Новогодний переполох

«What is Christmas?

It is tenderness for the past,

courage for the present

and hope for the future»

Agnes M. Pahro

– Держишь? – КОНЕЧНО!! – ВЫ СКОРО УЖЕ??? Я ТОЖЕ ХОЧУ ПОВЕСИТЬ СВОЮ ИГРУШКУ!! – Хейа, спокойно, ребят, – цепляя яркий шар на колючую лапку душистой ели, успокоила я возбужденных предстоящим праздником скелетообразных монстров, – игрушек валом, тут всем хватит. Елка в этом году у нас большая, есть где разгуляться. – УРА!!! – восторженно воскликнули Папирус и Санс. Второй в нетерпении закружился, а Папс старался держать себя (точнее, меня) в руках, так как я цепляла еще маленький золотой колокольчик. – Фриск, Чара, что у вас с гирляндами? – дети на секунду оторвались от спутанных в клубок гирлянд, чтобы глянуть на меня, а после выдали. – Все в процессе, – сказала Чара. «У нас есть и на елку, и на колонны, а также можно камин гирляндой украсить», – отрапортовал Фриск. – Кстати, хорошая идея насчет камина. Вы можете взять еловые ветки, что мы отрезали от этой красотки, разложить на каминной полке и тоже украсить маленькими шарами, колокольчиками. И да, где Монстренок? – Все еще в магазине. Его мама отправила за недостающими ингредиентами, – сообщила Чара. Я кивнула, почувствовав облегчение, которое бывает, когда вспоминаешь, выключил ли ты утюг перед уходом. – Ладно, мы пока тут с елкой справляемся, вы за ветками. Потом присоединяйтесь к нам! Дети, азартно переглянувшись друг с другом, вмиг подорвались и выскочили на улицу, попутно прихватив с собой уличную гирлянду. Дверь так громко хлопнула, что такой хлопок можно услышать и на чердаке дома. «Когда близится Новый год, из ниоткуда начинает браться энергия на самые невероятные свершения», – подумала я и взялась за гирлянду. – Папс, подсобишь? – КОНЕЧНО, ЛУНА! Я, ВЕЛИКИЙ ПАПИРУС, ПОМОГУ ТЕБЕ! – А Я? А Я?? – заскакал Санс. – Мы украсим верхнюю часть, а ты – нижнюю, – пояснила я, почувствовав, как ноги оторвались от земли. – Пока игрушек не так много, надо прицепить гирлянду. – ВОТ ЭТО ПОНИМАЮ, КОМАНДНАЯ РАБОТА! НЬЕХЕ-ХЕ! – гордился Папс, выпрямляя спину. – ТРИ ПАРЫ РУК ЗДЕСЬ, ДВЕ ТАМ, – закивал Санс, мехкая. Я улыбнулась и приступила к развешиванию гирлянды. Пока я это делаю, расскажу, что вообще происходит и почему здесь находятся ребята из Underswap. Кхм, итак. Когда я освободила всех монстров в новом приключении, а после пробыла в том мире чуть больше месяца, то, как вы поняли, вернулась обратно домой. Мне никогда не доводилось чувствовать себя счастливой, а после посещения Underswap я начала ощущать, как свободнее мне стало ходить по земле. Невероятные чувства переполняли нутро, словно ты после долгого заключения вышел обратно в мир. Ближе к Новому году я стала часто вспоминать своих друзей и в итоге решила отпраздновать с ними новогодние праздники. Я подумала, что пусть в моем мире время застывает, во вселенных оно не будет останавливаться и не получится побывать в Undertale и Underswap одновременно. Тогда ко мне пришла идея познакомить оригиналов со своими версиями и вместе отметить Новый год. Конечно, я все обсудила с Лангваргом, получила его одобрение, и с того момента начала действовать. Сначала я волновалась, что мои друзья не смогут поладить друг с другом, но, как оказалось, мои опасения были напрасны: старшие братья нашли общий язык и часто зависали, младшие нашли себе много занятий, так что с первого дня их знакомства они стали неразлучны. Принц Азриэль-старший был сенсеем, которого с любопытством