Уроки Истории Магии

      Через неделю после того, как Фред с Джорджем феерично покинули Хогвартс, наступили Пасхальные каникулы. Шинейд шла по опустевшим коридорам в приподнятом настроении — казалось, ничего не может испортить предвкушение от долгожданной встречи с Сириусом. Ничего, кроме новоиспеченной директрисы, поджидающей ее у выхода из замка.       — Добрый вечер, Долорес, — с притворно-вежливой улыбкой поздоровалась Уоллис.       Шинейд намеревалась пройти мимо, не обращая внимания на подозрительно-прищуренный взгляд, однако сделать это ей не дали.       — Для кого как, — тон Амбридж не оставлял сомнений, что она не упустит возможности поговорить со своей подчиненной. — Могу я поинтересоваться, куда вы направляетесь? — женщина кивнула на кожаный саквояж в руках Шинейд.       — Конечно, можете, — ответила она. — Только вот отвечать я вам не обязана.       — Разумеется, — рот Долорес изогнулся в снисходительной улыбке. — Но, боюсь, это не в ваших интересах.       Уоллис тяжело вздохнула и сжала ручки саквояжа так, что костяшки ее пальцев побелели.       — Я собиралась провести каникулы вне замка, — сказала Шинейд в ответ на выжидающий взгляд. — На это же пока у преподавателей есть право?       Директриса снисходительно улыбнулась и, подойдя ближе к Уоллис, повела носом, словно могла буквально почуять ложь.       — А почему вы не сделали это через камин? — поинтересовалась она. — Что-то скрываете?       — Поверьте мне, Долорес, от вас у меня нет никаких секретов.       — Тогда почему вы пользуетесь способом, по которому вас нельзя отследить?       — Не люблю, когда за мной следят, — пожала плечами Шинейд, — тем более, когда не имеют на это абсолютно никаких прав. Я же не под следствием, чтобы контролировать каждый мой шаг.       — Не под следствием, — согласилась Амбридж, — но под подозрением. Вполне возможно, что скоро в Азкабане на одного, — женщина сделала многозначительную паузу, — а то и двух осужденных преступников станет больше.       — Надеюсь, что вы запаслись терпением, — с насмешливым поклоном произнесла Уоллис. — А теперь, если позволите, я воспользуюсь отпуском, который вы, как директор, любезно мне предоставили.       И не взглянув на чиновницу, которая, Шинейд была уверена, недовольно пыхтела у нее за спиной, женщина вышла из замка на встречу весеннему воздуху.       Путь до Хогсмида пролетел быстро, но от былого настроения не осталось и следа: Уоллис всерьез была обеспокоена вниманием Долорес к ее персоне. В Хогвартсе она ощущала себя словно в паноптикуме — ей казалось, что глаза Амридж следят за ней повсюду. Поэтому, оказавшись в деревне, она ушла значительно дальше от главной улицы, чем обычно, и, как только перед ней появилась знакомая облупленная дверь с серебряным молотком в виде змеи, чувство паники, готовившееся в любой момент накрыть Шинейд с головой, отступило и окончательно пропало, когда за ее спиной защелкнулся замок.       Осторожно ступая по пыльному, но мягкому ковру, чтобы не задеть ни одну скрипящую половицу, Уоллис взошла на лестницу. Но подняться на нужный этаж ей было не суждено: из распахнувшейся двери гостиной выглянула Молли и тут же набросилась на Шинейд с объятиями.       — Эйда, дорогая, ты уже приехала! — полушепотом проговорила она. — Мы не ждали тебя раньше вечера и уже пообедали. Я сейчас что-нибудь приготовлю, ты только…       — Молли, Молли, — Уоллис была слегка шокирована ее внезапным появлением, но быстро взяла себя в руки, — не переживай, я не голодна. Да и в случае чего сама могу что-нибудь приготовить.       — Не говори глупостей, — недовольно проворчала миссис Уизли, — пойдем.       Не обращая внимания на сдержанные протесты Шинейд, женщина потащила ее вниз. Уоллис успела лишь бросить тоскливый взгляд вверх по лестнице и покорно пошла вслед за Молли.       Усадив гостью за стол, миссис Уизли тут же принялась за готовку.       — Ну что, — спросила она уже в полный голос, отправляя нарезанный хлеб на разогретую сковороду, — как там мои дети?       — В порядке, оценки хорошие, — осторожно начала Шинейд, опасаясь грядущего разговора о близнецах, — у Рона есть все шансы сдать Историю магии на «Выше ожидаемого».       — Отлично-отлично, — пробормотала миссис Уизли, переворачивая тосты, — а Фред с Джорджем? Они правда ушли из школы?       — Да, Молли, — пальцы Уоллис сами собой потянулись к пуговице до сих пор не снятого пальто.       — Ну да-ну да, — задумчиво ответила женщина, сосредоточенно нарезая овощи, — они никогда особо не хотели учиться, но я думала, что… Знаешь, они прислали мне письмо, сказали, что уже сняли помещение в Косом переулке, но не указали где. Забыли, наверное.       В ответ на это Шинейд лишь пожала плечами, нервно крутя тонкими пальцами пуговицу.       — Уже ведь неделя прошла, — продолжала миссис Уизли, — а они даже не пришли — боятся, — глаза Молли начали заполняться слезами. — Почему они меня так не уважают?       Уоллис опасливо посмотрела на Молли, готовую вот-вот взорваться, и с силой вцепилась пуговицу, державшуюся на последней нитке.       — Они тебя очень любят и уважают, и поэтому дают время остыть, — произнесла Шинейд, глядя на напряженные плечи женщины. — Может, это к лучшему? Сама понимаешь, какая сейчас обстановка в Хогвартсе. Они давно этого хотели, так что…       Молли опустила палочку, и нож угрожающе воткнулся в разделочную доску.       — Так ты знала об этом? — с разочарованным удивлением протянула она. — Ты знала и не остановила их?       В воцарившейся тишине Шинейд услышала тихий звон, с которым оторванная пуговица покатилась по полу. Проследив путь металлического кругляшка, Уоллис с отчаянием отметила, что остановился он прямо под ногами у миссис Уизли.       — Молли, — начала Шинейд, не отрывая взгляд от пуговицы, — хочешь ты того или нет, но они уже взрослые, и сами могут решать, что делать со своей жизнью.       — Как ты можешь такое говорить?! — взревела женщина. — Ты же их учитель! Ты должна нести за них ответственность, пока они находятся в школе! Да, они совершеннолетние, но они же не готовы к взрослой жизни! А что, если их бизнес прогорит? Что, если они останутся ни с чем? Что тогда?       — Понесут ответственность, как и подобает взрослым, — раздался голос у входной двери.       Шинейд наконец оторвала взгляд от пола и увидела Сириуса, расслабленно прислонившегося к косяку.       — Твои крики, Молли, слышны на весь дом, — продолжил он, — понятия не имею, как мать до сих пор не проснулась.       В ответ на это миссис Уизли переложила поджаренные тосты на тарелку, поставила на стол рядом с Шинейд и, сквозь плотно сжатые зубы пожелав приятного аппетита, покинула кухню.       Как только дверь за ней захлопнулась, Сириус подошел к столу и, присев, поднял с пола потерянную пуговицу.       — Кажется, это твое, — ласково глядя на Уоллис, протянул он. — Не обижайся на Молли. Она чересчур переживает за своих уже взрослых детей — даже Артур успокоить ее не в силах. Она уже неделю тут трется, каждый день находит, что бы помыть, почистить или выбросить. Ты просто попала под горячую руку.       — Я не ожидала, что она так накинется на меня, — холодно протянула Уоллис, кладя кругляшок в карман.       — Ее можно понять, — ответил Блэк, присаживаясь рядом с женой, — Фред с Джорджем действительно совершили необдуманный поступок. Даже представить боюсь, как бы я себя вел в такой ситуации.       — Ты имеешь в виду, если был отцом? — осторожно спросила Шинейд.       — Ага, — согласился Блэк, — и я рад, что нам не приходится с этим сталкиваться.       Уоллис облегченно выдохнула и улыбнулась. Когда Гарри только родился, они задумывались о том, чтобы завести своих детей, но обстоятельно все обсудив, пришли к выводу, что роль крестных им нравится гораздо больше. С тех пор утекло много воды, но взгляды остались прежними.       Женщина придвинулась и запустила руку в волосы мужа.       — У тебя волосы сильно отросли, — произнесла Шинейд, пропуская длинную прядь между пальцев.       — Не перед Кикимером же мне красоваться, — усмехнулся Блэк. — Завтра же подстригусь. А сегодня у нас есть дела поважнее. Я слишком по тебе соскучился.       Сириус притянул к себе жену и впечатался в ее губы крепким и наглым поцелуем, вкладывая в него всю нерастраченную за время их разлуки любовь. Шинейд обняла его за шею, желая слиться с ним в единое целое. Блэк приподнял женщину и усладил ее на столешницу, отодвигая в сторону тарелку с несъеденными тостами. Его губы перекинулись на ее шею, а руки потянулись к целым пуговицам пальто.       — Стой, — Уоллис заставила его посмотреть на себя и улыбнулась, услышав недовольное фырканье. — Не здесь. Вдруг Кикимер зайдет.       — Тогда я лично намылю ему шею, — ответил Сириус.       Он хотел уже было вернуться к изучению ее ключиц, на которых итак знал каждый миллиметр, но вновь был остановлен:       — А Молли?       Раздосадовано вздохнув, Блэк кивнул и помог Шинейд спрыгнуть со стола.       — Ладно, но пешком мы не пойдем.       Подхватив жену на руки, Сириус трансгрессировал прямо в их спальню.

