Гарри Поттер и Истина "правды"

«…утро омрачено произошедшими событиями. Министерством было принято решение устроить день траура по погибшим героям, пытавшимся спасти детей из рук преступников, в частности Альбусу Дамблдору, погибшему от руки того, кого мы все считали национальным героем — Гарри Поттера.» Гарри, сжав челюсти, крепче прижал холодное тело Оливера, которое он до сих пор держал на руках. Некоторые из собравшихся, что прислушивались к новостям из радио, стали коситься в его сторону. «Будьте аккуратны на улице, если вы увидите кого-то из разыскиваемых лиц, немедленно отправьте патронус в аврорат с данными о месторасположении преступников и постарайтесь сами укрыться в безопасном месте.» — закончил вещать приемник. Гарри вздрогнул, когда услышал щелчок, и яркая вспышка ослепила его. Он проморгался и с удивлением обнаружил напротив себя Колина Криви с фотоаппаратом в руках. — Что ты делаешь, Колин? — непонимающе спросил Гарри, стоящие неподалеку тоже недоуменно посмотрели на парнишку. — Фотографирую. Все должны увидеть то, что здесь произошло. Должны узнать правду, — негромко ответил он. На его лице не осталось ни грамма жизнерадостности, с которой он пять лет назад прибыл в школу. Он смерил всех взглядом и прошел мимо вглубь лагеря. Колин вместе с братом бежали из Хогвартса с остальными учениками. Они были маглорожденными, поэтому у многих возникли вопросы касательно их выбора оставить семью и уйти с чужими людьми. Но, как оказалось, у того же Колина за четыре с лишним года сформировалось свое мнение об этом мире и порядках в нем. Гарри посмотрел ему вслед, опустил взгляд на Оливера на своих руках и понес его дальше. То, что орден, полностью перевернув факты, выставил их зверскими убийцами, просто выводило его из себя. Они пробыли в бывшем лагере еще несколько часов: обшарили все палатки, собирая целые вещи, собрали и перенесли погибших через портал, затем сложили в заранее подготовленной палатке под стазис-чары, чтобы похоронить через пару дней, когда для этого все будет готово, и люди более-менее придут в себя. Гарри последний раз окинул тела потухшим взглядом, вышел из палатки и задернул полог, активировав чары. Клювокрыла они не нашли. Ни следов, ни тела. Оставалось только надеяться, что он сбежал, когда разрушили защитный купол. Гарри постоянно замечал Колина, фотографировавшего разрушения. Сколько он помнил, Криви не расставался со своим фотоаппаратом практически никогда. А еще в голове крутилась мысль о его словах. — Колин! — крикнул он, снова зацепив взглядом светлую макушку, мелькнувшую меж палаток. Парень вернулся и ожидающе посмотрел на Гарри. — Ты звал меня? — глухо спросил он. — Как твой брат? — Жить будет, но сильно ранен, — поджав губы, ответил Колин и отвел взгляд. Его младшего брата — Денниса — зацепили во время эвакуации. — Я уверен, что его поставят на ноги. Мистер Боунс — лучший колдмедик. Я что хотел узнать... — Гарри взглянул на чехол с фотоаппаратом на шее Криви. — Ты сказал, что хочешь показать всем эти фотографии. Ты уже придумал как? Колин нахмурился пуще прежнего, положил руку на чехол и замялся. — Если честно, нет. Я еще не придумал. Но очень хочу, чтобы все узнали, что натворили орденцы. — Правильно, я согласен. У меня появилась одна мысль. — Правда? — Колин тут же оживился. Гарри кивнул и махнул рукой, призывая парня идти за собой. Они прошли к самой высокой палатке лагеря, которую занимал Реддл. Выделялась она высотой только по одной причине — чтобы ее могли легко найти. И Гарри оставалось только надеяться, что Том будет там, и у него будет пару минут выслушать его мысли. Их пустили сразу же. Внутри все уже было обустроено: большой стол, на котором лежали бумаги, несколько стульев, персональный стол Тома