слушал будущий наследник престола Азриэль-младший. Фриск, Чара и Монстренок стали ни на что есть братанами. Конечно, здесь не все товарищи присутствуют, некоторые из монстров Underswap решили остаться, чтобы присмотреть за народом и своим домом. Это были король Азгор, Напстатон, Альфис и Андайн. Немного грустно, что не все смогли отправиться в другую вселенную из-за своих дел, но, надеюсь, что в следующий раз такое не произойдет. Но скажу сразу, дел тут невпроворот. Сейчас основная масса самых старших монстров отправилась по магазинам, чтобы пополнить запасы ингредиентов, украшений, а также недостающих подарков (в этом году Азгор будет не единственным Сантой). А мы, младшая часть, остались дома, чтобы украсить его и помочь на кухне. Оттуда доносились стук посуды, жужжание миксера и других устройств. Это две мамы-козы хозяйствовали на женской территории, занимаясь каждая своим возложенным делом. Вообще я часто слышала, что двух хозяек не может быть на кухне, но, наверное, есть все же исключения. Камин весело трещал поленьями и бросал блики от танцующих языков пламени на глянцевый пол и пушистый ковер. Помимо громких голосов скелетообразных монстров, которые обсуждали, какой подарок хотят получить от Санты Клауса, было слышно, как из домашней станции лилась новогодняя мелодия, настраивающая на праздничный лад. Иногда мои глаза отрывались от постепенно приобретавшей яркий и красивый наряд елки, и они обращались к окну, за которым часто-часто летели хлопья снега. Он быстро устилал старый, изрядно измятый покров новым, мягким, пушистым одеялом. Как же прекрасно, когда зима является зимой. Со снегом, с запахом ели, дыма и крепкого мороза. Атмосфера наступающих праздников становится настолько ощутимой, что начинает казаться, что только в это время года все, о чем ты мечтаешь, способно исполниться. Я выглянула еще раз в окно. С каждой минутой мир становился темнее, снег усиливался и превращался в мечущихся пчелок, летящих обратно в улья. В моем мире снег – очень редкое явление. В городе его не увидишь, а в селе, где жили бабушка с дедушкой, он был, но слишком мало, чтобы слепить снеговика или на санках покататься. Зато в снежки поиграть можно было, так что считай, что не все потеряно. Но несмотря на бесснежье, я любила зиму. В эту пору мне хотелось хоть капельку верить в то, что чудеса все же существуют. По этой же причине я люблю Сноудин: вне зависимости, какое на самом деле время года, чувство магии, волшебства и праздника никогда не покидали эту локацию. Там жило вечное новогоднее торжество. Может, это не всегда хорошо, но кто знает. Каждый решает, что есть хорошо, а что – плохо. Хлопнула входная дверь. Влетевшая троица, звонко смеясь, снимала куртки, шапки. Фриск и Чара несли кипы веток, Монстренок тащил в зубах пакет с покупками на кухню. Проходя мимо нас, я кожей ощутила исходящие от них мороз и дух ели. – Вы справитесь? – молчаливый кивок от детей. – Хорошо. Мы почти закончили. «С Папирусом и Сансом все будет быстро», – заметил Фриск, с трудом жестикулируя замерзшими ладонями. Я лишь улыбнулась и вернулась к елке. И правда, новогоднее дерево было почти украшено. Большие яркие шары сияли, золотые и красные банты искрились блестками, а колокольчики отбрасывали желтые блики, иногда звеня. Глянув выше, я увидела, что главный атрибут елки все еще отсутствовал. – Осталась звезда, – я достала из коробки обсыпанную золотыми блестками макушку. – Кто цепляет? – Я!!! – одновременно воскликнули