Broken Parts

«My blood runs red from the streets to the sewers

(Моя кровь течёт от улиц по сточным трубам)

To the blue black ocean

(К иссиня-черному океану.)

I'm caught in the tide but I don't mind if you don't mind

(Я захвачен течением, но я не против, если ты не против.)

I wash away the filth of the city

(Я смываю грязь города)

And I lose myself here right before your eyes

(И теряюсь здесь прямо перед твоими глазами,)

But I don't mind if you don't mind»

(Но я не против, если ты не против.)

Ron Pope — I Don't Mind If You Don't Mind       Через пару часов она сидела в камере центрального участка и едва заметно улыбалась, когда мимо проходил очередной удивлённый подчинённый капитана. Натаниэль Барнс появился лишь к вечеру. Он велел отвести дочь в допросную, а сам скрылся в кабинете лишь для того, чтобы скинуть пиджак и закатать рукава на рубашке. На допрос он принес ей кофе и пончик с шоколадом. — Ты хоть понимаешь, что натворила? Угон, создание аварийной ситуации на дороге, превышение скорости, проезд на красный свет, пересечение двойной сплошной! — Голос его сорвался на крик и он ударил по столу кулаком. — После вчерашнего разговора, я решил, что ты действительно выросла и можешь самостоятельно жить, но я ошибался. Ты всё такой же ребенок, Агата! — Отец, он гнался за мной чтобы сдать кому-то, я уверена! Мне пришлось убегать! Пришлось влезть в машину чтобы… — Довольно! — Отец грубо прервал её и выложил из кармана стопку штрафов и документ о внесении залога. — Я заплачу за все эти бумажки, но ты соберёшь свои вещи и вернёшься в Вашингтон вместе с Алисой и матерью. Здесь ты совершенно неуправляемая! — Ты не посмеешь меня отослать… — Шокированная этим условием, она сказала это больше чтобы убедить себя, но вышло откровенно неубедительно. Он сделает это. — Я — твой отец и могу сделать это прямо сейчас! Скажи спасибо, что у тебя будет пара дней на сборы. — Он наклонился к ней вплотную и прошипел это с яростью в глазах. — Тебя ждёт такси до дома. И если через пол часа я позвоню домой, а тебя там не будет, пеняй на себя.       Кофе и пончик остались нетронутыми. Агата вылетела из допросной со стеклянными глазами, сжимая руки в кулаки. Всё повторялось точно так же, как и в детстве. Он вновь обвинял её во всём, так и не разобравшись в ситуации. Казалось, вчера всё должно было остаться в прошлом, но капитан не сделал ровным счётом ничего для подкрепления пустых слов.       Таксист довез её до дома и даже проследил, как она вошла в двери. Внутри мама уже звонила отцу сообщить, что его дочь добралась и заперлась у себя, отказываясь разговаривать. Действительно, разговаривать сейчас с семьёй в планы не входило, за то в телефоне был сохранён номер того, кто должен был узнать всё.       Дурацкий набор из четвёрок и семёрок мигал на экране в такт длинным гудкам. Виктор не брал трубку. Что ж, вполне вероятно, что это был разовый номер и, кроме как единожды дозвониться до девушки, цели у него больше не было. Для собственного успокоения на номер всё же была отправлена смс: «У меня есть информация. Перезвони.».       Ночь постепенно укутывала Готэм, когда телефон разразился трелью. Книга по программированию была отброшена в сторону, шнурок зарядного устройства выдернут из разъёма. — Принцесса, карета подана. — Отозвался знакомым голосом динамик. На дурацкое прозвище уже даже не хотелось отрицательно реагировать. — Принцесса заперта в башне злого дракона. Тебе придётся либо победить его, либо выкрасть меня. — Поднявшись с кровати и включив светильник у кровати, Агата дёрнула шторы в сторону. Действительно, у соседнего дома стояла машина, а возле неё блестящей макушкой светил, возможно, её спаситель из заточения. Повесив трубку, Виктор убрал телефон в карман и перешёл дорогу к дому. Приподняв оконное стекло вверх, девушка показала ему на мусорный бак и крышу гаража, и отошла. Нужно было срочно что-то накинуть на домашнюю сорочку, но сделать этого она не успела — наёмник уже забрался в комнату через открытое окно. Оглядев её с лёгкой ухмылкой, Виктор снял пиджак и кинул его на кровать. — Если хотела повторить, то ни к чему было придумывать предлог.       