснеющие щёки от злости на лице Панси. Девушка громко поставила кружку с чаем, грозно глядя в глаза Блейза. Парень вроде бы был вполне спокойным, но он не мог сдерживать свою обиду. Да, кажется, ему было обидно. — Проблема в том, что ему на тебя абсолютно плевать, Панси. Пойми это наконец.       Девушка быстро поднялась из-за стола, смотря куда-то на его поверхность. Брови были сдвинуты к носу, а рука лежала на кармане с палочкой. Забини усмехнулся.       — Давай, Панс, вперёд! — он вскинул руки в стороны, нервно улыбаясь. — Что сделаешь? Заставишь меня гореть или же сразу перейдёшь к непростительным? Или окончательно потеряешь всех, кто тебе дорог? — Блейз выдохнул, прекращая свою скороговорку. — Как Малфой.       — Не смей. — она подняла глаза на него, от чего Забини вздрогнул. Они были такими… Холодными. — Не смей упоминать Драко. Ты даже не представляешь, через что он прошёл. — в ответ послышался очередной смешок. Да что с забини не так?       — Так вот оно что… — парень горько усмехнулся, тоже поднимаясь и выходя из-за стола. — Ты считаешь его особенным. Избранным. — Панси впала в ступор, паникуя и тут же теряя всю свою харизму.       — Я не… — но Блейз уже развернулся и направился к выходу. Панси осторожно присела назад, зарываясь рукой в свои волосы. Взгляд и разум потеряли ясность. Пора было задуматься, правильный ли способ защиты выбрала девушка. Может стоило как Драко — спрятаться и закрыться от всего на свете? Ну уж нет. Тогда как можно было поступить? В каком из вариантов Панси сможет жить счастливо, обойдя потери?

***

      — Нет. — голос звучал строго, властно, что в контексте ситуации было равносильно самоубийству. — Я не буду этого делать.       — Драко… — Нарцисса зажала рот рукой, из-за чего были видны её глаза обеспокоенной матери. Люциус смерил женщину грозным взглядом, оборачиваясь к Тёмному Лорду.       — Мой Лорд, — Люциус чуть наклонил корпус. — Простите за предоставленные неудобства… — его резко оборвали.       — Нет, Люциус. — он не отрывал взгляда от мальчишки. — Раз Драко не хочет, то мы не будем заставлять его это делать. — никто не верил. Ни единому слову в этом предложении. — Просто продемонстрируем, что лучше ему сделать правильный выбор. — на секунду Драко ослаб, вновь боясь, что сейчас последует наказание, уже готовясь к боли. Но Волан-де-морт отвернулся от него, находя взглядом Нарциссу. Только не это. — Круцио!

***

      — Драко, прошу, успокойся. — девушка уже не знала, что она должна сделать. — Тише, всё в порядке. — на неё поднялся взгляд полный боли и отчаяния. Драко нервно усмехнулся.       — Ты слышишь себя? — он вновь отвернулся, продолжая подрагивать. — Он…- парень не мог связать и двух слов, поэтому вновь уткнулся в плечо Панси, до боли сжимая её плечи. Он был весь ледяной, включая те же руки, редкие соприкасания которых вынуждали девушку вздрагивать. — Мама… — Панси сдвигала брови к носу, морщилась, стараясь не заплакать с ним. Она осторожно поднесла свою руку к его голове, начиная невесомыми касаниями поглаживать волосы Драко, как бы успокаивая. Парень прильнул к ней, поддаваясь этому. Малфой дрожал, как лист от ветра, продолжая захлёбываться своими слезами. Панси не могла терпеть его боли. Она продолжала прижимать его к себе и гладить волосы парня. Девушка могла лишь издавать тихие и глупые фразы «Всё будет хорошо», «Всё в порядке», «Тише», и другие подобные. И ведь оба понимали, что ничего не в порядке и хорошо никогда не будет.