***

      Пасхальные каникулы пролетели незаметно. Молли все еще ошивалась на Площади Гриммо, и, натыкаясь на Сириуса или Шинейд, не говорила им ни слова. Уоллис, следуя советам мужа, старалась не огорчаться этому, однако, покидая дом Блэков, все равно испытывала сожаление. Она дорожила дружбой миссис Уизли и надеялась, что рано или поздно женщина оттает.       Вернувшись в Хогвартс, замок Шинейд нашла изменившимся. Над учениками больше не тяготела тоталитарная атмосфера, многие, вдохновленные примером Фреда и Джорджа, вступили в борьбу против режима Амбридж. Естественно, делали они все менее демонстративно, так как уходить вслед за близнецами никто не стремился, но из-за этой скрытности выходки учеников соревновались в изобретательности: то кто-то подсунет в кабинет Амбридж нюхлера, то закидают какой-нибудь коридор навозными бомбами, то нападут на членов Инспекционной дружины, подарив им кожную болезнь или рожки. Перед тем, как покинуть замок, Фред с Джорджем оставили о себе на память не только неисчезающее болото в крыле шестого этажа, через которое Филч переправлял учеников на плоскодонке, но и кучу Забастовочных завтраков. Стоило только Амбридж войти в классную комнату, как у нескольких учеников моментально начинался приступ «амбриджита», который тут же прекращался, стоило только съесть обратную сторону конфеты.       Так продолжалось вплоть до экзаменов, и тут энтузиазма у учеников поубавилось: большинство решило направить все свои силы на подготовку. Пятикурсники вздрагивали каждый раз при встрече с кем-нибудь из прибывших членов экзаменационной комиссии, Шинейд же было приятно вновь увидеть профессора Марчбэнкс, которая в свое время принимала у нее экзамены и запомнила юное дарование.       Задания к завтрашнему СОВ по Истории магии уже были давно готовы, однако скрупулезная натура Уоллис не давала ей успокоиться, заставляя проверять все по несколько раз. Внезапно ночную тишину прорезал громкий хлопок и раздавшийся вслед за ним рев. Подбежав к окну, Шинейд увидела лишь ярко-красные отблески, который отражались от поверхности Черного озера. Вновь послышался грохот и чей-то бешеный вопль, в котором женщина узнала голос Хагрида. Не мешкая ни секунды, Шинейд схватила палочку и бросилась бежать. Холодный ночной воздух резко ударил ей в лицо, но она, не обращая внимания на охвативший ее озноб, направилась к ведущему к хижине склону, по которому уже спускалась Минерва.       — Что происходит? — спросила Уоллис, нагнав женщину.       — Судя по всему, наша дорогая директриса решила избежать скандала и по-тихому избавиться от Хагрида, но вместо этого создала еще больше проблем, — прошипела Макгонагалл, подбирая путающиеся под ногами полы наспех накинутой мантии.       Приблизившись к домику лесничего, Шинейд покрепче перехватила палочку, но Минерва ее осадила:       — Ни в коем случае, не нападай на них. Иначе уже и нас уберут из замка, а этого допускать ни в коем случае нельзя. На нас нападать они не станут.       Макгонагалл двинулась в сторону окруживших Хагрида сотрудников Министерства полная решимости остановить произвол, но в ответ на ее слова о неправомерности их действий три Оглушающих заклятия одновременно прилетели ей прямо в грудь, заставив ее отлететь в сторону. Уоллис тут же подскочила к ней в надежде найти ее в сознании, однако женщина не подавала признаков жизни.       — ВЗЯТЬ ЕЕ!       Яростный визг Амбридж заставил Шинейд отвлечься от бездыханного тела Минервы и вовремя увернуться от очередного заклинания, летящего прямо ей в голову. Уоллис стиснула зубы, борясь с желанием отыграться на этих людях, но, помня об обещании, данном Дамблдору, лишь отражала атаки защитными чарами.       — Жалкие трусы! — нечеловеческим голосом заверещал Хагрид. — Вот вам!       Лесничий со всего размаха ударил кулаком, и два сотрудника министерства упали навзничь.       — Чего же вы медлите! Схватите их! — верещала Амбридж попеременно указывая пальцем то на Хагрида, то на Шинейд.       Оставшиеся сотрудники опасались подходить к великану, а потому сосредоточили свое внимание на Уоллис. Поняв, что по одиночке им ее не одолеть, они объединили усилия, с двойной яростью нападая на Шинейд. Женщина выставила мощный щит, защитивший ее от четырех ударов сразу, и уже готовилась к отражению новой атаки, как вдруг почувствовала прилетевший в спину удар и провалилась в темноту.