в стороне, за ним небольшие шкафы с расставленными книгами и несколько проходов в другие отсеки палатки. Судя по всему, это было что-то типа холла, где он мог работать, проводить собрания и принимать людей, остальные помещения предназначались уже для личного пользования. Том стоял у большого стола, окруженный своими советниками в лице Люциуса, Калеба, Калеба Эйвери, Марти, главы общины оборотней Дэвида, и еще несколькими людьми, которых Гарри тоже знал, но лично не общался, среди них было несколько бывших пожирателей, который остались с Томом. — Гарри, ты сейчас не совсем вовремя, — сказал Том, все обернулись к нему. — У тебя что-то срочное? — Можно и так сказать. Тебе уже передали то сообщение по радио? — спросил Гарри, подойдя ближе к столу и окинув его взглядом. Какие-то документы и бумаги, а еще пару карт. — Да, передали, — кивнул Том и бросил взгляд на Марти. Тот подтверждающе покивал. Видимо, пока они заканчивали с телами, Марти уже все доложил Тому. Так было даже лучше. — Колин, — Гарри сделал шаг в сторону и указал рукой на Криви, притихшего за спиной. — Сделал очень много снимков, пока мы работали, это многие видели. Он снимал и нас, и ту разруху, что устроил орден Феникса. Он хотел бы показать эти снимки всем остальным, но не знает как. У меня появилась идея. Как мы все знаем, отец Полумны, Ксенофилиус Лавгуд, выпускал журнал «Придира», который прекратил свое существование после его смерти. — Мистер Поттер, сейчас не самое подходящее… — высокомерно смерив его взглядом, начал было Люциус, манерно растягивая буквы в своем стиле. — Мистер Малфой, даже мистер Реддл не перебивает, так будьте и вы добры тоже дослушать меня, — резко оборвал его Гарри, сцепившись с аристократом взглядом. — Успокойтесь! Гарри, говори, — разрешил Том. Люциус вздернул голову и недовольно поджал губы. В любой другой момент Гарри бы злорадно улыбнулся, но не сегодня. Он вернул взгляд от Малфоя снова на Реддла. — Уверен, что как единственной наследнице, Ксенофилиус передал технологии издания журнала своей единственной дочери. Думаю, что среди наших людей мы сможем найти редактора. Нам необходимо выпустить последний финальный выпуск «Придиры», в котором мы расскажем всю правду. И приложим туда фотографии. Магическая Британия должна знать в лицо своих «героев», нападающих на беззащитных спящих женщин и детей, и их деяния, — в конце голос его наполнился холодной сталью. Колин, неуверенно топтавшийся рядом, сделал шаг вперед. — Понимаю, как это сейчас прозвучит, но я сделал пару снимков даже прошлой ночью. Думаю, среди них можно найти что-то показательное, — немного сконфуженно сказал он. Повисла тяжелая тишина, все обменивались взглядами, крутя услышанное в голове. — Звучит хорошо, — сказал Марти. — Мне кажется, это отличная идея. — Соглашусь, — кивнул Калеб и посмотрел на Тома. — Мистер Реддл, это мало того, что возможно откроет глаза многим людям, считающим нас преступниками, но и поможет перевести внимание от нас к министерству, которое всецело в последнее время поддерживало орден Феникса. Надеюсь, простые граждане начнут роптать, и это отвлечет от нас на какое-то время. Все зашептались, Том задумчиво молчал, скрестив руки на груди, взгляд его бегал по собравшимся, видимо, он прислушивался к тому, что они говорили. Кое-кто уже решил, что это бесполезная и глупая идея, в их числе был и Люциус, обосновывая это тем, что у них сейчас есть дела поважнее, чем какой-то дурацкий журнал. — Я подумаю над этим предложением, Гарри, — оборвал нарастающий гомон Том. Гарри и Колин кивнули. — Спасибо, мы тогда пойдем. — Колин, как проявишь фотографии, принеси их мне. Если что-то понадобится для этого, подойди к Катрин, она через домовиков добудет тебе все необходимое, — добавил