Папирус и Санс. Они посмотрели друг на друга. – ЛАДНО, ДАВАЙ ТЫ! – одним голосом предложили друг другу скелетообразные монстры прицепить звезду. Повисла еще одна пауза. – САДИСЬ НА ПЛЕЧИ, – скомандовал Папирус. Санс без вопросов залез на плечи и, держа звезду, затаил дыхание. Когда он поравнялся с елочной макушкой, Санс, зажмурив глазницу, будто целясь, прицепил нарядную игрушку, которая завершила весь образ ели. – ВАУЗЕРС! ЕЛКА ГОТОВА! – Ура, – хлопнула в ладоши я и отошла подальше, чтобы поглядеть издалека. Елка в этом году просто шикарная. Пушистая, высокая, все украшения будто отполированы до блеска. Красные, желтые шары, таких же цветов бантики и колокольчики делали ель еще наряднее. Мигающая гирлянда еще не была зажжена, но она прекрасно завершала весь образ древа. На наших лицах были широкие улыбки. – ОНА ТАКАЯ ОГРОМНАЯ! – выдохнул Санс. – ЭТО ПЕРВАЯ ТАКАЯ ВЫСОКАЯ ЕЛКА ЗА ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ, – заметил Папирус. – ОБЫЧНО У НАС ОНА БЫВАЕТ ПОМЕНЬШЕ, ГДЕ-ТО НА ПОЛМЕТРА. – Здесь два метра с копейками, да? – ДВА МЕТРА И ТРИНАДЦАТЬ САНТИМЕТРОВ, ЕСЛИ БЫТЬ ТОЧНЫМ! – будучи перфекционистом, исправил меня Папс. – В ЧЕСТЬ ТОГО, ЧТО МЫ БУДЕМ ОТМЕЧАТЬ НОВЫЙ ГОД НА ПОВЕРХНОСТИ, Я И МОЙ НОВЫЙ ДРУГ РЕШИЛИ ВЗЯТЬ ЕЛКУ ПОВЫШЕ! – Правильно и сделали, – чувствуя распространяющийся запах смолы и еловых иголок, заулыбалась я. – Потолки в доме высокие, почему бы и елку не купить такую же? – ТАК-ТО! – поддакнул Санс. Он спохватился. – О! ЧЕГО МЫ СТОИМ??? ДАВАЙТЕ ГИРЛЯНДУ ВКЛЮЧИМ!! – ТОЧНО! ПОДДЕРЖИВАЮ! – Давайте только всех созовем сюда, – оттягивая пару секунд на сбор, сказала я. – Фриск, Чара, Монстренок, зовите остальных, елку зажигать будем! Раздались еще крики, которые призывали мам-коз оторваться от готовки и поглядеть на елку. Я заняла нужную позицию – у розетки, держа конец гирлянды. В комнату вошли обладатели голос, что громко восхищались красотой елки, но стоило включить огни на древе и потушить основной источник света, из нас вырвались вздохи, говорящие о ни на что есть красоте истинной новогодней магии. Гирлянда быстро мигала, бросала яркие разноцветные огоньки, освещая силуэт ели и делая новогодние игрушки интересными в новом дизайне. – Боже, какая красота… – выдохнула мама-коза. Это была оригинальная Ториэль. Мы различали их по одежде и интонации голоса. – Дети, вы молодцы, – улыбалась вторая мама-коза. Ториэль из Underswap имела холодный тон голоса, но сейчас с нем чувствовалась необычная теплота. «Мы еще камин украсили», – махая в сторону огненного места, сообщил Фриск. Еловые ветви были аккуратно разложены на каминной полке, на иглах висели маленькие колокольчики и ангелочки, игравших на разных музыкальных инструментах. Белая гирлянда, фонарики которой были в виде шишечек, отлично дополняла весь этот декор. – МЫ ВСЕ УСПЕЛИ! – подводя итог, сказал Папирус. – ДОМ УКРАШЕН, БЛЮДА ПОЧТИ ГОТОВЫ! – ВСЕ УБРАНО ДО БЛЕСКА, – выделяя эти слова, отметил Санс. – ДАЖЕ ОСТАЛЬНУЮ ЧАСТЬ ДОМА УСПЕЛИ УКРАСИТЬ! И ДЫМОХОД!! СЕГОДНЯ ОЧЕНЬ ПРОДУКТИВНЫЙ ДЕНЬ ПОЛУЧИЛСЯ!!! – Да, только вот не видно наших посланников, – заметила Ториэль, глядя на часы. За окном стояла глухая ночь, а Санса, Папируса, двоих Азриэлей и Азгора так не видать на горизонте. – Может, они в очередях? – предположила Чара. – В такие дни всегда огромные очереди в магазинах, что не протолкнешься. «Или они уже едут домой. Просто на дороге нужно не спешить и все такое», – выдвинул свою теорию Фриск. – В любом