Агата приложила палец к губам и прислушалась к шуму за дверью. Всё стихло. Отец вернулся час назад и сейчас смотрел телевизор внизу в гостиной, а мама укладывала Алису в комнате напротив. — Придурок. — Бросила она, зная, что мужчина точно не обидится на это.       Он, будто ничего и не говоря, обходил комнату девушки, изучая её, словно учёный изучал место обитания редкого зверька. На фоне только не хватало дурацкого голоса диктора — «Сейчас вы наблюдаете глупое и наивное животное в его естественной среде обитания». — Неплохой арсенал принцев. — Он указал пальцем в перчатке на фотографию с выпускного.       Фыркнув, Агата выключила торшер. Уличного фонаря вполне хватало для того, чтобы не споткнуться, а большего убийце и незачем было разглядывать. — Их больше интересовал преподаватель по машинным языкам, чем я. — Она остановилась у окна, осматривая улицу. Тишина. — Сегодня утром я ходила на пирс. Там работает механик, который выпустил лодку твоих родителей на воду без ремонта.       Виктор присвистнул: — Принцесса получила значок от капитана? Или ты любишь рыбалку? — Послушай, — Она повернулась к Виктору и едва не ткнулась носом в его массивную грудь. Он подцепил локон её волос и пропустил меж пальцев. — Эта беседа стоила мне слишком дорого. Он что-то знает и боится рассказывать. Сказал лишь, что не проводил ремонт сломанной лодки. А после того, как он это сказал, за мной гнался через весь город хозяин мастерской. — На лодке? — Бровные дуги Зсасза дёрнулись вверх. — На машине! Раньше он работал механиком лодок, но после случая ушёл в автомастерскую там же, на пирсе. Она не совсем легальная, её держит… Держал мой знакомый. Думаю, после сегодняшней погони они как раз сейчас переезжают. Гарри позвонил кому-то и… — Рассказ прервал стук в дверь. Агата дёрнулась и, спрятав Виктора за дверью, слегка её приоткрыла. — Мам? — Дорогая, мне послышалось, ты с кем-то разговаривала? У тебя всё хорошо? — Женщина не стала заходить в комнату, но всё же бегло её оглядела, а потом включила потолочный свет. — Опять читаешь в темноте. — Я складывала вещи и повторяла что уже упаковала. — Грустная натянутая улыбка и глаза, уткнувшиеся вниз, отразили её истинную реакцию на приказ отца. — Хорошо, не буду мешать. — Мама сама закрыла дверь, а Агата лишь прижалась к холодному дереву лбом и тяжело вздохнула. Этот приказ бил в самое больное место. Ей не хотелось уезжать. Не сейчас. Она должна была оставаться в Готэме. Помочь Виктору. Помочь себе… — Отец отправляет нас в Вашингтон после сегодняшнего цирка… — Она ответила на не заданный вопрос и поспешила выключить свет. Ей не хотелось, чтобы Зсасз видел её такой.       Переведя дух и отойдя от двери, Агата продолжила: — В общем, Гарри кому-то доложил, что я спрашивала. Он знает кто мой отец и завтра, скорее всего, ангар уже будет пустым. — Постель чуть скрипнула под ее весом. — Где он находится? — Он предпоследний, если смотреть на воду.       Схватив пиджак с кровати, Виктор молча вылез из окна комнаты, оставив девушку одну.       