Том. Парень кивнул. Гарри коснулся его плеча, и вместе они покинули палатку. — Думаю, Том согласится, — негромко сказал Гарри, когда они вышли. — Спасибо, Гарри. — Для меня это тоже важно, — хмуро ответил Гарри, похлопал парня по плечу и двинулся в другую сторону. Он хотел зайти проведать мать, а после вернуться в свою палатку к Северусу и передохнуть. Сил не было уже совсем. Бессонная ночь и напряженное утро окончательно лишили его сил. Проходя мимо той самой палатки, он машинально бросил на нее взгляд и увидел, как полог отодвинулся, и из нее вышел Эдвард Брайнс. Он тоже осмотрелся и, увидев Гарри, решительно направился к нему. Гарри напрягся, огляделся, но как назло рядом никого не было, а ему очень хотелось позорно сбежать. Только вот ноги приросли к земле, не позволяя ему сдвинуться с места, оставалось только жать. — Мистер Брайнс, — сдавлено выдавил Гарри. Мужчина остановился перед ним, пристально глядя в глаза. На всякий случай Гарри уже готовился сформировать защитное заклинание. — Можем поговорить? — вместо приветствия спросил Эдвард. Гарри кивнул, стараясь сохранять спокойствие, но кончики пальцев похолодели. Они отошли за палатку, где было потише, и их не потревожат. — Я вас слушаю, — сказал Гарри, остановившись и скрестив руки на груди, стараясь унять противный озноб. Эдвард некоторое время молчал, собираясь мыслями. — Я хотел бы принести свои извинения, Гарри, — наконец-то на выдохе сказал он. — Что? — переспросил Гарри, не поверив своим ушам. — Вы не ослышались. Простите, что накинулся на вас прошлой ночью. Я… — он вздохнул и помассировал переносицу пальцами. — Потерять единственного сына и… У моей жены случился выкидыш этой ночью. У Гарри перехватило дыхание, он судорожно сжал пальцы в кулаки и разжал их, чтобы согнать онемение. — Простите, — выдавил Гарри. — Простите, это я виноват… — Нет, — поторопился успокоить его мужчина. — Вы не виноваты. Это случилось из-за нападения. У нее начались боли еще до того, как мы узнали об Оливере. Ее ранили в бою, и, скорее всего, это случилось бы в любом случае. Просто смерть Оливера была слишком сильным ударом для меня… нас. И я сорвался на вас. Простите. Мне рассказали еще раз, что произошло и… — он замялся, — что вы убили того человека. Я рад, что мой сын был отомщен. — Вы не должны извиняться, мистер Брайнс. Мне жаль, что я не успел его спасти, правда. — Вы пытались, — сказал Эдвард. — Спасибо. И не берите на свой счет мои слова. Я просто был не в себе. Прошу простить меня. И спасибо, что принесли тело Оливера, чтобы мы могли его похоронить. Это все, что я хотел вам сказать, — он кивнул на прощание и скрылся за палаткой, оставив Гарри одного, полностью потерянного и окончательного опустошённого. Он какое-то время стоял на месте, смотря туда, где несколькими секундами ранее стоял Эдвард. — Этот день когда-нибудь кончится или нет? Гарри устало вздохнул и решительно направился к палатке матери. Благо, по пути его больше никто не перехватил. Стоило бы еще навестить Уизли, но это вечером. Иначе он точно до своей постели не доберется. У палатки он встретил отца, обменялся парой фраз и вошел внутрь. Джеймс торопился по своим делам. На удивление, он выглядел куда бодрее самого Гарри, хотя точно так же не спал всю ночь. Гарри тихо вошел внутрь и тут же увидел Лили, разбирающую вещи. В родительской палатке было уже вполне уютно. Мать успела навести порядок и привела новое жилище в подобающее состояние. — Гарри! — Воскликнула она и, бросившись к нему, сгребла в объятия. Отстранившись, она ласково улыбнулась и поцеловала его в обе щеки. — Как ты? — Нормально, мам, — Гарри слабо улыбнулся. — Ты выглядишь очень уставшим, пойдем и выпьем чаю. — Нет, мама, я пойду. Я лишь хотел проведать тебя и Лею, — он