случае они не такие шопоголики, чтобы ночевать в магазинах на покупках. Такое могут сделать только Санс и Папирус, когда они полностью устанут, – сказала я, подумав, что это звучит вполне логично. – Они вернутся, куда им деваться? – Да, но уже слишком поздно. Нельзя было следить за временем, чтобы мы потом не переживали, а они не возвращались в потемках? – выдохнула мама-коза-королева. – Не будем накручивать себя, – прервав молчание, сказала я. – Просто подождем их. Они уже взрослые мужики, которые могут за себя постоять, в конце-то концов! Мы посмеялись с этого и буквально через секунд пять раздался звонок в дверь, а потом деревянное изделие уже само открылось и впустило в дом ожидаемых нами лиц. – А вот и мы! – хором выговорила мужская часть компании, распространяя принесенные с улицы мороз и дым. Наша компашка облегченно выдохнула. – Вспомнишь лучик – вот и солнце! – показывая, что опасения все были напрасны, проговорила я. – Ого, много же солнц у нас тут, – заулыбалась Ториэль и пошла встречать своего любимого мужа. Вторая мама-коза двинулась к Папсу-старшему, принимая у него пакеты с продуктами и неся с ним груз. В помещении сразу стало шумно. – Вау, да вы тут уже без нас все успели, – подал голос Санс-старший, любопытно осматривая изменения своего жилища. – А ТО! – загордился Папирус, что вокруг него залетали звездочки. – ЕЩЕ И ОСТАЛЬНУЮ ЧАСТЬ ДОМА УСПЕЛИ НАРЯДИТЬ! – Вот теперь чувствуется, что вот-вот праздник ступит в наступающий год, – гудел добрым голосом Азгор. Перемигнувшись с женой и обменявшись хитрыми улыбками, король, подхватив объемистые мешки, исчез за дверью, ведущей на улицу. Но никто толком не заметил его ухода. Он прирожденный Санта! – Зато мы докупили то, без чего елка не обойдется, – заговорил Папирус-старший, копаясь в огромном пакете до тех пор, пока не достал связку карамельных тростей. У детворы, в том числе и у меня, вмиг загорелись глаза. Чувствуя, что такой вещью Папирус рискует лишиться жизни, он значимо повысил голос. – ТАК! А теперь спокойным, медленным шагом кто-то подходит ко мне и забирает конфеты. НО! Не есть сразу! Это на Новый год. Обиженно простонав, мы все одновременно двинулись к высокому скелету. Из всех нас вырвался смех, пока Чара не очухалась и забрала карамельки у Папса. – Все к елке! – скомандовала девушка, и толпа детей погналась за ней. Взрослые, смеясь, проводили их веселыми взглядами и все отправились на кухню с остальными покупками. Я решила присоединиться к ним. ‒ Может не надо было им давать те конфеты? – с сомнением протянула мама-коза. Папирус пожал плечами. ‒ Они в любом случае будут съедены, рано или поздно, ‒ ответит высокий скелетообразный монстр и тут он перемигнулся с Сансом-старшим. – Но они не знают, что еще я прикупил. ‒ Только не говори, что хлопушки и… петарды, ‒ в начале с надеждой заговорила Ториэль-королева, но, видя широкие лыбы скелебро, безнадежно выдохнула. – Если уж так, то взрывайте их на улице и будьте поосторожнее, в отличие от прошлого раза! Я проглотила смешок, вспоминая эпичный взрыв в один из дней октября. Черт, никогда не забуду, как бы удирали с Папсом, как малолетки, которых засекли на крышах гаражей. Были разбойничьи времена, были. Ни о чем не жалею! – Вы не представляете, сколько сил мы отдали, чтобы добиться желаемого. В этих магазинах не протолкнуться, – делился явно наболевшим Санс. Его вид говорил: «Скорее бы провалиться во сне на денек-два». – В какой бы ты ни зашел, везде очереди. – Даже в магазине