Сон не шел. После ужина в напряжённой тишине между ней и отцом, Агата вновь поднялась к себе и забралась под одеяло. Счёт овец не помогал, голова была чугунной и набитой раздумьями. Закрывая глаза, она постоянно возвращалась к мыслям о наёмнике. Пора было признаться хотя бы самой себе, что он ей нравился. Нет, не просто нравился. Это было самое идиотское чувство на свете — влюблённость. Когда закрываешь глаза на всё плохое в человеке, идеализируешь его и возводишь на пьедестал. В этом состоянии всегда творишь всякие глупости, скатываешься до всех этих милых прозвищ, замыкаешь мир на нем одном. Бороться с этим было бесполезно. Оставалось только переждать бурю. Отец в какой-то мере был прав. Нужно уехать. Ни о какой взаимности и речи не шло. Такой, как он, мог позволить себе каждую ночь девушку из элитного эскорта — с идеальной кожей, длинными волосами и огромной силиконовой грудью, которая не будет задавать вопросов, а лишь ублажит его и уйдет. Агата не дотягивала до этого образа, да и не особо стремилась. Ей казалось, что за счёт мозга можно получить всё, но на деле оказалось совсем наоборот. Бывшие одноклассницы, курившие травку уже в средней школе, сейчас отвозили по будням пару детишек в садик и школу, по второму разу выходили замуж. А единственным ребёнком Агаты была небольшая программа, умеющая вызывать пищащие звуки из системного блока компьютера. Окружающие парни и мужчины её не особо интересовали в виду того, что большинство из них начинало откровенно смеяться над ней, когда девушка сообщала, где учится. Вторая половина кидалась обвинениями, что для получения оценок она уже точно переспала со всем преподавательским составом. Восхищение и удивление она вызвала только у офицеров отцовского участка. Но никто так и не смог задеть что-то внутри души. За то это сделал тот, кто меньше всего подходил под выдуманный идеал.              Виктора, в действительности, сложно было назвать красивым, особенно учитывая его желание пугать всех вокруг, однако в нём было что-то необъяснимо привлекательное. Видимо, Агата относилась к той категории людей, которые любили блюда поострее.       Часам к трём ночи, когда дремота уже почти завлекла в страну забвения, телефон вновь ожил знакомыми цифрами на экране. — Третий час ночи… — Простонала она в трубку и неохотно села в постели. — Одевайся, принцесса. Девочки тебя заждались внизу. — Больше он ничего не добавил.       Кое-как поднявшись, она влезла в джинсы, натянула футболку и, захватив кеды из шкафа, открыла окно. Морозный воздух снаружи успел подсказать о необходимости в кожаной куртке прежде, чем девушка успела покинуть комнату.       Внизу действительно её уже ждали. Черный внедорожник, который она однажды видела, открыл двери перед ней. За рулем показалась улыбчивая девушка. Именно она на днях спрашивала дорогу, проезжая мимо дома капитана. В салоне сидела ещё и темнокожая девица. Втроем они двинулись к городу, но, не доезжая до него, повернули налево.       Когда машина притормозила у старого заброшенного дома, часы на телефоне показали половину четвертого. Двухэтажная забытая развалюха клонилась на бок, как старик. На втором этаже сквозь заколоченные окна пробивался тусклый свет. Девушки проводили Агату по темным коридорам как раз туда и, оставив у двери, удалились. — Принцесса, не стесняйся. Бал ещё не начался. — Виктор пропустил её внутрь небольшой комнаты, где в свете фонаря на полу сидели пятеро мужчин.       Зачем её сюда привезли пояснять не пришлось. Она молча прошлась взглядом по каждому. Гарри сидел со связанными руками в самом дальнем углу, Крючок расположился через пару человек от него. — Это механик. — Парнишка вздрогнул и со злостью глянул сначала на девушку, а после на своего палача. — Это Гарри. Он владелец. Он звонил кому-то.       Гарри сплюнул на пол перед собой: — Продажная дрянь. — Ауч. — Картинно приложив ладонь к груди, Виктор покачал головой. — Здесь же леди.       Слова её не задели, она лишь пожала плечами и посмотрела на Зсасза. Тот кивком головы указал на дверь и они вышли. — Как тебе удалось их найти? — Непонимание в голосе вызвало улыбку Чеширского кота. — Я хорошо делаю свою работу. Тебе пора, скоро тут будет громко. — Он взглядом указал за спину Агаты на ожидающую её девушку. — Нет, меня отвезешь ты и расскажешь то, что узнаешь от них. — Сложив руки на груди она явно дала понять, что никуда не собирается.       