покачал головой и мягко убрал ее руки со своих плеч. Лили вздохнула и обернулась в сторону кровати, на которой спала девочка. — Я еще не рассказала и даже не знаю, как ей объяснить. Она долго плакала, звала родителей, пока я не смогла уложить ее спать. — Может, не говорить пока? — предположил Гарри. — Нет, надо сказать. Чем дольше будем тянуть, тем будет хуже. Мы надеемся, что Том разрешит оставить Лею у нас и… — Да, знаю, отец ночью рассказал, — кивнул Гарри и с сожалением посмотрел на зашевелившуюся на кровати девочку, но она только повернулась на другой бок и тяжело вздохнула. — Да, он рассказывал о вашей беседе. Я очень рада, что вы помирились. Лея знает меня, я несколько раз присматривала за ней, думаю, ей будет с нами лучше. — Это хорошая идея. Обязательно поговорю с Томом на этот счет. Если у вас все нормально, то я пойду — эта ночь была очень тяжелой. — Да, конечно, иди отдохни. Как Северус? — Нормально. Его подлечили, так что с ним все будет хорошо. — Тогда хорошо. Идти отдыхай, — Лили обняла Гарри и ласково подтолкнула к выходу. — Заходите как-нибудь вечером на ужин, если будет время. — Обязательно, — Гарри выдавил вымученную улыбку и вышел на улицу. Теперь он со спокойной душой мог пойти к себе: снять с себя грязную одежду, принять душ и немного поспать, если получится. Хотя мысль попросить у Северуса зелье сна-без-сновидений была не столь уж и плоха. — Гарри! — Да что ж это такое, я сегодня дойду до палатки или нет?! — еле слышно прошипел Гарри и обернулся. К нему шла Беллатриса. Она одета непривычно: в брюки и высокие сапоги без каблука, волосы скручены в узел на затылке. — Ты что-то хотела? — Да, хотела передать тебе это, — она вытащила из кармана флакончик и, подойдя ближе, протянула Гарри. Тот непонимающе вскинул брови, открыл флакон и понюхал его содержимое. — И что это? Отравить решила? — скептически поинтересовался Гарри, тут же увернувшись от подзатыльника. Белла никогда не церемонилась, огрести от нее было проще простого. Это ему еще повезло, что она забыла про ту подножку… — Следовало бы, за твои пакости, — фыркнула она. «Значит, не забыла» — уныло мелькнуло в голове Поттера, и тот поморщился. — Зелье. Выявит проклятия в тебе, если они есть. Ночью вашей группе пришлось тяжело, а отравления и проклятия необходимо выявить как можно раньше, если они есть. Вечером зайдите ко мне. Это отдай Снейпу, — она пихнула ему в руки второй флакон и отправилась дальше. — И… — она остановилась на секунду и обернулась, — просто прими то, что произошло, не терзай себя — ты защищал своих товарищей, — Лестрейндж удалилась. Гарри проводил ее взглядом и покачал головой. — Если бы это было так легко, — пробормотал он и прошел в палатку. Внутри уже было более обустроено: кровать застелена, на столе стояла какая-то посуда; у одной из стенок стоял дополнительный необычный высокий стол, за которым, сидя на высоком стуле, чтобы не сгибать и не напрягать ногу, работал Северус, который, заслышав шуршание полога и шаги, прервался и обернулся. — Я уже собирался тебя искать, — он встал, стараясь не ступать на травмированную ногу. — Тебе стоило бы еще полежать, — серьезно сказал Гарри, пройдясь взглядом по повязкам на обнаженном торсе. В палатке было тепло, что очень ощущалась после улицы. А вот потемневшее пятно в области раны сразу же бросилось ему в глаза. — Некогда лежать — слишком много дел, — резко ответил Северус. Гарри подошел ближе и, видимо, на его лице отобразилось все, что он пережил, поэтому муж притянул его к себе и обнял. — Как ты? — Устал очень, — пробормотал он, и, уткнувшись супругу носом в шею, только сейчас Гарри облегченно выдохнул — Тебе надо отдохнуть. Дать тебе зелье? — Угм, — кивнул он, прикрыв глаза, когда длинные и нежные пальцы