приколов, – добавил Папирус с ноткой огорчения. Явно ему не удалось воплотить все свои коварные замыслы на Новый год. – Вы не одни суетельщики в такое торжество, – заметила мама-коза-королева. – Это в первую очередь всегда скупаемый магазин. Особенно кондитерские магазины. – Что поделаешь, праздники идут, – сказала Ториэль, рассортировывая продукты. Вторая мама-коза проверяла, все ли куплено по списку, и оставшись довольной после проверки, начала прятать заготовки на завтра. – Лучше покупать все пораньше, где-то двадцать седьмого числа, – произнесла Ториэль-королева. – В такие дни есть огромный риск, что может не быть нужных продуктов и вещей. Покупатели все сметают с полок, что шаром покати. – Значит, нам повезло, – улыбнулся Санс, – все КОСТОЧКА в КОСТОЧКУ получилось. – Да, только чтобы все это сделать, пришлось поднапрячь МЫШЦЫ, – добавил Папирус, лениво потянувшись. Из всех нас вырвался смех. – Ох, в доме так не хватало ваших шуток, – стирая слезу от смеха, призналась Тори, с чем я полностью согласна. Было трудно заменять главных комедиантов Подземелья, пока они отсутствовали. – Пока мы тут все готовили, выпекали, не заметили, как время проскочило мимо нас. – Вам еще много осталось готовить? – По большей части блюда готовы, другим надо время. Некоторые салаты уже стоят и настаиваются, иные завтра будем готовить. Но сегодня мы еще приготовим пару-тройку блюд и пойдем отдыхать, – ответила мама-коза-королева. – Я не помню, чтобы так наготавливала. – Будем возвращать тебя обратно в форму, – с доброй улыбкой сказала Ториэль. – А вот эта хозяйка вам помогала? – выведя меня на свет, поинтересовался Санс, широко улыбаясь. На моем лице появилась неловкая лыба. – Сначала да, но потом, когда Папирус и Санс ближе к четырем занесли елку, пришлось отлучиться, чтобы помочь с украшениями. – Луна молодец, настоящая хозяйка, – расхваливала мама-коза. Все закивали, смотря теплыми взорами. А потом Тори неожиданно для меня сказала. – Кому ж такая умница достанется? Я открыла рот и сразу захлопнула, проглотив свои слова. Санс похлопал мое плечо, будто этим движением мог привести в чувство, и за меня сказал. – Скорее она будет свободной как ветер, – глядя на меня скосившимися глазницами, говорил скелетообразный монстр. – Ее на одном месте не удержишь. – Она точно найдет свое направление, к которому и будет ЛЕТЕТЬ, – добавил Папирус, и братья мягко вытолкнули меня на выход, спасая от неловкого разговора. О боги кетчупа, я только начала жизнь, а тут сразу женихов подавайте! Ну нет, спасибочки! Я не готова к такому! Поняв, что особо здесь мне делать нечего, я двинулась в сторону двери, выходящей на улицу. Одевшись потеплее, покинула помещение и окунулась в глубокую, непроницаемую темноту, в которой царила снежная метель. Я шла под звонкий хруст снега, после завернула за дом. Глубокие и большие следы еще улавливались, но те быстро исчезали под новым слоем снежинок. Изо рта вырывались клубы пара, шумное дыхание и ломающийся снег под ботинками тревожили зимнюю тишину. Завтра обязательно с ребятами пойду на горку, а потом снежную битву устроим! Оказавшись перед маленьким темным зданием, в окне которого горел желтый свет, я смело и быстро зашла в мастерскую. На меня вмиг накинулось приятное тепло, которое только бывает, когда некоторое время находишься на настоящем холоде, а потом заходишь в помещение. – Луна? Моему взору открылся вид на маленькую, но хорошо освещенную комнатку, которая была завалена огромным