Виктор удивленно хмыкнул, оглядывая в потемках девушку с ног до головы, будто видел впервые: — Это не пятизвёздочный отель. — Дверь закрылась за его спиной прежде, чем она нашлась что ответить. — Пойдем. — Стоящая в коридоре девушка позвала Агату. У неё был непривычно звонкий голос, как у совсем ещё девочки.       Услышал ли Зсасз просьбу или всё же отправил домой, было не ясно до тех пор, пока её не вывели на первый этаж. На улицу к машине не повели, а показали на дверь в противоположном конце дома. Внутри он казался больше, чем снаружи.       Оставшись одна, она прошла за дверь и застыла так, не решаясь проходить дальше. По периметру комнаты были развешены стеллажи, на которых покоились стволы разных размеров, калибров и видов. Под ними разместились узкие столы с подсветкой. На них лежали ножи, иглы, спицы, метательные дротики и остальное разнообразие холодного оружия.       У одной из стен расположилась небольшая софа и это заставило воображение нарисовать красочную картинку, как сжавшийся Виктор ютится на ней по ночам. Агата резко вздрогнула, услышав душераздирающий крик. Сердце застучало быстро, а здравый смысл приказывал срочно бежать отсюда. Но она не пошла. Вместо этого внимание переключилось на рабочий стол. Все документы были аккуратно сложены в одну стопку, ежедневник с записями Агаты тоже был здесь и занимал свое место. В идеальный порядок так хотелось внести немного хаоса, но девушка лишь провела рукой по шершавой поверхности стола и чуть улыбнулась. Усталость, переживания и события всего дня наконец-то стали отпускать. В доме, наверняка напичканном людьми Зсасза, ей было нечего бояться, ведь самое страшное чудовище замка сейчас разделывал на стейки ребят в робах.       Устроившись на софе, девушка прикрыла глаза. Последние её мысли касались Гарри, который, несмотря на их знакомство и хорошее общение в прошлом, смог сдать её.       Агата проснулась, когда входная дверь с тихим щелчком закрылась. В комнате раздались тихие шаги, шелест рубашки. Приоткрыв глаза, она не без удовольствия заметила на себе мужской пиджак, а самого владельца возле стола. Виктор в расстегнутой рубашке стоял и изучал документы. По мощной шее текли капли воды, скрываясь за черным воротом. Пришлось подать признаки сознания и сесть. — Как успехи? — Она старательно пыталась смотреть в глаза наемнику, но взгляд то и дело опускался ниже. Он развернулся к ней и принялся застегивать пуговицы на манжетах, будто специально оттягивая момент перехода от них к пуговицам на самой рубашке. — Вечером будет много работы. Поднимайся, принцесса. Солнце встало и ты не превратилась в монстра.       Наблюдать за тем, как он с педантичной дотошностью одевается, было практически наслаждением. Вместо дурацкого галстука под рубашку он отточенным движением повязал шейный платок. Кто вообще такое носит сейчас? Дальше в ход пошел жилет. Агата подошла ближе и протянула ему пиджак. Плотная тяжелая ткань действительно спасла её от переохлаждения, лишившись её девушка поежилась и поправила куртку. — Я бы не отказалась послушать из-за чего рисковала собой и из-за чего должна буду уехать. — На длительные разговоры у меня нет времени. Иди к машине. — Виктор действовал быстро. Он куда-то торопился. Спорить было бесполезно, она двинулась на улицу.              