одной руки стали массировать его голову, а вторая рука поглаживала между лопаток. — Ты весь пыльный. Иди в душ, а я пока закончу и приготовлю тебе зелье. Чистая одежда в сундуке, там же и полотенце. — Угм, — все так же промычал Гарри, не желая освобождаться из столь успокаивающих и теплых объятий. — Гарри, у меня зелье сейчас сгорит, — Северус мягко отодвинул Поттера от себя и поцеловал в лоб, после вернулся на стул. — Иди, я потом полежу с тобой, если хочешь, — вернувшись к процессу, добавил он. Гарри без особой охоты кивнул и отправился в отгороженную душевую. Это, конечно, не тот душ, что был в доме, но все лучше, чем ничего, а со временем они смогут сделать палатку более уютной и комфортной для жизни. Скинув одежду в корзину для белья, он долго стоял под горячими струями. Благо, баки были зачарованные, и вода в них могла долго не заканчиваться. Только когда его уже совсем разморило, а глаза отказывались открываться, он быстро помылся, вытерся и натянул на себя чистую футболку и штаны, сунул ноги в тапки. Выйдя из закутка душевой, Гарри обессиленно упал на уже расстеленную кровать. Северус негромко звенел склянками и чем-то постукивал, но эти звуки только больше убаюкивали, даже несмотря на страшные картины, что стояли перед глазами. — Гарри, ты будешь пить зелье? Гарри вздрогнул и резко открыл глаза. Он успел задремать и даже не услышал, как рядом сел Северус. — Да, да, — он прикрыл рот рукой, зевнув, после взял флакон из рук зельевара. — А, чуть не забыл: там в костюме два флакона, Лестрейндж передала. Надо выпить их, вечером подойти к ней, а она проверит нас на проклятия, — чуть пошатнувшись, Гарри попытался слезть с кровати, но Северус остановил его. — Я схожу. — Нет, сиди, — скинул он со своего плеча руку Северуса и, сунув ноги в тапки, подошел к корзине. Он выудил из кармана плаща оба флакона и вернулся обратно, один из флаконов отдал зельевару. Северус стал придирчиво изучать его содержимое на запах и даже на вкус. Гарри с интересом наблюдал за этим процессом, не сдержав ухмылку. — Что? — поймав на себе взгляд, вскинул брови супруг. — Ничего, — покачал головой Гарри, сдерживая смешок. — Не доверяешь чужим зельям? — Нет, просто предпочитаю всегда знать, что мне дают, — пренебрежительно фыркнул Снейп и залпом выпил содержимое флакона. Гарри повторил за ним, следом выпил же зелье сна-без-сновидений. — Не ухмыляйся так, ложись отдыхать. — Ты даже не спросишь про нашу операцию? — Гарри улегся под одеяло и повернулся к Северусу лицом. — А ты хочешь сейчас об этом говорить? — засомневался Северус, затем взял книгу и зажег у изголовья небольшую сферу. — Нет, — поникнув, ответил Гарри и отвел взгляд. Действительно, говорить о том, что он видел — это последнее, чего он сейчас хотел. И он был даже благодарен мужу, что тот не стал ничего спрашивать. Видимо, на его лице действительно все было написано, как бы он не старался скрывать эмоции. Нападение, смерть Оливера, первые совершенные Гарри убийства, смерть Дамблдора, сегодняшние работы у развалин манора… слишком много всего произошло за слишком короткий промежуток времени. — Ты как? — нарушил тишину голос Северуса. Гарри посмотрел на него и неопределенно повел плечом. — Иди сюда, — супруг принял полулежачее положение, чуть спустившись вниз, и протянул руку. Гарри, помедлив, подобрался ближе, положив голову на грудь Северуса и обняв того поперек торса. Рука мужчины легла ему на голову, пропуская пряди сквозь пальцы. Стало как-то спокойнее и легче. — Поспи, тебе надо отдохнуть. Если захочешь позже поговорим, — тихо раздалось сверху. — Спасибо, Северус, — тихо отозвался Гарри и закрыл глаза. И в это раз ему понадобилось совсем не много времени, чтобы провалиться в беспокойный сон без сновидений.