количеством подарков. Некоторые из них были в мешках, другие еще на стадии упаковки в праздничную бумагу. Неужели реально за один вечер все это раздать? Невероятно. В этом году королю повезло в лице новых помощников, которые помогут ему в создании праздника для всех жителей Монстро-сити. Азгор, склонившись над списком, изучал его содержимое. На его носе громоздились большие круглые очки, в линзах которых зеленые глаза были огромными, как блюдца. – Что-то случилось? – забеспокоился папа-козел, на что получил мое отрицание. Он тяжело выдохнул, снял очки и потер глаза. – Тогда… ты что-то хотела спросить? – Просто хотела прийти к тебе. В доме каждый занят своими делами. – А твоя юная компания? – Да как-то мне хочется побыть немного в тишине, расслабиться после такого суматошного дня, – призналась я. Азгор понимающе кивнул. – Голова немного трещит. – Она и будет, дорогая. В такой день всегда много забот. Все спешат куда-то, бегут. Надо успеть купить то, сделать се. Сегодня мы такими были тоже. Только ближе к вечеру, когда уже вся семья в сборе, темп замедляется и ощущается та самая атмосфера, которая должна быть в предновогоднюю ночь. – Иногда и в светлое время суток хочется, чтобы темп жизни никуда не бежал, не ставил рекорды по световой скорости. Это слишком утомляюще, – устало выдохнула я. – Говоришь так, будто прожила уже достаточно долгую жизнь, – заметил Азгор. – Ведь откуда взяться таким мудрым мыслям в юной голове? – Я просто сама устала бежать куда-то, торопиться. Я почти до этой зимы так и жила: все надо успеть сделать, завершить то, что должно быть завершено. Даже во сне бежала. Считай, никакого покоя для тела и души. – У тебя такой дух – он очень энергичный и сильный. Ты всегда отличалась в БИТВАХ скоростью, ловкостью и силой. Для человека ты даже крепче и сильнее, не говоря о нас… Но меня волнует вопрос: куда ты бежала в своих снах? – Я не совсем уверена, но, наверное, в свое прошлое, – крутя волшебное кольцо на пальце, вспоминала я. На удивление в груди было спокойно. Той боли, которую я часто ощущала, когда вспоминала свое прошлое, не было. Непривычно, но как же хорошо – не чувствовать постоянной вины и боли. И я уверена, что их больше не будет. – А это не есть хорошо. – Может там осталось что-то важное для тебя? – угадав мои воспоминания, спросил Азгор. В памяти появился призрачный лик Ника, который тут же развеялся, как белый с яблонь дым. – Да, там было самое ценное для меня, без чего, по-тогдашнему моему мнению, не смогла бы жить вообще, – я сжала ладонь в кулак, а потом подняла голову и улыбнулась. – Но потом я поняла, что это только удерживало меня от настоящего счастья. – Ты… распрощалась с этим… воспоминанием? – Воспоминание осталось здесь, – я постучала пальцем по виску, – а вот вещь, которая была напоминанием, вернулась на свое место, в нужные руки. В тот день я поняла, что теперь буду по-настоящему свободна от своих же собственных оков. – Иногда твои слова звучат как загадки, но, кажется, я понимаю, о чем ты говоришь, – тепло улыбнулся король. Я не смогла сдержать ответной улыбки. – Ох, дорогая, что же ты пережила в новом приключении? – Много всего. Нашла новых друзей, увидела другую сторону нового мира. Пусть это иногда бывает опасно, но благодаря этим приключениям я нахожу себя. У меня есть такое чувство: то, что я сейчас делаю, это мое дело. Я открыла для себя новое… хобби? Нет, скорее желание: я хочу путешествовать. – Насколько долго? – Или до тех пор, пока не