Солнце действительно встало и периодически выглядывало из-за плывущих облаков. Блики его лучей играли на капоте машины. Виктор вышел из дома не один. Внутри дома оказалась целая банда. Несколько мужчин и девушек вышли следом и забрались по трое в черные внедорожники. Агата сделала шаг к пассажирской двери в желании её открыть, но рука в перчатке её опередила. Сам Виктор сел за руль и резко тронулся с места. — Советую не соваться в город сегодня. А лучше оставайся дома и не выходи. — То, как он это сказал заставило не на шутку испугаться. — Что происходит? — Не получив ответа, она сжала губы. — Виктор, что случилось? — У Босса большие планы на сегодня. — Отрезал он. Никаких деталей ночного свидания с Гарри и его ребятами, никаких подробностей возникшей спешки не последовало. Наёмник оторвался от черных авто, следовавших за ними и, быстро высадив девушку на перекрестке улицы, ведущей к её дому, уехал.       Мама встретила обеспокоенным взглядом и расспросами. Агата как могла отбивалась и увиливала от её атаки, но вовремя начавшиеся новости отвлекли их обоих.       С экрана телевизора Теодор Галаван благодарил жителей Готэма за поддержку в выборах, а ещё подтвердил, что на него было совершено покушение ни кем иным, как самим Пингвином. Он призывал всех жителей города объединиться в борьбе против Пингвина и подобных ему. При этом высказался он весьма жестко, неподобающе политику, будто через эту речь он хотел уколоть кого-то. — Пойду вздремну. — Воспользовавшись замешательством матери, блудная дочь решительно двинулась из гостиной.       Ванна хорошо расслабила тело, затёкшее после неудобного короткого сна. Интересно, квартира у Виктора такая же вычищенная и всё лежит на своих местах, а в огромном шкафу по дням недели развешены костюмы, рубашки и всякие цацки? Усмехнувшись своим мыслям, Агата погрузилась в воду и пару мгновений оставалась там. То, что он был тем ещё педантом даже немного веселило. Наверняка он был в ужасе от её комнаты. Аккуратность и порядок туда совсем не заходили. Творческий беспорядок всегда был главным в этом царстве. Закутавшись в полотенце и задернув шторы, она забралась под одеяло и медленно погрузилась в сон. Совет Зсасза был весьма кстати, она точно не собиралась никуда выходить сегодня.       В городе весь день вспыхивали маленькие очаги хаоса, однако главной досадой для Виктора стал побег Бутча. Каким-то неведомым образом шестерёнки в его мозгу вновь закрутились и он предал Пингвина. Посмотреть бы на этого умелого часовщика. С ним он пообщался бы коротко и результативно, без попыток долгих бесед и расшаркиваний. Несколько дней без сна очень влияли на сегодняшнее настроение. Хотелось уладить все быстро и устроить себе законный отдых. А завтра он разберется с тем, что нарыла для него Агата. Судьба словно играла с ними обоими, постоянно вынуждая сталкиваться. Что вообще её понесло на клятый пирс, как она там оказалась и зачем вообще влезла во всё это? Кому-кому, а не дочери капитана в это ввязываться. Она только косвенно была в это втянута стараниями Стрейнджа. Виктор связывался с ним, они обсуждали что будет делать доктор со своим экспериментом, если Зсасз вернет её, но в день, когда он собирался отвезти Агату, она уснула у него под боком. И он решил оттянуть это. Потом была газета с розыском и чертов миндаль в пасте. Стоило вспомнить об этом, как перед глазами вновь всплывало её побледневшее лицо. Мужчина потер переносицу костяшками пальцев и зажмурился. Приказов от Пингвина он больше не получал, да и вряд ли получит. Сейчас он с Гейбом занят планированием нападения на приём Галавана. Пора было отправиться к себе и выспаться.       Сон накатил сразу же, как только голова коснулась подушки. Он видел там девушку в изумрудном платье, она танцевала и смеялась, звала его к себе, но он упрямо оставался стоять на месте. Тогда она сама подошла вплотную, приподнялась на носочках и коснулась его губ своими.       Виктор резко открыл глаза.       За окнами сгустилась ночь, а на мобильном было пара пропущенных от Гейба. Пингвин пропал.