исследую все. Или пока не найду то место, в котором захочу остаться навсегда, – при этих словах моя ДУША часто забилась в груди, в венах стало горячо, будто по ним потекла доля огненной магии. – Когда-нибудь ты найдешь свое место, Луна, – сказал Азгор. Его улыбка стала немного грустной. – Но, когда ты поймешь, что какой-то новый мир является твоей родиной, не забывай то место, в котором была рождена и воспитана твоими родными родителями. – Я не буду забывать никого из близких, – утешила я короля и обняла его, получив ответные обнимашки. В объятьях Азгора мне сразу стало тепло и покойно. ДУША успокоила свои кульбиты и замурчала. – И про вас не буду забывать. – Мне приятно слышать это. Может, раньше это не совсем имело особого внимания, но теперь это очень важно для меня. Наверное, это говорит о том, что ко мне медленно ползет старость. – О-о-о, не надо. Какая старость? У тебя еще столько энергии! Не думай так! – рассмеялась я, на самом деле пугаясь этой мысли. Монстры же долго живут, но, когда у пары есть ребенок, жизненная сила родителей перетекает к чаду. Звучит грустно и как-то жертвенно. – Хотелось бы верить твоим словам, дорогая, но это так. Пора признать, что я старею, – потянувшись и хрустнув спиной, с резким выдохом и тихим рыком ответил король. – Но старость – не предел! – И то верно, – закивала я и снова осмотрелась. Много подарков, целое море… Я подперла руками бока. – Может тебе нужна помощь? – видя, сколько ему придется все это раскладывать, предложила я. – Знаешь, не помешала бы, – улыбнулся Азгор, махая в сторону сложенных в стопку коробок. Я молча взяла парочку и начала аккуратно складывать в один из огромных красных мешков Санты. – Я привык заниматься этим в одиночку, но в этом году мне теперь нужна поддержка. – Может, это из-за того, что теперь вся семья наконец-то вместе? – Должно быть да. Правление с Ториэль стало как-то проще даваться, скоро уже сын займет мое место. Потом еще другие дела с людьми и согласовании некоторых «правил». – Я слышала от Фриск, что с этим у вас все налажено, – с легким вопросительным тоном произнесла я, будто сомневалась в том, что только что сказала. – Да, все хорошо. Тебе не стоит беспокоиться: Фриск хорошо справляется со своей работой. Но если тебе выпадет роль быть послом, обязательно стоит попробовать. Просто совет, – поднял Азгор руки, подумав, что мне это не понравится, но я пожала плечами. – Как судьба сложится, – положив новую порцию подарков, ответила я. – Я вообще, когда об этом думаю, у меня возникает волнение, что не справлюсь с такой ответственностью. – Не стоит переживать из-за этого прямо сейчас, Луна. Ты же еще не посол, хо-хо. Но вспомни, как тебе удавалось переубедить многих из нас поступить по-другому, – напомнив о моих действиях в этом и другом мирах, произнес он. – Даже самые упертые из нас прислушались к тебе. У тебя дар в этом. – Переубеждать? – фыркнула я. – Договариваться, дорогая, – подправил меня король. – А это редкое умение в нашем мире, особенно в политическом. – Ох, ты не представляешь, как мне часто доводилось разрываться над своими действиями, – вздохнула я. – Иногда хотелось пристукнуть некоторых типов, но приходилось искать в себе силы сначала с ними договариваться. Но если это не работало, то все заканчивалось не очень оптимистично. – Ты делала то, что считала нужным. Всегда для начала надо все оценить, а потом решать, как поступать. Главное делать так, чтобы ты не чувствовала сожаления о своем поступке. Но никогда не будь злой. Помни, что нужно быть чуточку добрее. – Это трудно, но я пытаюсь. Как-никак, иногда доброты бывает достаточно. Так мы и проговорили о всяких вещах до полуночи, попутно разбирая и упаковывая подарки. Азгор между разговорами диктовал список, указывал, куда надо складывать, и показывал, как упаковывать подарки, а я выполняла все, что он говорил. С ним мне было комфортно общаться, как со своим родным отцом. Он всегда найдет над чем посмеяться, а где-то дать совет или просто расскажет событие из своей жизни. Я и ДУША чувствовали теплые волны, исходящие от Азгора, что означало: «Ему можно доверять». Мы могли так работать и до утра, общаясь по душам, если бы не спохватившийся король. – Ох, уже поздно, Луна. Тебе давно надо быть в кровати. – Блин… – разочарованно протянула я, глядя на стрелки часов. – Может, еще немного здесь побудем? – Я-то буду здесь, но тебе уже пора спать. Завтра немало забот будет. Как-никак Ториэли найдут работенку. – Что ты вообще думаешь о таком? – улыбнулась я, застегиваясь. Мне вроде спать и не хотелось, но и было желание упасть на кровать и провалиться в глубокий сон. Наверное, мне стоит поспать. – Непривычно было в первый день, но потом как-то свыкся, – погладив золотую бороду, ответил король. – Они хоть и похожи внешне, но такие разные… – Не. Вероятно, – скопировав интонацию Папируса-младшего, произнесла я. Мы посмеялись. – Ладно, я подвигала в дом. Только не сиди тут до утра, окоченеешь еще. К тому же у тебя тоже будет вечером много работы. – Конечно, дорогая, – улыбнулся Азгор. Он махнул на прощание. – Хороших снов, Луна. – Хороших снов, папа. Хлопок двери, свист ветра и обжигающий холод снежинок. Оказавшись в темноте, я на несколько секунд потерялась в пространстве, но потом быстро сориентировалась и бодрым шагом отправилась в дом. Наверное, все давно спят, нужно вести себя как можно тише, чтобы ненароком не разбудить. В любом случае много шума не будет: душ и гостиная – вот комнаты, которые мне нужны. В гостиной я сплю на разложенном диване вместе с Фриск, Чарой и Монстренком (да, не удивляйтесь, как мы все помещаемся, так как диван на самом-то деле просто огромный). В комнате для гостей отдыхают Папирус-старший, Санс-младший и Ториэль-королева. Мама-коза скорее всего вернулась домой. Не волнуется ли она за своего мужа? Я подняла голову и посмотрела на полную луну. Она только сейчас вынырнула из черных облаков, решив осветить землю, покрытую толстым слоем снега. Как только ночное светило показало свой лик, весь мир обратился в день, даже нет, зимняя ночь была светлее летнего дня. Уличная гирлянда не хуже фонарей освещала входную дверь и небольшую веранду, занесенную свежим снегом. Снежинки блестели, искрились, скрипели при каждом шаге, лицо немело на холодном ветру. Но я стояла, не в силах оторваться от зимней красоты. Бодрость и предвкушение наполнили меня, из ниоткуда взявшаяся радость зажгла нутро, как спичку. Я была готова на многое, сорваться с места и устремиться куда-то, как комете, но все, что мне хотелось – это просто быть здесь в эту минуту и никуда не идти. ДУША тоже не спешила. Она замерла, мерно отбивая свой привычный ритм. Ей было покойно в эту минуту, несмотря на то, что она по-прежнему искала свою дорогу домой. Мы обязательно найдем наш дом. Но не сейчас. Сейчас мы просто будем наслаждаться зимой. Сказкой, что спустилась к нам с небес. Жизнью. – Как же хорошо жить, – шепотом вымолвила я и счастливо, открыто улыбнулась этому.